Зов Тени

На горизонте едва замерцала заря, когда Амен, охотник на Шезму, наконец достиг деревни. Высокий, мускулистый, с лицом альбиноса, он был тем, кто мог бы разорвать любую тайну, как лезвие рассечёт туман. Но самым странным было его спокойствие — холодное, проницательное, будто он уже знал, что искать. Под капюшоном скрывался взгляд, который не оставлял ни малейшего сомнения: этот человек не просто охотник. Он был тем, кто мог распутать любые нити, даже если они тянулись сквозь самые тёмные углы. Реммао стоял на крыше одного из заброшенных домов и наблюдал, как Амен медленно входит в деревню, его шаги уверенные, как у тигра, который всегда ощущает свою жертву. Он знал, что охотник был не по наслышке знаком с магией, и что если тот почувствует, что в деревне скрываются те, кто может быть связан с тёмной магией, их тайна будет раскрыта. "Он слишком близко", — думал Реммао, сжимая кулаки. В его глазах сверкала решимость. Он был не столько обеспокоен судьбой Эвы или Рэймса, сколько своей собственной. Он знал: если охотник почувствует их силу, если обнаружит, что Реммао и его ученики — черномаги, то их жизни закончатся здесь и сейчас. Эва сидела на ступенях у дома, перебирая в руках несколько старых страниц из древней книги по онейромантии. Она чувствовала его взгляд, но не поднимала глаз. Тёмные волосы падали ей на лицо, скрывая её выражение, но внутренне она была не спокойна. Всё, что было с ней связано с этим миром, было на грани разрушения. Она ощущала, что Амен был не тем, кто просто интересуется её магией. Он был тем, кто искал ответы, которых не должен был найти. "Если он узнает," — подумала она, — "мы все окажемся в его власти." С каждым шагом, что Амен делал, её нервы становились всё напряжённее. Она знала, что на неё будет в любом случае возложено подозрение. Она ведь всегда была неосторожной, не сдержанной, слишком яркой. И если охотник решит разглядеть её, он обязательно увидит то, что не сможет оставить без внимания. Но Реммао был занят другими мыслями. Он знал, что даже если он не откроет их тайны, они будут выставлены на обозрение. Он старался сосредоточиться на другом: как бы скрыть их силу, их присутствие. Он был мастером в манипуляциях сновидениями, но здесь, в реальной жизни, даже его способности были под угрозой. "Не позволить ему разглядеть наши следы", — повторял он себе, но знал, что это будет трудно. Когда Амен подошёл ближе, его глаза упали на Эву. Он не сказал ни слова, но его взгляд, холодный и проницательный, оставил на девушке ощущение, будто она стояла в центре его внимания. Он знал, что она не была простой жертвой, и даже если она не покажет ничего очевидного, он чувствовал её неустойчивость. "Эва..." — начал он, его голос был глубоким, почти звучащим, как приказ. — "Ты ведь не боишься говорить мне правду, не так ли?" Эва взглянула на него с вызовом, но внутри чувствовала, как её сердце бешено стучит. Она была бы готова ответить, но что-то в его взгляде остановило её. Он не требовал ответов, он просто ждал, наблюдая. В этот момент Реммао, стоя в тени, вновь почувствовал, как его сердце сжалось. "Не будь глупой, Эва", — подумал он, сдерживая себя. Он знал, что если она покажет хоть малейшую слабость, Амен будет рядом, готов вырвать ответы из её души. Но Реммао не мог позволить этому случиться. Тогда, наконец, охотник, не получив немедленного ответа, сказал, слегка улыбнувшись: — Хорошо. Но мне придётся следить за тобой. Ты не останешься незамеченной. Эва не ответила. Реммао, пряча раздражение, вздохнул. Ему не понравилось, как он чувствовал, что их тайна висит на волоске. Но его обязанности оставались прежними: нужно было научить учеников выживать и скрывать свои силы. И ему, старому мастеру, даже не хватало уверенности, что он сможет защитить их все. Когда Амен ушёл, оставив Эву в раздумьях, Реммао понял, что их время под этой угрозой подходит к концу. Он сделал шаг вперёд и взглянул на свою ученицу. — Ты слишком много себе позволяешь, Эва, — произнёс он, его голос был холоден. — Ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Эва подняла голову и посмотрела в его глаза, чувствуя, как напряжение между ними растёт. — А ты что, Реммао? Ты уверен, что нам с тобой удастся скрыться от всего этого? Он молчал.