Глава 8: Полумесяц, часть 4

      Гарри Поттер, коридор второго этажа.              Я задержался, и знаю это. Сейчас только пять часов дня, а ужин начинается только в шесть. В записке директора было сказано, что он хочет, чтобы я был у него в кабинете после уроков и до ужина, а уроки заканчиваются в четыре, что дает ученикам время расслабиться и отдохнуть перед ужином, если только не Гермиона, которая сразу же приступила к выполнению домашнего задания и начала задавать вопросы о словах на древнегреческом.              Закинув сумку в гостиную и сказав Рону и Гермионе, что увидимся за ужином, я покинул башню Гриффиндора и направился к кабинету директора самым быстрым путем, пройдя по всем моим любимым боковым коридорам, тайным ходам, лишь бы не идти на собрание, на котором, как я знал, у меня не было иного выбора, кроме как присутствовать, Но теперь у меня закончились странные способы добраться до коридора на втором этаже, где находится тайный вход в кабинет директора, и, идя по коридору без окон, я не могу не думать о том, чья это была гениальная идея — сделать эту часть замка такой открытой для посторонних глаз? Попадает ли сюда снег зимой? А дождь? Зачем это делать? Наверное, стоит спросить об этом у Гермионы, она бы знала.              Я остановился прямо перед горгульей, стоящей на страже кабинета директора, и просто смотрю на нее, после чего вздохнул: я действительно не хотел этого делать.              Я слегка подпрыгнул, когда горгулья сказал:              — Они ждут тебя, знаешь ли? — она сказала гравийным голосом, словно два камня скрепили друг с другом и каким-то образом превратили звук в слова:              — Да, я знаю. Я… я просто не так сильно этого жду, — сказал я, и она кивнула головой, прежде чем ответить:              — Всё в порядке, малыш, это всего лишь частная беседа, и, если хочешь знать, директор в хорошем настроении по этому поводу. Так что давай, говори, — после этого она затихает, в ожидании пароля.              Я вздохнул, прежде чем сказать «Скиттлз», и статуя открыла проход, а я начал подниматься по лестнице в кабинет директора.              Я попал в небольшую приемную прямо перед главным кабинетом. Комната в форме полумесяца с парой удобных кресел со столом и шахматным набором между ними, с другой стороны — диван, вся комната оформлена в цветах четырех факультетов, как сумасшедшее, негармоничное столкновение цветов, и, честно говоря, на мой взгляд, идеально подходила директору. Когда я подошёл к двери и поднял руку, чтобы постучать, я услышал голос директора Дамблдора:              — Входите, мистер Поттер, открыто, — я секунду колеблюсь, прежде чем открыть дверь в его кабинет, который, как всегда, был заполнен странными предметами и безделушками.              — Проходи, присаживайся, Гарри, — он жестом указывает на кресло перед собой, на другом уже кто-то сидит, и я чувствую, как её лесные зеленые глаза смотрят на меня, а я, не отрывал взгляда от директора, когда сел на предложенное место. Он улыбнулся мне и предложил лимонный щербет, но я отказался: — Гарри, позволь мне сначала сказать тебе, что у тебя нет никаких проблем, будь то нарушение школьных правил или академическая успеваемость, которая значительно улучшилась с тех пор, как ты начал учиться в Хогвартсе два года назад, если уж на то пошло, — он сделал паузу и посмотрел на меня, чтобы убедиться, что я что-то хочу сказать, и я просто кивнул головой, глядя на его стол.              После моего кивка он снова заговорил:              — Несколько минут назад я узнал, что вы уже познакомились с нашей летней гостьей, но ради приличия я всё же представлю ее: с удовольствием представляю вам мисс Аталанту Клейдон, охотницу Дианы, — я посмотрел на мисс Аталанту, она сидит, скрестив ноги, в кресле рядом с моим, одета почти в тот же наряд, в котором я видел её в прошлый раз, но на её зеленой рубашке изображен мультяшный кот, одетый как средневековый рыцарь, с надписью «Мы должны уничтожить красную точку». Она улыбнулась мне и сказала: — Привет, малыш, как дела?              Не зная, что ответить, я просто пожал плечами и пробормотал что-то, типа: «хорошо», себе под нос, глядя в сторону.              — Эм, директор Дамблдор, что означает «Охотница Дианы»? — спросил я у него, зная, что он может дать мне ответ, в отличие от женщины, сидящей рядом со мной:              — Ах, думаю, я оставлю это самой Охотнице, чтобы она объяснила, — вежливо сказал он, поворачиваясь к ней лицом, надеюсь он не заметил моей гримасы. Аталанта повернулась в кресле лицом ко мне, а я вернулся к разглядыванию стола.              — «Охотники Дианы» — это организация, в которой, как я уже говорила, состою. Наша деятельность довольно проста: мы работаем с MACUSA, выслеживая опасных существ на территории Америки и следим за тем, чтобы они не нарушали статус секретности. Я не говорю об обычных существах, мы можем время от времени выслеживать Грифона, но мы охотимся за существенными угрозами, существами класса XXXXX. Мы говорим о мантикорах, драконах, Акромантулах, Громовержцах и… — я прервал ее, сказав:              — Василисках? — она остановилась, но кивнула головой:              — И о них тоже, малыш.              — То, что ты убил здешнего, привлекло внимание работодателя мисс Клейдон, и, узнав об этой истории, она немедленно приехала в Хогвартс, чтобы проверить. Когда мисс Феспория… — начал объяснять Дамблдор, пока я не прервал его:              — Несущая свет? — спросил я, так как был сбит с толку.              — …Да, именно это означает её имя, мистер Поттер, — осторожно ответил Дамблдор, пока Гарри покраснел, осознав, что грубо прервал его. Я почувствовал, как Аталанта посмотрела в мою сторону, но не повернулся, чтобы увидеть это. — Когда появилась мисс Феспория и начала расспрашивать об этом событии, я сказал ей, что все участники были несовершеннолетними и что я не могу и не буду рассказывать ей никаких подробностей. Пока она не заговорила о том, почему эта история так её заинтересовала, я выслушал ее предложение и решил, что соглашусь на просьбу, — в этот момент мисс Аталанта фыркнула.              Когда мы оба повернулись, чтобы посмотреть на нее, она извинилась за то, что прервала разговор:              — Простите, просто моя начальница не из тех, кто принимает отказ в том, что ей нужно. Даже если у директора хватит наглости сказать ей «нет», она все равно сделает это или найдет способ. Не в обиду вам, директор Дамблдор, — к чести Дамблдора, он лишь засмеялся и отмахнулся:              — Да, мисс Феспория произвела на меня такое впечатление, так что я не обижаюсь, мисс Клейдон, — с тёплой улыбкой сказал он.              — Но мы немного отклонились от темы, видите ли, мистер Поттер, лидер Охотников Дианы предложила прислать одного из своих охотников, чтобы оценить вас, и если окажется, что у вас есть, скажем так, природная склонность к работе, которую они исполняют, Охотник останется в школе на год, чтобы дать вам базовую подготовку и научить вас азам, — объяснил Дамблдор, снова делая паузу, чтобы я мог задать какие-либо вопросы. Я только кивнул головой в знак понимания, и Дамблдор продолжил: — Отлично, а теперь, поскольку было бы несправедливо просить вас взять на себя то, что, по сути, будет дополнительным занятием, я попросил мисс Ататланту оценить вас по этому предмету, простая оценка «зачет-незачет», которая будет добавлена к вашим занятиям по Уходу за магическими существами и Защите от темных искусств в этом году, — сказал он мне, на что я только кивнул, прежде чем спросить:              — Так значит, это добровольно? — директор и мисс Ататланта посмотрели друг на друга, и я понял, что он собирается сказать.              — Да, это добровольное занятие, мистер Поттер, но я бы не советовал отказываться. Это прекрасная возможность, Охотники Дианы — очень закрытая группа, и то, что они обратились к вам таким образом, говорит о том, какой потенциал они видят, тот же самый потенциал, который я и остальные профессора здесь видим в тебе, Гарри, — сказал он мне, окольными путями давая понять, что нет, у меня нет выбора в этом деле. Его комментарий о моем потенциале почти заставляет меня рассмеяться, я бесполезен и глуп, и я сомневаюсь, что у меня есть настоящий потенциал, поэтому я просто вздохнул и кивнул головой.              — Хорошо, думаю, тогда да, я согласен, — говорю я ему, и директор улыбнулся мне, его глаза замерцали.              — Отлично, Гарри! Я предоставлю вам с мисс Клейдон разработать расписание, которое устроит вас обоих. Пока она занимает должность преподавателя в школе, она не сможет начислять или снимать баллы, поскольку ты единственный ученик в её, скажем так, классе. Она также не сможет назначать отработки или домашние задания. Однако она сможет поговорить с профессором и попросить его выставить баллы в зависимости от твоей успеваемости. Итак, есть ли у тебя вопросы ко мне или мисс Клейдон? — спросил он, и я снова покачал головой. Он кивнул, а затем посмотрел на старые часы на стене.              — Ну, время близится к ужину, так что, если вам нечего добавить, мисс Клейдон, я думаю, нам стоит отпустить юного мистера Поттера, не так ли? — мисс Аталанта повернулась ко мне и заговорила:              — Я думала о понедельниках, средах и субботах, вечером после окончания занятий, но до ужина, что скажешь? — я просто кивнул головой, а затем поднял голову и заговорил:              — В субботу у меня тренировка по квиддичу, очень рано утром, — попытался было я, надеясь выкрутиться, а она лишь кивнула головой и предложила мне вздремнуть перед тем, как явиться на тренировку. Я вздохнул и кивнул, глядя на директора: — Разрешите идти, сэр? — у директора странное выражение лица, но он всё равно сказал «да». Когда я встал, он повернулся к мисс Ататланте и спросил её:              — Вы уверены, что не передумаете, мисс Клейдон?              — Пока всё в порядке, я всё ещё осматриваю лес и хочу убедиться, что место, где я планирую его тренировать, очищено от всего неприятного, кроме того, это даст мне возможность пошарить вокруг в поисках той вещи, о которой мы говорили, — ответила Аталанта, когда я дошел до двери и вышел. Я едва успел услышать слова Дамблдора, как дверь захлопывается за мной: «А что насчет…» Я не успел услышать, как дверь со хлопком закрывается. Я спустился по лестнице и направился в Большой зал, но остановился. Мой желудок скручивается при мысли о том, что я буду находиться среди большого количества людей, и я бы предпочел избежать Драко, который уже не раз делал свою лучшую пародию на обморок и кричал «Шрамоголовый» на всех возможностях своих легких, как орущий ребенок, честно говоря, этому парню нужно хобби получше.              Я повернулся на пятках, и был не в самом лучшем настроении. После чего начал подниматься в башню Защиты от темных искусств, следуя по извилистой дорожке рядом с главным коридором, я добираюсь до верхнего этажа, где находится Совятник. Я открыл дверь, и, как только я вошёл в комнату, на меня обрушивается запах совиных отходов жизнедеятельности — серьезно, неужели здесь никто не убирается?              Я достал свою палочку, сделал ею широкий круг и произнес заклинание Scourgify, а уже оно убирало большую часть беспорядка в Совятнике, пока я пошёл к окну, выходящему на север, оно также без стекла, чтобы совы могли прилетать и улетать, когда им вздумается. Я услышал, как несколько сов поприветствовали меня в знак благодарности. Я помахал им рукой, и сел у проема, свесив ноги над площадкой и прислонился к черной металлической перекладине, чтобы люди не падали с башни.              Звуки трепещущих крыльев и знакомое ощущение совиных когтей на плече подсказало мне, кто это, прежде чем я успел позвать её. Хедвиг тихонько ухнула.              — Нет, просто день был долгим, и мне не хочется спускаться к ужину, — Хедвиг снова ухнула, покусывая мое ухо.              — Нет, мне просто не хочется сейчас быть рядом со остальными, — она начала сердито ухать, распушив перья.              — Я знаю, девочка, но я привык пропускать пару приемов пищи, это меня не убьет, — сказал я ей, она снова ухает, но сдулась.              — Да, я обещаю съесть больше утром. Клянусь, я даже оставлю тебе немного бекона. Как тебе такое? — она стала выглядеть, как будто довольная моими словами, а я с улыбкой покачал головой — такая у меня замечательная птица.              Мы вместе наслаждаемся тишиной и закатом, никого, кроме нас, ну, нас и парящих Дементоров далеко над Запретным лесом, хотя они были слишком далеко, чтобы их считать. Интересно, почему я так отреагировал? Обморок и всё это. То есть я понимаю, чулан и дядя, но кто кричал? Это было бессмысленно, интересно, какое заклинание использовал профессор Люпин, чтобы от… Ах!              Я слышу, как открылась дверь совятни и за спиной раздались шаги, я замер от этого звука и повернул голову, чтобы посмотреть через плечо.              — Ичабод?! Где ты? Ах ты, несносная сова! — заговорила девушка нежным голосом, её длинные светлые волосы собраны в сложную косу, которая перекинута через правое плечо и свисает вниз. У нее высокие скулы, нос пуговкой и фиолетовые глаза. Она ухмыльнулась, оглядываясь по сторонам в поисках своей совы, но не успела заметить меня, как на её лице появляется усмешка. Ах! Зеленая мантия, понятно.              — Что ты здесь делаешь, Поттер? — спросила она, а с её лица не сходит усмешка: — Опять нарушаешь школьные правила, я смотрю, — сердито сказала она.              — Нет. Я просто сижу и наслаждаюсь видом, — ответил я, хотя, честно говоря, немного смутился из-за её тона и обвинения.              — О, тогда скажи, где твоя мантия? — сказала девушка тем же тоном. Я опустил взгляд, и, конечно, на мне нет школьной мантии, на мне моя куртка.              — В сундуке, — сказал я ей, и её лицо стало ещё более суровым, — мне не обязательно надевать школьную мантию, если только мы не на празднике или если кто-то посещает школу. Пока все остальное присутствует и учителя видят гриффиндорский герб и галстук, я соблюдаю дресс-код, — сказал я ей, она выглядит ошарашенной, прежде чем спросить, где в школьных правилах это написано. — Раздел 3, подраздел 6, пункт 4, — добавил я, потому что мне вбили это в голову.              На её лице появилось самое забавное выражение растерянности, над которым я не могу не улыбнуться.              — Откуда, черт возьми, ты это знаешь? Ты едва можешь прочитать книгу, не говоря уже о том, чтобы что-то запомнить, — язвительно замечает она. Я просто пожал плечами и сказал:              — Гермиона.              — Грейнджер, — сказала она голосом, полным презрения, — конечно, это Грейнджер будет помогать тебе, если бы не она, ты был бы не лучше сквиба, — она, конечно, права, но все же. Я открыл рот, чтобы возразить, как вдруг к ней подлетает большая сова и сел на плечо. — А, вот и ты, Ичабод, — сказала она сове, а затем достала из кармана конверт: — Маме и папе, пожалуйста, — она протянула конверт Ичабоду, а тот взял его и улетел через открытое окно.              Я смотрел, как он взмыл в небо, устремляясь куда-то вдаль, и не могу сдержать зависти, которую испытываю к такой свободе. Я вздохнул, глядя на надвигающееся ночное небо с небольшой улыбкой — это было мое любимое время суток.              — И так? — сказала девушка позади меня, и я даже не сдерживаю стон, который вырывается у меня изо рта, почему она не может просто оставить меня в покое.              — Что? — я огрызнулся, и повернулся к ней, злясь на эту случайную девушку, которая вошла и начала оскорблять меня без всякой причины просто потому, что я такой, какой есть. Она снова выглядит ошарашенной, что хорошо.              — Почему ты не на ужине со своим фан-клубом? Устал от нас, простых смертных? — спросила она, придя в себя, я вздохнул, выдыхая свой гнев, пытаясь держать его под контролем, но не доверял своему рту, я просто пожал плечами и повернулся обратно.              — Ты такой же любитель внимания, как и Драко, не так ли? — сказала она, и я услышал усмешку в её голосе.              В этот момент Хедвиг похоже всё надоело, она развернулась на моем плече, надулась и заухала на девушку, расправляя крылья и приготовилась прогнать её от меня, я почувствовал, как она напряглась, поэтому я поднимаюсь и положил руку на голову Хедвиг:              — Нет, девочка, нам не нужны слухи о сумасшедшей сове Гарри Поттера, — я почувствовал, как она опустила крылья и резко ухнула: — Я знаю, девочка, но это неважно, — она издала последнее пренебрежительное уханье, прежде чем снова опуститься на мое плечо.              — Неужели так трудно поверить, что я просто хочу, чтобы меня оставили в покое? — вздохнул я.              Девушка молчит с минуту, и в это время дверь в совятню снова открылась.              — …Миона, если его здесь не будет, я съем свою новую палочку, — я услышал голос Рона, после чего повернулся и посмотрел на вход. Рон и Гермиона только что вошли, в руках у Рона были завернутые в салфетки сэндвичи, а Гермиона несла три кубка и кувшин, которые они, вероятно, взяли с ужина. Девушка тоже повернулась, чтобы посмотреть на них, и в тот момент, когда они с Гермионой сцепились взглядами, казалось, что в совятне в одно мгновение упала температура до -10 градусов.              Гермиона с минуту смотрела на белокурую слизеринку, прежде чем произнести очень холодным для нее тоном:              — Гринграсс, — ах да, Дафна Гринграсс, так её звали!              Дафна отвечает тем же холодным тоном:              — Грейнджер. Я вижу, вы пришли за своим драгоценным мальчиком-который-выжил до самой совятни, да? — я вздрогнул, я ненавижу это прозвище.              — Удивительно, что ты не трахаешь вторую ногу Малфоя, или Паркинсон отпихнула тебя, чтобы добраться до обеих? — Дафна усмехнулась:              — Как будто я готова на все ради этого маленького проныры, он, как и ты, намного ниже меня, — она перекинула косу через плечо, а затем выгнула бедро и скрестила руки. — В этом году ты проиграешь, Грейнджер, я займу первое место и покажу тебе раз и навсегда, что ты всего лишь грязь под моими каблуками, — с этими словами она обошла Гермиону и вышла из Совятни, а мы с Роном просто посмотрела на Гермиону в шоке.              — Что это было? — спросил я, ведь это было совсем не похоже на ту Гермиону, которую я знал.              — Хм? О, это была Дафна Гринграсс, она занимала второе место в нашем году последние два года подряд несмотря на то, что это было всего на два или три предмета, но всё равно второе место. Мы соперничаем, — сказала она это как бы между прочим, а я просто тупо кивнул в ответ, потому что вау. Затем посмотрел на Рона, и он просто пожал плечами, после чего подошёл и сел на пол рядом с окном. Гермиона заняла место напротив него и поставила кувшин и кубки.              Когда они сели и передали мне сэндвич, то объяснили, что, не увидев меня на ужине, они взяли всё, что могли, и отправились на поиски. Очевидно, что я, скорее всего, буду либо здесь, либо на астрономической башне, и они сначала заглянули сюда. Мы сидели и болтали о занятиях и о том, как, по нашему мнению, пройдет год, избегая разговоров о Блэке или о том, что случилось в поезде, и я благодарен им за это. Странно иметь друзей, и я думаю, что теперь могу ими их считать, нет Дадли, который их прогонит, и они, кажется, не возражают против того, что я тупой или ненормальный. Когда солнце наконец опустилось за горизонт и появились звезды, я не могу не восхищаться ими, здесь всё намного иначе, чем на Тисовой Улице, нет таких облаков, чтобы затмить их. Я уже почти могу назвать всё созвездия, здесь спокойно.              — Итак, — начал Рон, — о чем был разговор с Дамблдором? — спросил он, прежде чем сделать глоток тыквенного сока. Я почти забыл об этом, но всё же ответил:              — О, видимо, то, что я убил василиска, было большим событием, чем мы думали, группа из Америки услышала об этом и послала кого-то посмотреть на меня, что бы это ни значило, — сказал я им.              — Ну, да, Гарри, так и есть, — говорит Гермиона и, видя растерянное выражение моего лица, начала объяснять: — Гарри, то, что ты сделал в одиночку, не делалось уже почти двести лет. Последний известный случай убийства василиска произошел в 1799 году, для этого потребовалась целая группа из 30 обученных авроров, а к концу осталась лишь горстка, и тот, за которым они отправились, был в два раза меньше того, которого убил ты.              — О, — удивленно сказал я: — Эта группа называется «Охотники Дианы», они охотятся на таких тварей, как василиск или драконы, и всё в таком духе. Их начальница уговорила Дамблдора, это будет ещё один предмет, по которому меня будут оценивать, а оценки пойдут на Уход, Защиту или что-то в этом роде, — я пожал плечами.              Гермиона посчитала, что это хорошо, и порадовалась за меня:              — О, Гарри! Это звучит замечательно, только подумай, сколько старой магии ты узнаешь, чтобы охотиться на темных существ! — заговорила она, а Рон кивает с озадаченным видом.              — Что? — спросил я, он открыл рот, но закрыл его, губы сжались в твердую линию, словно он пытается разгадать сложный вопрос на викторине.              — Просто я никогда о них не слышал, а Чарли немного помешан на существах, когда дело доходит до этого, приятель. Если бы существовала группа таких охотников, то он должен был бы услышать о них и не умолкал бы о том, что подобные существа должны быть защищены, а не охотиться на них, — сказал он, поглаживая подбородок, а я посмотрел на Гермиону, которая тоже выглядела немного озадаченной.              — Ты тоже никогда не слышала о них? — спросил я, и она покачала головой.              — Нет, но я не так много знаю о Магическом конгрессе Соединенных Штатов Америки, на который, я полагаю, они работают? — спросила она, а я лишь бросил на неё растерянный взгляд.              — На МАКУСА, Гарри, — сказала она мне,              — О, да, я думаю, Дамблдор так это назвал, — с кивком ответил я. Гермиона сделала глоток своего сока, а затем заговорила:              — Я займусь ими, когда у меня будет время, Гарри, но это, похоже, отличная возможность поучиться у того, кто знает, как уничтожать опасных существ с помощью магии, — я нахмурился, вспоминая единственный раз, когда я видел мисс Аталанту в действии, у нее не было палочки, у неё был лук.              Я рассказал об этом Гермионе, и она выглядела озадаченной отсутствием палочки, но вместо этого начинает допрашивать меня о том, как я видел её в действии, что привело к тому, что я рассказал им о напавших вампирах, упс, должно быть, забыл сказать им об этом, потому что у них были ошарашенные лица.              — Гарри Джеймс Поттер! Вот о чем ты должен был нам рассказать! — закричала она и я вздрогнул от громкости.              — Почему? Ты только и делаешь, что кричишь на меня, когда происходит что-то подобное, — тихим голосом ответил я, отстраняясь от нее.              — Нет, Гарри, ну да. Но я не кричу на тебя, я кричу о том, что произошло, — она вздохнула со странным выражением лица, глядя на меня.              — Как насчет того, чтобы забыть об этом? Это случилось, Гарри в порядке, давайте перейдем к страшной девушке с кошачьими ушами, убивающей вампиров с помощью лука, — Рон успокаивающе поднял руки, а Гермиона раздраженно отмахнулась. Никто из нас не понял, почему она использовала лук, а не палочку, поэтому мы собрали кубки и кувшин и отнесли их в Большой зал, а затем вернулись в гриффиндорскую башню.              Суббота, поле для квиддича в Хогвартсе.              Записка пришла в пятницу, и была доставлена ястребом, и в ней были просто указаны дата, время и место моего первого урока с мисс Аталантой. Так что в три часа дня я отправился на поле, где уже был утром — чертов Оливер Вуд хотел проводить тренировки с пяти утра и почти до полудня, безумец. Я сделал всё, как было предложено, и вздремнул, но это не помогло. Я вздохнул, спускаясь по деревянным ступенькам на поле, оделся в шорты, футболку оверсайз и куртку. Было ещё жарковато, но я не возражал.              Зайдя в туннель, я услышал, как она окликнула меня:              — Привет, малыш, рада видеть, что ты добрался. Мы пришли немного раньше, но поле будет доступно через минут 10 или около того, — сказала Мисс Аталанта, когда я подошёл. Она прислонилась к стене в конце туннеля, у её ног лежали два колчана, полные стрел, но, думаю, в этом есть смысл, она ведь пользовалась луком.              — Кто сейчас его занял? — спросил я с искренним любопытством, но сам же нашёл ответ на свой вопрос, когда вышел из туннеля и посмотрел вверх, и увидел зеленые размытые пятна, и не смог сдержать вырвавшийся у меня стон. Мисс Аталанта посмотрела на меня и спросила:              — Что случилось? — приподняв бровь сказала она. Я вздохнул:              — Просто эти люди, — главные соперники моей команды, и если они увидят меня здесь, что-то может произойти, так что я просто… — я не успел сказать, что собираюсь делать, как услышал крик капитана команды Слизерина Маркуса Флинта.              — Поттер! Какого черта ты здесь делаешь? Пришел шпионить за нами? — я был повернут к нему спиной, но все равно почувствовал на его лице усмешку, и повернулся лицом, о, посмотрите, я был прав.              — Нет, Флинт, я здесь не для того, чтобы делать что-то подобное. Меня попросили быть здесь в четыре, и, если Вуд собирался послать кого-то шпионить за тобой, я бы подумал, что он пошлет кого-то менее заметного, ты так не думаешь? — честно ответил я ему и его усмешка начинает ослабевать, когда его глаза перебегают с меня на мисс Аталанту.              — Серьезно, если бы я знал, что вы здесь, я бы пришёл позже, — говорю я ему, когда мисс Аталанта встала, и подошла к нам.              — Он честен, я зарезервировала поле после вас и сказала ему встретиться со мной здесь, и не знала, что это, что бы это ни было, будет проблемой, — заговорила она, жестикулируя между мной и Флинтом. Он, кажется, по большей части верит мисс Аталанте, и вот он открывает рот, чтобы что-то сказать, но кто-то, очень нежеланный кто-то, я могу добавить, закричал.              — Шрамоголовый! Что ты здесь делаешь? Пришел посмотреть на игру лучшего ловца и украсть его приемы? — спросил Малфой с гораздо более явной усмешкой на своем заостренном лице: почему он не может просто оставить меня в покое? И всё потому, что я отказался от рукопожатия два года назад, когда он был груб?              К этому времени вся команда Слизерина приземлилась и сгруппировалась вместе, я просто вздохнул и ответил:              — Нет, я просто пришел раньше, Малфой, и не для того, чтобы смотреть, — он только хмыкнул:              — Слабо вериться, Шрамоголовый.              Я открыл было рот, чтобы возразить, но мисс Аталанта прервала меня:              — Как бы я ни хотела посмотреть, как вы двое будете мериться членами, у вас есть ровно, — она проверила время на своих наручных часах, — три минуты до того, как поле станет моим, разве вы не должны завершить то, что, черт возьми, вы все делаете? — ровным тоном спросила она, и Малфой повернулся к ней.              — Кто ты, черт возьми, такая? — спрашивает он обычным сердитым тоном.              — Я та девушка, которая зарезервировала поле на четыре часа, так что собирайтесь и убирайтесь отсюда, вы отнимаете у меня время, — ответила она, и в её тоне проскользнул стальной оттенок. Малфой либо не заметил этого, либо ему было всё равно:              — Ну, тренировка не заканчивается, пока ловец не поймает снитч, а я сегодня чувствую не в своей тарелке. Возможно, понадобится еще несколько часов, — пренебрежительно сказал он:              — Еще несколько часов? Что? Ты здесь примерно с обеда, как ты до сих пор не поймал его? — спросил я, с искреннем удивлением: у меня близорукость, но даже с ней обычно мне требуется всего несколько минут, чтобы найти его.              Судя по тому, как покраснело лицо Малфоя, это было не то, что нужно было сказать, но стало ещё хуже, когда мисс Атланта фыркнула:              — О, что смешного, ты, отвратительная маленькая грязнокровка, держу пари, ты даже не умеешь летать, — заговорил он, поворачиваясь к мисс Аталанте и та сверкнула глазами. Флинт и двое других игроков недружелюбно посмотрели на Малфоя, а остальные захихикали, как идиоты.              Мисс Аталанта лишь вопросительно подняла бровь, а затем повернулась ко мне:              — Гарри, мне кажется, что он пытается меня оскорбить, так что же такое грязнокровка? — спросила с выражением растерянности на лице, и этот вопрос заставляет команду Слизерина также растерянно переглянуться.              — Это… это расовое оскорбление для, ну знаете, магглорожденных, — сказал я, чувствуя себя немного неловко под её пристальным взглядом:              — Хорошо, а что такое магглорожденный? — если её последний вопрос смутил команду Слизерина, то этот поставит их в тупик.              — Магический ребенок, родившийся у немагических родителей, — объясняю я, когда ее лицо принимает выражение понимания.              — О! Ты говоришь о мирских людях, ух ты, столкновении культур, да? — она покачала головой и обернулась к группе.              — Технически, я тоже мирская, — мисс Аталанта произносит это тоном, похожим на тот, который использует Гермиона, когда поправляет меня или Рона. Малфою и остальным членам команды Слизерина требуется несколько секунд, чтобы понять, что она только что сказала, но до них доходит.              — Погоди, ты маггла! — заговорил Малфой с отвращением на лице, а мисс Аталанта лишь пожала плечами и ответила:              — Конечно, если так здесь называют мирских, — Малфой и несколько человек из команды посмотрели на неё с отвращением, а остальные удивленно переглянулись.              — Что здесь делает отвратительная маггла? Неужели этот старый маразматик окончательно спятил! Тебе не разрешено даже лизать наши сапоги, не говоря уже о том, чтобы находиться на территории Хогвартса, — гнусавым тоном заговорил Малфой, но это, очевидно, было не то, что нужно, потому что мисс Аталанта скрестила руки и посмотрела на Малфоя:              — Лизать сапоги? — спросила она, а в её тоне зазвучал яд. Малфой либо слишком глуп, либо слишком туп, чтобы понять, в какой опасности он находится, и просто улыбнулся ей и сказал, что так оно и есть.              Мисс Аталанта повторила его улыбку, затем развернулась и пошла к колчану, стоящему у стены, и взяла из него одну из стрел. Она повертела её между пальцами, и вышла на поле:              — Гарри, какой из них снитч? — спросила она, доставая из кармана куртки черный складной швейцарский нож.              — Золотой, с крыльями, — сказал я ей, она кивнула и раскрыла нож, который превратился в черный лук с золотыми акцентами, что заставило кого-то из команды Слизерина вздохнуть, когда она положила стрелу на тетиву и направила вверх и слегка вправо.              — Ты ни за что не сможешь попасть в него из своего… — но на этом он остановился, так как мисс Аталанта выпустила стрелу, и послышалось — оружие… — Малфой с шокированным видом отошёл в сторону, когда мисс Аталанта поймала падающий снитч и её стрела приземляется далеко за полем. Она подошла к Малфою с сердитым выражением лица и пихнула снитч ему в грудь:              — Посмотри-ка, ты поймал свой мячик. Похоже, тебе лучше собрать вещи, потому что твои три минуты истекли, и убираться с моего поля. Сейчас же, — она сказала это с такой силой, что я и сам вздрогнул, как и половина команды Слизерина.              Она толкнула Малфоя и начала идти обратно ко мне, качая по пути головой, когда тот решил сделать что-то глупое и достал свою палочку, направляя её на спину мисс Аталанты.              — Пришло время поставить тебя на место, маггловская сучка, — сказал он.              Все замедлилось: когда я выхватил свою палочку, мисс Аталанта повернула голову, сузила глаза и отпустила лук. К тому моменту она была уже в шести футах от Малфоя, но, повернувшись к нему, она сразу же двинулась. Меньше чем за полсекунды она преодолела эти шесть футов, схватила его за запястье, вывернула его так, что палочка больше не была направлена на неё, занесла ногу за его ногу и ударила его в грудь, опрокинув его на землю в тот же момент, когда лук наконец упал на землю. Свободной рукой она вырвала палочку из рук Малфоя и поставила свою ногу ему на грудь, удерживая его в таком положении.              Затем обратилась к остальным членам команды Слизерина, которые застыли в шоке:              — Позвольте мне уведомить вас всех, что следующий человек, который направит на меня палочку, превратится в точную копию куклы вуду. Только вместо игл — стрелы. Итак, вы поймали свой снитч, и ваше время истекло, собирайте свои вещи и валите. С. Моего. Поля. Пока вы все не начали казаться мне мишенями для стрельбы, — последнюю фразу она произносит с такой яростью, что никто и не вздумал ей перечить, а Флинт вывел всех из ступора словами, что тренировка окончена. Подняв Малфоя, он грубо встряхнул его и ударил по затылку, после чего велел идти в гостиную, не останавливаясь.              Потом забрал у мисс Аталанты палочку Малфоя и настороженно посмотрел на неё, а через десять минут команда Слизерина ушла.              Мисс Аталанта следит за ними, как ястреб, с луком в руках, обращая внимание на всех, кто, как ей кажется, движется слишком медленно. Когда всё ушли, она вздохнула.              — Это было… — я запнулся, не зная, что сказать: — Страшно? Круто? Потрясающе? — она просто пожала плечами, как будто ничего особенного в таком быстром движении не было.              — Послушай, малыш, нам нужно многое сделать и о многом поговорить, но сначала ты должен кое-что узнать, — мисс Аталанта повернулась и посмотрела на меня, её лицо стало таким же серьезным, как когда она угрожала команде Слизерина.              Я сглотнул комок в горле и честно говорю, мне не нравится, как она на меня смотрит.              — Это то, что твой директор, вероятно, не хотел бы, чтобы я рассказывала, но думаю, что ты должен знать, потому что незнание может привести к твоей смерти, а я не собираюсь этого допускать, ясно? — я просто кивнул головой, думая, что речь идет о Сириусе Блэке, но меня не покидает ощущение дежавю.              — Я обещаю, что отвечу на все вопросы, которые смогу, но у меня могут быть не те ответы, которые тебе нужны или они могут тебе не понравиться, хорошо? — сказала мне мисс Аталанта, ощущение усиливается, но я все равно кивнул головой, она сделала глубокий вдох и сказала:              — Ты — полубог, Гарри.              Все, что я могу сделать, это тупо уставиться на неё, прежде чем спросить.              — Я — кто?