Ольга. Перерождение и новая жизнь...

Крестины. Сначала Ольга боялась этого, не знала, как крещение может повлиять на её судьбу, но потом… Потом она вдруг осознала, что, возможно, это действительно её шанс. Шанс начать все с ноля, с чистого листа, можно сказать. Она смотрела на маленькую Аннушку и у неё начало появляться удивительное чувство, что после собственного крещения она снова бы обнулится. Забудутся все обиды, злоба, интриги, все то, от чего так сильно и невыномо жгло внутри… Все начнется с чистого листа. Она снова станет ребёнком. Маленькой, открытой, чистой девочкой, у которой впереди вся жизнь. Удивительное совпадение, но почему-то именно накануне крестин Алекс относился к ней особенно трепетно. Возможно, их энергетическая связь была уже настолько сильна, что он чувствовал в тот момент, как же волнуется Ольга перед таинством. Он много говорил с ней, обнимал, баюкал перед сном и даже рассказывал какие-то сказки из детства. Для Ольги было настоящим счастьем слушать его голос и засыпать под него. А голосочек и плач звоночка Аннушки никак не тревожил её, а наоборот-успокаивал и умиротворял. День крещения пришёлся на воскресенье. Удивительно - Новый год и новая жизнь. Из дома в дом ходили мальчики в тёплых шубках и валенках, засевали хозяев и весь дом зерном, желая всем домочадцам здоровья и достатка на весь предстоящий год. А вечер накануне, который здесь назывался Богатым, и вовсе был похож на какую-то магию, мистерию. Также из дома в дом ходили ряженные, как здесь называют «перебиранці» - парни и девушки в разнообразных, причудливых костюмах- Маланки (парни передевались в девушку), козы, черта и прочих пели «щедривки», прославляя год, который наступил. На щастя, на здоров’я, на Новий рік! Щоб Вам вродило краще, ніж вторік! – желали они хозяевам щедрого урожая, который должен был быть лучше, чем в предыдущем году. Вся семья выходила в гостиную, куда приглашали вертеп, и слушали с удовольствием пение. Не была исключением и Аннушка, которая зачарованно затихала у бабушки на руках, слушая пение и пожелания (тут они назывались «виншування»). Александр и Ольга также слушали с остальными, обнявшись и зачарованно улыбаясь. Удивительно, но на душе и у Алекса, и у Ольги было спокойно и светло, словно бы они были не в бегах в гостях у случайных спасителей, а приехали к семье, к родным людям. Они были счастливы, их души исцелялись. Рождественское чудо было в действии. В ночь перед крещением Ольга спала на удивление хорошо и крепко, уснув накануне в объятиях Алекса, который баюкал её своим особым баритоном. Самым милым также было и то, что пел он ей ту колыбельную, которую накануне пела Павлина маленькой Анюте. А когда Ольга проснулась, Александра в комнате уже не было – он с самого утра хлопотал по делам, касаемым крещения любимой. Зато у себя на кровати расстерянная Ольга обнаружила удивительной красоты вышитую сорочку для крещения, рядом с которой также лежали венок из живых цветов (удивительно, где же они взяли живых цветов в такую стужу- по предположениям Ольги, их доставили из зимнего сада Косачей, которым с таким трепетом занималась Софья Станиславовна). Со слезами на глазах, Ольга встала с кровати, подошла к той сорочке, приложила её к телу, а затем, обернулась к зеркалу. И, увидев там своё отражение, она не узнала сама себя. И дело было не в том, что подобного она никогда не носила, просто… Увидела она себя другой. В зеркальном отражении на неё смотрела не интригантка-фрейлина, которая готова была сражаться за свое, а нежная и трепетная женщина – любимая и любящая. Будущая мама и хранительница домашнего очага. Увидев и осознав себя такой, Ольга зажмурила глаза и с них градом то и дело бежали слёзы. Слёзы счастья, тихой радости, какого-то особенного очищения. Она чувствовала, что становится такой, какой её видит Саша. Она становится достойной его. И Ольга была твёрдо уверена в том, что она сможет исцелиться душой¸что её настоящее, искреннее сближение с Богом откроем для неё дверь в мир счастья и света. И именно когда она стояла перед зеркалом, не в силах справиться с эмоциями, в их спальню вошёл Александр. Вернее, насколько поняла Ольга, вошёл он в комнату уже достаточно давно, просто зачарованно стоял в пороге, наблюдая за своей красавицей. Затем, едва слышными шагами подошёл к Ольге и трепетно поцеловал её в плечо,а затем, привлёк любимую к себе. -Ты прекрасна.- прошептал он ей на ухо. -Я не верю, что все это происходит со мной.- прошептала, плача от счастья, Ольга и прижала к своей груди ту самую вышитую рубашку. -А ты поверь! Поверь, мой ангел!- сказал Александр. Он невероятно сильно гордился своей любимой, её решением во имя их любви и будущего счастья. А также, её жертве ради него. Романов решительно повернул к себе Ольгу и расцеловал её ладони. -Это… Это похоже на сказку…- прошептала Ольга в то время, когда Александр улыбнулся и нежно вытер слёзы с её щек. -На нашу сказку. На твою сказку, Оленька. На сказку, на которую ты сполна заслужила. Как никто другой, заслужила, мой ангел.- шепнул Александр. Не сдержавшись от восхищения, он трепетно поцелолвал Ольгу и от этого поцелуя у Калиновской в буквальном смылсле закружилась голова, но она же также и первой, в свою очередь, очнулась от наваждения и легонько оттолкнула Александра в сторону. -Конечно же, это все прикрасно, но, прости, мне надо готовиться. В церкви нас уже, наверное, ждут.- шепнула она любимому на ухо. -Всё, понял. Прошу меня простить, Ваша светлость!- Александр даже вежливо поклонился, от чего Ольга покраснела, едва слышно произнеся: «Прекрати!»- Готовься, а мы все будем ждать тебя внизу! И помни…- понизив голос, добавил Александр самое главное, точно почувствовав волнение любимой.- Всё будет хорошо! Даже лучше, чем ты себе предполагаешь!- он хотел было уже покинуть комнату, чтобы Ольга могла подготовиться к таинству крещения, но Ольга вдруг поймала любимого за руку и посмотрела ему прямо в глаза: -Саша…- едва слышно произнесла она. -Да, слушаю, родная?- он мигом стал серьёзным, вдруг поняв, что Ольга хочет сказать ему что-то необычайно важное. -Спасибо тебе. За твою любовь, за твою поддержку. За второй шанс. За то, что мы вместе. За этот день. За всё спасибо.- сказала Ольга, по щеке которой скатилась слеза. -Ты счастье моё.- с невероятно нежностью сказал Александр, снова обняв любимую.- Я уже говорил тебе это однажды, но готов повторить снова. Сам Бог послал мне тебя. И я буду полным дураком, если не стану беречь этот его дар. Ты будешь счастливой, девочка моя. Самой счастливой. Самой- самой.- с невероятным трепетом прошептал Александр и влюблённые снова поцеловались. …. В церковь, стоит сказать, они чуть было не опоздали. Все ждали Алексея, который немного задержался по делам на мануфактуре и приехал уже тогда, когда все были практически готовы, а Катерина, в свою очередь, почти что не находила себе места. Она ходила туда-сюда, нервно потирая руки и прговаривая «что-то случилось», «что-то случилось».. После рождения дочери она стала ещё более впечатлительной и уязвимой. Качая дочь, она очень сильно боялась, что с Алексеем могло что-то случиться, ведь он никогда не опаздывал в такие настолько важные дни. -Алёша!- вскрикнула Катерина, только они с Николаем и его семьей переступили порог дома Косачей. Стоит сказать, что Дорошенко также не могли пропустить такого столь важного события в семье Косачей и, отложив все свои дела, приехал поддержать и семью друга, и Ольгу с Александром в такой важный для всех них момент. -Катенька, родная моя! Ну что ты?- успокаивал и поглаживал Алексей по волосам свою любимую, как ребёнка. Он знал, отлично знал, что после того, что с ним случилось накануне так и не состоявшегося поединка с Червинским Катя слишком уж за него переживает. А после рождения Аннушки её эмоциональный фон так и вовсе желал лучшего, как говорится, поэтому, собственно говоря, вовсе не гневался на неё. -Я… Я боялась, что с тобой что-то произошло! Правда!- Катерина всхлипнула и прижалась покрепче к мужу, словно бы хотела ещё раз убедиться в том, что вот он – здесь, с ней, живой, здоровый и что с ним все в порядке. -Родная моя, милая, ну право слово, что со мной может произойти-то?- поглаживая жену, словно маленькую, по волосам, приговаривал Косач. Катя же, в свою очередь, присто блаженно улыбалась, покрепча прижимаясь к нему. Как вдруг их идиллию внезапно нарушил громкий и властный голос Павлины: -Так, панычи и панночки! Хватит тут сырость разводить! Быстренько собрались и едемте в храм! Такое дело ждать не может!- громко объявила Павлина. Удивительно, но все тут же начали и правда в ускоренном темпе собираться в храм. Даже маленькая Аннушка, которая до того времени капризничала, утихла, а ведь до этого её успокоить не мог практически никто. -Тётка Павлина, а давайте к нам на мануфактуру управляющим!- смеясь, предложил Павлине Алексей.- Уверен, что тогда наши работники будут, как в ежовых рукавицах!- добавил Косач, после чего все тепло и весело рассмеялись, но одна только Павлина была невозмутимо суровой в предторжественной суете. -Ага, вот попомните моё слово, когда мы везде опоздаем и в церковь нас не пустят! Вот тогда-то и посмеёмся!- проворчала Павлина, после чего все и правда ускорились. Спустя полчаса все расселись по экипажам и тронулись в путь.                                                                                        Январьский морозный день рисовал причудливые узоры на окнах храма. Свет свечей освещал лики святых, особенно красиво была украшена икона Богородицы с маленьким Спасителем на руках. С трясущимися от волнения руками и ногами Ольга вошла в храм, перекрестившись. В церквях она была уже неоднократно, даже некоторое время ей пришлось жить, прячась от гнева Императора Николая Второго, в монастыре, но тогда она не ощущала такого просто-таки невероятного трепета и волнения, как сегодня. Александр сжимал её ладонь в знак поддержки – того, что тепреь отныне и вовек они всегда и во всем будут вместе, рука об руку. Именно так, взявшись за руки, они вместе походили к иконам, крестились и целовали их. Немного поодаль стояли крёстные – Павлина в красивом платке и вышитой блузке и взволнованный, немного расстерянный Назар, который был в шоке от того, для какой красивой пани в этот день он должен быть стать крёстным отцом, но всё же он не мог отказать Кате, с которой их столько всего связывается. Да и пани, собственно говоря, оказалась не такой уж жеманной и манерной, какой она показалась Назару на первый взгляд. Когда Катерина указала Ольге на Назара, сказав ей, что он сегодня станет её крёстным отцом, Калиновская подошла к Назару и, не смотря на то, что он бывший крепостной, а она всё же барышня, обняла юношу в знак благодарности. -Спасибо Вам. Большое спасибо за всё. Вы даже не представляете, что делаете для меня.- дрожащим голосом сказала она. -Да что Вы, пани, уж? Не стоит благодарностей таких! – совсем уж обескураженно и по-простому ответил Назар. -Стоит! Стоит, поверьте мне! Ещё как стоит!- сказала она и обратилась к супруге Назара Орысе, которая стояла с ним совсем рядом:- Вы… Вы же позволите мне обнять Вашего мужа? Исключительно в знак благодарности..- спросила Ольга. После всего пережитого, так называемой переоценки ценностей Калиновская стала очень бережно относиться к чужим личным границам и не хотела влезать в чужие отношения, как это было в своё время с Корфом и Анной. -Да, конечно, пани! Конечно!- улыбнулась Орыся, которая держала на руках Зорянку, их с Назаром дочь. Ольга же, в свою очередь, трепетно обняла своего будущего крёстного отца. -Спасибо Вам большое! За все спасибо! Вы... Вы даже представить себе не можете, что делаете для меня! Спасибо! -Да что ж Вы, пани? Прекратите! От креста не отзкаываются же! Тем более, меня Катерина попросила! А ей я отказать нельзя!- сказал Назар, с теплотой посмотрев на Катерину. ….Началась служба. Время подходило к таинству крещения. На Ольгу надели ту самую вышитую сорочку до пят, которую ей подарила семья Косаччей. Прежде, пере таинством крещения Калиновская исповедовалась и причастилась. Она на исповеди, как на духу, рассказала священнику обо всех своих грехах, обо всех тяготах, которые были у неё на сердце все это время. -Каешься ли ты в грехах своих, дочь моя?- на украинском языке спросил у неё отец Онуфрий. -Каюсь, честный отче.- склоня голову, едва слышно сказала Ольга, голову которой священник покрыл специальной накидкой. -Обещаешь ли ты, дочь моя, жить по всем Божьим заповедям и не сворачивать больше с пути истинного?- далее спросил священник. -Обещаю, честный отче.- прошептала Ольга, чувствуя, что сердце её вот-вот выпрыгнет из груди. -Тогда властью, данной мне Господом, отпускаю тебе грехи твои. Во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь.- сказал священник и было слышно, что голос его также дрожал от волнения и трепета. Ольга перекрестилась, почувствовав невероятное облегчение на душе. После начался непосредственно обряд самого крещения. Калиновская встала на колени возле большого чана со святой водой. За её спинами, в свою очередь, встали Назар и Павлина, держа в своих руках свечи. Батюшка дал знак и Ольга вошла в этот самый чан, после чего Батюшка периодично окунал её в святую воду, попутно читая молитвы. -…Верую во Единого Бога, Отца Вседержителя… Творца Неба и Земли.. Видимого всего и невидимого…- говорил священник молитву, а за ним, в свою очередь, хором повторяли крёстные родители и все остальные прихожане. С глаз Ольги градом струились слёзы и она даже и не думала, собственно говоря, скрывать их. Это были слёзы искреннего и неподдельного счастья, очищения, перерождения. Она вдруг подняла глаза и начала рассматривать картины в храме и старинные фрески на стенах, из которых ей умиротворённо улыбались святые. Запах ладана, свет от свечей, горящие счастьем глаза Александра, который молился, смотря на неё… На свою любимую, на свою будущую жену, на мать их будущих детей, на ту, с кем состарится рука об руку, с кем будет делить пополам все горести и радости и плакал… Плакал, не в силах поверить, что это действительно происходит с ним, с ней, с ними. -Крещается раба Божья Ольга. Во Имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь.- закончил святой отец и под ангельские песнопения церковного хора надел на шею Ольги нательный крестик, который подали ему крёстные родители. Стоит сказать, что от волнения Назар чуть было не уронил крестик, за что получил едва слышный нагоняй от своей новоиспечённой кумы Павлины. -Ничего тебе доверить нельзя.- пробормотала Павлина, сама подавая крестик священнику. Затем, в адрес Назара полетели едва слышные гневные слова, который в церкви не совсем принятны. -Тётка Павла, ну чего Вы начинаете? Всё же хорошо прошло!- возмутился едва слышно Назар, уже в самом конце крещения. -А я ещё не начинала! Заставил жинку порядочную грешить в доме Господнем! Господи, прости!- пробормотала женщина и перекрестилась. Ольге надели крестик. Затем, она перекрестилась – справа налево, по-христиански. Священник благословил её, после чего Ольга направилась к Александру, который сжал её руки в своих и трепетно их расцеловал. -Я так счастлив, любовь моя..-едва слышно сказал он. -И я счастлива. Очень.- едва слышно произнесла Ольга и влюблённые поцеловались. -Ну а теперь, друзья мои, пойдёмте в наш дом! Надо отметить данное настолько светлое событие!- с улыбкой сказал Алексей и они все вместе направились обратно в поместье Косачей.