Глава VIII

Ласковые лучи солнца щедро освещали пшеничные поля у стен Эстренделла, не забывая озарять городские площади, на которых, за час до зенита, жизнь уже била ключом. Каждый куда-то спешил в сей жаркий день, кто подзаработать деньжат, а кто выполнить привычный досуг. Редкие облака, по-черепашьему плывущие по небу, тут и там создавали спасительные прохладные тени. Среди этой идиллии, где-то на опушке леса, неимоверным усилием, смог поднять своё тело в сидячие положение Саччан. Неспешно оглядевшись, он обнаружил, что лежит в теньке на охапке листьев неподалеку от сосновых стволов. Отсюда открывался захватывающий панорамный вид на Эстренделл, который, впрочем, рыцаря в моменте интересовал не сильно. Он прибывал в шоке оттого что проснулся на улице с видом на город, вместо уютного дома, тёплой кровати, и мирно посапывающей любимой под боком. — Что за..? — тело Саччана было тяжелее свинца, а голова трещала, будто на его шлеме отплясывали миниатюрные туземцы. Последнее, что он помнил – как решил отложить поход на дракона, пробудившись посреди ночи в доме Эльфийки. Взглянув вниз Саччан удивился пуще прежнего. На его тело был намотан какой-то фиолетовый плед и не было привычных доспехов. — Нихрена себе… — Саччан ничего не помнил, но одно было очевидно как день – вчера он явно не вернулся ко сну так просто. И, видимо, успел знатно погулять на свежем воздухе. Впрочем, он даже не подозревал насколько знатно. «Я же выпил лишь одну бутылку вина… как я мог так набухаться?» — крутился где-то на задворках сознания вопрос, не имевший в моменте убедительного ответа. Вскоре внимание рыцаря привлек металлический отблеск в метре от “кровати”. Там валялся железный меч в кожаных ножнах. Саччан встрепенулся, посчитав, что какой-нибудь незнакомец мог быть неподалеку, но, внимательно оглядевшись, не нашёл ни намёка на чьё-либо присутствие. Саччан задумался, откуда тут взяться оружию и в его памяти промелькнули слабые очертания, как он в ночи куда-то несёт этот меч. Рыцарь не мог вспомнить точно, но было смутное ощущение, словно клинок принадлежит ему и никому другому. «Наверное я нашёл меч на дороге, идти обратно было слишком далеко, поэтому добрёл до этого лагеря, сморился и уснул», — проявив дедуктивные способности, вывел объяснение Саччан. Эта версия казалось воину наиболее правдоподобной. Вряд ли он смог дойти до дракона в таком состоянии. Да и меч не был похож на что-то легендарное, закаленное дыханием мифического существа. Обыкновенный железный меч, о нём и сказать больше нечего. Однако это всё совершенно не печалило воина, скорее наоборот. Невероятная удача! Стоило хорошенько вздремнуть и главная проблема решилась сама собой! У Саччана появился меч и теперь гильдия сможет выдать ему лицензию, у воина появится способ заработка. Одна эта мысль заставляла сердце трепетать. Разобравшись в недоразумении, Саччан с трудом поднялся на ноги, и, сжимая меч в руке, поковылял в сторону городских врат. Конечно, дома у Эльфийки оставалась большая часть его брони и прочие вещи, таких как бывший контракт с гильдией, но всё равно лучше было поспешить назад. Более того, рыцарю, несмотря на похмелье, не терпелось поскорее пойти в гильдию и получить лицензию. Не взирая на экстравагантный внешний вид: фиолетовый плед, шлем, с мечом наперевес, и перегар; Саччана без проблем пустили в город. Ночные стражники, прежде чем пойти спать, рассказали сменщикам о рыцаре, предупредив, что есть вероятность, что он вернётся. Дневные стражи сперва посчитали, что это обычный анекдот, и, посмеявшись не отнеслись серьёзно. Пуская Саччана обратно в город они очень жалели, что нигде поблизости не оказалось художника, что мог бы за малые деньги увековечить на холсте сея бесспорно впечатляющую картину. Радостный Саччан переступил черту города, и, пока он вспоминал какой из домов принадлежит Эльфийке, с погодой стало твориться что-то неладное. Громкий треск послышался где-то с небес в тот же момент, что нога рыцаря ступила на брусчатку. Редкие облака, силами разбушевавшегося высотного ветра, стали, словно живые, собираться в кучу, прямо над Эстренделлом. Беззаботные и белоснежные, они начали одно за другим угрожающе чернеть, словно кто-то сверху лил на них краску. Горожане останавливались на улицах и изумлённо поднимали вверх головы. На их глазах небо над городом быстро заволакивало непроглядным угольным маревом, в котором угрожающе посвёркивали миниатюрные фиолетовые молнии, а остальной, видимый до горизонта небосвод, медлительно накрывало серое полотно. Даже привычные к магии горожане начали испытывать тревогу, не имея представления, что происходит. Саччан также поднял взор к небу, когда освещавшееся солнцем пространство перед ним стремительно потемнело. Вероятно, в тот день, из наблюдавших эту картину, не нашлось никого спокойнее рыцаря. Видя какое-то странное нечто, происходившее перед носом, потенциально таящее опасность, Саччан испытывал лишь расслабленность, принятие и тяжесть вчерашней попойки. — Ох, чего только с бодуна не привидится, — меланхолично произнёс воин, разворачиваясь в сторону нужного дома, до которому ему оставалось пройти всего-ничего. Крепко сжимая ножны с мечом, Саччан проигнорировал сгущающиеся тучи, полагая, что он вчера перебрал и теперь обычная смена погоды кажется ему чем-то зловещим. Однако в следующую секунду грянул оглушающий гром и тучи закрутились, будто кто-то выжимал их словно тряпку, тем самым образовывая уходящую ввысь воронку. Поднялся ветер; снизу было видно лишь молнии, что штормовыми каскадами кружили по ней. В ярком свете разрядов электричества, попадавших в том числе и в верхушки зданий, из центра воронки, высоко над главной площадью Эстренделла, появилась похожая на человека фигура. Тёмный силуэт, напоминавший статного мужчину, что был выше и плотнее Саччана, скрестив руки, стоял на воздухе словно на твёрдой земле и взирал на город под ногами. Местные жители впервые имели честь лицезреть подобное, но интуитивно почувствовали, что творится что-то недоброе. Марта, которая, не успев сменить пижаму, второпях выбежала на балкон королевского дворца, застыла в ужасе. В отличие от простых людей, она как волшебница и правительница целого города смогла понять, что происходит. Картина перед её глазами была точь-в-точь как в легендах, которые она изучала ещё на родине. Перепутать было невозможно. — Это… В-владыко… зачем он здесь!? — ноги перестали держать девочку и она, словно тряпичная кукла, у которой оборвали нитки, рухнула на колени. — Марта, что случилось?! — в комнату с распахнутым балконом, сопротивляясь усиливающемуся ветру, пытался зайти молодой король, цепляясь за мебель. Он искренне надеялся, что это её заклинание «слегка» вышло из-под контроля и вскоре всё успокоится. — Пиздей Морей случился… — тихонько произнесла Марта, понимая, что она наблюдает редчайшее событие - пришествие повелителя мира Владыко Пиздея Морей на бренную землю. Владыко в прошлом великий колдун, достигший просветления, лучший маг воды, обретший бессмертие и могущество. Марта, безусловно талантливая, но, по сравнению с ним, начинающая волшебница. Она абсолютно точно не была ровней мифическому существу, что превосходило драконов, магию и логику мироздания! Ей ничего не оставалось кроме как наблюдать за фигурой в небе. В башню у входа в город, рядом с которой находился Саччан, ударила молния. Каменная укладка с краю потрескалась и почернела от полученного урона. Несколько кирпичей, отколовшись, полетели вниз. Подняв облако пыли, обугленные камни приземлились всего в паре метров сбоку от рыцаря, отчего тот резко шарахнулся в сторону и быстро перекрестился. — Бл*!!! Это реально! — Саччана окатило сознание, что он столько вчера не пил, чтобы такое вот привиделось. Но на этот раз, умудрённый жизнью мужчина не стал впадать в глубинный шок или сходу прибегать к молитве. Чему-то он научился за эти дни. Тем не менее стоило ему заблаговременно обрадоваться наступлению спокойных счастливых деньков, что должны были настать после полученная лицензии, как вновь случилась какая-то труднообъяснимая непредвиденная ситуация. Воина посетило неприятное чувство, и он прислонил два пальца к виску, ощущая наступающую головную боль. Похмелье сыграло немаловажную роль в разыгрывающейся мигрени, наравне с дурным предчувствием. «Я ж ничего вчера не делал, чтоб такая вот херня случилась?» - с сомнением подумал он, не в силах припомнить подобного. Эльфийка же ещё спала мирным сном в своей тёплой кровати. Вчера она заснула многим позже обычного, не заводя никакого магического будильника. Сегодня должен был быть её выходной, по которым она привыкла отсыпаться, более того, она не хотела звоном потревожить сон воина, что был сильно утомлён последние дни. Створка её кухонного окна колыхалась от поднимавшегося ветра, а снаружи доносился отдаленный грохот от падавших камней и редкого грома. Лёжа в кровати она слегка поморщилась, стараясь игнорировать этот приглушённый шум, нарушавший приятное утро. В комнате царил несвойственный полумрак, пока звук от створок становился всё громче. — Что за шум? — спросонья невнятно пробормотала себе под нос Эльфийка, медленно приподнимаясь на кровати. В этот момент на кухне что-то с громким лязгом рухнуло на пол, мгновенно отбив у Эльфийки последние остатки сна. С нарастающим внутренним беспокойством она торопливо встала, вышла в коридор, и увидела валявшуюся на кухонном полу связку ключей, вместе с ходившей туда-сюда деревянной оконной створкой, сорвавшейся с ограничителя под напором ветра. Её, также как и Саччана, как и почти весь город, посетило нехорошее предчувствие. Наспех накинув первые попавшиеся вещи из шкафа, Эльфийка, осторожно обходя лежавшую броню возлюбленного, выбежала на крыльцо дома. Сперва она встретилась взглядом с Саччаном, что остановился не дойдя буквально тридцати шагов до крыльца. Конечно, у неё должны были возникнуть вопросы к внешнему виду Саччана, но сейчас было не время волноваться о подобных мелочах. Как и о том, почему рыцарь вообще оказался снаружи. Она посмотрела наверх, на завораживающий водоворот молний и освещённую им фигуру в небе, и увиденное привело её в ошеломление. Конечно, ей вчера думалось, что это может произойти, но не так же быстро! Это было слишком неожиданно, чересчур стремительно. — Папа, что ты здесь делаешь?! — невольно вскрикнула Эльфийка, обращаясь к фигуре в небе.

***

Саччан некоторое время молча сомневался, правильно ли расслышал последнюю фразу. Он посмотрел наверх, на картину чёрных небес, закрученных в спираль и угрожающее выглядевшую фигуру мужика, смотревшего на город будто Бог на муравейник, а затем на обворожительную любимую, которой, по его личному разумению, так шли взъерошенные волосы, что она ещё не успела уложить после пробуждения. Честно говоря, даже несмотря на недавнее осознание воином глубин человеческого бытия и сути мироздания, таких подарков судьбы он совершенно не ожидал. — Япона мать... — пространно выдавил из себя Саччан, совместив два образа в единый концепт, осознавав ситуацию, в которой оказался. Впрочем, взяв паузу и обдумав это как следует, он несколько поуспокоился, придя к мысли, что как-то так тестя себе и представлял. — Дочь моя, я услышал, что ты нашла себе мужика! Где он? — по небу разнёсся голос, который слышал весь город. Саччан никогда в жизни, ни до ни после, не слышал чего-то столь мощного и властного. Даже голос дракона, который он позже вспомнит, не будет идти ни в какое сравнение с этим. Жители, замерев недоуменно переглядывались, пытаясь понять, о ком идёт речь. Мужчины, которым недавно посчастливилось повстречать свою любовь, резко почувствовали себя неуютно. Все, кроме относительно умиротворённого Саччана, которым, на самом деле, и интересовался владыка. Саччан смотрел на застывшую Эльфийку, у которой, казалось, потерялись все слова и эмоции. Не то чтобы она не была рада визиту отца… но у девушки слегка порозовели уши и она захотела оказаться непричастной к происходящему. Она молчала, не в силах определиться, ответ на какой вопрос её интересует больше: «Откуда он так быстро узнал о Саччане, ведь прошла буквально одна ночь? Почему нельзя было нормально прийти, без всех этих тучек, молний и прочего? Как она будет после смотреть в глаза жителям этого небольшого городка, когда те узнают, кто её отец? Почему его настолько волнует её личная жизнь, в конце концов, она была лишь немного младше Саччана!» — Я поговорю с ним, — Саччан морально был не готов к такому скорому знакомству с родителями любимой, но, героически собравшись с духом и мысленно отринув угнетавшее похмелье, решил с честью пройти это испытание, — Этот день должен был рано или поздно настать, — заключил он. Эльфийка несколько смутилась из-за прямолинейности его фразы, но не стала возражала, ибо сама думала в похожем ключе. Хоть и совершенно иначе представляя знакомство Саччана с отцом, совершенно иначе. Подойдя к молчавшей Эльфийке, рыцарь вручил той меч, с просьбой придержать его у себя, а лучше отнести в дом, к доспехам, чтобы он был в сохранности. Теперь перед ним встала сложная задача, ему надо было произвести впечатление на отца возлюбленной и показать, что он не такой как все. И сердце подсказывало воину, что пылкой речи о своих чувствах будет несколько недостаточно. По правде, смотря на воронку в небе он впервые в жизни засомневался, что молитва сможет чем-то помочь. С этим надо было справляться самостоятельно. — Я здесь! — изо всех сил заорал Саччан, поднимая в воздух руку. У него не было конкретных идей, а потому он решил просто быть собой, как умел, — И я люблю вашу дочь!!! Владыко, не спускаясь, развернулся на звук и внимательно оглядел воина с головы до пят. В следующее мгновение Саччан, как и весь город, узнал, что у владыки был талант к краткому, но очень ёмкому по содержанию формулированию мыслей. — Какого хера? — лаконично спросил Владыко, умещая в два слова и раздражение от ответа Саччана, и негодование от самого факта существования какого-то мужика рядом с его дочерью, и недоумение от внешнего вида кавалера, что всё ещё был укутан в фиолетовый плед со шлемом на голове. К сожалению, искренность воина не была оценена по достоинству Пиздеем Морей. — Я могу стереть тебя и весь этот ничтожный город впридачу. Сможешь ли ты защитить мою дочь? Саччан явно не сумел произвёл на тестя правильное первое впечатление, ни своим видом, ни словами. Марта, которая могла слышать только фразы Владыки, не догадываясь, что он говорит с Саччаном, нервно вздрогнула от этих слов, помолившись, чтобы тот с кем он ведёт диалог сумел образумить Пиздея, пока ещё не поздно. Из уст владыки, способного менять рельеф взмахом руки, угроза стереть город не казалось простой шуткой. Каждая его фраза звучала так, будто право на ошибку уже было потрачено. Рыцарь невольно сглотнул, понимая, что диалог складывается слегка не в его пользу. Но Саччан был воином, что не привык пасовать перед трудностями, в особенности после всех событий последней недели. Он уже хотел начать что-то говорить про небеса, которые указывали ему путь, но его прервала Эльфийка, что отнесла домой меч и вернулась с какой-то потёртой коричневой шляпой в руках. — Саччан, моего отца не переубедить простыми словами! Надень эту шляпу, она волшебная, с её помощью ты сможешь показать, что в твоей душе сокрыта великая сила! — она протянула загадочную шляпу, взглядом попросив довериться ей. Учитывая, что отцом Эльфийки был сам владыка мира не было ничего удивительного, что под её кроватью завалялась парочка уникальных магических артефактов, что были подарены на разные праздники. К примеру, эта шляпа ей досталась на 15-ти летие со словами: «Прими эту шляпу, она укажет твоё будущее». Эльфийка сама не была полностью уверенна в том, как работает этот головной убор, она пользовалась ей всего пару раз. По идее шляпа способна раскрывать внутренний потенциал, и это то, что сейчас было нужно, чтобы обратить внимание владыки. Зная своего весьма импульсивного отца, Эльфийка надеялась, что присмотревшись к Саччану поближе, он сможет принять воина. Но для этого нужно было заставить старого повелителя перестать беспричинно угрожать уничтожением городов и пойти на диалог! Саччану не сильно нравилась идея полагаться на какую-то шляпу, она не выглядела как митра или шлем крестоносца, но слова любимой зацепили его интерес. Разумеется, он помнил, что случилось в прошлый раз, когда его одолел интерес. Однако он полностью доверял Эльфийке и потому не сомневался в своих действиях. Шляпа была потёрта и стара, будто некогда служила мудрому волшебнику, жившему столетия назад. При взгляде на неё казалось, будто стоит надеть на голову и откроется судьба, новые горизонты. Отвлекаясь от насущного Пиздея Морей, воин быстро натянул её на шлем, ожидая, что его тело окутает святое сияние, а небо просветлеет, раскрыв возможности, что ранее были ему неведомы, что шляпа укажет на новую тихую гавань, которая ожидает Саччана в будущем. Над городом повисла продолжительная тишина, нарушаемая только ветром и редким треском молний. Пиздей ожидал. — Томское моторно-тракторное! — проорала шляпа, определив судьбу, горизонты и гавань Саччана, который недоуменно перевёл взгляд на смутившуюся Эльфийку. «Я дала не ту шляпу..?» — растерянно думала она, пытаясь вспомнить не было ли у неё похожего головного убора. Саччан не понял, что имела ввиду шляпа, и это было несколько разочаровывающе. Впрочем, он решил оставить размышления о гавани и мысленно вернуться к более важным делам. Пиздей Морей не собирался ждать ответа Саччана вечно. Несмотря на давление ситуации, спокойствию рыцаря могли позавидовать вековые скалы. Его не удивляли ни говорящие шляпы, ни парящие мужики, менявшие погоду. Даже факт, что с ним внезапно встретился отец возлюбленной поколебал воина лишь на мгновение. В какой-то момент он даже перестал ощущать похмелье, настолько превознесся его дух. Ему казалось, что это всё также естественно как восход солнца, как роса на травинках поутру. Не исключено, что предыдущий день, включая ночной поход к дракону, который Саччан пока не мог вспомнить, оставили слишком большой след, а потому мироощущение Саччана временно было очень серьезно нарушено. Впрочем, учитывая реальность, это играло рыцарю на руку. Его вера была крепка, он не собирался отступать на своём пути к счастливой семейной жизни, он хотел устроиться на постоянную работу, подвергался соблазну подружиться со своим ангелом-хранителем. Он больше не был тем отбившемся от крестового похода заблудшим воин, которого судьба бросала из одного шторма в другой. Он ясно видел ради чего он собирается пойти в гильдию, он осознал, куда его вели небеса и ради чего подкидывали ему новые испытания. Будто отвечая на внутреннюю уверенность воина, его тело окутал ослепительный золотистый свет, заставивший Эльфийку, зажмурившись, отвернуться, прикрывая рукой глаза. Через пару секунд, когда сияние утихло, вокруг воина остался лишь ореол мягкого белого сияния, и на его теле, как по волшебству появилась сверкающая белоснежная броня. Эльфийка, открыв глаза, уставилась на него с неподдельным удивлением и долей восхищения. В этом новом образе Саччан был похож на святого паладина, будто сошедшего с лучших гобеленов королевства. Сквозь чёрное марево пробился яркий столб света, озаривший грациозную фигуру рыцаря. Аккуратно сняв коричневую шляпу, Саччан ненадолго остановился, задержав внимание на её внутренности. Его глаз зацепил рубиновый отблеск, в котором новоиспеченный паладин быстро признал наконечник меча. Крепко схватившись за рукоятку, он медленно вытянул из шляпы массивный клинок с затемнённым, закалённым лезвием, с блистательной белой гардой, украшенной грубыми по форме, но кристально чистыми рубинами. Вне всяких сомнений, это был меч, который нельзя купить в магазине. Саччан много разного оружия, от дешевого до дорого, видел раньше, но впервые держал в руках что-то воистину экстраординарное. Это был тот самый клинок, что возникал в его голове при фразе «легендарный меч, закалённый дыханием дракона». Саччан поднял голову, уверенно расправил плечи и, гордо вознеся руку с мечом, обратился прямо к владыке, голосом, отражающим безграничную решимость: — Я смогу защитить всех, кто мне дорог, вместе с этим городом! Эльфийка испытала трепет, стоя за надёжной спиной Саччана, и облегчение оттого, что, хоть и не сразу, но шляпа сработала как надо. «Именно так выглядел потенциал Саччана, сила его души», — впечатлялась она. Владыко испытал неимоверной силы шок, впервые за последнюю тысячу лет его жизни. Ибо это была его шляпа, и он абсолютно точно знал, что единственное её умение - словесно направлять надевшего, больше эта шляпа нихрена не делала и не могла делать. Пожалуй, новость, что его любимая дочурка нашла какого-то мужика, возымела на него меньший эффект, чем магическое перевоплощение, которое он только что увидел. Ему не хотелось признавать, но мужчина, которого избрала дочь, оказался не так прост. Даже Владыко, старейший волшебник, не знал, что только что сделал Саччан и каким вообще образом он достал из его шляпы меч. Это противоречило законам физики. Возможно, он слегка погорячился со всем этими молниями и прочим, скромно мелькнула в его голове мысль. Самую малость, ему захотелось дать шанс молодому паладину. «Да, хотя бы на разговор… вдруг он окажется не так плох, как я о нём думал», — замешкался Пиздей под впечатлением. — Пожалуйста, папа, спустить и выслушай нас! — с надеждой выкрикнула Эльфийка, заметив, что её отец внезапно притих. Саччан же, отходя от эйфории момента, с удивлением рассматривал собственную броню, взявшуюся из воздуха. «Всё это определенно святое благословение небес», — не сомневался Саччан. Пока Пиздей медленно спускал вниз, рукой разгоняя чёрные тучи, что прихватил с собой ради эффекта, паладина поглотил процесс восхищения легендарным мечом. Он изучал оружие с верностью дотошного студента, каждый дюйм, начиная с формы рубинов на гарде, заканчивая переливами оттенка лезвия с тёмно-серого до ярко серебристого. Со стороны он выглядел совсем как маленький ребёнок, который на Рождество нашёл под ёлкой новую игрушку. Единственное, чего до конца он не понимал, это роль шляпы, какой цели она служила относительно клинка: «Это какие-то ножны для легендарных мечей?» — философски размышляя, пробормотал воин. Марта смогла расслабленно выдохнуть, пожалуй, это было самое тревожное утро за последние несколько лет. Её город пригрозило уничтожить всемогущее существо. Она была вынуждена отдать должное рыцарю, молитва на удивление хорошо работала. Благодаря неизвестному, опасность миновала. Немного придя в себя она вспомнила о Саччане, который вчера вечером хотел пойти к дракону. Какое же выражение появилось на лице бедной белокурой девочки, когда, заглянув в магический шар, рядом с воином она увидела мирно улыбающегося Владыко… Она также ещё ничего не знала про ночной поход Саччана к дракону. Словом, её ожидали длинные сутки, полные незабываемых впечатлений.

***

Вечерело. Воздух необычайно притихшего города потихоньку становился прохладным. Поминая события дня, многие решили мирно провести его остаток сидя в тепле дома или в съёмной комнаты при таверне. Каждый в городе думал о своём. Кто о далеких мечтах, созерцая восходящую луну, а кто о том, куда его занесёт завтрашний день. Владыко, к этому часу уже покинул город. Спустившись с неба, он в более спокойной обстановке познакомился с Саччаном и вместе они пошли в дом. Пока Владыко извинялся перед несколько негодующей дочерью, рыцарь не мог оторваться от полученного благодаря магии нового комплекта доспехов и долгожданного легендарного меча. Он решил, что один набор будет на каждый день, а другой на случай важных переговоров. Ещё пару часов, мирно попивая чай с бубликами, они втроём болтали о разном. Особенно громко Пиздей смеялся с истории знакомства рыцаря с его дочкой, чем засмущал обоих. Их знакомство чем-то напомнило ему свои молодые годы и первую любовь. Уходя, он крепко пожал Саччану руку, хоть и не полностью, но признавая достоинство воина. Этим же вечером Марта, дождавшаяся ухода владыки, потребовала от Саччана объяснений. Кратко обрисовав ситуацию, Саччан предложил потерявшей равновесие девчушке пройти в дом и выпить ароматного чаю. Эльфийка с радостью пустила к себе королеву города, впервые имея честь принимать столь известную личность в своём доме. Девочка смотрела на неё и медленно осознавала, сколько сюрпризов таит в себе жизнь. Чего Марта была не в силах понять — как Саччан умудряется оставаться таким спокойным, узнав кто отец его любимой. «…я говорила, что ты особенный», —тихонько произнесла она, заедая потрясения маковым бубликом. Ранее девочка имела ввиду наличие в Саччане магических сил, но теперь явно подразумевала что-то большее. Он всё ещё считал её своим ангелом. Все остальные дела было решено отложить на следующий день и на Эстренделл, наконец, опустилась долгожданная ночь. Так Саччан спас город и стал легендой. Быль.