Перемога номер "раз"

— Супер Сус Скорцени, приём? — раздалось в голове Кузнецова, как гром среди ясного неба. — Воу, нихуя тут объемный звук... И В СМЫСЛЕ СУПЕР СУС?! ЗДЕСЬ Я ПОЗЫВНЫЕ ВЫДАЮ, МЕЛОЧЬ! — одной из черт Кузнецова была лёгкая заторможенность, сразу за которой проявлялась термоядерная реакция после окончания всех нужных мозговых процессов осознания. — Ты себя давно в зеркало видел? Кочегары на Титанике и то чище были. — ответил разведывательный борт с тонной сарказма в голосе. — А ещё ты так пытаешься свой комплекс роста компенсировать через сравнение с диггером-карланом? — "в эту игру могут играть двое", именно так эта фраза прозвучала для миниатюрного пилота. — Туше. В общем, азимут 34, дистанция 35400, скопление... эээ, воздушных и надводных целей, ведут артиллерийский бой, идентификация целей затруднительна ввиду активности авиации потенциального противника. — перейдя на полу-официальный тон речи, ответил пилот. — А сколько их всего хоть? Можешь дать общую картину боя? — Отправляю полный пакет разведданных. Вкратце, тут какое-то жёсткое рубилово между "чёрными" и "цветными". — Принято.       На несколько секунд лицо Кузнецова приобрело задумчивый вид, словно он прямо сейчас находился не в открытом океане, а в командной рубке корпел над картами и показаниями РЛС, однако вскоре его взгляд сменился на решительный, а лицо, несмотря на густой черный нагар, стало похожим на оскалившийся кирпич. — Около 40 целей в общем и целом, с учётом из размера и плотности построений, должно хватить четырёх-пяти ракет на всех... Решено! Скорцени, оставайся в том квадрате и передавай всю актуальную информацию, щас мы им устроим джихад одним залпом! — Э... может, не будем сразу всех крыть? "Цветные" вроде даже на тебя похожи. — Не понял сейчас. — Ну, в смысле, я снизил высоту и прямо отсюда вижу, что это люди... С какими-то обвесами, как у тебя. — А "чёрные" тогда на кого похожи? — Ну, как бы тебе объяснить... Ты тумбочку с пастью кашалота когда-нибудь видел? Или осьминога в шляпе и ботинках? Или летающий черепок с пушкой? Или... — Достаточно! Давай координаты "чёрных", с "цветными" попробуем потом выйти на связь. Если что — бомбим нещадно. — Принял! Высылаю координаты! — отрапортовал "Скорцени", после чего непосредственно Кузнецов принялся за наведение ПКР на группу врага.

***

      Когда неизвестный самолёт опустился несколько ниже, мы все немного напряглись, однако, объективных поводов для беспокойства было мало. В конце концов, даже с расстояния в несколько километров этот самолёт не походил ни на одно известное воздушное судно врага, да и сами глубинные едва ли додумались бы использовать корректировщики. Как бы то ни было, сейчас перед нами стояла задача поважнее, чем выяснять принадлежность неизвестных одиночных самолётов — ещё три десятка тварей из океана, что прямо сейчас осыпали торпедами и снарядами наш авангард на дистанции меньше километра, подобравшись на опасно близкую дистанцию к нашему основному флоту. Ещё немного и в зоне обстрела их линкоров окажутся наши авианосцы, однако ловушка уже почти захлопнулась. — Авангард, отступайте, сейчас прилетит по вашим позициям! — передала я в радиоэфир, практически мгновенно получив ответ от командира группы — Такао. — Вас поняла, авангард на отход.       Мой корректировщик подтвердил сказанное, ещё тридцать секунд и можно смело накрывать весь квадрат, чтобы затем добить их авиацией. Совсем скоро этот крупный флот пойдёт ко дну и нам всем можно будет на день или два выдохнуть. — Действуем согласно плану, дистанция 10700, азимут 270, огонь по моей команде из всех батарей, как поняли? — Поняла. — Принято!       Звонкие голоса линейных крейсеров отозвались в эфире. Осмотревшись по сторонам и увидев каждую из класса Конго, что махнули мне рукой, я переключила внимание на наши авианосцы. — Кага, Дзуйхо, уводите истребители, ведите сюда пикировщики и торпедоносцы, готовность две минуты, приём. — Вас поняла. — Так точно.       Когда я убедилась, что все были на своих местах и готовы действовать согласно плану, я могла с чистой совестью дать команду на выполнение. — Готовность десять секунд... пять... огонь! — батареи 410-мм орудий привычно отозвались громогласным рыком и огненной вспышкой, обдавшей моё тело вместе с пороховыми газами и жаром, низвергая на головы глубинных тяжёлые фугасные снаряды. Спустя две секунды после выстрела взгляд привычно ненадолго застелил дым от выстрелов, а следом за ним справа и слева от меня отработали Конго и Хией, также посылая свои хоть и менее мощные, но не менее смертоносные снаряды.       Расчётное время подлёта составляло около тринадцати секунд, за это время довольно близко успеет подойти наша авиация, чтобы я могла направить их на уцелевшие корабли противника и добить их. Этот бой однозначно должен был остаться за нами...       Однако, почти сразу же корректировщик доложил о взрывах... очень мощных взрывах, накрывших весь квадрат сразу! Но это невозможно, снаряды ещё не должны были... — Ты... — сказала я, глядя на кружащий над нами неизвестный самолёт, что мерно шумел над нами своими реактивными двигателями, не решаясь спуститься ниже двух километров.— Нагато, что это сейчас было? Вы теперь авиабомбами стреляете? — тут же вышла на связь Такао. — Что? Нет, наши снаряды... — Вижу. — добавила Такао, а следом за ней и мой корректировщик подтвердил падение снарядов... в молоко. — Такао, у вас там все целы? Видите противника? — обеспокоенно спросила я. Кем бы ни был наведён этот внезапный удар, если он причинил вред моим подчинённым... — Да тут весь квадрат выжгло подчистую, но на удивление точно. Не знаю, чем по ним ударили, но нас это не зацепило. — в голосе Такао однозначно ощущалось неподдельное удивление... уверена, что помимо неё и меня эти же эмоции испытывают и все остальные. — Принято, сохраняйте бдительность и отходите к нам. Кажется, есть у меня несколько мыслей о том, кто и откуда нам так внезапно помог. — ответила я, переведя взгляд на небо, где на фоне ясного голубого неба были отчётливо видны три инверсионных следа и полосы выхлопа, уходящие далеко вверх и затем за горизонт. Больше всего меня в свою очередь напрягало то, что реактивный самолёт, хоть и держался на приличном расстоянии от зоны поражения нашего ПВО, однако не торопился покинуть квадрат. Он наблюдал за нами... ждал нашей реакции на его странный поступок. — Хорошо, что все в порядке. Нам отзывать самолёты, флагман? — услышала я голос Каги в радиоэфире. — Оставьте по одной эскадрилье пикировщиков и отправьте их по следу выхлопа, скорее всего глубинных накрыли ракеты... И не сводите глаз с корректировщика. Если уверены, что сможете догнать — можете послать истребители, но не вздумайте стрелять первыми. — таковы были мои приказы.       Пролетевшее мимо меня звено бомбардировщиков резко сменило курс, двинувшись в сторону следа от выхлопа. Оставалось только соблюдать осторожность... и надеяться, что по нам не прилетит нечто подобное... при всей своей живучести, я не уверена, что смогу пережить попадание, а про остальных и говорить нечего.

***

       — И тут ТЫ-Ы-Ы-ЫЩ...! ТОКА ПИСЮНЫ ПО ВОЛНАМ РАЗМЕТАЛО! — в красках описывал свои впечатления от ракетного залпа разведборт. — Ну а эти чё, "цветные"? — с интересом и гордостью за свою выходку спрашивал Кузя, которого изнутри прямо распирало от гордости, что впервые за столько лет простоя и ремонтов ему наконец-то удалось по-настоящему повоевать, хоть и вся "война" ограничилась одним ракетным залпом из трёх ракет. — А там какая-то тарабарщина по радиосвязи звучать начала, не понятно нихрена! — А ты что, их радиопереговоры всё это время слушал? — Пытался слушать. В целом, понятно только то, что они строили какой-то суперхитрый план, а ты им всю малину обосрал и все фраги подсосал. Повезло, что незадолго до удара их авангард отошёл, а то могли и зацепить кого-нибудь. — Хе-хе, я такая "крыса"! Никогда бы не подумал, что буду говорить это с гордостью! — Ну, крыса или нет, но вот тебя, походу, начали искать и... матерь божья... — внезапно голос пилота приобрёл крайне удивлённую, можно даже сказать шокированную интонацию. — Что там у тебя? Сбить решили? — закономерно спросил Кузя. — Не знаю, но ты когда-нибудь видел в живую японские "Зеро"?       Вопрос "Скорцени" заставил Кузнецова ненадолго задуматься. Конечно, он знал название самого популярного истребителя периода войны на Тихом океане, но, естественно, в живую их никогда не видел. Больше интересовал его другой вопрос: "А что, собственно говоря, здесь делают японские Зеро?". — Не видел. Зато вижу, как к тебе летит два звена этих самураев. Не рискуй, лучше уходи на высоту и возвращайся, теперь мы хотя бы точно знаем, что ищут нас японцы. — Принял, возвращаюсь на базу. Что делать будешь при таком раскладе? Уйти вряд-ли получится, выхлоп твоих ракет... да и твой тоже, крайне хорошо видны с воздуха. — Пусть подходят, пообщаемся. Что-то судя по виду их противников, война у них идёт какая-то другая. Веди их истребители ко мне, буду двигаться им навстречу... — Крайне рискованно, Сус... но командир здесь ты. — Не называй меня так, мелочь. — Конец связи.       Конечно, кузнецов волновался. Странные противники, японцы, у которых были древние "Зеро" на вооружении и Бог его знает, что ещё ждало его, когда он всё же встретится с ними. А с другой стороны был непосредственно Кузнецов — чумазый авианесущий крейсер с острова Чунга-Чанга, неизвестно как здесь оказавшийся, хотя ещё совсем недавно ему приходилось скучать у стенки на ремонте.       Но Кузя не привык отказываться от своих решений. Что бы ни ждало его впереди, какие бы испытания ни выпали на его счёт, для всего этого у него есть два союзника — авиация и ракеты, которыми можно было разнести любое "испытание" и проблему, в чём он только что лично убедился. В конце концов примерно через десять минут над его головой начали кружить белые истребители с красными кругами на крыльях, а вдалеке замаячили силуэты странных японцев. — Это ещё что за... — сказал Кузя, сблизившись с восточными "коллегами" достаточно сильно, чтобы разглядеть каждую из них. — Все они — бабы?! — Разве это так уж плохо? — ответил ему давно севший на палубу Скорцени, самолёт которого всё ещё ожидал своей отправки в ангар. — Нет, но... Ты только посмотри, во что они одеты! — ответил Кузя, показывая пальцем в сторону девушек самого разнообразного внешнего вида. — Вот, эти впереди хотя бы в школьную форму одеты, а те позади! Юбки какие-то короткие, странные мантии с рукавами, как карманы у прапорщика... эта в синем вообще будто не в море вышла, а на собеседование в ночные бабочки собралась! — продолжал своё возмущение крейсер, на что Скорцени внутри кабины пожал плечами. — С каких пор ночные бабочки на собеседования ходят..? Да и ты себя-то видел? Одет, как чёрт, ещё и от лица только зубы, да глаза видно. Хоть бы умылся для приличия, свинья! — Хрю. — коротко ответил Кузя, заставив Скорцени стукнуть себя ладонью по шлему. — И с кем я, блять, работаю..?       Впрочем, совсем уж "по-черному" Кузнецов встречать девушек не собирался... как минимум, совету своего пилота он последовал, быстро зачерпнув рукой солёной воды, которой тут же протёр своё лицо, практически полностью очистив его от нагара. Теперь он больше походил на человека, чем на Обаму. — Вроде норм выгляжу. Итак, мультисвидание начинается! — храбрясь для самого себя, произнёс он, когда расстояние между группой японцев и Кузнецовым составляло меньше сотни метров.      Всего он насчитал двенадцать азиаток самых разных возрастов и внешности. Некоторые из них (шестеро, если быть точным) выглядели так, будто ещё начальную школу не окончили, зато вторая половина состояла из представительниц прекрасного пола вполне себе сопоставимого с Кузнецовым возраста. Наконец, одна из них — высокая молодая девушка с длинными чёрными волосами и самым массивным обвесом с четырьмя двухорудийными башнями вышла вперёд и... — *серьёзный японский женский голос*. — пускай Кузя высоко оценил фигуру, не самый скромный наряд, внешность и приятный волевой голос незнакомки, однако смысла ни единого слова из её довольно длинной фразы не уловил. — Как там по-японски будет "дайте переводчика"? Ну же, помогай, Скорцени! — шепнул своему пилоту Кузя, серьёзно ожидая от него нормального ответа. — Ямете кудасаи [Прекратите это, пожалуйста - Леопирд], бля...— сквозь сдерживаемый смех ответил он, приправ свой ответ тонной сарказма, который распознал бы даже ребёнок, но Кузнецов находился в новой, крайне тяжёлой стрессовой ситуации. — Понял. Спасибо, друг. — ответил он, повернувшись лицом к девушке. — Ха-ха... Чего? НЕТ, СТОЙ, Я ЖЕ ПОШУТИЛ! КУЗНЕЦОВ, БЛЯЯЯЯ... — однако, было уже слишком поздно. — やめて 下さい! — ответил Кузнецов... состроив виноватое лицо.       Девушка после этой фразы вытянула своё лицо в удивлении, слегка отшатнувшись назад, реакция остальной группы была в свою очередь довольно разнообразной — кто-то хихикал, кто-то громко смеялся, некоторые повторяли реакцию "переговорщика", а кто-то и вовсе пытался пробить своё лицо ладонью со стыда. — Скорцени, блять! — шёпотом ругнулся Кузя в сторону нерадивого пилота. — Да я знал что-ли, что ты сарказма не понимаешь?! — также тихо ответил ему Скорцени.       Однако, первая волна удивления прошла и на её место пришло недоумение. Иностранка вновь задала какой-то вопрос, но и его Кузнецов также не смог понять.       Видя всё это, из группы девочек вышла одна из "младшеклассниц", которая подошла к девушке и что-то ей сказав (на что получила одобрительный кивок), встала подле, обратившись уже к Кузнецову. — Вы по-русски разговариваете? — впервые за разговор русская речь прозвучала не только со стороны Кузи и его пилота, чему первый был несказанно рад. — Да! — выдохнув, ответил он. — Хорошо, в этом случае я буду вашим переводчиком. Я — двадцать второй эсминец класса Фубуки, Хибики. Возможно, вы могли слышать обо мне, когда я носила имена "Верный" и "Декабрист". Теперь хочу повторить вопрос своего флагмана — кто вы и как здесь оказались? — вопрос маленькой девочки для Кузнецова прозвучал, как вопрос из уст матёрого дознавателя, который намеревался любым способом выпытать из него нужную информацию. Впрочем, Кузнецов не был настроен на молчание, так как сам и дал зелёный свет этому разговору. —Прости, Хибики, но о тебе не слышал, а я — тяжёлый авианесущий крейсер "Адмирал флота Советского союза Кузнецов", а здесь... Очнулся на острове, что здесь недалеко в юго-западном направлении, пошёл на северо-восток и тут мой разведчик обнаружил вас. Решил помочь, когда получил доклад, что вы воюете с зубастыми тумбочками и осьминогами в шляпах, ну и навёл ракеты с помощью корректировщика. — вывалил по-простецки Кузя, всё это время смотря на вытягивающееся в удивлении лицо девочки. — Тумбочки и осьминоги? А, ты, наверное, про... — Там ещё летающие черепа были. — Понятно, значит ты в первый раз увидел глубинных... — Кого? — Потом расскажем. Мне нужно перевести твои слова флагману.       Кузнецов принялся терпеливо выжидать, пока Хибики переведёт его слова состроившей задумчивое лицо старшей девушке. Наконец, Хибики вновь перевела взгляд на Кузнецова, который в свою очередь приготовился отвечать на очередной вопрос. — То есть ты говоришь, что очнулся здесь, на острове неподалёку и ни с кем, кроме нас, ещё не контактировал. Верно? — Да. — Хорошо. Глубинных ты тоже увидел первый раз? — Да. — В таком случае мы должны сопроводить тебя на свою базу, где тебе всё подробно объяснят. — Стопэ! — внезапно резко высказался Кузнецов, удивив всю группу девушек. — Что-то не так? — внешне спокойно, однако скрывая своё внутреннее волнение, ответила Хибики.       Кузнецова волновал самый главный для него вопрос, на который он всё ещё не получил ответа... нет, не вопрос "а почему вы ведёте меня на свою базу и куда это вообще идти надо?", его вопрос был гораздо важнее. — Мне пожрать дадут? — и так будет всегда... — Что? — глупо переспросила Хибики, не поняв сути вопроса. — Ну, еда, мазут, что угодно, что можно сожрать! А то смотрю я на твоего флагмана и ощущение, что вы все на салатах и молоке там сидите. — взгляд Кузнецова, как бы невзначай, скользнул по фигуре старшей девушки, намекая на её красоту.       Хибики подобный вопрос в свою очередь хоть и удивил, но медлить она не стала, переведя всё флагману... дословно.       Старшая девушка неоднозначно просмотрела в сторону Кузнецова, задав мельком какой-то вопрос Хибики, после чего снова перевела взгляд на парня. — Она не знает, воспринимать твою вторую фразу за комплимент или за оскорбление. — ответила Хибики, разведя руками. — Пусть сперва на вопрос ответит. — жёстко произнёс Кузнецов, вогнав эсминец в некоторый страх, из-за чего она быстро перевела его слова флагману. — Hmm... Yes? — удивлённо ответила уже сама флагман, посмотрев на Кузю с небольшим сочувствием. — Госпожа, я согласен на всё, что угодно! — произнёс Кузя, глубоко поклонившись, о чём немедленно доложила пребывающая в шоке Хибики. — Нехорошо... — шёпотом добавила она, однако её уже никто не слышал и не слушал.