Усталость

— Давай пасс сюда! — Кричала девушка и подняла руку верх. Она начала делать разбег для прыжка и прыгнула на мяч, который летел прям на неё. Сейчас у них проходил финал соревнований между школьными командами по волейболу. Напряжённая игра: 2:2. Решающая партия, которая определит всё на этой площадке. Кто же уйдет победителем, а кто со слезами на глазах. Даже если победы в партиях очень напряжённый и игроки значительно так устали, то счёт в 5 партии довольно радует. Хотя один неверный шаг и всё покатится в пропасть. Команда в чёрной форме ведёт в голах и пока что оказывается впереди. Но это пока что… ведь в следующую секунду девятый номер забивает мяч в пол. И вроде плюс одно очко до победы, но если только бы не одно «но»… Девятый номер не правильно расставил ноги при приземлении и мяч коснулся земли, а тело уже начало постепенно опускаться на землю. Вроде бы ничего страшного: надо было лишь правильно приземлиться на ступни. Но в этом и была загвоздка. Девятый номер слишком сильно занесла ноги вперёд, из-за чего при падении они попали в сетку и запутались в ней. Даже если ноги застряли в сетки всего лишь на секунду — этого хватило, чтобы тело девушки начало падать без точки опоры внизу. А само положение тела сменилось на горизонтальное. Девятый номер не понимала, что уже случается и почему она уже смотрит на потолок, а не на сетку перед собой. Она ничего не понимала, но вдруг… РЕЗКАЯ БОЛЬ ПРОШЛАСЬ ПО ВСЕЙ СПИНЕ! Да настолько сильная, что на всю площадку раздался крик боли и настолько же быстро он стих. Все развернулись и увидели, как волейболистка лежит на боку, рукой держится за спину и сжимает всё свое лицо в агонии. Всем видом она показывала, как ей больно и что она не может нормально пошевелиться без страданий. Все присутствующие разом поняли: это — конец. Самый главный игрок на площадке покинет её из-за травмы, и команде в чёрной форме придётся узнать вкус поражения… — Мизи! Мизи, ты как? Насколько болит?! — Над сплющенными глазами девушки появился силуэт мужчины. Кое-как разглядев перед собой своего тренера — Такахаси. Девушка хотела что-то сказать, но вместо слов из её рта вырвался душераздирающий крик. А следом темнота и всё такая же не останавливающая боль в спине….

***

Девушка резко подскочила с кровати и села на постель. Сжимая одеяло в руках, она пыталась отдышаться от такого сна. Но что странное— в спине ощущалось лёгкое колючее чувство, из-за которого казалось, будто она действительно только что повредила спину. Но это была лишь иллюзия, и сейчас, сидя на кровати, девушка могла спокойно шевелить спиной без боли. — Что за дичь…?! — Девушка схватилась за голову и попыталась осмыслить весь случившийся сон. Он был странным и пугающим. А самое страшное то, что момент, из-за которого Мацунуби чувствовала боль очень напоминал ситуацию с её тренером. В точности таким же способом Ран Такахаси получил травму спины, из-за которой ему пришлось покончить со спортом. Точно так же Ран упал на спину, запутавшись в сетке, и это ещё больше усиливало тревогу. Неужели это был вещий сон? Или Мацунуби просто вспомнила тренера, а мозг создал похожую ситуацию? Не может быть, чтобы Мизери получила травму точно так же, как и он! А мысль о том, что ей так же придётся завершить карьеру в волейболе, даже не успев толком начать, ужасала ещё сильнее. Девушке ой как этого не хотелось. Да и если бы хотело́сь, это было бы очень странно. Такое, наверное, желают себе только мазохисты. Здравомыслящие люди не захотят прощаться со своими усилиями и мечтами, выстраданными годами, только из-за одной ошибки. Никто не хочет… И так же не хотел Ран… Однако у жизни были свои планы. — Мизери, доброе утро! Давай вставай, сегодня я тебя отвезу в школу. — В комнату неожиданно зашла женщина с коричневыми волосами, из-за чего Мацунуби подскочила на постели и удивлённо посмотрела на свою маму, стоящую в проёме комнаты. Услышав своё полное имя, девушка нахмурилась и начала подниматься с кровати. — Да-да, иду… — хмуро произнесла девушка и с недовольным лицом направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок и быть похожей на человека. Можно было подумать, что Мизери не понравилась идея, что именно Кимико отвезёт девушку в школу, а не Джозеф. Но это было не так. Ей наоборот было только в радость, что теперь она сможет хоть немного поговорить с мамой и просто увидеть её утром. Однако ей совсем не понравилось, что женщина назвала её полным именем. Кимико прекрасно знает, как девушки не приятно слышать такое обращение к себе, но всё равно продолжает так говорить. К таким людям у неё сразу возникало отторжение, и всеми возможными способами она показывала, что ей некомфортно общаться с ними. Но это же мама… Родная мать, которая хоть немного пыталась находиться в дружеских отношениях с дочкой в детстве. А не как отец… Поэтому Мацунуби каждый раз глотала это неприятное обращение и как ни в чём не бывало, продолжала общаться с матерью. Однако на душе всё равно оставалась обида и до сих пор остается… «Хотел, чтобы твоё существование было бессмысленным.» «Интересно, а сейчас это правда? Я ведь не бессмысленно существую…? Я же стою тут заслуженно! Я — человек, а существование человека не может быть бессмысленным. Значит, и моя жизнь имеет смысл! Ведь так…?» Подняв голову, девушка увидела свое отражение. Вроде бы красивая девушка с острыми чертами лица, но что-то за ночь изменилось. Перед ней стоит шатенка с сенниками под глазами и очень-очень уставшими глазами. Губы отекшие, а нос почему-то весь покраснел и стал намного больше, чем раньше. В голову сразу начали лесть воспоминания про слова отца. Мизери, конечно, пыталась мысленно оправдать себя, едва не плача. Смотреть на себя в таком виде в зеркале и одновременно вспоминать десятки моментов, когда отец унижал её за внешность в детстве — было самым худшим решением. Он настолько много говорил о её лице и имени волейболистки, что обычный человек не смог бы чисто физически запомнить это всё. Но Мизери помнила… Из-за этого на душе ещё сильнее накапливались обида, злость на отца и, главное — ненависть к себе. Ту самую, которую он день за днём, словом за словом, пытался вбить в её голову. И у него это вышло… — Надо что-то делать… — Девушка быстро взяла в руки гуашь для лица и начала делать массажи, которые, по идее, должны были хоть как-то помочь с этим «чудом». Но если бы и эта идея не сработала, то в дело пошло бы самое надёжное решение — макияж. Мацунуби он всегда помогал, и уверена, не только ей. Макияж может скрыть все недостатки и, наоборот, подчеркнуть какие-то изюминке. А ещё макияж может испортить лицо и сделать только хуже. Не всегда удаётся всё сделать идеально с первого раза — как и в любом навыке, тут нужна практика и желание улучшать свои умения. Поэтому Мири часто обучала Мизери своим опытом и давала ей какие-то советы, чтобы та в дальнейшем смогла и без неё что-то сделать. Кто знает, что может случиться на следующей день? А вдруг они больше не увидятся, и Мизери останется ни с чем… Лучше пусть у неё будет хоть какой-то опыт, чтобы на всякий случай им пользовалась. А не сидеть потом в углу, рыдая из-за того, что ничего не получается и из-за того, что не может исправить свои недостатки. — Ну… сейчас всё проверим. — Лицо девушки всё так же оставалась опухшим и красным, но на этот раз теперь из-за массажа, который разогнал кровь. Это покраснение со временем сойдёт, и Мизери снова станет обычным человеком. Мацунуби быстра скинула с себя одежду и молниеносно начала принимать охлаждающий душ. Так она могла хотя бы привести свои мысли в порядок и смогла бы и окончательно проснуться. Такие ванные процедуры для Мизери регулярные. Она не могла уснуть, не помывшись, и не могла начать день без холодного душа. Она не может выйти на улицу, не приведя себе в порядок. И дело даже не касается про макияж, укладки, стильного образа, а просто в базовой гигиене: умыть лицо, почистить зубы, ополоснуться водой. Для неё это было важно. Она всем сердцем ненавидела, когда от людей пахло немытым телом — и не хотела стать одной из них. Ступня ступила на коврик, и на нём остался мокрый след. Мацунуби быстро вытерлась полотенцем и надела свое нижнее белье. Завернувшись в полотенце, и закрепил его на груди, Мизери пошла в свою комнату, где уже надела свою школьную форму. Белую рубашку, которая как всегда была расстегнула в верхней части. Вместо галстука девушка решила затянуть на шее красный бантик, который подходил под верх. Серая юбка, а под ней Мизери просто надела носки «Nike». Поверх — обычный безрукавный свитер, который казался очень мыльным. Волосы, как обычно были чистые и распущенные. Однако на этот раз Мизери захотелось чем-то украсить макушку и быстро начала лазить в комоде, чтобы найти какие-то украшения. Найдя пару заколок в виде звездочки, Мизери прицепила их на волосы и опять же оценила свой внешний вид в зеркале. — Вроде красотка… — Если с одеждой всё было прекрасно, то лицо всё ещё вызывало вопросы. Девушка глянула на часы и прикинула, сколько времени осталось на сборы. «Сегодня без завтрака» Быстро сел за стол, Мацунуби достала свои косметические принадлежности и разложила их на столе. Лицо уже было увлажнено, и поэтому Мизери начала наносить базу под макияж. Взяла праймер, равномерно распределила его по лицу и тут же открыла консилер. Нанесла продукт и влажным спонжем растушевала его. Лицо стало однотонным, без покраснений, как и хотела Мизери. Затем она сбрызнула лицо фиксатором и нанесла пудру, чтобы тон стал ещё ровнее. Снова — фиксация. Потом сухие румяна на щёки и нос. Мизери подкрасила ресницы, предварительно подняв их кёрлером. Расчёсывала брови щёткой и окончательно закончила со своими процедурами. Теперь она хотя бы выглядела как человек, а не как неспелый помидор. На губы нанесла блеск, и они стали заметно ярче. На часах осталось очень мало времени, и поэтому Мацунуби быстро взяла уже готовый рюкзак и побежала вниз, чтобы быстро доехать до школы без опоздания. — Мизери, ты завтракать не будешь? — Послышался голос мамы, когда девушка добежала до прихожей. — Извини, но я не успеваю. Как-нибудь в другой раз. — Мацунуби, не глядя на женщину, начала надевать свои школьные туфли. Она не видела, как Кимико зашла на кухню и вышла уже с каким-то ланч-боксом, завернутым в пакет. Женщина подошла и положила его на тумбочку возле двери, а сама быстро сбегала за своими вещами. Ведь сразу же поедет на работу, после того так отвезет дочку в школу. Мацунуби подняла взгляд на контейнер, который поставила женщина, и начала его рассматривать. — Возьмёшь еду со собой и поешь на перемены. Чтобы на уроках не сидела голодная! Ты меня поняла?! — Да, мам. Женщине никогда не нравилось, что Мизери не хотела есть еду и просто отказывалась от приема. Она не понимала, почему дочка пропускает завтрак и ест только в обед, а иногда лишь вечером. Поэтому Кимико приказала строго, без права на возражение и начала надевать обувь, пока Мацунуби убирала ланч-бокс в рюкзак. — Всё, готова. Идём! — Две девушки вышли из дома, и старшая начала запирать дверь, пока младшая направлялась к припаркованной машине. Мацунуби и глазом не успела моргнуть, как уже стояла возле ворот школы. Всю дорогу она разговаривала с мамой: о школе, занятиях, спорте, друзьях. И каждый раз хмурилась, слыша, как та употребляла её настоящее имя. «Ты должна полюбить свое настоящие имя, а не придумывать псевдонимы.» Мизери каждый раз вспоминала тот разговор на берегу реки и каждый раз пыталась себя утешить. Она понимала, что мама хочет как лучше, но… комплекс по поводу имени засел очень-очень глубоко. Настолько глубоко, что даже мысленное упоминания вызывало отвращение. «Сто процентов найдётся тот, кто сам сможет с лёгкостью это сделать.» «Это что за магия должна случиться, чтобы кто-то смог меня переубедить? Такое никогда не произойдёт…» Глупо было верить в то, что найдется какой человек, который всё исправит, и будто бы ничего не было. Такого никогда не случится…! Мы ведь не в сказке живём, чтобы верить в такую чушь. Если человек носит в голове одну и ту же мысль годами, невозможно переубедить его за один разговор. Да и за несколько тоже… Даже приставить не можно кем должен быть этот человек, чтобы всё стало прежним. Ну, если только реально пользоваться магией или быть волшебником. В школе ничего нового не происходило. Большинство учеников смотрели на Мизери, как на павлина без хвоста, словно она редкий зверёк, которую нигде не сможешь увидеть, кроме этого момента, и поэтому надо глазеть, пока есть время. Но ещё и были смельчаки, которые пытались с девушкой поговорить и влюбить её в свое «очаровательное» лицо. — Ну что, новенькая? Не хочешь, чтобы я показал тебе школу… и не только школу? Для лучшей связи с тобой, дай свой номерок телефона. — Брюнет с карими глаза начала клеится и флиртовать перед девушкой, перегородил ей путь к кабинету. Он игриво двигал бровями и лукаво улыбнулся, демонстрируя свои зубы. Руки он расставил по пояс и стоял уверенно, но это только на первый взгляд. Глаза немного бегали, а сзади стояли его дружки, которые всем видом показывали, что не знают этого парня и очень сильно нервничали. Мацунуби оценила ситуацию и подметила в голове пару фактов. «Зубы не ровные, а в некоторых местах вообще есть желтый налёт. Его подмышки влажные и воняют. Из-за рта тоже исходит неприятный запах, но ещё не такой сильный, как из тела. Волосы не уложены и лицо всё прыщавое. Видимо, он не ухаживает за собой — отсюда и высыпания. Это можно догадаться, если смотреть на другие факторы, которые можно увидеть невооружённым глазом… Настолько же люди бывают самовлюбленные… Это жесть!» Девушка закатила глаза и осмотрела помещения вокруг. Ей нужно было определить, насколько грубо можно послать парня, но при этом, чтобы другие люди не подумали ничего плохого о ней. Ей нужна своя хорошая репутация, и портить её из-за кого-то умалишенного индивида— она не хотела. Но на её удачу в коридоре никого не было, кроме самого парня и его дружков. Думаю, ничего страшного не случится, если они услышат настоящие мысли Мацунуби? — Ты опоздал. Я уже знаю вашу школу и не нужной твоей помощи мне не нужна. А лучше помоги себе. Если ты реально думаешь, что такой как ты сможет привлечь мое внимание, то ты реально глупее, чем я думала. Для начала, чтобы выглядеть как человек, начни с элементарного: ухаживать за собой. А не просто заливаться дохлым дезиком. И попробуй менять одежду, мыться в душе и просто чистить зубы чаще, чем 2 раза в неделю. Девушка говорила всё злим лицом и была абсолютно уверена, что все её слова полностью правы. Она не переживала, что скажет как-то слишком грубо. Утро у неё началось сразу не с той ноги, и если она самого утра вспомнила воспоминания с отцом, то можно уже считать, что день прошел испорчено. В такие дни взгляд был хмурым и уставшим, а язык всегда был острым на слова. Мизери изо всех сил старалась быть мягче, понимая, что грубить всем подряд — очень плохая идея. Особенно сейчас, потому что ей нужно поддерживать образа «хорошей и доброй девочки» чтобы люди понимали, насколько её нужно принять. Однако именно сегодняшний день ей уже не нравится. Лучше бы просто притворилась заболевшей и не пошла в школу всем грубить. Вдобавок ко всему, масло в огонь ещё подливала то, что сегодня должен быть опрос по домашнему заданию с истории. А как можно понять, Мизери ничего не знает, хотя читала всю ночь… — Что…? Да ты… вообще ахуела?! — Парень стоял сначала в ступоре и не в силах пошевелиться из-за ошеломлённого услышанного шока, но потом очнулся и начал орать на девушку. Если бы Мизери ещё что-нибудь резкое сказала, то брюнет бы точно попытался бы как-то замахнуться на Мацунуби. Она это идеально заметила и просто со слишком злым взглядом посмотрела прямо в душу парня. — А… От такого взгляда он только и смог выдавить одну букву со рта. И опять же замерев под её давлением. Мизери поправила лямку рюкзака и грандиозна обошла парня, но проходя его плеча сказала последние слова. — Знай свое место, свинья. После чего с невозмутимым лицом направилась дальше в класс. Интересно, а чтобы было, если бы кто-то услышал такое с уст девушки? Как бы он начал относиться дальше к девушке? Начал бы он дальше разговорить с волейболисткой или посчитал её лицемеркой и закончил с ней общение со скандалом? Но Мацунуби проверила коридор. За такой короткое время никто бы не успел подойти к ним и всё услышать… но если только кто-то не шёл сзади и не затаился за углом, чтобы послушать её ответ. Но Мацунуби вроде никого не видела за собой… так что пока что всё нормально. Зайдя в класс со звонком, Мизери подошла к своему месту и кинула рюкзак возле парты. Она плюхнулась на место и устало откинулась на стульчик. Трогать свое лицо было категорично нельзя, из-за чего девушка начала ещё больше раздражаться от всей ситуации. Как же она устала… — Не с той ноги встала? — С боку раздался голос, и девушка уже догадалась, кто это был. Она пару минут начала раздумывать над ответом и что же ответить. Просто притвориться, что всё нормально или же разлить душу? Может просто сообщить поверхностно и считай, она сказала правду, но не сорвала? Она же сказала всё честно, а значит, обвинить её ни в чем не можно. Но всё же… «Ты только будь собой, тогда и друзей найти будет намного легче.» — Скорее, вообще без ног встала…! Меня за такое долгое время ещё никогда так сильно ничего не бесило, как этот день! — Парень приподнял бровь, когда опять услышал непонятные слова. Но услышав последнюю фразу, то сразу предположительно понял недовольство первого предложения. Но от любопытства всё-таки решил узнать что-то новенького про Мизери и какие ещё языки она знает. — И что на этот раз за язык? — Минуту молчания, хмурые брови, но через секунду осознания Мацунуби протянула протяжное «Ааа» и лицо стало привычно усталым. — Я сначала не поняла, про что ты. — Мацунуби устало выдохнула и облокотилась на стульчик. С полным невозмутимым голосом, Мизери продолжила говорить. — Оно происходит само собой, что даже не понимаю, на каком языке я вообще разговариваю. Вроде кажется, что говорю на японском, а в итоге разговариваю вообще на другом языке по звучанию. Так что иногда я даже не смогу сказать, на каком языке общаюсь, ведь просто сама этого не замечаю. — Понял… — Опять минута молчания и опять же вопрос от Осаму, на который получил недовольный вздох. — Так что такое случилось? Выглядишь слишком измученной. Вроде друг хочет поинтересоваться твоим состоянием и переживает за тебя, но… иногда это так бесит, что хочется ничего говорить и просто хочешь послать, накричать и уйти от разговора. Однако это же Саму… Если с ним поссорится, то дела и всё общение пойдёт под откос. Такое нельзя допустить! — Мизери, ты… — Осаму хотел опять что-то спросить, но ахнул, когда увидел злой взгляд девушки, которая просто смотрела себе под вниз, чтобы не испугать парня своим недовольством. Однако он заметил и просто заткнулся. «Лучше не буду её трогать. Похоже, утро у неё действительно было тяжёлое.» Он решил, что просто слишком навязчивый. Ведь девушка до того момента, когда он обратился к ней, была просто уставшей, а как только назвал её по имени и решил быть более настойчивым, то сразу стала злой. И, наверное, если бы он продолжил говорить, то она бы точно с ним поругалась. Ему это не нужно… Урок начался, и все записывали, что говорила учитель, и просто сидели тихо. Ведь разговаривать на английском — смертельная казнь. Учительница сразу накричит и ещё вдобавок опозорит тебя на весь класс. Однако ей ещё не нравилось, когда кто-то не слушал её и летал в облаках. Даже если ты знаешь тему, то всё равно должен был её слушать, иначе она даже до этого может придраться. А вот Мизери как раз такой и была… — Мацунуби, ты меня вообще слушаешь?! — Строго прозвучал голос учительницы. Девушка подняла уставшей взгляд на женщину и кивнула на её недовольный вопрос. Та воспринимала её кивок как вызов и всё равно налетела с обвинениями. — Тогда что я только что объясняла?! Повисло молчание, и Мацунуби уже просто втыкала в спину одноклассника напротив и всеми глазами показывала, что не слушала женщину, и та начинала ещё больше хмуриться на волейболистку. Но всё же ждала хоть какого-то ответа. В лучшем случае она ждала всё-таки признание Мацунуби и тогда она сможет ещё больше наругать девушку из-за не внимательности. — Про родителей и слова, связанные с ними…— Тихо проговорил Мия рядом, и девушка, не подавая вида, очень медленно проговорила усталым голосом точно такой же ответ. Учительница посмотрела на соседа по парте и не увидела никаких подозрений за подсказку, поэтому просто раздражено выдохнула и решила сделать новую проверку для Мацунуби. — Ну, тогда расскажи про эти слова. — И тут Мизери и Осаму повисли в ступоре. Мацунуби растеряно стояла возле места и решила тыкнуть на угад в своих навыках языке. Ведь Осаму хоть и слушал учительницу, но запомнить их не смог, ведь просто не воспринимал их на слух. Для него это было сложно, а перевод женщина не говорила. Она говорила слова, но не говорила их перевод, что показывало её непрофессиональность. Вот поэтому Мии не нравился Английский и всё, что связано с ним. — Ну… Upbringing, Motherhood, Child-rearing practices, Guardian, Caretaker, Helicopter parenting, Family cohesion, Adoptive parents? — Все в классе в шоке повернулись в сторону девушки и удивительно на неё смотрели, а женщина нахмурилась ещё сильнее. Она недовольно стукнула по столу своей папкой бумаг, из-за чего все сидящие на первых партах подпрыгнули от неожиданности. — Ты сильна в языке, но на моих уроках, даже если не интересно, надо слушать, а не летать в облаках. Если не хочешь в конце года получить в аттестацию за «Способность говорить и слушать» очень недовольную оценку, то советую послушать мои слова. Садись. Пока что просто предупреждение. Мизери присела на место и с усталым вздохом стукнулась головой об руки, которые быстро сложила на поверхность. Мия с сочувствием посмотрел на девушку и не знал, что делать. Поэтому решил просто легко похлопать по плечу. — Мизери, мы такие слова и в помине не упоминали… — Я уже поняла. Парень не увидел, как Мацунуби опять начала хмуриться. И даже славно, что не увидел. Потому что кто знает, что он скажет на постоянно недовольство девушки. Постоянно злиться и хмурится не может продолжаться вечно. Мия уж точно не будет терпеть такое отношение к себе… — А, сейчас мы должны написать мини-эссе про своих родителей и семью, вставляя слова, которые мы выучили на уроке. — Женщина села за стол и начала рассказывать задание на урок. — А те, кто прослушал эти слова, я попрошу, Накаяму, их рассказать. — Русоволосая выдохнула и встала с парты, чтобы зачитать слова, которые не смогла рассказать Мацунуби. Сказать, что Наоми была рада такого опроса— не можно было. Но раз она староста, то должна всё знать и быть прилежной ученицей. Поэтому через не хочу должна всё рассказывать по просьбам учителя. — Буду говорить с переводом. Mother–мама, Parents–родители, Father-папа, Family-семья, Children-дети, Parenting–воспитание, Grandparents-бабушка и дедушка, Take care of–заботиться о, Look after–присматривать за, Rules–правила, Support–поддержка, Responsible–ответственный Девушка закончила говорить и села обратно на место. Мацунуби только разочаровано замычала, ведь на самом деле были такие легкие слова, а она от усталости начала говорить на уровне B1-C1, хотя сами слова были на уровне А1-A2. Как же она уже туговато мыслить из-за этой всей утомления и не хорошего сна. — Спасибо, Накаяма. А теперь задания пишут все. В конце урока я пройдусь и соберу тетрадки на оценку. Время пошло. Как по команде, все опустили головы и начали думать над текстом. Накаяма думала, как начать свое произведение по своей дружеской семье. Мия размышлял, как же нормально описать своего брата, чтобы не нахваливать его и при этом не оскорблять, чтобы ещё, не дай Бог, занизили оценку. А вот Мацунуби думала, как бы написать свой рассказ, при этом не упоминать отца. Она с самого детства не любила писать разные сочинения про семью и тем более описывать, что происходит у них внутри. В самом первом таком задании Мизери просто сдала пустой листок. Ведь не хотела ни врать, ни кого-то оскорблять и не знала, нужно ли говорить про проблемы. Тогда Джозеф пришлось лично поговорить с Мацунуби о таких темах и объяснить, что можно упомянуть, а что лучше опустить. А именно сейчас девушка решилась использовать свою старую стратегию — все взаимоотношения Джозефа выдавать за отцовские. Конечно, было неприятно портить имя Джозефа и выдавать его за такого человека, как Фростер, но другого выбора нет. Поэтому стиснул ручку, Мизери начала писать текст в тетради.

«Моя семья

Семья — одна из самых важных частей нашей жизни. Она даёт нам любовь, поддержку и чувство принадлежности. В моей семье мы всегда стараемся помогать друг другу и проводить время вместе. Я живу с родителями и иногда нам заходит мой дядя. Моя мама добрая и всегда меня выслушает. Папа — трудолюбивый. Он многому меня учит и поддерживает. Двое моих родителей известные бизнесмен, из-за чего они много работают, и присматривать за мной удосуживался мой дядя. Он хороший и всегда, как и отец — подержит меня. Мы с дядей все хорошо проводили время и вместе за ужином рассказывали свои истории и как у нас прошел день. Такие посиделки — самое лучшее, что мы можем сделать, и они для меня нас стали самые дорогие. Однако именно на этот данный момент моя мама решилась открывать новый бизнес, а я с ней поехала с ней, потому что хотела узнавать новые места и находить новых друзей. Мы с отцом не перестали общаться и через телефон созваниваемся, когда у него нас двоих есть время. В нашей семье есть правила, которые мы должны соблюдать, чтобы всё было в порядке. В моей семье все ответственные и заботятся друг о друга, особенно если кто-то не хорошо себя чувствует. Я. Мы. В трудные времена я знаю, что могу положиться на свою семью. Они дают мне силы и мотивацию. Для меня семья — это любовь, забота и поддержка, которые никогда не заканчиваются.

Я люблю всю свою семью!»

«Люблю же…?»

***

Вторая перемена, а Мацунуби уже вымученная. К этой ситуации угнетает ещё тот факт, что третий урок — это история, а к ней Мизери вообще не готова. Вот поэтому сейчас она сидит за партой и с грустными глазами читает параграф, который вообще не запоминается. Люди всё-таки не тупые и уже давно поняли, какой сегодня не удачный день у девушки, и поэтому не мешают ей ни с чем. А только наоборот. перешептываются по поводу всей ситуации. Но сплетничают только о хорошем. Ну, если это можно так назвать… — Бедняжка, что же случилось за один день? — Небось, устала. — Сложно быть известным человеком. Наверняка много работы, из-за чего устаёшь. — Даже в такой состоянии она ещё останется красоткой. — Я к ней подошла поговорить, но она не отшила, как сделали многие, а просто вежливо попросила не беспокоить. Такая добрая…! — Надеюсь, завтра ей станет лучше. — Как же хочется ей помочь…! Эти разговоры ещё больше мешали девушке, из-за чего она не могла прочитать даже первые строчки абзаца. «Да когда же это проклятое жужжание наконец заткнётся?!» Мацунуби готова была биться головой об парту, но не могла, ибо, как и в первый день, на неё все смотрели. Мизери ненавидела такое отношение к себе. Была б её воля, просто бы не рождалась дочкой бизнесменов. Кто знает, может в таком случае у неё отец был бы нормальным. Но что уже поделать? Не лезть же обратно в утроб матери! Поэтому Мацунуби только глубоко вдохнула и продолжала чувствовать все эти взгляды на себе. Если бы такое внимание было во время игры на площадке — тогда бы она была абсолютно не против. Но в реальной жизни наотрез желает, чтобы от неё отстали. Да и кто не хочет этого? Хотя, наверное, какой-то человек, которому, наоборот, не хватает внимания. — Мизери, ты чего? Мне Саму начал рассказывать, что у тебя сегодня не удачный день, но я не думала, что настолько! — Послышался голос сбоку парты, и Мацунуби медленно развернула голову на говорящую и, конечно, не смогла скрыть недовольство от своего имени, но быстро опомнилась и вернула брови в исходное положение. Шатенка посмотрела на беловолосую девушку перед собой и увидела ещё сероволосого парня, который стоял возле Юки за её спиной. — Ну… такой уж день. Ещё и эта сраная история…! — Голова не выдержала, и она всё-таки упала на книжку и устало замычала. Девушка уже просто задумалась притвориться больной и уйти с уроков, чем продолжать мучаться в этих стенах. Однако совесть ещё не позволяла. Наверняка, это только из-за факта, что Мацунуби только первую неделю и сразу же уходит с уроков— такая себе идея. Но как только она привыкнет к обществу, то точно будет уходить чуть ли не со всех уроков. У неё же нет того человека, который будет отговаривать её от такого, как Мири… — Давай помогу. — На стульчик рядом с Мацунуби присела Сато и взяла книжку с рук шатенки. Пробежавшись по строчках в тексте, Юки понимающе кивнула, будто бы показывая, что всё поняла. Мацунуби наблюдала за лицом беловолосой и никак не могла понять её спокойствие. Лично для Мизери, как только она начинает читать параграф, то глаза сразу же лезут на лоб. А вот Сато, наоборот, с полным спокойным лицом читала историю, как будто это какая-то Английская, и тут ничего нового нет. — Чем же поможешь…? — Задала вопрос Мацунуби, когда Юки оставила книжку в сторону, а сама глянула на шатенку рядом. — Давай спрошу пару вопросов, а ты отвечай, как думаешь? А потом я буду давать какие-то лайфхаки, которые помогут легче запомнить информацию.— Мацунуби кивнула, и понеслось столько вопросов, что волейболистка даже не слушала никогда так много. Слишком много имён, дат, названий событий и вообще каких-то неразборчивых слов. Мизери и Юки уже пожелали про эту затею, но всё равно продолжали что-то отвечать, даже если это вообще непонятная дичь. Осаму, который всё это время сидел рядом с девушками, просто офигевал и был в недоумении: как Мацунуби может так легко учиться, но не может запомнить пару дат с истории?! Для него это было вообще не понятно. И не только ему. Все, кто видели страдания Мацунуби, удивлялись её ситуации. Для них она была самым умным человеком в школе, а теперь их мнения с треском развалилось. Хотя не все люди идеальны… Так они и просидели целую перемену за уроком, пока не прозвенел звонок. Сато сразу хотела уже рвануть из класса, но Осаму её остановил и сказал пару слов ей на ухо. После чего щёки Юки покраснели ещё больше и она что-то замахала руками, при этом что-то говоря, а потом убежала, сверкая пятками. Мизери наблюдала с этим непонятным выражением и уже ждала, пока Мия подойдет к парте, чтобы тот уже всё ей рассказал. Ей было безумно интересно, что уже успела наглупить Сато во время этого мини диалога. — Что спрашивал? — Хотел просто позвать её с нами поесть на крыше, только чтобы не встречать этого павлина. Однако она отказала и сказала, что уже договорилась поесть с подругами… В класс ещё не зашел учитель, так что можно было ещё пару минут поговорить и выяснить, что уже неприятно Осаме и какая же Сато дура. Однако в его рассказе были маленькие не состыковки, которые заприметила Мацунуби. — Так, а теперь по порядку! С кем ты хотел пойти на крышу? И кого ты имел в виду под павлином? — Ну… я думал пойти на крышу и поесть вместе, поскольку ты не хочешь заходить в ту толкучки, а я не хочу встречаться своего брата. На второй вопрос я уже ответил. — Мацунуби понимающе кивала и наблюдала за растерянным лицом парня. Скорее он стыдился, что решил за Мизери её планы на обед. Без её мнения уже решил, что она пойдет с ним поесть, а самой при этом ещё не говорил. «Бля, какой же идиот!» Подумал Мия, схватился рукой за голову и начал маяться глазами. — Но если ты не хочешь, то я не настаиваю. Просто я думал, что так будет лучше, и вообще… просто забудь, что я… — Я не против. Сама хотела предложить поесть в классе, а раз ты сам предложил на крыше, то я тем более буду «за».— Спокойно, с полуулыбкой заговорила девушка и перебила парня на его отговорки. Ей было приятно, что Саму думал про неё тоже. Можно было конечно расценить это как намёки на какую-то недо-влюблённость. Но зачем тогда ему звать Юки? Есть два предположения: первое — он решил позвать Сато, только чтобы Мизери не было некомфортно или реально для того, чтобы посидеть с Юки. А если та не стеснялась —решил как предлог назвать Мизери. Однако всё равно, несмотря на варианты, из-за глупости Юки все планы Мии провалились. А Мизери не хочет разбираться с этим, ведь сил нет. Было б всё по другому… Она бы побежала к Сато уговаривать её пойти с ними ради Осаму. Но если беловолосая настолько глупа и не может просто посидеть с другом, который ей нравится, то пытаться её как-то поменять — просто бессмысленно… «Но даже так… даже если она настолько дура, всё равно надо будет ей вправить мозги. Но уже в другой раз.» Подумала Мизери и устало выдохнула. В класс зашёл учитель, и теперь для Мацунуби началось 7 кругов ада. Если у тебя есть хоть немного рабочих извилин, то ты сможешь понять, насколько волейболистке буде туго на уроке. А учитель точно спросит её! Это видно за километр. И даже если у тебя плохая чуйка — всё же ты сможешь почувствовать, что Мизери перешла дорогу после черной кошкой. Ведь такое невезение объяснить невозможно. Мизери сидела тише воды, ниже травы. Пыталась вообще не задавать подозрения и не выдавать себя. Закрывала себя учебником и делала вид, как будто повторяет материал для урока, но на самом деле пытается скрыться от Синигами. В классе исходят много голосов, пока учитель проверял журнал и всех присутствующих. Идеальная обстановка, чтобы поговорить с соседом по парте, но в этот раз и в этот день Мацунуби решила воздержаться от такой пропозиции. А вот Осаму, наоборот, болтал, не замолкая. — Прикинь, и просто спихивает меня с кровати! Ну, а я что? Я его тоже скинул, и тогда у нас начался бой за право лежания на нашем троне. И как думаешь, кто выиграл?! — Парень был полностью повернут к сложившейся девушке и пытался как-то её разговорить, ведь смотреть, как она чуть ли не падает в обморок, было неприятно. Лучше уже пусть хмурится, но не делает молитвенны маски с такими глазами, как будто её убили. — Ты? — Ещё бы я этого павлина не победил! — Мацунуби очень тихо проговорила ответ, а Осаму гордо улыбнулся и задрал голову на верх, будто бы его сейчас крестят в короли и ему нужно смотреть на небо, чтобы казаться мужественным. Мизери не обращала на него никакого внимания и даже иногда вообще не слушала, на что Мия закатывал глаза. Но даже так он продолжал разговор и, если нужно было, повторял два раза, чтобы Мизери могла ответить на его вопросы. Однако, как и сейчас, Мацунуби опять всё прослушала, и только на этот раз Осаму дотронулся до плеча девушки и смог привлечь её внимание. — Мизери, ты чего? Не парься. Я попробую помочь тебе, так же, как и ты помогаешь на английском. — Девушка дёрнулась от резкого голоса возле головы и развернулась на парня. Ей не понравилось, как он к ней обратился, и на автомате опустила брови. Однако они сразу поднялись, когда вспоминала момент с сегодняшним заданием на английском. Осаму не знал некоторые слова, а переводчиком пользоваться нельзя было. Поэтому он через листочек просил помощи у Мацунуби рядом. Конечно, было смешно вспоминать, как парень через минуту постоянно толкал девушку плечо, чтобы та обратила внимание на бумажку перед носом и написала перевод слова, который нужен был Осаме. — Надеюсь… — Девушка хмыкнула, и как раз после этого учитель встал из стола, и в классе повергла мёртвая тишина. Все опустили головы вниз, а Мацунуби чуть ли уже не заползала под парту в желании скрыться от смерти в виде опроса. — Итак… как я и говорил: сегодня у нас будет опрос по домашнем задании. Буду задавать вопросы только по параграфу и идти по списку. — Сказал мужчина и начал читать журнал, где были фамилии и имена детей. Поправил очки, мужчина начал шуршать пальцем по поверхности и искать нужную ему фамилию. Все в классе сидели в тишине, что ещё больше устрашало ситуацию. —Давайте, первый у нас начнёт… Мацунуби. Говорят, ты очень умная, но на моих уроках вообще не участвуешь, и такое чувство, будто тебя нет. Так что хочу немного опросить тебя и узнать твой уровень знаний. Как и требовалось ожидать — Мизери спросили. Удача была точно не на её стороне. Она тяжело выдохнула и встала со стула. Руками облокотилась на парту, и лицо было расстроенным и разочарованным. Она кивнула, а ногой постучала по Осаме. Тот быстро понял, что именно хотела девушка, и шустро начал открывать страницу книги. — Тогда давай начем с легенького. Назови период Тайсё. — Минута молчания и небольшие мычание. Девушка начала щёлкай пальцами и собиралась со словами. — Ну… 19.14 до 1930? — Почти. Правильно, но не слишком. С 1912 по 1926. Ладно, засчитаю. Однако был бы какой-то другой учитель, он мог легко не принять такой ответ. Так что будь в следующей раз повнимательнее. — Да! У девушки сразу поднялось немного настроение за почти правильный ответ. Но если бы она знала, что эта радость её погубит… — А какой был император во время Тайсё? — Опять тишина. Мацунуби думала, но в уме понимала, что ничего не помнит. Она хочет сказать имя вообще другого императора, но понимала, что это вообще не правильный ответ, и говорить его было бессмысленно. Она ногой застучала по штанине Осаму, и тот сразу начал искать правильный ответ в тексте. А пока что девушка решила потянуть время. — Ну… я хочу сказать, что Мацухито, но это другой император. — Во-первых, Муцухито, а не «Ма». Во-вторых, может, ты знаешь, какой уже этот император правил в эпохе? — Девушка хмыкнула от своей ошибки и отвела взгляд в сторону. А вот на встречный вопрос всё-таки пришлось подумать. — Мэйдзи…? — Правильно. Однако надо всё-таки ответить вопрос по теме. — И тут Мацунуби всем взглядом пыталась разобрать буквы, которые были написаны на бумаге. Мия нашёл ответ на вопрос и показывал пальцем на имя. Однако Мизери не могла нормально рассмотреть. Но время поджимает, так что надо уже хоть как-то ответить или же вообще не защищают за ответ. — Юсихато? — Мацунуби, у тебя такой стиль — отвечать на вопрос приблизительно правильно? Ватанабэ-сан так же говорила про тебя. Знаешь, но не до конца правильно. — В классе прошлась тихая волна хихиканья, и Осаму был самый громкий из них. Он до сих пор не может понять, как Мизери начала говорить такие сложные слова, хотя могла легко догадаться про их уровень английского. — Да это просто она дура тупая, которой муж не дает… — Что? — Говорю: есть такое немного. Мизери специально сказала это предложение на другом языке, чтобы учитель не понял сути. В первую секунду она захотела сказать на английском, но поняла, что маты будут звучать слишком знакомо, и поэтому решила справиться без него. А когда историк, понятное дело, не понял, что там сказала волейболистка, то переспросил, но в ответ получил совсем другие слова. — Ёсихито— был правящим императором. И можно, спрошу у тебя, на кого ты языке только что говорила? — Португальский. — Ооо… Тогда, может, ты знаешь, какую роль играла эта страна в 1543 году? Знаю, что не по теме, но просто интересно. Если ты знаешь такой язык, то историю наверняка должна знать. — Последние слова звучали как вызов, и Мизери захотелось ответить на вопрос, чтобы заткнуть учителя и показать, кто тут главный полиглот и историк. Но, увы… Мацунуби даже этот параграф ели смогла выучить, не те, чтобы вообще знать ответы на другие вопросы. Тем более Осаму же не поможет. Вопрос же не по теме, а значит, он тут бессилен. Поэтому Мизерия стиснула кулаки и покачала головой, а губы были в тонкой линии. Учитель только улыбнулся и хмыкнул себе под нос. Всем видом он показал, что выиграл этот спор, и теперь его эго поднялось до небес. — Ладно… Ничего страшного тут нет. Этот вопрос на оценку никак не влияет. Но я всё равно расскажу… В 1543 году в Японию первые прибыли европейцы, то есть Португальцы. Они у нас распатронили христианство и дали нам орудия. На то время популярный порох. «Только я знаю бразильский вариант Португальского, а не оригинал, выскочка идиотизма…» Возмутилась в голове Мацунуби и, с закрытыми глазами закатила их, а сама головой кивала, будто понимала, про что говорил мужчина. — Ты португальский знаешь?! — Осаму удивился новому открытию и не слышал объяснения учителя, а только удивлено смотрел на соседку рядом, которая стоит возле него. — Так, тогда продолжим дальше опрос. Скажи: эта эпоха была временем… — Мацунуби проигнорировала удивлённый возглас Мии, ведь мужчина задал новый вопрос, и на него нужно было дать ответ. Только вот не задача… Мацунуби опять не знала ответа. Она начала пинать Осаму, и тот начал искать ответ в тексте. И он даже нашел, но тут преподаватель резко решил переключиться на парня. — Мия, помогать не нужно! Знаю, хочешь помочь соседки, но сейчас лучше это не делать. Пересядь на другую парту, спереди Накаямы. Там как раз свободно. — Мужчина заметил, как парень резко начинает искать что-то в тексте, а потом Мацунуби отвечает на вопросы. Что-то тут нечистое… Поэтому Осаме пришлось собирать свои вещи и с сочувствием смотреть на грустное лицо девушки. Медленной походкой он направился на приказанное место и плюхнулся на стул рядом с одной девушкой, которая сидела на втором варианте. — Мацунуби, ты знаешь ответ? — Мужчина устал ждать слова от молчащей девушки и решил спросить напрямую. Та только помахала опущенной головой. Слишком много нагрузки на мозг… Лучше бы осталась дома. — Что ж… Эта эпоха была временем либерального движения, известного как «демократия Тайсё». Давай ещё один вопрос. Кто пришел к власти на смену гэнро? «О, Яре-Яре, ну что за вопрос он задаёт? Я что, знаю, кто пришел?! И вообще, я даже не знаю, кто такие гэнро, а кто пришёл им на смену — тем более!» — Какие-то люди государственной власти? Типа: какие-то важные шишки? — Мацунуби решила тыкнуть на угад, и дай Бог, хоть во что-то та попадет. Хотя с её везением ей точно не повезет, и ответ вообще был бы другой. — Не знаю, как там за «вайпи», но первый ответ был правильный. Хоть что-то ты сказала точно, а не ища какие-то другие развилки. — Yes! Мацунуби сжала кулак с победным вскриком, но не очень сильно, чтобы не привлекать на себя лишнего внимания. Учитель поправил очки и лукаво улыбнулся. — В 1915 году что именно Япония предъявляла Китаю? Какие именно требования? — На следующий вопрос, Мизери вообще не знала предположительного ответа. Она даже не помнила никакого упоминания Китая в тексте. Брови нахмурились, а глаза стали возмущёнными. «Он что, издевается? Я такого не помню в параграфе!» — Это было в тексте. — Мужчина, словно прочитав её мысли, сразу их опроверг. Он будто читал её, как открытую книгу. Неужели её мысли настолько читаются по выражению лица? —Как я понял, ты не знаешь… Мне задавать другой вопрос? «Как будто я буду знать ответы на другие вопросы…» — Ну, давайте…— Несмотря на внутренние протесты, девушка всё-таки решилась согласиться на предложение. Всё равно и так получит плохую оценку, то хотя бы время потянет. Всё равно ей тонуть, так хоть товарищей не потянет за собой. Поэтому выбрала «умереть» одна. — Хорошо… Скажи, что такое «Двадцать одно требование»? — Опять это тишина и тихое возмущение Мизери на другом языке. Что это вообще за вопросы?! Она ничего не знает. Пусть уже ставят двойку! Всё равно ничего не знает. А первые три вопроса были просто удачей. На самом деле она бы стояла, как и сейчас, с хлопающими глазами и разбитым лицом. День не успел начаться, а настроение уже полностью испорчено. Всё настолько сильно достало, что можно было хоть ложиться на парту и воззрит плакать. Но она же в школе… Это будет выглядеть слишком по-детски. Мацунуби не хочется же быть плаксой… «Хватить реветь! Уже задрала! Не будь плаксой! Ты показываешь свою слабость этими дебильными слезами!» — Эх… Давай задам ещё один вопрос, и если ты не будешь знать на него ответа, то я не буду больше тебя мучать и просто отпущу. Договорились? — Кивок последовал сразу же и на то понятно. А что ещё отвечать девушке, если её и так поставили перед фактом? Да и сама она не хочет больше позориться и мучатся в этой ненавистной истории. — 4 Ноября в 1921 году, что за событие случилось? «ДА Я ЕБУ! ПРОСТО ОТ СТАНЬ ОТ МЕНЯ!» Девушка уже не выдерживала и в мыслях во всю глотку кричала на учителя, а лицо всё таким оставалось грустным и уставшим. Последовал тяжей вдох и мотания головой. Мацунуби показала, что не знает ответа. Теперь мужчина должен отстать от девушки и сделать заметку в голове, что Мизери не готова к домашнему заданию и вообще она слишком тупая на этот предмет. Поэтому в табели можно будет поставить не слишком хорошую оценку. Да и по всех пунктах так же. — Ладно… садись. В следующий раз подготовься лучше. — Мацунуби послушала мужчину и села на стул, — Так… кто же у нас следующий будет отвечать… Мацунуби уже не слушала, что там говорил мужчина, и просто положила голову на руки и впервые за долгое время закрыв глаза. Знала, что опасно ложиться на лицо, ведь макияж испортится, но ей было настолько плевать, что думать об этом не хотелось. Для неё весь день просто отвратительный. Даже поспать нормально не дали. Приснился какой-то тупой сон, из-за которого энергии совсем не осталось. Словно кто-то её высосал как вампир! «Может тут хотя бы выйдет выспаться?» Мацунуби даже не заметила, как провалилась в дремучий сон на какое-то короткое время, пока не прозвонит звонок или учитель не решит её разбудить. Однако сам преподаватель будет слишком занятый своими опросами, что на Мизери у него не останется времени. А это ей только на руку. Может, хотя бы тут она отдохнет…?

***

Парень сидел весь сгорбленный и с грустным лицом смотрел сначала себе под нос, а потом на девушку, которая пыталась отвечать на вопросы. «Ну блять… Как я так попался?! Я же говорил, что помогу, а в итоге ничего не вышло. Жалко!» Мия закинул голову за спину и устало выдохнул. Глаза смотрели на потолок, стараясь не попадать на грустное лицо подруги. Ему так стыдно за свою рассеянность, что таким тупым образом его спалили и пришлось оставить Мацунуби на произвол судьбы. Хотя обещал совсем другое. Не хорошо вышло… — Что спалили? — Раздался неожиданный тихий голос возле головы парня, и тот дернулся. Осаму поднял голову и развернул её, чтобы увидеть, кто к нему обратился. Как и предполагал, перед собой узрел лукавую улыбку Накаямы. Она с насмешкой смотрела на одноклассника и улыбалась, показывая, кто тут лох. — Как видишь… — А что, Мацунуби плохо знает историю? — К разговору подключилась девушка рядом с Осамой, которая пыталась как-то заговорить с Мией все случайные дни. Парень уже давно видел, как это девушка постоянно к нему лезет и пытается привлечь его внимание. Однако волейболист постоянно отвергал любые намёки на флирт и просто обещания и всё так же оставался недотрогой. — Хуже некуда! — В унисон проговорили два спортсмена. Парень — с усталостью и с тихим голосом, а девушка — с улыбкой и подшучиванием. Одноклассница рядом с Мией протянула протяжное «ааа» и тихо посмеялась. — Выглядит такой умной, а на деле историю вообще не знает. — в голосе девушки было слышно слишком много глумления. Парень нахмурился, и даже улыбчивая Наоми тоже опустила уголки губ. «Да кто она такая, чтобы буквально говорить, что Мизери тупая?!» «Как будто она слишком умная, чтобы таким тоном обсуждать Мизи.» — Мизери умная! — Наоми, как и в мыслях, возмутилась нахальству своей одноклассницы. Лицо было раздражённым, и она пыталась, как менее громко поставить девушку на место. Ведь привлекать учителя не хотелось, но жестко ответит на издёвку девушки надо. — Не все люди бывают идеальными. — Спокойно сказал Мия и так же, как в своих мыслях, удивился самоуверенности девушки. Сама не может понять, что она не интересно парням, но даже так продолжает клеиться к ним. А на уроках тоже не может решить нормально задания, ведь ум просто не позволяет. Удивительно, как она вообще попала в этот класс? И даже интересно, у какого паренька она списывала тест, чтобы попасть на класс выше. Наде же знать человека в лицо, если хочешь ему посочувствовать… — А… я… Я не это имела виду… Я просто хотела сказать, что… — Не важно, что хотела сказать… Всё равно ответила с призрением. — Осаму перебил мямлящую девушку и злобно зыкнул на неё, после чего сделал вид, будто бы рядом с ним никогда нет, кроме какого-то говна. А такой вид он может легко сделать, всё же с его близнецом только и останется, чтобы так смотреть на него. Он перевел взгляд на Мацунуби, которая чуть ли не плакала с криками. Было видно, как её бесит эта ситуация и при этом очень расстраивает. Он устало выдохнул и лёг на свои руки. «Больше не буду ничего обещать. Не хочу больше так бросать человека в ложных надеждах…» Мия пролежал так долгое время и только слушал, как Накаяма разговаривала со своей соседкой по парте. И, конечно, слышал голоса учителя и ученика, который отвечал на вопросы преподавателя. Только надо надеяться, что мужчина резко не захочет спросить лежащего парня. А то будет немного плохо… «Устал.» Этот урок вышел очень вымотанным, хотя Осаму ничего толком не делал. Сон не клонит, а в голове много мыслей. Про уроки, про надоедливого брата, который успел надоесть ему с самого утра. «— Саму, если ты не приведешь Мацунуби к нашему столику, то я наведу на тебя порчу! — Тогда я сделаю так, чтобы она вообще не появлялась в твоем поле зрения. Не надо меня нагружать своими тупыми гормонами.» Мия неожиданно вспомнил, как Юки опять отказала ему в предложении. Неужели она настолько не хочет с ним общаться? Тогда всей их дружбе пришёл конец или девушке просто надо время, чтобы разобраться в своих мыслях? Однако не важно, что стало причиной избегания парня. Даже так Осаме становится грустно от действий девушки… и даже обидно? Он ничего не понимал. «Что я уже не то сделал…?» Парень поднял голову, чтобы прогнать навязчивые мысли. Потому что в лежачем положении они особенно охотно лезли в голову. Осаму решил осматривать класс и в первую очередь решил посмотреть на свою знакомую подругу. Волосы лежали на парте, а голова отвернутая от всего класса. В лицо светило солнце, но увидеть какие-то черты не получилось, ведь Мия находился слишком далеко от девушки, и само её положение не давало этого сделать. «Уснула что-ли?» Волейболист хмыкнул и хотел развернуться обратно в своё привычное положение, но голос Наоми его остановил. — Как только она закончила отвечать, сразу же легла. Скорее всего, уже видит десятый сон. — Накаяма увидела, куда смотрел Осаму, и сразу с улыбкой просветила парня, чем занималась девушка весь урок. — Это, конечно, хорошо, что она может поспать, и я не будил бы её целую перемену, но сейчас обед… Она же не обидится, если я её разбужу? — С надеждой проговорил парень и вспомнил недовольное лицо девушки, когда решил просто обратиться к ней. Поэтому, может, она ещё разозлится из-за своего непланового подъёма? Хотя, она же сама говорила, что не против поесть вместе с Осамой, а значит, не будет недовольной. — Не думаю. — Накаяма помотала головой и повернулась уже к другим одноклассникам, которые хлопали её по спине, чтобы та повернулась к ним и поговорила на какие-то вопросы. Мия сел ровно и просто ждал окончания урока. Одноклассница с ним постоянно пыталась как-то разговорить парня и просто обратить его внимание на себя. Но он только отмахивался и даже не слушал смысл её монолога. Её компания Мии была неинтересна, а одноклассница вообще не понимала этого и продолжала тараторить, как бабка на базаре. «Ну какая же она бывает тупая…! Неужели не может понять, что мне с ней скучно?» Осаме повезло, и на его молитв прозвенел звонок. Сероволосый сразу же взял свои вещи и направился к своей парте. Учитель уже начал прощаться с детьми и выходить из класса. Ученики начали разбегаться по классу, и все сразу же выбежали из кабинета, чтобы занять очередь в столовой. В этот раз детей было намного больше, чем когда-либо. Настолько много, что даже в классе не остались никого, кроме Мии и Мацунуби. «Вот и хорошо, что Мизери согласилась пообедать на крыше, а не в той толчке.» Парень подошел к парте и положил свои вещи на поверхность. После достал свой обед и начал смотреть на лежавшую девушку рядом. Как он и предполагал, она спала и пускала небольшую слюну себе на подбородок. Ему это показалось забавной сценой, и он решил запечатлеть момент, чтобы потом показать фотографии Мизери и смотреть на её стесняющееся лицо. А эти иностранные вскрики возмущения будут смешить ещё сильнее. Быстро достал телефон и щёлкнул пару раз по экрану он сделал несколько снимков. «Потом ещё покажу ей это. Пусть знает, как это спать на уроках.» Парень посмеялся и положил телефон обратно в карман. А теперь появился важный выбор: не будить девушку и просто молча обедать рядом со спящей особой или же разбудить с риском раздражения девушки и пойти на планированную крышу, но уже с испорченным настроением. «Я не против. Сама хотела предложить поесть в классе.» Была не была… — Мизери! Мизи… Проснись. Мы собирались пойти на крышу поесть. Давай, вставай! — Парень начал трясти девушку за плечо, пытаясь таким способом её разбудить. Девушка подала признаки жизни и начала мычать от тряски. Мацунуби начала медленно подниматься с парты и спросонья пыталась рассмотреть парня. Она потерла глаза и вытерла мокрый след на подбородке. — Ох… точно. Спасибо, что разбудил. Ну, тогда пойдём… — Девушка начала доставать свой ланч-бокс и посмотрела на парня, который сдерживался, чтобы не заржать во весь голос или ещё больше на весь класс. Девушка нахмурила брови и посмотрела на Мию. — Что смешного? И тут парня прорвало. Он начал смеяться во весь голос и настолько сильно, что аж хватался за живот и согнулся в три погибели. Мацунуби удивилась и приподняла бровь от поведения парня. — Саму, бля! Что случилось? — Парень пытался что-то сказать или показать, но как только поднимал взгляд, то начинал смеяться ещё сильнее. Мизери ещё больше возмущалась и уже начинала в шутку бить парня по плечу и чтобы тот рассказал, что происходит, а не ржал. — Да ты затрахал! Почему ты смеешься, как будто скоро умрёшь? Девушка обиженно надула щёки и сложила руки на груди. Парень кое-как достал телефон, включил камеру и развернул телефон, чтобы показать лицо девушки. Только он ещё нажал на кнопку съемке, чтобы запечатлеть реакцию девушки, и получил в ответ слишком громкий крик нецензурного слова. Но повезло, что он был на другом языке. Однако по интонации легко можно было понять, что девушка зла. После чего уже начала говорить на японском. — Сука, так вот в чём дело! Идиот, сразу не смог сказать?! — С улыбкой возмущалась девушка и уже сама же засмеялась над собой, пока парень пытался отойти от смеха. Мацунуби начала искать салфетки в своей сумке, чтобы исправить свою тупость. Телефон Осаму она решила использовать как зеркало и при этом не видела, что там снимется видео. На экране двигалась девушка с полностью чёрными кругами вокруг глаз. Чёрная тушь размазалась из-за соприкосновения руки и её трения. Сейчас Мацунуби выглядела как панда и при этом, которая не спала несколько суток. —Я…а…это… Это просто было угарно! — Пытался объяснить Мия сквозь смех. Мацунуби начала вытирать глаза и улыбалась со своей сонной растерянности. Осаму стоял сзади девушки, которая сидела за партой, а подставка для телефона использовала свой пинал. — Бля, ну как так можно…? Ты можешь это объяснить? — Мизери резко развернулась к Мии и задала вопрос в лоб. Тот только пожал плечами и посмотрел в камеру. «Она что, не заметила съемку?» Подумал Мия, не слушая возмущение девушки, которая пыталась привести свой внешний вид в норму. Чёрные следы постепенно исчезали, и настроение девушки вместе с парнем так же постепенно поднималось. Эта ошибка помогла наладить общение. — Саму, а почему тут какой-то отсчёт идёт? Типа… — Мацунуби отодвинулась от камеры и посмотрела на парня, который сидел рядом и смотрел на старания девушки с улыбкой. Как только Мизери заподозрила в видео съемку, то сразу обратилась к владельцу телефона. А Осаму специально отвёл подозрительно глаза и голову так же в сторону. Мацунуби сразу поняла, что Осаму что-то знает и посмотрела на кружочек снизу и увидела, что там идёт видео. Сложил все пазлы, девушка получила ответ.— Так ты снимал всё это время?! Девушка удивлённо посмотрела на парня, который уже успел подбежать к выходу из класса и облокотившись одной рукой о косяк. Он знал, что девушка не побежит в таком виде за ним по коридорам, и поэтому воспользовался этим вариантом как путь к отступлению. — Вот ты сука! — Обиженно возмутилась девушка, но всё же с улыбкой продолжила смывать испорченные линии. Саму сначала стоял у двери, а потом медленно решился подходить к месту. Словно хищник, который охотится на добычу и медленно для атаки к ней подкрадывается. Только тут роли немного поменялись… — Да не сы! Убивать ещё не буду. Но если захочу, то заранее скажу твоим родителям, чтобы выбирали цвет гроба на всякий случай… Осаму хмыкнул и встал возле парты, облокотившись на неё одной рукой. Один глаз девушки был уже полностью чистый, но на ресницах всё ещё осталось немного туши, чтобы глаза не казались меньше. Осаму посмотрел на часы в кабинете и рассмотрел стрелки на циферблате. Осталось не слишком много времени, чтобы идти на крышу и нормально поесть без спешки. Однако, может, Мацунуби, наоборот, очень хочет пойти на верх, даже если осталось мало времени? — Как я понимаю, мы на крышу уже не идём? —Ага. Давай тогда в классе поедим? — Как скажешь. Осаму сел за место и ждал, пока Мизери закончит свои процедуры, чтобы вместе нормально поесть. А пока что он хочет задать пару вопросов, которые не смог спросить утром из-за злого лица девушки. — Слушай, Мизери. Я хотел спр… — И опять этот хмурый взгляд, пусть и короткий, но легко заметный. Осаму удивился и уже с немногой нервозностью поднял голос. — Ну вот опять! Мизери, почему ты сразу хмуришься, как только я просто обращаюсь к тебе? Я даже не успеваю сказать простые слова, а ты уже чем-то недовольная! Что случилось? Осаму хотел быть спокойным, но его нервы не стальные, и его тоже начало бесить такое отношение девушки. Она общается нормально, но стоит ему произнести её имя — и у неё на лице появляется такое отвращение, что продолжать не хочется. И поэтому Мия не выдержал и немного повис голос. Ведь так она вела себя не только с ним, но и с Юки, когда та пыталась помочь. На предъяву парня, девушка замерла и перестала вытирать глаза. Она растеряно забегала глазами, губы сложила в одну полоску. Голову опустила вниз вместе с руками. Осаму ждал ответа девушки и не понимал её стеснения и переживания. — Я… просто… ну… — Девушка никак не могла ответить на вопросы и отводила голову в сторону. Осаму всё так же ждал её ответа, и Мацунуби сделал вдох выдох и всё же собралась с силами. — Можешь называть меня Мизи, а не полным именем…? Теперь Осаму удивился и раскинул брови в сторону. — То есть, все эти хмурые лица были из-за клички? Просто называть Мизи — и всё будет хорошо? — Да. — Кивнула девушка и сжимала салфетку в руке. Опять повторила успокаивающей вдох и посмотрела на парня с почти чистым глазом. — Даже на людях. Везде. И тогда я не буду хмуриться. Хорошо? — А… прям везде? — Мацунуби кивнула, и лицо стало серьезным, но не злым. — Окей. Как хочешь… — Спасибо! Мацунуби улыбнулась и продолжила поправлять глаз. Осаму сел ровно за стол и сложил руки в замок, подставил их к губам. Ему что-то хотелось сказать и вообще разобрать этот диалог. Вся это ситуация такая странная и н разборчивая, что ему крайне необходимо поговорить на эту тему подольше, чем просто обычной просьбы. Неужели из-за имени она так злобно на него смотрела? Просто начать называть её сокращённым именем, и тогда всё будет хорошо? А другие? Другим тоже будут называть её таким образом или же это просьба только ему? — А другим ты тоже такое говорила или только мне? — Пока только тебе, но в будущем хочу всем сказать. Парень кивнул и замычал на пару секунд, показывая, что он всё понял. Девушка смяла уже почти полностью черную салфетку и развернулась на стульчике, чтобы попасть в мусорку, которая находилась прям за ними, в углу кабинета. — Смотри, как могу! — Гордо сказала девушка и этими словами попросила Осаму повернуть в ту сторону, куда она смотрела. Парень увидел прицеливающую девушку и смятую салфетку в руке Мизери. Ухмылка появилась на улыбке, и все прущие мысли в голову сразу пропали. Мия будто бы вернулся на несколько минут назад, где хохотал во всю глотку и до боли в животе. С Мацунуби он может от души посмеяться и просто забыть про какие-то мелочи. Давно у него не было такого друга… — Ну, попробуй! Точно не попадёшь. — Мацунуби хмыкнула и занесла руку немного назад, чтобы попасть точно в мусорку. Пару секунд и Мизери кинула салфетку, которая начала лететь до мусора. И каково было удивление парня, когда салфеточка даже не отлетела от стены, а прямо точно попала в корзину, без какого-то лишнего касания. — Битч! — Пафосно крикнула девушка и с поворотом развернулась к парте. Даже на удивление Мии, она не обратила никакого внимание, как будто она знала, что, так и будет. Считай, как популярная знаменитость без эмоций ушла от фанатов. Только обычно такие люди очень нахальные. Но к счастью, что Мизери не такая. Правда же…? — Ладно, давай кушать! А то я уже готова собаку съесть. — Мацунуби начала тереть руки, как какой-то злодей, замышляющий коварный план. Только Мизери была довольной и облизала себе губы, что ещё больше показывало её предвкушения к перекусу. Осаму быстро понял девушку и так же как она, начал раскрывать свой обед. Быстро раскрыл пакет и медленно начал открывать крышку, чтобы из-за какого-нибудь резкого движения содержимое не рассыпалось. — Спасибо за еду. — Проговорили два одноклассника в жесте молитвы и начали есть свою пищу. Осаму решил заглянуть в бенто девушки и очень удивился её ассортименту. — Ты серьезно?! Жарина говядина кобе, сущи нигири и ещё плюс рыба-призрак? У тебя случайно не чиновники живут дома?! — Мацунуби приподняла бровь и посмотрела в свой бенто. Вроде ничего такого… Один онигири в руках Мизери и ещё один в коробке. Немного мяса, сушей, рыбы и, конечно, риса. Было ещё немного овощей, но ничего такого, чтобы вызвать такую бурную реакцию парня. Что его так удивило в её бенто? — Ась.? Ты про что? — Мизери, это… — Мизи. — Поправила Мацунуби парня, который хмурился от незнания таких продуктов. Он не злился, но непонимания было. — Мизи, я люблю готовить еду и просто узнавать что-то новенькое про неё. Но, блять… Ты что не видела, что ты ешь одну из самых дорогих блюд в Японии? — И тут теперь повисла девушка и задумалась над словами парня. Ну, а как она могла определить стоимость еды по одному его взгляду? И как Осаму это понял или он просто предложил? А может он сам что-то перепутал? Стоп. А что даже так ему говорить?! Сказать, что она даже такого не замечала, звучало бы слишком по-зажравшему. Словно она мажорка, которая ест всё подряд и при этом не знает цену продукту. Да всё, что она скажет, будет звучать как понты. Мия, сам этого не подозревая, загнал её в тупик… — Бля, да я не знаю. Хватить ставить меня в неловкое положение из-за этих слов… — Девушка растеряно пожала плечами и посмотрела на глаза парня. Они были удивлены и брови опущены вниз, показывая непонимания. — А… Может, ты хочешь попробовать? Знания другого языка очень помогло Мацунуби выйти из ситуации. Считай, она ответила на вопрос и при этом предложила другу попробовать немного еды, показывая свою щедрость. Он то подумал, что она повторила вопрос, только уже на Японском, а Мацунуби просто убежала от ответа. — Ну, если можно… — На, бери. — Девушка переложила пару кусочков мяса, суши и рыбы в бенто Мии, а сама откусила свой онигири, который попросила купить в том магазинчике от Азуми. Мизери по пути назад домой вчера зашла к той бабули, и они двое разговорились. Мацунуби признала её вкуснейшие онигири и поблагодарила её, а в свою очередь узнала, что её зовут Азуми и можно будет обратиться к ней по имени, ведь она опять хочет почувствовать себя молодой. А Мацунуби как раз будет приятно от такой доброты. В голове она назначила цель: каждый раз заходить в тот магазинчик и общаться с Азуми-сан, но если будет время и будет по пути. Может хотя бы эта женщина сможет заменить ей своих бабушек. — Спасибки! — Осаму начал постепенно откусывать от каждого кусочка еду по чуть-чуть и каждый раз проговорил разные нахваливающие слова про вкус блюда. Лицо было как у довольно кота, и благо, что эту моську снимала камера, которая так и не прекращала съёмку видео с момента с умывания Мизери. — Что, настолько вкусно? — Да ты шутишь?! Это офигенно! Такие же вкусные, как и онигири, которые ты давала нам вчера на обед. Спасибо большое за это! Даш, рецептик? — Я подумаю… — С лукавой улыбкой заговорила Мизери на похвалу Осаму. Только в мыслях бегали тараканы, с ужасом разбрасывая вещи. Как она может дать рецепт, если первое блюдо она купила в магазине у одной бабушке, а второй ей дала мама. И фиг знает, откуда появились эти блюда? Может, с ресторана заказала, а потом в бенто переложила или же всё-таки сама приготовила, чтобы порадовать дочку. В Мизери, в свою очередь, даже не увидела ничего сверхнового. Иногда кажется, что Мацунуби стала слишком разбалованной, но это на первый взгляд. На самом деле она всё ценит и хоть не показывает этого, но любит каждые мелочи, которые сможет увидеть своими глазами или же последствия этой заботы. — Кстати, Саму, хотела спросить, как ты узнал только по виду, что это за продукты? Это же обычное мясо, но даже так ты можешь понять его сорт. Откуда? — Мацунуби тоже начала уже постепенно есть свою «роскошную» еду и поняла, что Мия не наврал. Еда реально была вкусная, прям и хотелось есть до бесконечности, пока не начнешь рыгать от несварения желудка. А Мия уже доел еду Мизери и приступил к своей. На вопрос Мацунуби он немного задумался, но всё же уверенно ответил. — Я уже говорил, что люблю готовить и узнавать что-то новенькое. Поэтому мне было интересно, как определять сорта еды уже в готовом состоянии. Учился, читал статьи и просто практиковался. Вот так и смог немного разбираться мяса и другие блюда. — Ты умеешь готовить?! — Ну да… Люблю иногда приготовить какое-то блюдо. — Осаму объяснил вопрос Мизери и попивал сок, который был при нём. Они разговаривали и даже не обращали внимания на то, как в класс заходят одноклассники и удивлённо смотрят на двух сидящих. Почему? Может, просто не привычно видит их в классе, когда они всегда были в столовой? А может, это всё из-за чистых глаз девушки? Ну, как чистых… консилер стёрся же, и поэтому синяки под глазами стали темнее. Как-то непривычно, что такая красотка, как Мацунуби, может иметь не слишком здоровый вид. — Кстати! Завтра не бери обед. Я хотел отплатить тебе тем перекусом вчера и поэтому решил приготовить уже тебе обед. Потому что ты поделилась своим из-за нашей тупости. Так что можешь не брать завтра еду. Я всё отдам! Мизери удивилась щедрости парня и вообще была в шоке, что кто-то хочет угостить её обедом. Так делала только Мири… Всегда приносила отдельное бенто для Мизери, ведь чудесно понимала, что Мацунуби никаким другим способом не сможет приготовить сама себе перекус. В её семье всем было не до неё, и только Джозеф мог приготовить завтрак и ужин. Но вот бенто в школу —никогда. Один раз попробовал такое сделать и в итоге получилось хуже, чем в дешёвых магазинах. Да и времени это много занимало, из-за чего мужчина категорически отказался от таких блюд. А Мизери чудесно это поняла и даже до сих пор не тревожит мужчину по таким просьбам. — А…? Да, не надо! Мне ничего не нужно… — Я всё равно принесу тебе обед. Будешь ты его есть или нет — тебе решать. Но я очень бы хотел, чтобы ты попробовала мое блюдо. — Осаму никак не воспринял отказ девушки и всё равно стоял на своем. Ему было бы безумно приятно, если бы Мизери попробовала его старания. Однако настаивать на этом сильно не хотелось. — Тебе надо попробовать мои личные онигири! Они такие вкусные, что все хотят их попробовать. Все мне дали оценку, и нужно, чтобы ещё и ты это сделала! — Специально занижу и скажу не правду. — Ах, ты! Осаму и Мизери посмеялись, после чего начали доедать еду, разговаривая про разные вещи. Такие разговоры помогают отчистить голову от тяжелых мыслей и если так подумать, даже усталость уходить. Считай, такие беседы — настоящим эликсиром здоровья. Они лечат лучше любых лекарств. С такими людьми усталость всегда может пройти, только надо найти их… «Иногда даже найденные вещи снова теряются — ведь то, чему не суждено быть с тобой, будет уходить снова и снова.»

***

Сейчас парень сидит в телефоне и не слушает учителя, который всё время говорит о каких-то глупостях. Никто с детей не хотят его слушать, но тишину в классе держат, ведь нарушить её — означает испортить настроение учителя. И кто знает, что он может на это сделать… Если захочет, то может начать опрашивать учеников по только что пройденной теме или просто наблюдать за тем, насколько они заинтересованы в уроке. А тогда игры на телефоне станут недоступны. Никто этого не хотел, поэтому и сидели молча, как немые. Мацунуби спала рядом с другом, иногда жмурила глаза и поднимала кончик носа из-за каких-то других аспектов, ведь голова была развёрнутая от окна, и свет никах не мог проникнуть на лицо. Осаму сидел в чате со своим братом и общался с ним по телефону, ведь постоянные уведомления от близнеца порядком его достало. «тебя почему не было в столовой?! Я же специально ждал тебя!»

«Меня или Мизи?»

«ТЫ УЖЕ С НЕЙ ПО КЛИЧКЕ ОБЩАЕШСЯ?! САМУ, ЕСЛИ Я ТЕБЯ ВСТРЕЧУ, ТО УБЬЮ ТЕБЯ!»

«Я не буду появляться на твоих глазах.»

«Ты меня так уже заебал!»

«Иди сам подойди к Мизи и узнай, чего она именно хочет.»

«А не липни ко мне своими тупыми просьбами, урод.»

«*ответ на «А не липни ко мне…»* мы близнецы, дебил!» «*ответ на «иди сам подойди к Мизи…* НО ТЫ ЖЕ ГВОРИЛ, ЧТО ВСЕ СДЕЛАЙШЬ!»

«Я всё сказал.»

Парень отключил звук в чате и с усталым вздохом вышел из него. Его уже достало поведение брата. Каждый день говорит ему про обещание познакомить его с Мизери, хотя этого обещания и подавно нигде не упоминалось, кроме самой головы блондина. Из-за этого младший близнец никак не мог нормально отстать от бедного брата. Из-за этого «дебила» Осаме останется только сидеть в классе целую перемену и никуда не выходить, ведь встречать этого тупого человека он не хотел. Ну, зато Мизери составляет ему компанию… Хоть что-то. Прозвонил звонок, и этот скучный урок наконец-то закончился. Все в классе или разошлись, или же, как и Осаму, остались в кабинете, ведь не могли найти ничего интересного в коридоре. Неа, Мия мог бы поговорить с другими игроками команды, но рядом с ними будет ошиваться Атсуму. А вот его Осаму уже не хотел видеть. Поэтому со скученным лицом листал ленту социальных сетей, надеясь найти хоть какое-то развлечение. — А? А ты чего не ушёл? Я думала, ты всегда уходишь на перемене… — Раздался сонный голос рядом с его головой, и Мия посмотрел на только что проснувшуюся девушку. Осаму не хотел её будить на этой перемене, а только наоборот, хотел, чтобы она поспала. Но Мизери всё равно сделала всё по-своему и проснулась. — Я просто не хочу встречать этого урода. — Ты про брата? — Осаму кивнул и продолжил смотреть в экран телефона, а Мизери — разминать затекшие суставы. На грубый тон волейболиста Мацунуби не обратила никакого внимания и только наоборот, хмыкнула на раздражение друга. — По твоим рассказам я даже рада, что у меня нет никаких братьев или сестры. — Считай, ты самый счастливый человек на земле… — Мацунуби хихикнула на слова Осамы и предложила от скуки сыграть с ним морской бой. Тот, конечно, согласился — и после двух побед Мии и двух побед Мацунуби начался напряжённый бой за решающую победу. Никто не хотел проигрывать… Каждый хотел заполучить «кубок» любой ценой! — И10. — Блять, ранил! — И9? — Пиздец! Да иди ты на хуй! Как так можно?! Я же профи в этих играх! — Тебе ещё учиться, Дорогушечка… — Это сплошная удача! Мацунуби с треском проиграла этот бой и вышла проигравшим с «воды». Осаму самодовольно улыбался и смотрел на злую Мизери, которая хотела брать уже реванш. Сначала Осам отказался, но когда Мизери взяла его на понт — быстро согласился на ещё одну игру до трёх побед. Так и проходил весь день в скучной школе. Единственное, что помогало не умереть от такой атмосферы — это разговоры с Мизери. Всё-таки она замечательный друг — стоит лишь найти с ней общий язык, и скука сразу уходит. А усталость исчезает от одной только её шутки, после которой живот может надорваться от смеха. С ней классно дружить. И все, кто этого не хотят, просто теряют самое лучшее…! «Однако смеяться до боли в животе не всегда хорошо. Со временем даже самые яркие чувства притупляются. Повторяющиеся эмоции надоедают, и ты перестаёшь ощущать что-то по-новому. Все мы надоедаем друг друга…»