Точка невозврата

Ада Я чувствовала, как от волнения крутит живот. Тело жило своей жизнью, будто не слушалось меня. Собрать мысли в кучу получилось, а вот успокоить сердце — нет. Оно билось так, словно хотело выскочить из груди. Кровь пульсировала в висках, и каждый удар отдавался глухим звоном в ушах. Я понимала: если сейчас сорвусь, если поддамся панике, то это будет конец. — Покажись! Голос прозвучал хрипло, сорвано, но в нём было больше ярости, чем страха. Сзади упала картина. Глухой удар о пол разорвал тишину, как выстрел. Послышалось утробное рычание — низкое, звериное, лишённое всего человеческого. От этого звука внутри всё сжалось. Из тени медленно выполз кровожадный убийца. Его движения были неестественными, рваными, как у марионетки с оборванными нитями. В тусклом свете его силуэт казался ещё более уродливым, изломанным, чужим этому миру. — Вот ты где, уродец! Я несколько раз выстрелила, точно попадая в цель. Грохот выстрелов оглушал, отдавался в костях. Упырь дёрнулся и зарычал, но мои пули его определённо не брали. Я лишь разозлила его. Осознание этого холодом скользнуло по позвоночнику. Он размазал по лбу чёрную кровь и заверещал — звук был таким пронзительным, что хотелось зажать уши. — Подавись! Раскидывая вещи, упырь попытался схватить меня за руку. Я выстрелила ещё раз, но промахнулась! Ошибка стоила мне драгоценных секунд. Я почти физически почувствовала, как время оборачивается против меня. Упырь прыгнул на меня, но я успела увернуться. Потом ещё раз. И ещё. Каждое движение давалось на чистых инстинктах. — Пронесло! Я сделала ещё выстрел, но упырь подобрался слишком близко. Он выбил пистолет из моих рук и толкнул меня в груду мебели. — Блять! — только и успела я крикнуть. От удара потемнело в глазах. Мир на секунду исчез, осталась только глухая боль и звон в ушах. Я на ощупь отползла под стол, пытаясь придумать, как выбраться из ловушки. И в идеале — живой. Хотя это «в идеале» звучало всё более издевательски. Упырь вдруг потерял ко мне всякий интерес. Он забрался на подоконник и принялся разбивать кулаки о стекло. Нет. Нет-нет-нет. Нельзя его выпускать. Если он уйдёт, он убьёт ещё кого-то. Эта мысль была страшнее, чем риск для собственной жизни. Я сделала первое, что пришло мне в голову. Разрезала ладонь куском битого стекла и размазала кровь по себе. Боль была резкой, но почти не ощущалась на фоне адреналина. Упырь среагировал моментально. Почуяв запах крови, он нашёл меня глазами и одним прыжком оказался рядом. Всё произошло слишком быстро. Его когти вонзились мне под рёбра. Боль была адской. Настолько сильной, что перехватило дыхание, будто в лёгкие вогнали огонь. Он склонился, обнажая клыки, его мерзотное дыхание обдало лицо гнилью и кровью. Я едва могла двигаться, страх сковал тело. Я не хочу умирать. Только не так. Не здесь. Не сейчас. — Отпусти меня, тварь! Сдохни! — прокричала я. Я вцепилась ему в голову и начала неистово трясти упыря. Тело прошиб жар. Не обычный, а странный, дикий, будто внутри что-то ломалось и одновременно рождалось. Я почувствовала огромный прилив силы, как будто открылось второе дыхание. Нечто хищное, чуждое и дикое поднималось из глубины меня. Мои пальцы сжали голову упыря с невероятной силой. Я сама не понимала, как это возможно. Прежде чем он понял, что произошло, я свернула ему шею. Мы вместе рухнули на пол. Блять… я не вижу. Ничего не вижу. Густая тьма заволокла глаза. Страх сдавил грудь. Тошнота и паника подкатили к горлу. Казалось, что я умираю следом за ним. Когда глаза снова начали видеть, я увидела труп упыря. Недвижимый, он лежал рядом в неестественной позе и с открытыми глазами. Я убила его? Свернула ему шею голыми руками? Как это вообще возможно? Я прикусила язык, чувствуя металлический привкус крови во рту. И не сразу поняла, что порезала язык. Стоп… порезала язык… О собственные клыки?! Какого х…??? Без сил и истекающая кровью, я подползла к разбитому зеркалу и поймала своё отражение в одном из осколков. — Что за херня??!! Я увидела клыки. И неестественного цвета глаза. Чужие. Не мои. Мир поплыл, реальность трещала по швам. Я начала судорожно соображать, что делать. Меня трясло, мысли путались, я стремительно теряла самообладание. Неужели упырь меня укусил? Я зажала рукой рану под рёбрами, чтобы предотвратить обильное кровотечение, и попыталась встать. Карлос говорил, что у меня есть шесть часов, чтобы перелить кровь. Отлично. Даже если ублюдок меня укусил, я могу ещё не превратиться. Я цеплялась за эту мысль, как за последний спасательный круг. Я вдруг замерла. В ноздри ударил металлический аромат — яркий, оглушающий, пьянящий. Кровь. Я медленно повернула голову в сторону Джошуа. Непроизвольно сглотнула. Было дикое желание попробовать его на вкус. Не просто подойти — вцепиться, пить, утолить этот огонь внутри. — Твою мать! Нет! Я дёрнулась, упала и ударилась затылком. В глазах потемнело. Сознание начало утекать, как вода сквозь пальцы.