Часть 2. Метро

      Нас задержали на паре по вышмату. Бесчеловечно! Отсидеть шесть пар. Я уставшая иду мимо дурацкого синего забора в сторону метро. С друзьями мы обсуждаем контрольную, думая, что наверняка её завалили. Дифференциальные уравнения сущий кошмар. Но вот мы подошли к зданию с хлопающими прозрачными дверьми, все попрощались, и я пошла внутрь со своими друзьями — Гошей и Эльнуром. Классные ребята, жаль, что одному ехать лишь до пересадки, а другой сегодня едет на другую станцию, хотя обычно мы добираемся вместе до конечной и много шутим.       Пересадочная станция. Мы попрощались и разошлись в три разных направления. Достаю наушники, включаю приятную мелодию. Я люблю слушать музыку в метро, от шума начинает болеть голова. Стою на платформе, жду поезда, иногда поглядываю в тоннель. Мне нужно сесть в последний вагон, чтобы побыстрее выбраться на конечной станции. Синий состав мчит, развевая волосы по ветру. Тут главное запомнить номер поезда. Это стало привычкой еще со школы. 521. Сумма чисел 8, не люблю это число. Из вагона вывались люди, словно горох из консервной банки. Зашла и встала в уголочек вагона. В последнем нет сидений, но прислониться к стеклу с надписью «Не прислоняться» удобно.       Люди, очень много людей. Все такие разные. У меня привычка — я стараюсь запомнить большую часть народу, что едет со мной в вагоне. Красная куртка, высокие сапоги, шапка с пчёлкой, рюкзак с мягкими фиолетовыми шипами. Все разные и такие одинаково уставшие. Как и я. Внимание рассеивается уже на следующей станции.       Утыкаюсь в телефон полистать канал с новостями города, а потом и книжку. Мысли скачут, как ненормальные. Все свалилось в кучу: от заданий и лекций до того, какой корм стоит зайти купить для кошки.       Какое же отличное местечко. Не падаешь при торможении вагона, минимум людей рядом, никто тебе не дышит перегаром в затылок. Чудесно! Я проехала уже, кажется, три станции, осталось ещё три. И я бы не подняла взгляда с экрана телефона, если бы мне не стало неприятно. Оглядываюсь по сторонам. Люди изменились, красной куртки нет, зато появилась кислотно-зеленая. И подозрительный тип. Ловлю его взгляд на себе и сразу отворачиваюсь. Делаю вид, что устало смотрю в одну точку. Это неправда, на самом деле я рассматриваю заострённые черные туфли с заломами, серые классические брюки, рядом стоит женщина в расклёшенных.       Снова смотрю на мужчину — кольца на пальце нет, сами по себе руки имеют неприятную форму — красная кожа, костяшка у большого выпирает, сами пальцы короткие, ногти кривоватые, короткие и тёмно-красные. В руках портфель — скорее всего работает в офисе. Кожа жесткая по виду. Я как-то увлекалась хиромантией — такие руки бывают у людей либо с тяжелой судьбой, либо агрессивных и жестоких.       Поезд заезжает в тоннель. Место, все-таки замечательное: можно посмотреть в стекло за мужчиной. На вид ему около пятидесяти. Потертый пуховичок, под ним типичная бежевая жилетка с карманами. Прям-таки образ человека из передачи разговоры о рыбалке. Шапки нет, волосы частично выпали. Под светом ламп лысина немного блестит. Он все смотрит на меня, как бы мысленно посылая: «Посмотри на меня». Стоит достаточно близко, чтобы четко видеть в отражении, куда направлены его глаза.       Я резко повернулась. Он так же смотрит. Может, мне в волосы прилетел фантик? Трогаю спутавшиеся пряди — ничего нет. Он улыбнулся. Сухие тонкие губы.       Выгляжу я так себе: не выспавшаяся, уставшая, с синяками под глазами, бледная, в черной куртке, кроссовках, обычных синих джинсах и объёмном свитере, ну и рюкзак за спиной.       Хочется уйти подальше, но я в последнем вагоне. Дальше идти некуда. Когда на тебя так пристально смотрят — это пугает. Вызывает подозрения и лёгкий страх.       Мужчина пригладил свои оставшиеся волосы и отвернулся. Прохладный голос оповестил о закрывающихся дверях и следующей станции. Людей стало меньше, теперь можно свободно ходить по вагону. Заняты сидячие места и места возле дверей. Я пошла к другой, предпоследней. Якобы мне так надо. Но я всего навсего не хочу, чтобы на меня пялился какой-то старый мужик.       Мне двадцать один и я не из тех девушек, которых привлекают люди старше лет на тридцать. Заинтересованность совсем взрослых мужчин пугает. Потому что по факту я выгляжу ещё как подросток и от такой симпатии разит педофилией.       Он заметил моё перемещение. Я упорно стараюсь не впадать в панику. Глубоко дышу и вспоминаю все хорошее. Он всего лишь смотрел мне в глаза. Даже не на тело, хотя я уже не уверена. Может просто редко видит зелёные? Мне многие говорили, что у меня красивые и необычные глаза, яркие. Он сделал несколько шагов и теперь стоит посередине сидячих мест. Ближе ко мне. Я вынимаю гарнитуру, кладу её в кейс. Обычно убираю в карман, а сейчас решила убрать в рюкзак. Чтобы не было лишних предметов в кармане с острыми ключами. Я произвожу те же действия каждый раз, когда ухожу с освещённого проспекта к себе во двор.       Я чувствую, что он продолжает смотреть. Мне не нравится это. Навязчивые мысли лезут в голову. Нужно что-то написать маме. А лучше папе. Смотрю на часы — уже восемь вечера. На улице март, но ещё достаточно прохладно и темнеет также рано. Приходит сообщение от мамы: папа уже дома. Под каким предлогом попросить его выйти? Купить хлеба? Я вчера покупала, ещё остался. Ладно, не буду лишний раз пугать родителей. Тем более я ещё в метро, может мы сразу разойдёмся с этим подозрительным мужиком. Надо бы его незаметно сфоткать. Но он слишком внимательно за мной следит, сделать такое по-тихому не получится.       Звучит конечная. Я выхожу и мнусь. Если обычно несусь сломя голову на эскалатор, чтобы побыстрее выйти на свежий воздух после часа поездки, то сейчас я медлю. Мужчина тоже не торопится, несмотря на то, что толпа бежит на выход, толкая его. Я делаю вид, что кому-то пишу. Ха-ха-ха. Открыты у меня заметки. Но просто стоять он не может и поднимается в очереди на эскалаторе. Я иду следом, теперь он достаточно далеко от меня.       Это не так. Он все ещё близко. Он повернулся и всю дорогу наверх смотрел на меня. Ему сделала замечание какая-то женщина. Видимо, пинал её своим портфелем. Он отвернулся. Мне срочно нужно придумать, что делать, когда я выйду. Вызвать такси? Сейчас час пик, будет дорого стоить и ждать долго. Идти пешком? Он может пойти следом. Это ещё хуже.       Я схожу с эскалатора. Ну конечно! Каждый день же дежурят полицейские. Они проверяют документы у человека, по виду мигрант, работающий где-нибудь на стройке. Встаю рядышком. Мужчина придержал прозрачную дверцу и вышел. Я выдохнула. Зря.       Он появился на другой стороне. Там, где вход в метро. Теперь стоит чуть выше и следит за мной. Его маленькие поросячьи глазки бегают, явно размышляет, что же ему делать. Зачем он это делает, мне знать не хочется. Я не хочу думать и предполагать, что у него в мыслях. Уж точно ничего хорошего. Я буду стоять здесь хоть до закрытия метро, лишь бы он ушёл и не узнал, где я живу. Только бы он перестал на меня пялиться и ушёл. Полицейские замечают меня, но ничего не говорят. Таких как я много. Здесь стоят, чтобы с кем-то встретиться или достать шапку и шарф. Из двери служебного помещения выходит женщина-полицейский.       Мне страшно. Прошло уже минуты три, а он все ещё не ушёл. Он стоит и ждёт, когда я выйду. Зашёл в небольшую нишу, там его никто не толкает и видеть меня оттуда весьма удобно. Я начинаю сильно паниковать, непроизвольно отдирая пальцами кожицу у ногтя. Черт, пошла кровь. Достаю пачку салфеток из кармана, заворачиваю палец. Я не могу перестать смотреть на него, почему-то задача запомнить каждую деталь внешности этого сального мужичка выведена в абсолют.       Я встаю поближе к полицейским. Мнимое чувство безопасности. Мужик уже без стеснения меня разглядывает, потирает руки и облизывает губы. Отвратительно. Сердце начинает биться сильнее. Люди сами по себе в больших городах равнодушные. По крайней мере большинство. Обычные граждане бегут, несутся куда-то, не замечая ничего вокруг. Он всё ещё не ушёл. Толпа проходит мимо, никто на него внимания не обращает. Кроме меня. Потому что так долго наблюдать за человеком — это не нормально.       Я не выдерживаю и подхожу к полицейским.       — Не подскажите, сколько времени? — дурацкий вопрос, у меня на руке часы, в кармане телефон, над ними висят обычные часы. Узнать время можно ото всюду.       — У вас что-то случилось? — спрашивает женщина-полицейский, слегка прищурившись.       — Нет. Да. Я не знаю. Мне кажется, за мной следят. — Нервно отвечаю я.       — Кто? — спросил мужчина-полицейский, потирая дубинку на ноге.       — Там стоит мужчина, он постоянно на меня смотрит, я точно не знаю, на какой станции он зашёл, — смотрю на нишу и вижу его спину. — Он уходит.       Мужчины полицейские посмотрели в ту сторону, но ничего уже не увидели. Он ушёл.       — С какой вы ехали? — она смотрит на часы, достаёт телефон и пишет заметку.       Отвечаю. Сказала все, что запомнила.       — Сколько тебе?       — Двадцать один.       — Постой ещё минут десять и иди спокойно. Не переживай. Он тебя не трогал?       — Нет. Спасибо вам.       Спустя время я ушла. Сразу села на троллейбус и поехала домой. Мужчины не было. Он ушёл. Ему надоело играть в свою больную игру, почувствовал опасность раскрытия и исчез. Рассказала родителям. Не всё, но чтобы просто знали и не сильно переживали. На всякий случай.       Спустя недели две я сидела в коридоре и ждала начала пары. Рядом сидит Эльнур. Он любитель треш-контента. Подписан на всякие разные телеграм каналы, с новостями о найденный трупах, останках, всплывших телах после зимы, грабежах, пойманных закладчиках и прочих непорядочных людях.       — Зачем ты это смотришь?       — Как зачем? Вдруг меня похитит и схватит за самое ценное кто-то по типу Денчика? — смеясь, ответил он.       Я немного улыбнулась, Денис у нас местный хулиган. Часто приходит с подбитым лицом, никогда не говорит, где подрался и шутки у него весьма пошлые и на грани. Очень вспыльчивый товарищ, но при этом добрый. Все шутим, что у него горячая кровь.       — Вон, смотри, у нас на районе поймали какого-то насильника. Изнасиловал девушку девятнадцати лет, держал её неделю у себя в квартире. Родители написали в полицию, и его нашли по горячим следам. Он ей горло перерезал. Ну и урод. Ты посмотри, какая рожа! — Эльнур протягивает мне телефон. Я вижу того самого мужчину. Того самого, который следил за мной. Он стоит возле какой-то стены в той самой жилетке.       — Я его видела. Он смотрел на меня, — едва слышно сказала я. По коже пробежали мурашки, в глазах слегка защипало. Мне плохо, кислорода не хватает. Плавно вдыхаю и выдыхаю. Нужно успокоится и радоваться, что это не со мной случилось.       — Когда? Он тебе ничего не сделал же?       — Нет. На прошлой неделе. Ты тогда, кажется, к стоматологу ехал.       О таком не будут рассказывать в новостях. Эту новость снесут где-то через час, а канал заблокируют. За таким пристально следят и быстренько удаляют. Чтобы особо впечатлительные не переживали.       На месте той девушки могла быть я. Спасибо тем полицейским. Моя подозрительность спасла мне жизнь. Буквально. Будьте бдительны и отзывчивы.