Сделка

Больно. Оказывается специально разозлить монстра, чтобы тот сломал тебе руку куда болезненнее, чем казалось изначально. Эмма помнила его взгляд, задумчивый и будто бы неопределенный. Интересно о чем он тогда думал? О чем она думала, когда провоцировала Пеннивайза? По крайней мере, девушке удалось сохранить свой секрет. Чувство облегчения? Облегчения и боли.Странное сочетание. Эмма легонько приоткрыла глаза. Белый потолок. Спиртовой запах и люди в белых халатах. Она находилась в больнице. — Эмми! — Крис сидевшая рядом, тут же подскочила с места, заметив на себе взгляд подруги, — я сейчас позову врача! Девушка тяжело вздохнула, но спорить не стала. На удивление Крис вернулась достаточно быстро, минут через пять примерно и привела с собой медсестру, та улыбнулась и присела напротив пациентки. — Как вы себя чувствуете? — Все в порядке, спасибо, — повисла пауза, — а вы.? — Ах, да, извините, — поправив очки, она представилась, — меня зовут Дженни Миллер я ваш лечащий врач. — Приятно познакомиться. — Эмма попыталась занять сидячее положение, но рука врача тут же ее остановила и уложила обратно в постель. — Несмотря на то, что повреждена только рука, вам все равно не стоит двигаться, открытый перелом сместил несколько суставов, на восстановление уйдет несколько месяцев. — Долго, — Эмма уточнила, — как давно я здесь? — Вас доставили к нам в больницу днем, требовалась операции и некоторое время вы были под наркозом, — Дженни мельком взглянула на часы, — здесь вы уже больше пяти часов. — Когда меня выпишут? — Эмма также посмотрела на время, часовая стрелка только перевалила за девять — полагаю, сегодня мне придется остаться? — Вы правы, я бы порекомендовала задержаться как минимум на две недели, чтобы мы проконтролировали ваше восстановление на ранних этапах. — Но? — Но вы можете уйти сразу как закончаться планновые процедуры и перейти на медикаментозное лечение. — Это когда? — Через три дня, — девушка достала тетрадь, проверяя какие-то данные, — если спешите, то да, мы можем выписать вас через три дня. Но не раньше. — Эмми — Крис потянула подругу за рукав здоровой руки, — лучше полечись подольше, куда тебе спешить? — Я не могу так долго пропускать универ, — девушка улыбнулась, — меня ведь не ножом пырнули, это всего лишь перелом. — Открытый перелом со смещением нескольких суставов. — Поправила Дженни. — В любом случае только вам решать, когда выписываться, — медсестра грозно окинула взглядом Крис, — через десять минут время посещение подойдет к концу. — Хорошо. — Девушка согласно кивнула, провожая взглядом до двери и как только услышала характерный щелчок повернулась к подруге. — Что-то не так? — Замечая странную реакцию Крис, она заинтересовалась. — Эмми, — голос стал совсем печальным, — я так беспокоилась, — по щекам покатились слезы, — я переживала! Как ты…как это произошло? — Крис… — Ты ведь доверяешь мне? — Вытирая слезы, она коснулась бинтов на руке, — кто на тебя напал? — Крис, я упала? — Эмма не знала, что и ответить, поэтому ее утверждение, скорее прозвучало как вопрос. — Расскажи мне, пожалуйста, — девушка схватила и сжала ладонь в своих руках, легонько, словно, пыталась согреть, — полиции и врачам можешь говорить что угодно, но мне, пожалуйста, скажи правду. — Крис, — воцарилось молчание, Эмму терзали сомнения, нельзя было рассказывать про Пеннивайза, но и откровенно врать тоже не хотелось, — на меня напал Генри с его шайкой. Я пыталась отбиться, но их было больше, а бегаю я не очень быстро. Эмма внимательно наблюдала за тем как меняется выражение лица подруги. То что за ней гнался и поранил Генри являлось правдой, она лишь умолчала некоторые детали. — Генри? Генри Бауэрс что ли? — Кивок, — я слышала о нем, но как так вышло? — В один прекрасный день после универа я заметила семью Денбро, если быть точнее, Билла и Джорджи… — Того мальчика, что ты до дома провожала? — Да, Билл учиться в одной школе с Генри, он типа местного хулигана и я стала свидетелем того, как он издевался над ребятами, — Эмма пожала плечами, — я подошла поговорить. — Под «подошла поговорить» ты имеешь ввиду избить и опозорить у всех на глазах Генри? — Как ты можешь так обо мне думать? Я что изверг какой-то? — Поймав на себе вопросительный взгляд Крис, она все же сдалась, — да, но он сам виноват. Послышался тяжелый вздох. — Тогда не удивительно, что Генри с компанией решили напасть на тебя. — Да. — Эмми, — ее голос снова стал мягким и нежным, — ты постоянно подвергаешь себя опасности…пожалуйста, будь аккуратнее. — Я. постараюсь. — Неловко протянула Эмма. — И снова тот же ответ. — Крис грустно улыбнулась, — другого я от тебя и не ждала, кстати, я не смогу больше приходить… — Домашний арест? — Ага. — Мы обязательно что-нибудь придумаем! Я сделаю все для того, чтобы у тебя была нормальная жизнь! — В словах Эммы ощущалась уверенность. — Спасибо, Эмми, — девушка заключила ее в объятия, — а еще, кто тебя принес? — В смысле? — Кто принес тебя в больницу? — Эмма одарила ее недоуменным взглядом, — ты не помнишь? — Я точно пришла не сама и кажется догадываюсь, кто мог меня принести. — И кто же? — Оно. *** Темно. Уже конец октября. Не слишком жарко, скорее прохладно. Фонари ярко освещали улочки города. Дерри. Такой маленький и хрупкий, но одновременно запутанный и уютный. В такие ночи Пеннивайзу нравилось сидеть на крыше одного из домов и просто вдыхать ночную свежесть. Монстр слишком давно живет по соседству с людьми и как бы ему не хотелось признавать, некоторые привычки он тоже перенимал, учился, шагая в одну ногу со временем. Клоун рассматривал людей не только как еду, как животных растущих ему на убой, нет, он изучал их разочаровывался и восхищался. Эти создания возомнили, что стоят выше всех в пищевой пирамиде, назвали себя разумными существами и именно поэтому были такими интересными. Хотя стоит признать время когда Пеннивайз пытался поладить с людьми уже давно прошло и теперь он редко (почти никогда) анализировал их как личность, в основном как завтрак, как обед и ужин. Однако тема человеческой психологии его привлекала, там можно было найти самые сладкие и желанные эмоции, которые он так старательно вытаскивал из детей. По большей части это был страх и признаться, клоун, со временем забыл какого это питаться чем-то другим. Иногда у детей проскальзывала радость, грусть, даже замешательство, но страх всегда был самой притягательной эмоцией. Всегда. До этого момента. До того как он встретил малышку Эмму. Она была странной. Она не боялась его, что раздражало и вводило в ступор, даже когда Пеннивайз показал ей, как он расправляется с людьми, как ломает их кости и отнимает жизни… Почему ее это не пугало? Она не боится смерти? — Все люди хотят жить… — Задумчиво протянул Пеннивайз, покачивая ногой, сидя на краю крыши. Монстр всегда ощущал свое превосходство над жалкими людишками и если они вдруг не осознавали, то Пеннивайз милосердно им об этом напоминал, отрывая куски плоти или насылая иллюзии. Однако Эмма пыталась быть наравне с ним. Она не мялась, не заикалась, не тряслась в страхе за свою жизнь. В ее взгляде не было ненависти или осуждения, когда Пеннивайз расправлялся с добычей или когда сломал ей руку. Пеннивайзу всегда получал то, чего хотел. Неважно каким способом, неважно страдал ли при этом кто-нибудь. И сейчас, больше всего на свете, ему хотелось понять Эмму. Залезть к ней в голову и прочитать самые сокровенные мысли. Завладеть ей. Ощущать свою власть. Но эта девчонка… В итоге все выходило так, как она того желала, она словно дергала за ниточки, у нее получалось выходить сухой из воды. Как? Как она это делает? — Что же это было? — Пеннивайз наклонил голову и с наслаждением рассматривал луну. Она была такой большой, чистой и волшебной. Клоуну всегда нравилось это место, Дерри, этот город, где он знает каждую улочку и каждого прохожего. Весь этот город принадлежал ему со всеми его жителями. Точно ли со всеми? — Черт. — Пеннивайз поднялся и чтобы успокоиться решил прогуляться по крышам домов, под этими белыми невидимыми лучами луны. Он еще разберется с девушкой. Определенно, монстр чувствовал, что проиграл первый раунд, но следующий точно будет за ним. Верно не зря же он ее спас? Даже в больницу отнес, Пеннивайз как никто другой знал как устроено человеческое тело, где болевые точки и какие кости расположены. Конечно, он углублялся в эту тему лишь для более приятного «обеда», но оказывается это может быть полезно и не для «еды». — Что это был за запах? — Пеннивайз снова возвращался к воспоминаниям. В их последнюю встречу, когда он уже потерял контроль и собирался перекусить учуял этот манящий, ни на что не похожий аромат. Кажется, он усилился, когда клоун коснулся языком раны. О чем Эмма тогда думала? Ей так сильно хотелось это скрыть, что она даже сломала себе руку. — Он был похож на желание… — Монстр смаковал его языком, словно мог распробовать его на вкус, — на что-то сладкое и яркое… Точно не счастье, не страх, вожделение? Его отвлек громкий звук. Пеннивайз остановился и направился в его сторону, от него тянулся похожий странный запах, куда менее яркий, но пересекающийся. Долго бродить по крышам не пришлось, через пару минут клоун определил нужное окно и спустившись вниз, прислонился к стеклу, рассматривая, что происходит внутри. — Д-да! Давай быстрее! — На выдохе крикнула девушка. Мужчина сильнее сдавил ее грудь, соски были возбуждены и с каждым толчком он входил все глубже. — Тебе хорошо, детка? — Мужчина наклонился и впился в ее губы, чем вызвал громкий стон. — Да, я уже почти… Темп нарастал. Девушка все больше стонала, пока не дошла до пика. До оргазма. Пеннивайз отвернулся, естественно он знал, что такое секс. Знал, что люди занимаются им для размножение и получения эмоций. Когда-то давно он и сам пробовал, но все его партнеры или умирали в процессе или были съедены в конце, так что насладиться без криков и мольбы о пощаде у него не получалось, ведь они его боялись. Но теперь, когда есть человек, который не боиться все может и получиться. Пеннивайз довольно ухмыльнулся и облизнувшись снова уставился на луну. — Возбуждение, вот, что ты пыталась скрыть, Эммочка. *** Дни в больнице приходили скучно и однотипно. Процедуры, обработка руки и наложение повязки. Крис как и предупреждала больше не появлялась, Эмма переживала, что из-за нее подругу наказали. Как она сейчас там? К сожаление спокойно поспать у нее не получалось, а больше всего раздражало то, что Пеннивайзу даже руку к этому прикладывать не пришлось! Ее прошлое само с радостью все сделало. Воспоминания, которые она так отчаянно хотела забыть с каждым днем становились все тщетче. Видимо травма руки напомнила о боли и сработала как триггер. От понимания проще не становилось. Сегодня медсестра впервые упомянула про того «очаровательного мужчину», что принес ее сюда. Дженни описывала его как высокого зеленоглазого брюнета с шелковистыми волосами и сияющей улыбкой, за которой, внимание, не скрывалось полсотни острейших как лезвия клыков, нет, за ней были ровный зубы, самые обычные. Эмма уже начинала сомневаться в том, что это и правда был «мерзкий клоун» по описанию не очень подходил. Но также девушка учитывала тот факт, что не знает всех возможностей этого монстра. По правде говоря, ей было интересно, что сделает Пеннивайз при следующей их встрече, а она, как казалась девушки произойдет очень скоро. Ей готовить вторую руку? Злиться ли монстр на нее? Убьет ли как только увидит? Нет, это неразумно, зачем тогда спасал? Эмма решила, что обязательно расспросит его обо всех его способностях и мотивациях. Но ее волновало еще кое-что. Генри и его компашка были мертвы и спустя два дня отец Генри по совместительству шериф полиции открыл дело по пропаже всей компании. Листовки уже расклеивали по городу. Эмма очень надеялась, что в парке не было свидетелей, которые видели бы их. Девушка была последней, кто пересекался с парнем и если об этом узнает шериф, она точно станет главным подозреваемым. Будет сложно объяснить о страшном монстре, что питается страхом и плотью людей и что Эмма «случайно» привела Генри к нему, и не загреметь в психушку. Ее можно было бы считать соучастницей преступления, если бы, конечно, Пеннивайз был человеком. Только бы они не нашли тела… Эмма думала об учебе, автомат ей явно не светит, ведь единственная уважительная причина для пропуска — это смерть, а она, к сожалению, не умерла. Через пару месяцев начнуться сессии и нужно бы готовиться, вот только теперь, когда в ее жизни появился столь экстравагантный знакомый как Пеннивайз, она даже не была уверена в том, как долго проживет, не говоря уже о том, чтобы найти время на подготовку. У девушки возникла идея попробовать попросить клоуна ей помочь с подготовкой. Она ведь из-за него не может нормально заниматься, это было бы честно, но Пеннивайза вряд ли волновало такое понятие как честность. Ебучий клоун. Еще через пару дней Эмме удалось уговорить Дженни ее выпустить. Медсестра хоть и настаивала на более продолжительном лечении, но сдалась, заметив, настойчивость пациентки. С собой у Эммы не было никаких вещей, поэтому собраться и покинуть больницу оказалась достаточно просто. Эмма радовалась своему освобождение, ее выпустили из этой белой скуки и теперь она может идти домой. Сама мысль о том, что она сможет лечь на свою теплую кровать и заварить себе любой чай, какой только пожелает, укутаться в плед и смотреть фильмы заставляла ее улыбаться. Но есть и другая сторона медали. Дома ее никто не ждет, там пусто и когда нет Крис, также одиноко, как и в любом другом месте. Любой чай? Смешно. У нее всего одна заварка для чая, самая дешевая, что нашлась, на одну стипендию приходится экономно жить. Перешагнув порог дома она испытала смешанные чувства, все-таки больше положительные. Девушка зашла в ванну и собиралась помыть руки, вспомнив, про наложенный недавно гипс, который нельзя мочить, Эмма аккуратно сполоснула лишь одну левую руку. Было очень непривычно совершать любые базовые действия всего одной левой рукой, в особенности из-за того, что Эмма правша. Даже поставить чайник и заварить себе чай оказалось тем еще испытанием. В какой-то момент девушка случайно задела сломанную руку об дверной косяк боль мгновенно разнеслась по телу. Эмма опустилась на корточки и усилием воли подавила крик. Кажется, Дженни не из вредности просила ее задержаться в больнице, ну да, когда живешь один сложно управляться всего одной рукой. Эмма легла на кровать, она полностью измотана. Девушка собиралась завтра пойти в универ, но таскать портфель и не задевать ничего рукой будет проблематично, если от случайного, легкого столкновения ее чуть не распластало по полу от боли, то от намеренного и более сильного она вообще сознание потеряет, как тогда, от болевого шока. — Пеннивайз, ебучий ты, безответственный, клоун. — Эмма прикрыла здоровой рукой голову, до выключателя идти слишком далеко. — Я тоже скучал, малышка Эмма. — Послышался знакомый обманчиво ласковый голос. Девушку как током прошибло, она тут же убрала руку и заняв сидячее положение на кровати в упор смотрела на клоуна перед собой. Он стоял в нескольких метрах, всего пара шагов и он окажется рядом с ней. — Что такое, Эммочка? — Монстр мгновенно сократил расстояние, теперь он мог с легкостью дотянуться рукой до девушки, — ты разве не рада меня видеть? — А ты всегда радуешься при виде того, кто сломал тебе руку? — Неужели ты обижаешься? — Клоун наигранно поджал губы, — а впрочем, возвращаясь к твоему вопросу, мне никогда не ломали руку, так что не знаю. — Жаль. Пеннивайз не сильно схватил Эмму за лицо, словно предупреждая о том, что стоит подбирать выражения. — Знаешь, ебучий клоун звучит не очень вежливо. — Монстр пристально всматривался в эти черные глаза. — Знаешь, заявляться без приглашения и ломать людям руки да и в целом есть детей, тоже, как мне кажется, не очень вежливо. Пеннивайз усмехнулся и отпустил бедное лицо девушки. Его смех прервался также неожиданно, как и начался. — У тебя ко мне много вопросов насколько я понял, — Эмма кивнула, — так уж и быть, прощу тебя в этот раз. — Ну спасибо. — Малышка Эмма, — Пеннивайз обошел девушку и оказавшись за спиной, положил руки на плечи, тихонько прошептав над ухом, — ты и правда думала, что сможешь скрыть от меня свое возбуждение? Эмма вздрогнула, она была уверена, что у нее получилось утаить это. С легкостью прочитав ее мысли, клоун любезно пояснил. — Ты права, у тебя получилось, но старина Пеннивайз знает куда больше чем ты думаешь. Он улыбнулся, его улыбка скорее напоминала животный оскал, при виде этих зубов, что дробят человеческие кости, словно конфетки всегда было не по себе. — И что дальше? — Эмма и сама не знала, зачем задала этот вопрос. — Предлагаю тебе сделку, — девушка внимательно слушала, — я излечу твою руку, а ты… — Пеннивайз провел пальцем по шее Эммы, чувствуя учащенный пульс, — покувыркайся со мной.