Не благородный и не рыцарь, но ведь и ты не дама

Вопреки мнению Куникиды, Дазай не был совсем уж отморозком и никогда не стал бы искренне предлагать двойное самоубийство девушке, которая бы на него согласилась. Но этот раз был исключением. – Прекрасная дева, не окажете ли вы честь одинокому страннику и не совершите ли со мной двойное самоубийство возлюбленных? – Почему бы и нет, – ответила «прекрасная дева» внезапно мальчишеским, ломающимся голосом. – Если, конечно, тебя не смутит, что я ни хрена не прекрасная дева.