Часть 6 Когда бывшая девушка Белой Луны встречается со своей нынешней женой, но моя жена - судья.

Пишите заранее: Если прочитать краткую биографию Потемкина, написанную его племянником Самойловым, то можно понять, что в 1760-х годах у Потемкина была любимая женщина - Елизавета Разумовская. Когда шарлатаны поставили ему неверный диагноз и он ослеп на один глаз, именно Разумовская вытащила его из закромов и семьи. Он даже познакомился с ее родителями, и всю жизнь Кирилло Разумовский относился к Потемкину как к родному сыну. История дошла даже до Екатерины II, и Екатерина, которая в то время понятия не имела о Потемкине, даже сказала, что если это сбудется, то она даст награду - ведь это был отличный брак для ее придворного и служанки. Но в итоге ничего не вышло, и мы не знаем почему, но Разумовская так отозвалась о Потемкине при отце: «Зачем выходить замуж за слепого?» Возможно, у нашего Потемкина, непобедимого в любви, тоже была бесплодная безответная любовь! Не успела мадам Екатерина приехать в Москву, как почувствовала, что город действительно враждует с ней по своей природе. Она терпела отвратительную вонь дворца, слушая, как Кирилло Разумовский на коленях просит наказать его скандальную, двоеженную дочь. Она слегка запыхалась. Что это было за дело? В России нередко случалось, что мужья постарше, имеющие молодых женщин, насильно загоняли своих пожилых жен в монастыри. Однако она не могла смотреть на это - не могла и одобрять, не могла сказать, что Петр III и Воронцова оправданно преследовали себя. Но она также знала, что на это принято закрывать глаза, а в крайнем случае заставлять мужа выплачивать бывшей жене дополнительные алименты, если ситуация выходит из-под контроля. Но с Разумовским было не так просто справиться, и она должна была продемонстрировать свою поддержку ему; он был ее старым другом и благодетелем, и она должна была загладить свою вину перед ним за то, что он отменил свою независимость как малороссийский вождь. И она явно не собиралась выказывать сейчас никакого расположения к своей бедной первой жене - иначе маленькая девочка будет убита отцом! Вздохнув, она защитила девочку от поступления в монастырь, оставив остальных в распоряжении отца. Она не могла позволить себе связываться ни с одной из сторон, она могла позволить себе связываться только с Петром Апраксиным, поэтому она поместила его в монастырь. Его бедная первая жена Ягуренская, решившая уйти в монастырь, дала ей большую сумму денег и вздыхала по этому поводу. Она не могла не вспомнить себя, когда Петр хотел посадить и себя, и Павла в тюрьму и даже убить их. У Ягуренской тоже был сын от Апраксина, и сын этот имел военные награды. Этот Апраксин - такой негодяй, сволочь, думала она про себя. Разумовская, бедная девочка, если бы твой отец не вмешался, я могла бы выкрутиться - отпустить Петра Федоровича, а тебе остаться, потому что ты со мной в хороших отношениях. Муж очень переживал по этому поводу и просил ее быть снисходительной. Она пожала плечами: - Я буду держать Кирилло Григорьевича во дворце до тех пор, пока ты сможешь ее убедить. Именно так я поступила в прошлый раз, когда посол Макартни доставил мне неприятности. Муженек пробормотал: «Этот Кирило Григорьевич еще и впрямь, не стоит замазывать скандал, пока еще не видно, когда придет время сложить оба в кусок, как хорошо, а не то дела невелики как будто». Когда вопрос был решен, Екатерина «сбежала» в Коломенское. «Я не хочу больше ходить на эти церемонии, меня это раздражает, я ненавижу, когда за мной следят». сердито бормотала она. Господин Потемкин тоже нашел Коломенское более удобным. По крайней мере, оно было просторнее и украшено проще и щедрее, а не перегружено всевозможными узорами. В Коломенском не было приживалок. Екатерина каждое утро и вечер выходила на прогулку. Ей приходилось выгуливать свою драгоценную стаю оленей вместе с Марьей Савишной. Учитывая, что два дня назад эрцгерцогиня Андерссон и госпожа Мими напугали несносного господина французского посла, а маленькая госпожа Зельмира укусила короля Швеции за брюки, фрейлина Екатерина очень гордилась собой и не могла дождаться, чтобы каждый день целовать всех трех собак. Леди Мария Савишна была классической русской женщиной, и, учитывая, что у люрчера были слишком длинные ноги, что она могла бегать слишком быстро и что сэр Том Андерсон и маленький мистер Генри любили бежать вперед, особенно когда она видела других маленьких сучек, которых хозяева дразнили за их «склонность к романам», леди Екатерина, по ее мнению, не могла больше, по физическим соображениям, пускаться в бега. Екатерина не могла больше выгуливать свою собаку по медицинским показаниям. Она со всей серьезностью заявила об этом хозяйке, когда та проснулась с ней утром, но ее остановил взгляд хозяйки - «Мария, я очень хочу пойти поиграть, знаете, я сойду с ума, если буду сидеть дома целый день!». Ее дорогая хозяйка пожала ей руку. Мария, необъяснимо смягчившись, смирилась с тем, что она тоже взяла пару собак на поводок и пошла за Екатериной, не сводя глаз с хозяйки на случай, если с ней что-то случится. Мария также знала, что ее хозяйке невозможно усидеть на месте ни минуты - во время ежегодных конных состязаний ее хозяйка едва успевала набрасываться на свою лошадь с азартом! И она постоянно говорила о катании в «замке». Марии пришлось напомнить Екатерине, что однажды она сама упала с этого места, и если бы Алексей Орлов не остановил ее, это привело бы к серьезным последствиям. Ее дорогая хозяйка обиженно отступила, разумеется, ценой ежедневной мстительной прогулки хозяина: «Это единственное развлечение, которое у меня осталось, и вы можете терпеть, чтобы меня лишать?» Как вам такое обострение? Щенки явно знают, что делают, и с первого дня беременности своей хозяйки они, как обычно, набрасывались на ее кровать и вылизывали ее, как обычно, радостно бегали вокруг, как обычно, запрыгивали на ее стол и обгладывали ручки или прыгали к ней на колени и просили погладить их, но они не трогали ее животик. Но в последнее время вся их собачья одежда была куплена на улице, а их дорогая хозяйка была занята изготовлением одежды для маленьких кукол. Сэр Том Андерсон был особенно рассержен тем, что не только лишился одежды, сшитой его хозяйкой, но и псарня перешла в руки мистера Потемкина, а его положению первого любимца перед хозяйкой угрожает эта обезьяна мистера Потемкина! Сэр Том Андерсон оскалил зубы при виде мистера Потемкина, тот в ответ закатил глаза и однажды, когда леди Екатерина была в отъезде, тайком пробормотал на ухо Маленькому Сэру: «Ты старый пес, ты должен научиться уступать свое место молодым». Маленький Сэр едва не набросился на него и не укусил. Правда, леди Екатерину позабавило то, как Грим с ликованием изобразил «бой человека с собакой», и она заверила Потемкина: «Мои собаки вас очень любят!» Господин Потемкин, как человек, никогда не видевший новорожденного ребенка, был поражен видом такого маленького платья, заявив: «Как может ребенок носить такое маленькое платье, как то, которое вы сшили!» Барышня Екатерина ответила: «Как же так, я же перешила его на один размер больше!» Тогда господин Потемкин натянул сшитое ею платье на живот: «Смотрите, оно даже не прикрывает ваш животик!» «Это потому, что у меня в животе до сих пор большой мешок амниотической жидкости!» Он наполовину взвесил ее живот: «Ты такая тяжелая, и у тебя все еще есть околоплодные воды». «Ребенок очень легкий! Он весит всего около 3 кг!» А? недоверчиво спросил Потемкин. Он был гораздо легче пистолета - разве он что-нибудь весил? Хотя, если бы она не была так осторожна с беременностью, он мог бы поднять ее одной рукой при ее весе около 50 кг. «Я думала, он весит не меньше меча». Екатерина фыркнула и выплюнула язык: «Тогда я точно утону». Господин Потемкин многое сделал для наведения порядка в немецкой спальне мадам Екатерины - собачья конура превратилась в турецкий диван, который каждый день переставляли, а кровать всегда была завалена одеждой или игрушками, которые он переодевал и забывал убрать. Кроме одного - она категорически не выносит, когда он ест в постели: «От этого простыни становятся жирными!» Дорогая, у тебя фетиш на чистоту. Поэтому он не ест куриные барабанные палочки в ее постели, но он ест редиску, и он двигается, чтобы спросить ее, не хочет ли она перекусить, хотя каждый раз получает отказ. «Я сыт, я не могу есть». Он настаивает: «Вы с ребенком едите за двоих, ешьте больше». «Но я действительно не могу есть». Она кричала, полнея с каждым днем - ее желудок сдавливала матка, не говоря уже о том, что она давно страдала расстройством пищеварения и потерей аппетита. Все, что теперь спасало ее аппетит, - это кислые щи и свекольный суп, вареная говядина и маринованные огурцы. К тому же стояла теплая погода, а яичница с помидорами из Америки была вкусной, но, к сожалению, слишком дорогой. Потемкин потерял дар речи: - Жена, но ты же любишь у себя на родине жареную свиную рульку. Нет, она немка, выросла в России и не пьет. Хотя каждый день пила этот кислый смородиновый сок. Хотя французское вино он тоже не любит, но что такого хорошего в этом соке из черной смородины! Она даже мед в него не добавляла - кислятина на зубах! В основном он прячется в ее спальне, чтобы перекусить поздно вечером, и никогда не ест еду ее повара. Это ужасно! Неудивительно, что у нее нет аппетита. Поэтому господин Потемкин даже с ликованием пригласил барышню Екатерину на ужин в дом ее матери и племянника Самойлова. «Попробуйте мое домашнее имбирное печенье! И мед!» В брачную ночь он напоил ее Липеком. Барышня Екатерина зачерпнула несколько ложек меда, намазанного на хлеб, и съела еще три маленьких имбирных печенья. Даже похвалил за вкусность. Он так гордился собой, что по части вкусной еды они были вторыми в Смоленске, и никто не смел называть их первыми! Конечно, он благодарил свою невестку за то, что она стала послом смоленской гастрономии, ведь в тот день она была в таком восторге, что порекомендовала имбирное печенье на вечеринке у своих друзей. Сидевший рядом с ней мужчина, интеллигентный и обладавший лучшим вкусом в еде, немедленно заказал у господина Нарышкина 1000 маленьких имбирных печенек. Затем он попросил свою мать попросить господина Глинку, соседа по старому дому в Смоленске, изготовить их для них, и господин Нарышкин быстро заплатил 1 000 рублей. Тем временем Потемкин устроил в Зимнем дворце хаос, в десятки раз превосходящий бомбардировку крейсера «Аврора». Во-первых, он время от времени ссорился с барышней Екатериной; он редко бил ее - разве что у него не хватало на это духу, - но выплескивал свой гнев, хлопая дверьми и разбивая ценную керамику и стеклянную посуду в ее спальне. Из-за их ссор в спальне Екатерины и его спальне заменили три двери! Разрушение Ермиташа тем более ужасно, что Потемкин иногда испытывает чрезмерное беспокойство в этом узком кругу - невысокая, миниатюрная жена и ее крошечная избушка страдают от него, 210-сантиметрового гиганта. Когда он волнуется, то не может удержаться и грызет все, что попадется под руку - и кровоточащие пальцы, и бутылки, откушенные наискосок, и даже удивительно сильный укус деформировал табакерку, которую она ему только что подарила и которой он так и не воспользовался. Дверь в Короменское пострадала меньше - маленькие деревянные двери всегда более устойчивы к захлопыванию, чем железные. Но у него всегда был полный рот стружек. Однажды ночью барышня Екатерина перевязывала ему пальцы с болезненным выражением лица: «Обещай, что больше не будешь грызть руки, посмотри, сколько на них крови». Он, конечно, не послушал, но марля была, и ему пришлось идти грызть дерево. Для господина Потемкина вся эта история с беременностью жены, отстраненной от достижения цели, на самом деле является смешанным благословением. Счастье в том, что он теперь мог пить, и бог знает, насколько он был не в себе за те полтора месяца, что был трезв. Несчастье в том, что Его жена была рядом. Но он не мог к ней приблизиться. Иногда она надевала ночную рубашку из тонкого белого шелка, тонкая ткань обтягивала ее торс, тело немного округлилось, уже не такое сухое, как до беременности, а выпуклый живот был особенно соблазнительным. Чем дальше он отходил назад, тем зеленее становились его глаза, когда он смотрел на нее, постоянно сглатывая и подавляя пульсацию и вздутие нижней части тела, когда он испускал мутный вздох. Она слишком медленно соображала, а когда сообразила, он уже обхватил ее сзади, его горячая, толстая нижняя часть тела обжигала ее нижние области, он продолжал стимулировать ее, он хотел, чтобы она почувствовала его желание, она была такой тесной, что ему стало больно, он хотел только одного - быть внутри нее, «Можно?». Она ужаснулась и попыталась спрятаться - но в тисках его руки деваться было некуда: «Нет, нет, Гришка, нет, подумай о ребенке ------». Даже ее крики и нежные удары в грудь не могли остановить его от нападения. В конце концов, как только он снял с нее одежду и собрался войти в нее, в дверь постучала Мария, что вернуло ему здравомыслие. Он решил принять холодный душ и уединиться в спальне. С тех пор, чтобы избежать несчастных случаев, она вечно разговаривала с ним в кресле, полностью одетая. Боже, он не выдерживал так долго с тех пор, как впервые занялся любовью. Когда у нее начались роды, он собирался ворваться к ней на кровать, хочет она того или нет. Автору есть что сказать:Темная нить истории: фрейлина Мария Савишна питает к Екатерине II почти лесбийскую привязанность, которую будущая фрейлина Екатерина обнаруживает и отвечает на нее (и, действительно, признается Гриму: «Она [Мария] заботится обо мне даже больше, чем о себе»). И, конечно же, у Потемкина возникают отношения любви-ненависти с Суворовым.