Ямагучи Тадаши

Это был обычный понедельник, когда они с Цукки пошли в школу. Обычный день тренировок, полный как неудач, так и успехов в освоении планера. И уж точно было обычным явлением наблюдать, как Хината и Нишиноя отскакивали от стен, разговаривая на своем особом языке, который никто не мог понять. Однако двое мужчин с пистолетами не были обычным. Ямагучи знал, что его нельзя назвать храбрым человеком. Он начал прятаться за Цукишиму почти сразу после их первой встречи, и был слишком напуган, чтобы даже заговорить, если того не было рядом. Но прямо сейчас он был не просто напуган. Он был далеко за границей ужаса. Вероятно, они все здесь умрут. Он уже смиренно принял это. Его руки даже больше не дрожали. Если не считать периодического нервного чихания, можно было подумать, что он совершенно спокоен. Однако все это было только внешне. В глубине души Ямагучи был так напуган, что чуть не обмочился, когда Таро выстрелил Кагеяме в руку. Он бросился прятаться за Цукки и неловко столкнулся с высоким другом, когда тот сделал шаг назад. Определенно, не самый лучший момент за время, проведенное в спортзале. Совсем недавно Хината был в абсолютной панике, и Ямагучи был рад, что смог избежать этого, в отличие от своего товарища. Он не хотел афишировать тот факт, что когда ему становилось по-настоящему страшно, он буквально бросался к ближайшему человеку (однажды, к его ужасу, это был Цукки) и обнимал его. Представьте, если бы он обнял жуткого капитана Некома. Ямагучи содрогнулся от этой мысли. Улыбка постороннего игрока была из другого мира, а волосы не могли быть натуральными. Цукки заметил, как он вздрогнул, и устремил на него взгляд. Ямагучи был удивлен, что обычно спокойный друг на самом деле нервничает. Его кожа была бледной и покрыта потом, а глаза за очками казались испуганными. Ямагучи счел бы это почти забавным, если бы не причина, по которой Цукишима дошел до такого состояния. Однако теперь здесь была полиция! Снаружи послышался вой сирен, и Таро зашагал взад-вперед, громко ругаясь, в то время как Комацу наблюдал за происходящим с усталым выражением. Команда (плюс жуткий капитан Куроо и нечитаемый Козуме) молчала, явно опасаясь, что если они заговорят о том, как рады, что полиция прибыла, Таро выстрелит в них. — Полицейские ворвутся, как ниндзя, и спасут нас? — Хината просто не мог держать рот на замке, и даже шепот казался громким в гулком зале. Ямагучи вздрогнул. Что, если Таро услышал? — Нет, — прошипел Дайчи, выглядя слегка раздраженным, хотя и старался говорить спокойно. — Есть риск подстрелить нас, — лицо Хинаты вытянулось, и Ямагучи почувствовал долю сочувствия. Он и сам надеялся, что с прибытием полиции эта пытка закончится. Очевидно, нет. Сирены становились все громче, вероятно, машины уже подъехали к спортзалу. Раздался громкий хлопок, от чего Ямагучи подпрыгнул. Обычно Цукки ухмылялся подобному, но тот, похоже, и сам был потрясен. К счастью, это был всего лишь Комацу, закрывавший дверь, оставшуюся открытой после инцидента с Энношитой. Теперь подростки ничего не могли видеть. Они были полностью отрезаны от помощи, собирающейся снаружи. — Он собирается снова угрожать, что застрелит нас? — вновь заговорил Хината, его голос стал тише. Суга тепло улыбнулся ему, протягивая руку, чтобы взъерошить пушистые рыжие локоны. — Будем надеяться, что нет, — мягко сказал вице-капитан. Ямагучи подавил вздох. Значит, это «да». Суга не собирался лгать им, но и говорить правду тоже. — Остается верить, что полиция и Таро придут к соглашению, — пробурчал Куроо. — Мы что, какой-то товар, который нужно передать? — скривился Нишиноя, его голос оставался тихим, но Асахи рядом с ним напрягся. — Ты бы предпочел быть товаром или умереть? — огрызнулся Дайчи. Суга легонько ударил его по голове. — Не сейчас, Дайчи, — отругал связующий. Сирены снаружи стихли, и на долю секунды Ямагучи испугался, что полиция уезжает, сдавшись, даже не начав. Его взгляд дико забегал по сторонам, остановившись на обмякшем теле учителя. Тот дышал ровно, но не подавал признаков пробуждения — удар был сильным. — ВНИМАНИЕ! — раздался громкий голос, и на этот раз Ямагучи не смог удержаться от испуганного вскрика и прижался к Цукишиме, позволившему ему это сделать без единой жалобы — еще одна необычная вещь в этот ужасный день. Хината пискнул, а Козуме прикусил губу. Таро снова выругался, рука напряглась на пистолете. — ЭТО ПОЛИЦИЯ! — продолжил голос, по мнению Ямагучи, слишком громкий. Раздался пронзительный треск помех, прежде чем голос продолжил гораздо тише. — Мы окружили здание. Можно узнать, сколько учеников находится в спортзале? Ямагучи, как и все в зале, посмотрел на Таро. Дайчи, возможно, и был главным среди подростков, но главенствовал здесь отец Суги. — Пошли вы! — парировал Таро. — Я ничего не скажу. — Нам сообщили, что в спортзале как минимум десять человек. Это так? — голос продолжал, спокойный и терпеливый. Ямагучи от всей души надеялся, что Таро не разозлится. — Дайчи, дай мне поговорить с полицией, — прошипел Суга. — Я справлюсь. Пожалуйста. — Ямагучи неловко повернулся, чтобы посмотреть, как препираются капитан и зам. — Мы не можем рисковать, — прошептал Дайчи. Асахи кивнул. — Он пришел за мной, он не будет в меня стрелять, — настаивал Суга, пока Таро снова кричал на полицейских. — Нам нужно с ними поговорить. — А если он разозлится? — прорычал Дайчи. — Что тогда? — В зале десять человек? — повторил голос. Суга встал, вырываясь из рук Дайчи. — Это Сугавара Коуши! — выкрикнул он, направившись вперед. — В спортзале двенадцать человек, не считая двоих, кто нас здесь держит! — Коуши, заткнись, — прошипел Таро, поворачиваясь лицом к сыну. Его пистолет свободно болтался в руке, но Ямагучи знал, что это может измениться в любой момент. — Спасибо, Сугавара! — раздался голос в ответ. — Ты можешь рассказать нам о ситуации внутри? — Суга! — окликнул его Дайчи. Ямагучи почувствовал, как к горлу подступает желчь. Внезапно страх вернулся. Его руки задрожали, и он снова чихнул, заставив Хинату дернуться. — Коуши, закрой рот, — угрожающе произнес Таро, прищурив глаза, когда он и его сын уставились друг на друга. Рука начала подниматься, пистолет был направлен на Сугу. Подросток не пошевелился. — Позволь ему. Вмешательство Комацу разрядило напряжение. Ямагучи почувствовал облегчение, как будто с плеч пал тяжелый груз. — Ты можешь объяснить нам ситуацию, Сугавара? — повторил голос. — Здесь одиннадцать учеников и один учитель. Он потерял сознание. Ямагучи ожидал, что Суга расскажет об их расположении в спортзале. Таким образом, полиция могла бы войти и напасть, зная, куда стрелять не следует. Но, с другой стороны, Таро выглядел крайне сердитым, и он отнюдь не был глуп. Они и так перешли границы. — Не мог бы ты, пожалуйста, назвать имена? — голос продолжал звучать. Ямагучи заметил, как рука Таро крепче сжала пистолет. Он сильнее прижался к Цукки, ожидая, что апатичный товарищ оттолкнет его. Однако ничего подобного не произошло. — Я, Савамура Дайчи — третий год, Азумане Асахи — третий год… — отозвался Суга, прежде чем начать перечислять всех присутствующих в зале. С каждым новым именем Таро злился все больше, пока, наконец, после того, как Суга закончил, не поднял пистолет в воздух. — Достаточно! — рявкнул он. — Больше никаких вопросов. Коуши, вернись обратно немедленно! Суга кивнул и медленно направился к команде, где опустился рядом с Дайчи. Их круг сжимался все теснее и теснее, и теперь они представляли собой тесную кучку подростков, где каждый с кем-то соприкасался. — Все в порядке, — спокойно произнес голос снаружи. — Спасибо. — Даже не думайте заходить сюда! — закричал Таро. — Или я пристрелю одного из детей! Хината пискнул за спиной Ямагучи. Веснушчатому первогодке было стыдно признаться, что он рад, что Хината испугался больше него. Он не хотел чувствовать себя неловко после того, как все это закончится. Если когда-нибудь закончится… Это была мрачная мысль, о которой он не особо хотел думать. Однако он был глуп, полагая, что полиция все исправит. Конечно, этого не произойдет. Они останутся здесь навсегда. — Что мы теперь будем делать? — спросил хмурый Танака, совсем не похожий на себя обычного. — Нам нужно приободриться, — бойко отозвался Куроо, не обращая внимания на злобный взгляд, которым одарил его Танака. — Полиция уже здесь, мы скоро выберемся! — Тише, Куроо, — нахмурившись, прошипел Козуме. — Ты же не хочешь, чтобы Таро нервничал. У Таро есть причины нервничать. Ямагучи не смог сдержать легкой улыбки. — Ямагучи, — Цукишима неловко повернул голову, чтобы посмотреть на него. — Чему ты улыбаешься? Это были первые слова, которые Цукки произнес за долгое время, и Ямагучи был полон решимости поддержать разговор. — Ничему, Цукки… — начал он, но вмешался Куроо. — Цукки, — ухмыльнулся он, — разве людям нельзя улыбаться? — Прекрати, Куроо, — рявкнул Козуме, явно теряя терпение. — Ты меня раздражаешь. После этого наступила тишина, оставив Ямагучи рассерженным на Куроо. Неужели капитан Некома не видел, что Цукки ведет себя не как обычно? Он не знал Куроо хорошо, но все же… — Хочу есть, — заныл Хината. — Мы уже съели мои батончики, — вздохнул Суга. — Разве Укай не приносил дынные булочки? — Нишиноя оживился. — Они у скамеек, — Дайчи кивнул на упакованную выпечку. — Но никто за ними не пойдет. Мы не станем рисковать жизнями ради еды. Не когда Таро на взводе. Суга опустил взгляд. — Обломщик, — пожаловался Нишиноя. Ямагучи не собирался соглашаться с либеро, пока у него не заурчало в животе. Дынные булочки определенно помогли бы утолить голод. — Мы можем подождать, верно? — Асахи поспешил всех успокоить, нервно улыбаясь. — Кто-нибудь сможет сходить за ними, когда он немного успокоится. — Чего никогда будет, — пробормотал Хината, надув губы. Ямагучи бросил взгляд на Сугу, и увидел, как сморщилось лицо связующего. — Наверное, он винит себя, — пробубнил он себе под нос. Цукишима взглянул на него. — А? — Ничего, — быстро ответил Ямагучи. Цукки был удивительным, но, вероятно, не лучшим собеседником для разговора о Суге. — Просто интересно, попытается ли полиция снова заговорить с нами. Суга услышал его. — Наверное, они звонят нашим родителям, — сказал он, печально улыбнувшись и посмотрев на Таро. — Ну, в моем случае — родителю. — Думаете, они действительно придут? — Кагеяма присоединился к разговору. — Наши родители. — Думаю, да, — сказал Дайчи. — Ни один нормальный родитель не проигнорируют новость о том, что их сын в заложниках у… — он замолчал. Суга слегка улыбнулся ему, наклонив голову, словно показывая, что не расстроен. Ямагучи знал, что это ложь. — Тогда мои приедут из Токио, — сказал Куроо слегка самодовольно. Кенма ударил его. — А если они попытаются позвонить нам? — внезапно спросил Нишиноя, и все поняли, что он имел в виду. Телефон Хинаты лежал в сумке, а его там быть не должно. Что, если звук не отключен? Ямагучи охватил страх. Таро не знает, чья это сумка. Он может застрелить любого из них. Он может застрелить Цукки. Он может застрелить меня… Это эгоистичная мысль, но когда смерть дышит тебе в затылок, ты имеешь на это право. До тех пор, пока твой эгоизм не заставляет бросать других под поезд… верно? Время шло. Казалось, прошла вечность, но часы Асахи (он только сейчас вспомнил, что засунул их в носок), подсказали, что всего четверть одиннадцатого. Прошло совсем немного времени. — Не хочу, чтобы Нацу узнала об этом. — Хината опустил голову на колени. — Она думает, что в мире все хорошо. — Тогда ее ждет большой сюрприз, — отрешенно прокомментировал Кагеяма. — Тупица, — добавил он в конце. Цукки ухмыльнулся и Ямагучи вслед за ним. — Не обзывай Нацу, — огрызнулся Хината. — Я обзываю тебя. — Придурок. — Тупица. — Ты уже говорил. — Неважно, тупица. — Кагеяма, ты не можешь продолжать в том же духе, — на лице Дайчи появилась небольшая улыбка. — Если хочешь кого-то обозвать, делай это хорошо. Ямагучи негромко засмеялся, но замолчал, когда Суга ударил капитана. — Не учи его такому. Команда снова погрузилась в молчание. Ямагучи оглянулся на Таро с Комацу. Он ничего не мог с собой поделать, ему просто необходимо было знать, что они делают. Комацу сидел и пил воду из бутылки, а Таро перезаряжал ружье. Ямагучи вздрогнул и снова повернулся, чтобы посмотреть на сбившуюся в кучу подростков. Крошечные массы металла, спрятанные в оружии, были предназначены, чтобы прорвать плоть и оставить за собой след разрушения; размером не больше желудя, но обладающие силой убивать, отнимать жизни. Нишиноя уговаривал Асахи поиграть в хлопки, на что ас пытался сказать «нет», не показавшись грубияном. Суга положил голову на плечо Дайчи, задумчиво глядя вдаль. Хината приставал к Танаке, прося заплести ему волосы, в то время как Кагеяма сидел чуть дальше, вероятно, надеясь, что Хината не попросит его о том же. Козуме примостился рядом с Такедой, меняя пакет со льдом на другой, к удивлению Ямагучи. Он не ожидал, что связующий Некома будет волноваться об этом. Его жуткий капитан наблюдал за происходящим. Цукки, когда Ямагучи посмотрел на него, теребил ухо, время от времени качая головой. — Что такое, Цукки? — Громко… — пробормотал Цукишима, вздыхая и ерзая. — Не обращай внимания, Ямагучи. — Как думаешь, Акитеру приедет с твоими родителями? — Ямагучи побуждал к разговору, ему было скучно, и он устал от того, что его оставляли за бортом обсуждений. — Нет, — коротко ответил Цукишима. — Он в университете. — О… , — разговор затих, и Ямагучи пожалел о своей беспомощности. Что полиция делала снаружи? — Можно мне теперь сходить за булочками? — спросил Нишиноя. — Таро кажется… спокойнее. Все синхронно повернули головы и уставились на того, о котором шла речь. Таро ворчал, глядя в свой телефон, а Комацу наблюдал за ним. — Хорошо, — сказал Дайчи после короткой паузы. — Но никаких трюков ниндзя-балерины. Теперь все серьезно, Нишиноя. Ямагучи хотел подчеркнуть, что и раньше все было серьезно, но теперь, когда появилась полиция, ситуация, вероятно, стала еще серьезнее. Спортзал — место, которое так много значило для команды (за исключением, может быть, Цукки), терял былую радость. Он превращался в место страха. Ямагучи надеялся, что после сегодняшнего дня это место никогда не будет ассоциироваться с подобными вещами. Они должны были веселиться здесь, учиться и проверять свои границы. Прямо сейчас проверялось, насколько спокойными они могут быть перед нависшей над ними угрозой смерти. Нишиноя подкрался к скамейкам, суетясь, и это заняло немного больше времени, чем ожидал Ямагучи. Но потом до него дошло. Телефон Хинаты! Нишиноя, очевидно, пытался достать его! Невысокий либеро поскакал назад, в руках была только выпечка. Таро даже не взглянул в его сторону. И когда Нишиноя протиснулся в центр круга, то протянул телефон Хинаты Дайчи. Тот был наполовину разряжен и стоял на беззвучном режиме. Дела шли на лад. — ВНИМАНИЕ! Громкий голос напугал почти всех, Хината снова взвизгнул, и даже Дайчи подпрыгнул от шока. — Это снова полиция! Не могли бы вы, пожалуйста, рассказать нам о состоянии вашего учителя? — Я сказал вам заткнуться! — крикнул Таро, прежде чем кто-либо из подростков успел заговорить. Теперь все были на нервах, понимая, что Таро вот-вот сорвется. — Мы просто хотим узнать, в каком он состоянии, — ответил голос более сдержанно и негромко. — Если это не трудно. — Интересно, сколько там людей… — прошептал Ямагучи. — Может, наши родители приехали, — взволнованно предположил Хината. — Могу я попробовать позвонить маме? — Никаких звонков, — твердо сказал Дайчи. — Только смс. Я надеюсь, Энношита где-то там, мы можем написать ему. — Почему не моим родителям? — захныкал Хината. — Мы даже не знаем, сообщили им или нет, — с уверенностью продолжил Дайчи. — Они могут запаниковать и попытаться позвонить. Лучше поговорить с кем-нибудь, кто в курсе ситуации. Не зря он стал капитаном, — подумал Ямагучи. Вне площадки он также умен. К этому времени крики и ругань Таро заставили говорящего снаружи замолчать. Они снова были отрезаны от внешнего мира. Спортзал превращался в тюрьму. Сейчас было самое подходящее время, чтобы попробовать написать смс. — У меня нет номера Энношиты, — забеспокоился Хината. — И я его не помню, — признался Дайчи. Просто отлично. Ямагучи закусил губу. Их план рушился на глазах. — Я помню, — взволнованно прошептал Суга, выхватывая телефон, чтобы набрать номер. Затем он передал его Дайчи, чтобы тот напечатал смс. — Однажды я записал его на руке перманентным маркером. Продержался неделю. Как только невозмутимый капитан закончил набирать текст, то передал телефон по кругу, чтобы все одобрили черновой вариант. Ямагучи был удивлен, но напряженно ждал, когда телефон дойдет до него. Они должны были быть осторожны, передавая устройство друг другу. Комацу казался умным, и если бы они какое-то время молчали и не смотрели в их с Таро сторону, он, вероятно, догадался бы, что что-то происходит. Ямагучи выглянул из-за плеча Цукишимы, когда телефон перешел к ним. Энношита, это Дайчи. Пишу с телефона Хинаты. Пожалуйста, отдай свой телефон полиции. Мы все в порядке кроме Такеды. Он без сознания, дыхание стабильное. Мы используем холодные компрессы. Цукки, не говоря ни слова, передал телефон Куроо. Капитан Некома был последним, кто просмотрел сообщение. Кивнув, он вернул телефон Дайчи, который быстро нажал кнопку отправки. — Эй, малышня, что вы там делаете? — внезапно окликнул Комацу. Сердце Ямагучи готово было выпрыгнуть из груди. Он заметил телефон. Мы все сейчас умрем. Черт, я не хочу умирать! — Почему вы такие тихие? — Таро присоединился к расспросам. Ямагучи чувствовал, как бешено бьется его сердце. Он не мог дышать. Они все умрут! Он сильнее прижался к Цукки, удивленный тем, что его друг дрожит. Ямагучи хотел посмотреть на него, но был слишком напуган, чтобы даже оторвать взгляд от вооруженных фигур. — Мы… — Суга прервался, в шоке уставившись на отца. — Пытаетесь придумать, как выбраться? — голос Таро был тихим, протяжным, опасным. — Нет, — быстро ответил Суга. Ну же, — молил Ямагучи. Не облажайся. — Значит, вы ничего не планируете? — говорил Таро тем же ехидным голосом, его глаза сузились, когда он уставился на сына. — Нет, — настаивал Суга. — Что, теперь бояться запрещено? Может, нам притвориться счастливыми? Чтобы ты почувствовал себя лучше от того, что делаешь? — Суга, — прошептал Ямагучи, жалея, что у него не хватает смелости сказать тому, чтобы он прекратил. Если он будет продолжать провоцировать отца, ничем хорошим это не кончится ни для кого из них. — Таро, отстань от них, — проворчал Комацу. — Я ошибся. Просто оставь мелкотню в покое. — Ты начал это, — огрызнулся Таро на напарника, размахивая пистолетом в сторону волейболистов. — Мы просто хотели узнать, можно ли нам снова сыграть в волейбол! — нервно выкрикнул чей-то голос. Кто это говорил? Голос был знакомым. О черт, это был он! — Что? — Таро наклонил голову. Ямагучи под действием адреналина поймал себя мысли, что сравнивает Таро с резинкой. Его затягивают все туже и туже, и он вот-вот лопнет. Кто-то попадет под удар. — Нам стало скучно. Можем ли мы поиграть хотя бы с одним мячом? — продолжал Ямагучи. Он понятия не имел, откуда взялась эта сила, особенно когда в его сторону был направлен пистолет. — Это то, о чем вы говорили? — оскалился на него Таро. В голове Ямагучи помутилось. Да! Об этом! Но ничего не вышло. Он не мог говорить, не мог двигаться, не мог дышать. — Да, — монотонный голос прорвался сквозь пелену паники. — Мы пытались выяснить, сможем ли подкрасться и взять мяч. ЦУККИ! — Видишь? — Комацу потянул Таро за руку, отводя пистолет от Ямагучи. — Дай им мяч. Они могут просто бросать его друг другу. А мы подумаем, что делать дальше. Таро отвернулся, все еще ворча, и Ямагучи почувствовал, как у него сводит ноги. Он неловко откинулся назад. — Ямагучи, ты идиот! — выпалил Хината. — Я так испугался! Он перелез через Кагеяму (игнорируя ворчливые оскорбления) и обнял подающего. — О… прости, — Ямагучи уставился на рыжего товарища, цепляющегося за его шею. — Ты… ты не мог бы отпустить меня? — Ой, извини, — Хината попятился. Раздался стук и на колени Ямагучи упал волейбольный мяч. Он поднял глаза и увидел возвышающегося над ним Цукишиму с непроницаемым, как обычно, лицом. — Отличный ход, — сказал он ровным голосом и опустился рядом с другом. — Энношита ответил? — негромко спросил Нишиноя, когда все снова перестроились в круг, и Ямагучи бросил мяч Хинате, чтобы начать перебрасывание. — Нет, — сказал Дайчи, быстро проверив. — Надеюсь, у него с собой телефон. — Если нет, то кому тогда напишем? — Танака нахмурился, постукивая по мячу, прежде чем бросить его Асахи. — Маме! — вырвалось у Хинаты. Он заметно поник, когда все зашикали на него. — Извините. — Стоит размышлять логично, — пробормотал Ямагучи, не обращаясь ни к кому конкретному. Когда все взгляды устремились на него, он понял, что его услышали. — Я имею в виду, выбирая, кому мы напишем, — его веснушчатое лицо покрылось румянцем. — Эм… Шимизу сегодня в школе? Она берет телефон с собой? — Я разговаривал с ней вчера вечером. — Суга пожал плечами, отталкивая лицо Танаки, который злобно посмотрел на него. — Насчет клуба. Сегодня она должна быть в школе, и обычно у нее телефон с собой, хотя она утверждает, что у нее его нет. — Откуда ты все это знаешь? — обвинительным тоном спросил Танака. Ямагучи не удержался от смеха. Некоторые вещи остались прежними, несмотря на ситуацию. — Потому что мы оба третьегодки и состоим в волейбольном клубе, — категорично заявил Суга. — В любом случае, ты мог бы попробовать написать ей. — Раз полиция уже здесь, она наверняка в курсе событий и тоже находится снаружи. — Дайчи тут же принялся стучать по кнопкам. Мяч прыгал по кругу, скрывая его действия. — Скучно, — пожаловался Хината после того, как сообщение было отправлено. — Может, придумаем игру? — Например, «Попади по лицу»? — предложил Куроо, озорно ухмыляясь, когда Кенма бросил на него взгляд. — Ну, Хината в этом эксперт. — Танака усмехнулся. Игрок, о котором шла речь, обиженно высунул язык. — Жалко, — пробормотал Цукишима себе под нос. Лицо Ямагучи просияло. Цукки был все тот же! — А что, если мы вытянем ноги и будем пытаться закинуть мяч на колени друг друга? — застенчиво предложил Асахи. — Тот, у кого получилось, получает очко. — Точно! — радостно воскликнул Нишиноя. — Ты смекалистый, Асахи! Угрожающие тиски, сковывающие спортзал, начали ослабевать, хотя бы немного. Они все еще могли веселиться, все еще могли помешать безопасному фундаменту рухнуть навсегда. Игра продолжалась, став более ожесточенной, теперь, когда на кону стоял титул победителя. Ямагучи на самом деле не особо старался атаковать, просто время от времени блокировал мяч, часто переводя взгляд на друга, сидевшего рядом. — Агх! — Нишиноя с досадой наблюдал, как Куроо блокирует его мяч. — Эта игра просто не предназначена для волейболистов. — Есть ответ? — спросил Кагеяма, нацелившись на Кенму, который даже не защищался. — Нет, — вздохнул Дайчи. — Не понимаю в чем дело. Кенма отдал мяч Куроо, который прицелился в Цукишиму, очевидно, желая позлить блокирующего, что было его любимым занятием. Цукки, однако, не обратил на это особого внимания, и мяч, отскочив от его рук, полетел вверх и ударил его по лицу. — Цукки! — Ямагучи вскрикнул, когда друг отшатнулся назад. — Виноват. — Куроо усмехнулся. — Идиот, — выплюнул Цукишима в адрес игрока Некома. — Ты разбил линзу. — Куроо, извинись, — решительно потребовал Кенма. Ямагучи был занят тем, что суетился вокруг товарища. — У тебя кровь из носа, — пожаловался он. — У нас есть ватные палочки или салфетки в аптечке? — Куроо, будь осторожнее, — рявкнул Дайчи, протягивая Ямагучи все, что тот просил. — И Цукишима, будь внимательнее. — Да, да, — пробормотал тот, отталкивая Ямагучи от лица. — Я уже в порядке. — Пришел ответ, — внезапно сказал Дайчи. — От Шимизу. Она сейчас с полицейскими. Они хотят знать расположение людей в зале. Все начали окружать его, но Дайчи поднял руку. — Мы не хотим вызывать подозрений, — объяснил он. — Продолжайте играть. Я отвечу. Мяч прыгал туда-сюда, пока Дайчи стучал по кнопкам, время от времени советуясь с Сугой. Ямагучи видел, что задача полицейских оказалась сложной. — Хината, с твоего телефона можно отправлять фотографии? — уточнил он у товарища. — Да. — Хината гордо поднял голову. Услышав это, Дайчи выпрямился. — Не рискуй, Дайчи, — прошипел Суга, но капитан уже делал снимки, с опаской поглядывая на Таро и Комацу. — Ты идиот, — выругался Суга. — Эй, ребята! У нас же есть булочки! — ликовал Нишиноя. Точно! О них совсем забыли из-за всей этой истории с телефоном. Либеро начал рвать хлебцы на кусочки и раздавать остальным. Хината тут же принялся сравнивать свою порцию с порцией Кагеямы, чем забавлял Ямагучи. — Уверен, теперь, когда полиция знает наше расположение, мы скоро уйдем отсюда, — сказал Танака, набивая рот едой. — Я так не думаю. — Суга опустил хлеб, не откусив ни кусочка. — Они все равно не могут рисковать. Вдруг пуля попадет не туда или мой… Таро и Комацу начнут стрелять в нас. Признайте, ребята, нас ждет долгий день. — Суга, — заныл Нишиноя. — Не будь таким пессимистом. Ямагучи нахмурился. Это было не похоже на Сугу. Обычно он был таким жизнерадостным и заставлял всех вокруг улыбаться. — Интересно, что происходит снаружи. — Асахи даже не притронулся к своей доле. Ямагучи заметил, как Хината жадно смотрит на его порцию. — Может, моя идея поставить телевизор в спортзале была не такой уж плохой, — Нишиноя усмехнулся. — Тогда, если бы нас показали в новостях, мы бы увидели. — Нет. — Дайчи бросил на него сердитый взгляд. — И если отбросить эту нелепую идею, кто сказал, что нас вообще покажут по телевизору? — Да ладно, Дайчи, тебе же самому любопытно, — настаивал Танака. — Да, но нам нужно смириться с фактом, что мы ничего не увидим, — твердо сказал Дайчи. — Что нам теперь делать? — Ямагучи бездумно провел пальцем по полу. — Пофантазируем, что происходит снаружи? — предложил Куроо. — Может, ФБР приехало! — с энтузиазмом выдвинул мысль Хината. — Они в Америке, тупица, — Кагеяма постучал костяшками по голове центрального блокирующего. — Что тогда? — пожаловался Хината. — Может, просто спросим, — предложил Ямагучи, чувствуя себя глупо, когда все уставились на него. — Таро или Комацу о том, что происходит снаружи. Они могут видеть через окно у двери. — Мы не будем спрашивать психов! — Кагеяма запротестовал. — Ну… — замялся Ямагучи, — Комацу кажется… нормальным. — Он вырубил Такеду! — вспылил Нишиноя. — Это нормально? — Таро собирался убить его, — парировал Ямагучи. — Не похоже, что Комацу хочет причинить вред кому-либо из нас. — Ну… — Кагеяма колебался. — Вся эта история с Энношитой… он, наверное, мог бы застрелить его, если бы захотел. — Не говори так. — Хината зажал уши руками. — Так вы хотите знать, что происходит, или нет? — Цукки казался полон решимости закончить разговор. — Эм, да, — пробормотал Нишиноя. — Эй! — крикнул Цукишима. — Цукки, — прошипел Ямагучи. — Что ты делаешь? — Спрашиваю, — прямо ответил тот. — Как ты и предлагал. — Я… — Ямагучи не знал, что сказать. Теперь, когда Цукки действительно это делал, идея казалась глупой и по-настоящему опасной. — Что? — рявкнул Таро, угрожающе поднимая пистолет. Ямагучи увидел, как Цукки сглотнул, и почувствовал острое желание вцепиться в друга и велеть ему заткнуться. — Не могли бы вы, пожалуйста, сказать нам, что происходит снаружи? Пожалуйста? Цукки только что сказал «пожалуйста»? Ямагучи в шоке уставился на него. Быть не может! — Так мы вам все и рассказали, сопляки, — съязвил Таро. — Полицейские машины окружили спортзал, — лениво ответил Комацу. — И они поставили барьер, чтобы не дать каким-то истеричным взрослым, вероятно, вашим родителям, подойти близко. — Комацу… — опасно начал Таро, но тот поднял руку, призывая к тишине. — Полицейские шастают вокруг спортзала. В стороне несколько человек с какой-то девушкой. На этом все. Теперь ты доволен? — последнее было адресовано Цукишиме, который сжал кулаки и кивнул. Цукки такой храбрый, — подумал Ямагучи, когда круг снова сомкнулся. — Это было глупо, — отчитал Дайчи высокого первогодку. — Никогда больше так не делай. — Мы очень волновались, — добавил Суга. — Мама и папа, — прошептал Хината, вызвав смех у Ямагучи. — Несколько человек с девушкой, должно быть, полицейские с вашим менеджером, — отметил Куроо. — Будем надеяться, что эти два придурка не догадаются. — Куроо, — предостерегающе сказал Кенма. Временами они препирались, как супружеская пара. Подростки начали разбиваться на небольшие группы, тихо болтая о пустяках, поскольку игра в мяч больше не представляла интереса. Ямагучи оказался с Хинатой и Кагеямой. Цукки хандрил в одиночестве, если можно так сказать. — Мы справимся. — Ямагучи слегка улыбнулся, пытаясь успокоить Хинату, несмотря на то, что рыжий товарищ был старше его. — Честно говоря… — Хината мрачно посмотрел на него, — я просто хочу домой. Чтобы спортзал снова стал обычным местом. Чтобы все снова были счастливы. Вот отстой! Почему это должно было случиться с нами? Разве вам не хотелось бы, чтобы все сложилось по-другому? Например, чтобы мы закончили тренировку раньше, или не пришли в школу, или полиция предотвратила ситуацию, или отец Суги не пытался забрать его? Понимаете? — Да, — Ямагучи опустил подбородок на колени. — Я понимаю. Но желания сейчас ничем не помогут. Все, что мы можем сделать, это ждать и верить. Я просто надеюсь, что хотя бы это не окажется для нас слишком трудным.