Обломки

      — Конечно! Поверьте, я позабочусь о том, чтобы она смогла работать и жить в городе.       Местный главный всё кивал как болванчик, побаиваясь столичного гостя из даже тут известного рода Волошиных.       — Учтите, я проверю, — сухо улыбнулся Свят и вышел на улицу.       Мужик знал, что обманывать влиятельных людей себе дороже, ага. Главное, чтобы Саяра поверила, что её отправляют в центральный город области не по протекции Свята. Гордая… Рядом с ним ей делать нечего, но и здесь оставаться… Молодая, умная девчонка, нечего ей сидеть в почти что деревне и терпеть тычки сплетников и помешанных на традициях старух. Тем более, она же мечтала уехать, как он подслушал у тех двух девок. Вот и переедет в центр области, наберётся новых впечатлений, может, встретит нормального мужчину. Осталось лишь порвать отношения, с чем он всё тянул и тянул. Ну ещё пару дней, ну ещё денёк, ну ещё… Слабак!       Когда вернулся, увидел, как Саяра сидит на кухне с девочкой лет восьми — дочерью одной из соседок — и помогает ей делать плакат для школы, а Тимир месит для них самодельный клей, потому что готовый засох. Пришёл, блять… В несбыточную мечту. Девочка тем временем грустно рассуждала: — …говорит нам, чтобы мы вот тут, внизу, написали на плакатах, как могла бы начинаться сказка с нашими рисунками. А я не умею сочинять, ну. Лес, солнце… Вот так и напишу, что вижу. Далеко-далеко, за лесом жило солнце. И всё…       Саяра задумалась, глядя на рисунки, а Свят вдруг продолжил:       — Никто о том не знал, но добрая волшебница-солнце была родом с Севера. Она прилетала домой, уставшая после трудного дня, а потому родному краю доставалось меньше света и тепла. Но это не мешало людям согревать друг друга любовью…       — И они ждали свою волшебницу больше, чем остальные, потому что очень скучали по ней! — заулыбалась девочка. — Спасибо, здорово получилось!       Саяра приобняла её за плечи, а сама тоже улыбнулась Святу, ласково подмигнув ему. За всё время только Глебу и вот ей рассказал, что втайне пишет фэнтезийные книжки. Ему захотелось выть. И сбежать отсюда нахрен.

***

      Остаток вечера и следующий день он мрачно размышлял, что это уже не первый раз, когда Саяра проявляла любовь и внимание не только к брату, а к детям в принципе. Ей бы тоже семью, детей…       — Свят, как ты? — Она села рядом на кровать, прильнула к нему. — Устал совсем… Покушать хочешь? Ты так смотрел вчера на Уйгууну… Скучаешь по племянникам. Угукнул в ответ, сжал кулаки. Она тихо-тихо вздохнула, уткнулась носом в его плечо и пробормотала:       — Ты скоро их увидишь. А я гостинец соберу, игрушки наши...       Ещё сильнее прижалась к нему и всё-таки всхлипнула.       — Я буду… присылать свежие гостинцы, мы ведь… останемся добрыми друзьями.       Сама себя утешала будто. И кого они оба обманывали? Хотела, хотел! Ответить бы на объятия, объяснить всё, предложить… Что? Усыновить ребёнка? А ей это зачем? Зачем ехать в гадюшник и прожить там жизнь с неполноценным мужиком? Чушь.       — А ты бы… поехала, скажи я тебе. А показывала, что и так достаточно… Что ж ты?       — Ты прав. — Отстранилась, посмотрела ему в глаза. — Я люблю тебя, Свят. Очень, ты невероятный. Хочу сделать, как тебе лучше. Только скажи как оно — это «лучше».       — Нет, — хрипло бросил невпопад, вскочил. — Нет!       К лицу прилил жар от ощущения, как сам всё ломает. Вылетел на улицу, вытер лицо пригоршней снега. Саяра выскочила за ним, а он наговорил ей, что она всего лишь северянка, что не нужна. Ломал с треском, паскудно и не по-людски. Урод…