Глава 5. Я хочу познакомиться с твоим сыном...

***

Тишину квартиры нарушали тихие вздохи и стоны, что доносились из спальни хозяев, которые вскоре начали набирать децибелы. В спальне кровать поскрипывала и ударялась о стену в такт толчкам мужчины в женщину. Своими губами Казанцев целовал шею Ольги, оставляя там багровые гематомы, которые сойдут только через пару дней. Одной рукой Вадим фиксировал руки Москвиной, другой держал ее за талию. Поцелуями мужчина спускался с шеи на ключицы, а затем и на грудь. Казанцев захватил губами один из ее сосков и стал посасывать, вызывая у женщины рой мурашек. Ольга выгнулась ему навстречу. Вадим убрал свою кисть с рук проректора по учебной части и положил на спину, придерживая свою любимую. Москвина запустила пальцы в его седые волосы, притягивая мужчину ближе к себе. Через пару мгновений толчки стали грубее и резче, а стоны Ольги громче. Вскоре Вадим почувствовал, как стенки женщины начали сжимать его половой член, и чуть ускорился. Сейчас для них двоих весь мир сузился до размеров их спальни: где начиналась она и заканчивался он. *** Москвина лежала головой на груди у Вадима и слушала сердцебиение, выводя пальцем незамысловатые узоры на гладкой коже. Сейчас Ольга была счастлива. Сейчас, находясь обнажённой, по пояс укрытой одеялом, когда рядом был тот, кого она любит. И, очень надеясь на это, тот, кто любил ее. Рука Казанцева скользнула вверх и вниз по спине женщины. Но их идиллию разрушил телефонный звонок. Вадим потянулся к прикроватной тумбочке, где лежали их гаджеты. Взяв в руки телефон Ольги, мужчина посмотрел на экран, где высветились инициалы ректора их политеха. «Ольга Сергеевна, вас потеряли», — сказал Казанцев и протянул устройство женщине. Москвина забрала свой телефон у любимого. Проведя пальцем по дисплею, она ответила на звонок. Разговор Ольги и ректора продлился не больше пяти минут. О чем они разговаривали, Вадим понять не мог. Женщина отвечала односложными предложениями. Видимо, причина звонка показалась ей не сильно важной, чтобы обсуждать по телефону. — Ну что там случилось? — Скоро у нас будет день открытых дверей, — ответила Ольга, убирая телефон подальше. — Опять будет не мероприятие, а зверинец. По набегут обезьяны, и пиши пропало. Вадим чуть усмехнулся на заявление Москвиной. Хотя она была права. Ведь все-таки найдётся какая-нибудь компания друзей, что будет вести себя как дикари. Но, с другой стороны, это повод подтянуть молодых ребят, которым некуда девать силы и энергию, в хоккейную команду. Зря что ли Казанцев выстраивал команду. Как там говорят: «Сначала ты работаешь на команду, а потом команда работает на тебя». — Ну зато на приеме документов ты можешь сразу забраковать тех, кто очень шумел. — Вадь, я их до августа всех забуду. К тому же у меня перед глазами каждый день сотни человек мелькает, а в день открытых дверей еще больше придет. — сказала Ольга, садясь на кровать и смотря на мужчину сверху вниз. — И вообще, давай оставим работу для работы. Ты мне лучше скажи, почему не говорил, что «молодой папа»? — Оль, тебе это интересно? — Вадим поднялся на локтях и посмотрел на Москвину. Женщина просто смотрела в его голубые глаза и сама пыталась в них найти ответ. — Мне казалось, что это не сильно важно. Я с его матерью давно в «разводе». — Казанцев решил не говорить ей, что они с Настей просто играли мужа и жену. Да и в целом он о своем прошлом до Политеха ей рассказал лишь поверхность, опуская определенные моменты. Нет, стыда за них Вадим Юрьевич Казанцев не испытывает. Просто боялся, что Ольга могла провести какие-нибудь параллели его прошлого и настоящего. А ему это не нужно. Он теперь другой. Тот Казанцев остался там, в Тюмени, в хоккейной команде «Металлист». — А с сыном вижусь редко, в основном созваниваемся по телефону. Ярик и Настя живут далеко отсюда. А сейчас приехали сюда на пару дней к родственникам. — Но он же не твой. Это видно. — Да, я не его биологический папа, но этот мальчик мне родной. И плевать, что ни один ДНК-тест это не покажет. — Между ними повисло молчание. Но его разрушить решила Ольга. Она немного пораскинула мозгами и пришла к выводу, что его брак, видимо, распался по той же причине, что и ее: измена. Только Казанцев смог, видимо, простить неверность супруги. Тогда почему они развелись? — Вадим, и ты так просто простил ей измену? — Ольга, я ношу штаны, а не лифчик с юбкой. Не в моей прерогативе устраивать сцены ревности и закатывать истерики. — После этого Вадим сел на край кровати, поднял с пола свои боксеры, халат и поспешил удалиться оттуда. *** Уже по приходу в Политех Москвина стала думать, где и когда ей проводить этот день открытых дверей. Надо еще с волонтерами все обсудить и с каждым факультетом. Господи, за что ей все это. Ольга сидела за своим столом и смотрела на экран ноутбука, где был открыт сайт их университета, на котором весел пост о грядущем мероприятии. Почему этим должна заниматься она? В ее обязанности не входит это. Сюда бы больше подошел Вадим. Все-таки он проректор по молодежной политике, а не Москвина. Раздался стук в дверь, и, не ожидая, пока женщина ответит непрошеному гостю, он вошел. На пороге в кабинет Ольги стояла ее дочь. Студентка прошла вглубь помещения и, кинув на диван свою сумку, села на стул, что стоял напротив ее матери. «Лиза, что случилось?» — спросила блондинка, смотря на своего ребенка. — Да, мамуль, случилось. Кто мне несколько месяцев назад говорил, что у женщины должна быть гордость? — начала свое нападение Елизавета. — К тому же папу ты выставила за дверь в считанные секунды, а этого хмыря прощаешь!? — Юная леди, следи за своим языком. Я тебе не подружка, чтобы так со мной разговаривать. А ситуация с Вадимом и твоим отцом разная. — Разная? Мама, они оба тебе изменили. Только вот папа это сделал давно и сейчас очень сожалеет об этом, а этот даже не раскаивается! — Лиза... — Ольга сняла со своего носа очки и положила их на стол. Зажав пальцами переносицу, женщина продолжила говорить. — То, что ты видела, то, о чем подумала. Вадик встречался со своим сыном. — Сыном? А что не с дочкой? Это баба больше на дочь похожа. — Лиза не хотела отступать от своей точки зрения. Она видела своими глазами, как хахаль ее мамы сидел в кафе с другой. А ее мать делала вид, что это не так. Казанцевей что, промыл мозги? Или она настолько влюбилась в этого старика, что готова все простить!? — Мама, хватит быть влюблённой дурой! — Достала. Елизавета Ивановна, покиньте кабинет! Живо! — Москвина чуть повысила свой голос на дочь. Уж перед кем, а перед своим ребенком она отчитываться не собирается. Пусть она уже и выросла, но так и осталась ребёнком. Студентка встала со стула, взяла сумку и вышла из кабинета матери, демонстративно хлопнув дверью. — Молоко на губах не высохло, чтобы мне лекции читать, каких мужчин выбирать и за что прощать, — сказала блондинка, надевая обратно очки. Через время Ольга покинула свой кабинет и закрыла его на ключ. Женщина шла в сторону аудитории, где должна была проходить ее пара. Идя по первому этажу, женщина прокручивала их диалог с дочкой. Признаться, Ольга устала от истерик дочки. Да, она желает ей счастья. Вот только не с Вадимом, а с Иваном. Ну и пусть она говорит все, что хочет. Это не изменит ситуацию. Москвина не вернется к бывшему супругу. А с Вадимом у нее было будущее. С этим мужчиной она счастлива. Он надежный человек, на которого блондинка могла положиться. На подходе к нужной Ольга увидела Вадима, что говорил с кем-то по телефону. Чуть замедлив шаг, женщина подкралась к нему и обняла со спины. Казанцев чуть вздрогнул от такой неожиданности. Посмотрев через плечо, мужчина увидел свою любимую. Сказав своему абоненту, что он перезвонит, Вадим повесил трубку и повернулся лицом к Ольге. — Привет, моя хорошая, — последние слово проректор по молодежной политеке произнес по слогам, чем вызвал улыбку у женщины. — Разве у тебя сейчас не лекция? — Лекция. Просто решила подойти к тебе. — Ольга положила свои руки поверх лацкана его пиджака, разглаживая их. На ее губах была улыбка, а глаза светились от счастья, что, казалось, они изменили цвет с голубого на очень яркий оттенок этого цвета. — Вадик, я хочу познакомиться с твоим сыном...