pt. 14

На обычно спокойном и серьёзном лице Тэхёна было странно видеть глупую улыбку, но сержант был готов поклясться, что именно её и видел.   — Что капитан Ким всё время читает? — шепнул он сослуживцу Хону, что в спешке уничтожал скромный ужин после серьёзной и изматывающей тренировки в горах.   Последние недели они постоянно испытывали силу воли и своё тело, оттачивая мастерство в экстремальных условиях с командами Bravo и Charlie. Они тренировались в любую погоду — как в грязи после ливней, так и на затвердевшей при первых же заморозках земле. В дождь, в снег, в почти зимнее солнце, такое далёкое, но всё ещё способное сжечь торчащие из-за масок носы, они покидали базу и выезжали в соседние города, чтобы повторить некоторые успешные операции, отработать готовые варианты на случай каких-нибудь происшествий и, когда их действительно вызывают, мчаться на задание замученными и злыми. К счастью, серьёзных вызовов в этом месяце у Alpha не было — лишь раз ошибочная тревога из-за предполагаемого покушения на политика и одно взятие магазина с совершенно безоружными ворами. Наверное, поэтому капитану Киму не хватало забот в собственной жизни, и каждый перерыв он нырял в одну из книг, что лежали стопкой на его рабочем столе и по значимости явно превосходили рабочие отчёты.   — Мне кажется или это любовный роман?   — Ага, любовный роман — обложка так и кричит об этом.   — И довольное лицо капитана, — ответы шёпотом посыпались со всех сторон.   — Ясное дело, это ведь госпожа сами-знаете-кто написала…   — Та, что мхм капитана Кима? — сержант Бэк нарочно понизил голос ещё больше, искоса поглядывая на Тэхёна, потому что быть подслушанным за таким гарантировало нелёгкую жизнь в отряде, через которую лейтенант Хан проходил уже некоторое время.   — Странно это, разве нет? Мой друг из пехоты говорит, что был на их свадьбе, и никто не скрывал, что это брак по договорённости. С чего бы ему читать её книги?   — Может, хорошо написаны?..   Тэхён перечитал ещё раз момент с поцелуем в щёку в середине главы, невольно вспоминая поцелуй Бамби. Она едва коснулась его щеки и ушла быстрее, чем он успел осмыслить происходящее, но он так хорошо запомнил этот момент — тепло её губ, её сладкий запах, её лицо напротив. Этот миг отпечатался в его памяти и на сердце, а в календаре был даже отмечен звёздочкой как особенный. И только теперь Тэхён понял, что это действительно был спойлер — просто к другой книге.   В той, первой, поцелуй всё-таки был — но без графических описаний или намёков на большее. Поэтому книга Тэхёну понравилась чуть меньше, чем он ожидал. Как сторонний наблюдатель, следивший за развитием отношений главной парочки, он жаждал капельки страсти в конце, а получил лишь два предложения о поцелуе — без языка и сопутствующих объятий.   От этого стало так тоскливо, что он несколько дней откладывал чтение следующей книги. Но потом настал вечер, когда они с Бамби снова сидели вместе на кухне: она была занята работой, а он — не зная, как привлечь её внимание — притащил из спальни следующий роман.   Там уже не было друзей, скорее враги, но без всепоглощающей ненависти. Зато с запретной любовью и щепоткой ревности. Динамика была отличной: больше телесных контактов на грани, а поцелуй в щёку воспринимался как срыв — отчаянная попытка хотя бы прикоснуться к запретному плоду, если вкусить его всё равно нельзя.   Бамби умела создавать химию между персонажами, и книга буквально дышала искрами между героями. Это заставляло Тэхёна гадать — испытывала ли она нечто подобное с кем-то? А если нет… хотела бы?   Чувствуя, что любопытство погубит его, если он продолжит думать об этом, Тэхён перекинул лясе и с хлопком закрыл книгу. Он демонстративно задержал её на уровне груди, показывая всем, кто на него поглядывал исподтишка, обложку с названием. На случай, если кому-то тоже стало любопытно, и он захотел бы поддержать творчество его жены покупкой. Он делал это намеренно — как пиарщик или как человек, которому по-настоящему важно, чтобы её недооценённое творчество заметили. Потому что это были не просто книги, это было сплошное пособие по очарованию прячущегося за поднятой крышкой ноутбука оленёнка.   — Лейтенант Ли, — Тэхён обратился к альфе, что возглавлял Bravo Team и сидел за соседним со сплетниками столом вместе с другими офицерами. — Могу вас попросить об услуге? Закончите тренировку в зале с моей командой, а перед уходом убедитесь, что они проверили экипировку. Завтра с утра у нас разбор, а к тому времени мне нужно закончить с оперативным рапортом и планом тренировок.   Никто не требовал от него объяснений. Все знали, что капитан непосредственно подчиняется своему начальству, а его начальство постоянно требует рапорты, доклады, планы учений, отчёты о тренировках, обучениях и результатах медосмотров.   — Конечно, капитан, — упомянутый лейтенант выдержал удовлетворённый взгляд Тэхёна, а уже после его ухода взглянул на болтунов. — Вы слышали капитана Кима. Откладывайте палочки и пошли в зал.   Удаляясь в свой кабинет, Тэхён старался не думать о том, что сплетни о нём и Бамби всё ещё были излюбленной темой у коллег. Их работа нередко была сложной, изматывающей эмоционально и физически, а обсуждения кого-то с негативным оттенком помогало снять напряжение. Поэтому Тэхён позволял говорить о себе, но зверел при каждом упоминании Бамби, и тогда остаток тренировки, а иногда и рабочей недели, превращался в муку для его подчинённых.   Так у солдат и появились кодовые словечки, избегающие упоминания её имени.   Тэхён слышал их топот и отдалённую болтовню позади, пока шёл по коридору, но когда попал в кабинет, шум стих. Долгожданная тишина была блаженством. Тэхён искренне наслаждался ей, откладывая книгу на стол и опускаясь в кресло.   Это была идеальная обстановка для работы. Тэхён бросил взгляд на распечатанную таблицу с допусками. А потом… краешком глаза заметил закладку, торчащую из книги. Он уже так далеко продвинулся? Разве он не дочитал бы до какого-нибудь более откровенного и значимого момента, если бы отложил работу ещё на полчасика?   Он сидел неподвижно несколько секунд, уговаривая себя сделать дело, а потом читать, но рука сама потянулась за книгой. И тогда в бой за его внимание вступил ещё и мобильный, вибрируя под завалами из бумаг.   Жена, 17:21 Привет, Тэхён. Надеюсь, что не отвлекаю тебя. Я хотела сказать тебе ещё вчера, но забыла: сегодня у моей мамы день рождения. Я собираюсь поехать к ней в семь на ужин и вернусь домой около десяти.   Её отчёты были профессиональнее и холоднее даже армейских — лаконичные, сухие, по делу. Так, чтобы Тэхён ни при каких условиях не мог удариться в радость из-за какого-нибудь смайлика в конце.   Она была так жестока с ним…

Ким Тэхён, 17:22

Привет. Не отвлекаешь. Хорошо тебе провести время. Увидимся позже.

И что он делал? Пытался одолеть её в краткости сообщений? Или закопать свой шанс действительно увидеться с ней этим вечером?   Он открыл их чат снова, с ужасом обнаруживая, что Бамби уже просмотрела сообщение и пишет что-то в ответ. Удалить сейчас эту ерунду было бы слишком очевидно, но как ещё он должен был сообщить ей, что передумал?   Пока она не успела ничего отправить, он нажал на значок вызова.   — Можно я тоже поеду? — выпалил он, не дождавшись даже приветствия. — Кхм, если ты не против.   Намджун советовал ему не выглядеть и не звучать слишком очарованным или отчаянным, потому что, как только бы она осознала своё преимущество, начала бы использовать это против него. Но Тэхён не думал, что Бамби так умеет и что она до сих пор не поняла, как сильно нравится ему.   — А… ну… — послышалось растерянное в трубке. — Ладно… Если хочешь…   Он без труда представлял её лицо: широко распахнутые глаза, брови, неумолимо ползущие вверх, и чуть приоткрытый рот, пока она мямлит, как ребёнок, пойманный с поличным.   — Хочу, — подтвердил Тэхён. — Тогда я заеду за тобой через час?   — Лучше через полчаса, — она чудом нашла в себе силы не согласиться с ним. — Мама просила ещё забрать торт из кондитерской…   Теперь чтение точно откладывалось до лучших времён, а Тэхён переходил в турбо-режим, чтобы разобраться с допусками максимум за десять минут.   — Хорошо, — он включил громкую связь, откладывая телефон на стол и шурша бумагами. — Буду через полчаса под домом. Ты сразу спустишься?   — Да. Могу подождать на въезде в комплекс.   Он не знал, что они так торопятся.   — Тогда захватишь для меня какой-нибудь свитер или рубашку из шкафа, пожалуйста? Что-то, что ты считаешь достаточно приличным для праздничного ужина, потому что сейчас на мне грязная футболка.   Из сменной одежды у него в шкафчике осталась только форма, а согласно уставу, он не должен был разгуливать в ней по улице во внерабочее время, особенно с нашивками.   — Мне зайти в твою комнату? — спросила Бамби.   — Да, пожалуйста.   — Включить видеосвязь? — это заманчивое предложение заставило его оторвать взгляд от списков и уставиться на светящийся экран мобильного.   Он умирал от желания увидеть Бамби прямо сейчас, но вряд ли она переживала нечто подобное.   — Зачем? — спросил он.   — Чтобы ты был уверен, что я не трогаю ничего лишнего, — её голос звучал несколько отдалённо и глухо. — Включить?   Бамби была по-глупому честной в таких вопросах. Это вызвало у Тэхёна смешок, который вырвался у него тихим хмыканьем.   — Ты можешь трогать всё, что угодно, в моей комнате, — сказал он. — Так что нет нужды включать видеосвязь. Только если ты не хочешь увидеть меня…   Его намёки звучали насмешливо, потому, даже если Бамби самую малость хотела его увидеть, сразу же запротестовала:   — Не хочу отвлекать тебя ещё больше. Ты наверняка занят.   — Значит, не хочешь, — он усмехнулся снова, теперь громче, и на слух невозможно было отличить веселье от досады. — Ладно, тогда увидимся через полчаса.   Бамби ничего не ответила, сразу сбросив, а Тэхён после одного шумного выдоха вернулся к работе.

✫✫✫

Госпожа Чхве — мама Бамби — жила в центре, в районе Чунгу, и в вечерний час пик добраться туда было непросто.   — Что же так долго? — бормотал Тэхён, вытягивая шею и стараясь высмотреть, что там со светофорами впереди, но красные фары машин сливались воедино, расплываясь у него перед глазами в вечернем сумраке.   — Все едут с работы? — предположила Бамби, беззвучно барабаня пальцами по коробке с тортом.   — Да, наверное.   Мама предупреждала её об этом и настоятельно рекомендовала воспользоваться подземкой.   — Возможно, на метро было бы быстрее... — пробормотала Бамби тихо, в никуда, но Тэхён услышал и чуть сильнее сжал руки вокруг руля.   — На ужине будет кто-то ещё? — спросил он. — Кто-то из её коллег или друзей?   Было бы нехорошо задерживать их или приехать уже к десерту.   — Нет, — Бамби мотнула головой. — Только мы и Сэин.   — Сэин? — всего одно имя заставило Тэхёна помрачнеть. — Она так близка с госпожой Чхве?   Бамби заметила перемену в его голосе — он стал как-то ниже, с проскакивающей хрипотцой — и повернулась в его сторону. Снаружи уже было темно, а в машине горела только приборная панель, потому рассмотреть его лицо было непросто, но она легко додумывала его выражение лица.   Тэхён только думал, что он контролирует ситуацию и свои эмоции, но у Бамби было хобби считывать и подмечать реакции, чтобы в будущем лучше описывать это в книгах.   — В подростковом возрасте она часто приезжала к нам, — ответила она. — А теперь мама фанатеет от её дорам. И ещё немного от актёра Мин Юнги, с которым Сэин часто работает…   Тэхён задвигал нижней челюстью, тщательно продумывая свой следующий вопрос.   — Выходит, они обе будут заодно? — спросил он. — То есть против меня.   Бамби не отрицала. И мама, и Сэин знали, каким был этот брак на этапе планирования, и за это ненавидели не только отца, но и Тэхёна.   — Скорее всего, они будут немного придирчивыми, — обрадовала его Бамби. — И не очень приветливыми…   — Хм, — Тэхён прикусил нижнюю губу, снова напряжённо обдумывая что-то. — Полагаю, что справлюсь с этим. Я по жизни мало кому нравлюсь, так что мне не привыкать.   Ещё пару месяцев назад Бамби молча кивнула бы, но сейчас его слова вызвали в ней маленькую бурю.   — Почему? — её вопрос прозвучал куда более эмоционально, чем все их разговоры до этого. — Почему ты думаешь, что мало кому нравишься?   — Я не думаю, это факт, — Тэхён звучал спокойным, хотя говорили именно о нём. — Намджун считает, это из-за моего ментола. Он неприятно морозный и иногда вызывает у других мурашки. Но и моя профессия тоже влияет на всеобщую антипатию.   — Разве ты не спасаешь людей? — Бамби не понимала, что в таком благородном деле может быть отталкивающего.   — Спасаю. Но это меньше пятидесяти процентов работы. Большая часть — зачистки, сопровождение, локализация угроз. Иногда — подавление, — Тэхён говорил ровно, потому что это было его рутиной и не более. — Как капитана меня уважают. Слушаются. Я умею принимать решения и брать на себя ответственность за чужие жизни. Но это не причина любить меня.   — Не причина, — к его удивлению, Бамби согласилась. — Но это также не причина, чтобы недолюбливать.   Он пожал плечами — медленно, сдвинув их вверх и сразу вниз.   — Кому и когда нужны были причины для этого? Просто есть неприятные с первого взгляда люди, как мой отец, к примеру.   — И как мой, — добавила Бамби. — Но ты не входишь в их число. Ты… приятный на вид, твой запах морозный, но вовсе не вызывает отвращение, и твои манеры… хорошие по сравнению с другими альфами.   Он был рад знать, что она думает о нём так.   — Мои манеры хорошие? — он зарделся. — Даже после того, как я напросился на знакомство с твоей матерью, что гарантирует тебе напряжённый вечер?   Они двигались понемногу каждые пару минут, и за разговорами Бамби даже не заметила, что они проехали рынок Намдэмун и вот-вот должны были съезжать во двор. Тэхён уже включил правый поворотник.   — Вам давно пора было познакомиться, — сказала Бамби. — Прости, что не сделала этого раньше.   — Не извиняйся. Я рад, что мы делаем это сейчас.   Он не стал углубляться в причины, поскольку она и так всё знала.   Её родственники его критиковали, а она никогда не защищала его перед ними — банально не видела в этом смысла. До свадьбы и после неё Тэхён был для неё чужим, и таким и должен был оставаться весь остаток супружеской жизни, но они почему-то двигались крошечными шагами навстречу, и это сближение было достаточно плавным и медленным, чтобы не вызывать у Бамби парализующего страха или других ужасающих чувств.   — Можешь припарковаться здесь, — она выдернула саму себя из мыслей, потому что Тэхён чуть не проскочил единственное свободное парковочное место в этом районе. — У дома наверняка всё забито.   Тэхён проехал ещё немного вперёд, а после начал сдавать назад, выкручивая руль до упора то влево, то вправо, чтобы припарковаться между двумя другими машинами.   — Твои вещи, — Бамби протянула ему бумажный пакет из книжного, в котором была сложена его одежда.   Тэхён включил свет в машине, отстёгивая ремень безопасности, чтобы переодеться как можно скорее.   — Ух ты, чистая футболка! — он выложил её на приборную панель. — И зипка? Я думал, ты поможешь мне понравиться твоей маме, но ты хочешь, чтобы она и дальше меня ненавидела, да?   Он стянул с себя куртку, бросая её на задние сиденья, а затем рванул футболку вверх, рассчитывая на эффект неожиданности, чтобы не дать Бамби сбежать из машины. Но судя по тому, что она даже не отвернулась, выходить без него она не собиралась.   — Я подумала, что рубашка и пиджак — это слишком для семейного ужина, — ответила она. — А футболка с эмблемой отряда будет выглядеть так, будто ты только с работы.   — Спасибо, мне нравится.   Закончив с переодеванием, он заглянул в зеркало дальнего вида, причёсывая пальцами растрепавшиеся волосы, а потом забрал у Бамби торт и открыл двери.   Она отговорила его от каких-либо подарков, настаивая на том, что мама не примет, но он не мог отделаться от чувства неловкости, пока ехал в лифте с одним тортом. Нужно было купить хотя бы цветы или корзину фруктов.   — Подожди секундочку, — попросила его Бамби, когда они вышли на нужный этаж, и он с чего-то взял, что им налево, хотя справа тоже было достаточно дверей. — Моя мама…   Её взгляд забегал из стороны в сторону, нечаянно замечая, что капюшон его кофты выправлен. Это был отличный способ занять руки, пока ей нужно было рассказать Тэхёну кое о чём.   — Твоя мама?.. — начал он, всё пытаясь заглянуть ей в глаза.   — Из-за того, что мы живём в разных комнатах, и я приезжала к ней на тот период, — она не хотела использовать слово «течка», пока они стояли так близко, а Тэхён так внимательно вглядывался в её лицо. — Она предположила… То есть подумала… Решила, что ты не можешь делать это.   Тэхён беспрерывно следил за движением её губ, подмечая каждую морщинку, каждую чёрточку и родинку прямо под нижней, но смысл сказанного дошёл до него не сразу.   — Я не могу делать это? — переспросил он, только повторив вслух, догадавшись, что речь шла о супружеском долге — больной теме, которую никто из них не любил поднимать. — Твоя мама решила, что я импотент?!   — Тише! — шикнула она, оглядываясь назад, на коридор и крайнюю дверь по правой стороне. — Я просто хочу предупредить тебя на тот случай, если она будет говорить намёками или попытается задеть тебя этим…   Её мама могла бы. По крайней мере, она угрожала высказать всё её отцу и самому Тэхёну при встрече.   — Ты тоже так думаешь? — спросил он, не обращая внимания на её бормотания о матери. Мнение госпожи Чхве его совершенно не волновало. — Бамби?   Она опять избегала его взгляда, дыша чаще, и от этого ответ становился очевиден.   Вот это было неожиданно неприятно.   — Бамби, — требовательнее позвал он.   Тэхён поймал её за подбородок, легонько сжимая его пальцами и приподнимая для того, чтобы она, наконец, посмотрела на него. Когда у неё не осталось выбора, в её глазах он прочёл испуг, но не отпустил сразу. Он собирался сказать что-то очень важное.   — Ты убиваешь меня, — эти слова вырвались у него с рваным выдохом. — И я хочу убивать тебя в ответ. Хочу целовать твою шею и не только. Хочу заполнять твою кровать. Хочу этого с самой свадьбы. Но пока ты этого не хочешь, я лучше буду импотентом для твоей семьи и всех остальных. Просто не позволяй им убедить тебя в этом, потому что это не так.   Его взгляд был мягким и жёстким одновременно, а слова настолько однозначными, что понять их превратно было невозможно.   Тэхён действительно её хотел. Хотел, как и все остальные.   Бамби сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони.   Это нависало над ними серой грозовой тучей.   — Мы уже опаздываем, — она отстранилась, выскальзывая из его пальцев. — Мама расстроится, если придётся есть холодный суп.