10. Стена

Атмосфера в кабинете Кингсли накалилась, пока все обдумывали слова Драко. Гарри рассеянно почесал шрам, а Рон и Невилл обменялись растерянными взглядами. Джинни стояла у камина, нервно постукивая пальцами по стене. Внезапный стук в дверь нарушил тишину. «Не сейчас, Патил!» — рявкнул Кингсли, наложив на комнату заклинание Муффлиато. «Драко прав. Мы не можем игнорировать тот факт, что купол был поврежден; он мог быть сломан только изнутри». Гермиона почувствовала, как руки Драко сжимали ее плечи. «Есть подозрения?» — спросил Невилл, отхлебнув огненного виски. «Нам что, придется пойти против друзей, охотясь за воображаемым шпионом?» «А у нас есть выбор, Рон?» — в словах Джинни слышался оттенок отчаяния. «Это не игра; это чудо, что мы вообще живы», — она взглянула на брата, ее глаза были полны беспокойства. «Джинни, если купол был повреждён, это не обязательно означает, что его кто-то сломал. Возможно, это было просто плохое заклинание», — предположил Рон, пытаясь разрядить обстановку. «Плохое заклинание? Серьёзно, Уизел?» — Драко поднял бровь. «Это лучше, чем обвинять наших друзей», — Рон покачал головой в недоумении. «А что, если я укажу пальцем на кого-то из Слизерина? Это нормально?» «Слизеринцы, о которых ты только что упомянул, сделали больше, чем кто-либо здесь. Они бросают себя в опасность, пытаясь в два раза сильнее доказать, что они не такие, как их родители», — Драко сжал плечо Гермионы сильнее, она коснулась его руки, чтобы успокоить. «А другие — нет? Другие тоже бросают себя в опасность. Это то, что мы все делаем, Малфой» «Тогда мы просто проигнорируем это и будем сидеть, ждать, пока нас всех убьют, потому что ты не мог поверить, что тебя могут предать, Уизли? Меня предали мои собственные родители. Так что мне жаль, что я подозреваю твоих драгоценных друзей», — сказал Драко ледяным тоном. «Ты сам это сказал. Тогда что даёт тебе гарантию, что твои друзья чисты?» «Они заставили Блейза стоять и смотреть, как Амикус Кэрроу снова и снова насиловал его мать. А Пэнси? Она была избита почти до смерти, когда мы ее нашли. Думаешь, они захотят вернуться к этим монстрам?» Голос Драко кипел от гнева, его лицо покраснело от ярости. «Малфой, он не хотел. Просто если мы собираемся винить наших друзей, мы не должны никого исключать. Все здесь пережили травмы, видели больше, чем следовало», — вмешался Невилл. Рон посмотрел своего парня. «Так ты тоже думаешь, что есть предатель?» «Да, и я уверен, что кто-то подслушал разговор о том, как мы сбежали из поместья Гойла. Это был кто-то, кто знает». «Как это связано?» Гермиона взглянула на Драко. Драко прочистил горло: «Мы прорвали барьер изнутри». «Теодор Нотт помог нам прорвать барьер изнутри, так что теперь мы знаем, что у нас есть эксперт по разрушению куполов. Есть мысли?» — заявил Рон, оглядывая всех в комнате. «Боже, дай мне сил не задушить его», — пробормотал Драко, в отчаянии закрывая лицо рукой. Гермиона вопросительно посмотрела на Гарри, молча ища разъяснений. «Малфой долгое время пробирался в поместье Гойла, поэтому знал, как сбежать. Однако в тот день, когда мы вошли в особняк Нотта, они были предупреждены и быстро подняли оборону. Поэтому, когда мы прибыли, оказались в ловушке среди пьяных приятелей Гойла и полуголых женщин». Гарри поправил очки, надвинув их на нос. «Он такой бесполезный кусок дерьма. У него каждый день вечеринки и шлюхи, он напивается до смерти. Но этих пьяных балванов было слишком много. Поэтому, когда они схватили нас, попытались договориться с кем-то, у кого было больше полномочий, потому что боялись вызывать Темного Лорда после того, что произошло два года назад в моем доме», — горько объяснил Драко. «Я бы не назвала это переговорами. Гойл пытался продать нас за большую цену», — заметила Джинни с циничным смешком. «Они конфисковали наши палочки», — продолжил Гарри. «А через несколько дней Нотт нашел нас и помог сломать барьер. Мы украли кровь Гойла, и с помощью комбинации Бомбардо Максима защита разрушилась». «Но у нашей базы ведь нет защиты от магии крови», — сказала Гермиона в замешательстве. Она взглянула на Кингсли, ожидая разъяснений. Кингсли неловко кашлянул. «Это так», — сказал он, глядя на Гарри, который заметно начал потеть. «Тогда чью кровь мы используем?» — она вопросительно переключилась на Гарри. «Нам нужно было защитить всех людей на нашей базе, поэтому нам требовалась кровь маглорожденного», — объяснил Кингсли, положив обе руки на стол. «Неет, ты бы не посмел», — глаза Драко метали пламя. В гневе он двинулся к Кингсли, но Гермиона быстро встала и остановила его. «Малфой, у нас не было времени спрашивать разрешения», — спокойно заявил Кингсли, даже не моргнув. «Драко, пожалуйста, посмотри на меня», — сказала она, нежно положив руку ему на лицо. «Драко, я в порядке. Всё в порядке. Пожалуйста, позволь мне разобраться с этим». «Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? Они могли случайно проклясть тебя». Гермиона держала его руки, пока они дрожали, её пальцы успокаивали его кожу, пока она смотрела в его грозовые серые глаза. «Мы не первокурсники, Малфой. Мы знаем, как обращаться с магией крови» «Кингсли, ты только ухудшаешь ситуацию», — вмешался Гарри. «Он имеет полное право злиться». «У нас нет на это времени», — твердо сказал Кингсли. «Грейнджер, прости. Но сейчас нам нужно выяснить, кто украл твою кровь». «Ты мог бы просто спросить. Я бы отдала её тебе. Ты же знаешь, что я бы это сделала», — сказала Гермиона, её голос наполнен болью и недоверием. «А теперь ты говоришь мне, что кто-то снова украл мою кровь?» «Нет, это полный бардак. Это невероятно», — пробормотал Рон, недоверчиво качая головой и прижимаясь лбом к стене. «Гермиона, можешь винить нас сколько хочешь, но ты не замечала ничего странного в последнее время?» — спросил Гарри. «Я всегда со своим близким кругом. Ничего необычного». Ее глаза расширились от внезапного осознания. «В тот день, когда я порезалась в гостиной, я пролила кровь», — вспоминала Гермиона, и ее голос затих, когда воспоминания всплыли на поверхность. «Сколько людей знают, что это кровь Грейнджер, Поттер?» — Кингсли постучал по столу. Гарри открыл рот, но Драко прервал его. «Если ты предатель, работающий на Темного Лорда, нетрудно догадаться, что в этом замешана кровь маглорожденного. А у нас в здании всего двое таких людей. Так что...» — его тон был полон презрения. «Другая проблема в том, »— вмешалась Джинни, —«что мы бы услышали, что барьер был поврежден. Это должно было произойти до похорон». «Звук грома», — вспомнила Гермиона. «Это был день, когда Луна сказала всем, что их аура становится синей. Она сказала, что пойдет дождь. Она никогда не ошибается. И предатель знал об этом» «Нам нужно проверить палочки у всех. Так мы найдём предателя», — спокойно сказал Кингсли. «Нет гарантий, что человек не использует другую, как мы», — заметил Драко. «Большинство из нас потеряли свои палочки», — вмешалась Джинни. «А у некоторых из нас их две »— сказал Рон, держа палочку в правой руке и доставая из кармана ещё одну. «Я думаю, мы влипли, друзья мои», — сказал Невилл, выдавив из себя улыбку, лишённую всякой радости. «Патил», — позвал Кингсли, снимая Муффлято с двери. Парвати открыла дверь. «Скажи Теодору Нотту, чтобы пришёл. Это срочно». «Мы не можем ему сказать. Он Пожиратель Смерти», — сказал Гарри, на его шее вздулись вены. «Не снова, Поттер, пожалуйста», — Драко раздражённо закатил глаза. «Рискованно, чтобы кто-то ещё узнал об этом, Малфой». «Тишина, Поттер», — снова скомандовал Кингсли. «Теодор Нотт уже принял Непреложный обет». «О, это просто здорово», — пробормотал Драко с недовольством. Гермиона ощущала, что для него это слишком. Она всегда считала, что принятие Нерушимого обета сродни подчинению властному и безжалостному проклятию. «Кингсли, ты не имел права заставлять его принять Непреложный обет», — сказала Гермиона, соединяя свои руки с руками Драко. «Наш будущий министр магии», — произнёс Драко с сарказмом. Его разочарование было явным, и взгляд, который он бросил на Кингсли, казался таким пронизывающим, что мог бы оставить в его лбу дыру. «Тебе это может показаться несправедливым, мальчик, но война и справедливость — совершенно разные понятия. Она никогда не делает различий между теми, кто играл грязно, и теми, кто этого не делал. Она благоволит победителям». «Лонгботтом, твой день рождения выглядит отстойно», — заметил Теодор Нотт, войдя в кабинет, осматривая пространство и проверяя окрестности. «Удивлен, что меня пригласили». Когда Кингсли снова наложил на комнату заклинание тишины, он повернулся к Нотту. «Теодор, скажи Малфою, какой Нерушимый обет ты принял» «Полагаю, это не вечеринка», — сухо заметил Теодор. «Нотт, ради Бога!» — воскликнула Джинни. «Что? Я не могу предать Орден. Вот и все. В чем проблема? Ты прервал мое свидание с яблочным пирогом ради этого?» «Нотт, когда ты в последний раз говорил со Снейпом?» — спросил Кингсли. «Как я уже сказал дважди, от него не было никаких вестей с тех пор, как его послали за Бузинной палочкой». «Снейп должен знать, кто предатель», — объяснил Драко. «Предатель?» — Тео просто рассмеялся. «Дааа , любопытно было, почему этот чудесный барьер крови рассыпался, как эльфийская пыль». «Ты знал, что это кровяной барьер?» Драко удивленно поднял бровь. «Бро, мой прадед создал это заклинание» «А твой папаша поделился им с Волан-де-Мортом», — усмехнулся Поттер. «Поттер, мой папаша поделился им с каждой шлюхой, с которой спал», — парировал Нотт. «И я думаю, что одна из этих шлюх также случайно наткнулась на кровать Кингсли». Кингсли закашлялся. «Да, вы с отцом хорошо разбираетесь в шлюхах». «Я хорошо разбираюсь во всем, Поттер». «Забирать то, что не твое» «О, мне это нравится больше всего». Гарри в ярости выхватил палочку, когда Джинни прыгнула между ними. Драко тут же схватил Тео за руки, а Рон и Невилл начали удерживать Поттера. «Что с вами, идиотами? Сейчас не время для драки», — отругала Джинни. «Нотт, Поттер, прекратите немедленно!» — прогремел Кингсли. «Что случилось, Поттер? Не смог отличить Чанга от Уизли через очки?» — спросил Тео, и когда Поттер вырвался из их хватки, он ударил его по лицу. «Выведи его немедленно!» — крикнул Кингсли. Тео начал вставать, а Рон и Невилл силой вывели Гарри из кабинета. Джинни посмотрела на Тео со смесью боли и разочарования. Он вытер губу, размазав кровь по лицу. «Джинни, я...» Лицо Тео было белым, как фарфор. Она вышла из комнаты. Гермиона взглянула на Драко, который ободряюще похлопал друга по плечу. «Кингсли, на сегодня мы закончили», — заявила она, выталкивая Драко и Тео за дверь. ✳✳✳ Он стоял в её комнате; волосы растрепанны, глаза горели от напряжения, словно высматривая добычу. Чёрная рубашка была небрежно расстёгнута, а в воздухе витал слабый запах алкоголя. Она заметила, как в его пронзительных голубых глазах загорались искры, а дыхание становилось всё тяжелее. Она застыла в коротком розовом пижамном платье, её взгляд, полный ярости и опасения, был устремлён на него. «Убирайся из моей комнаты, Нотт, немедленно!» — резко бросила Джинни, решительно указывая на дверь, которую он только что захлопнул. Он провёл рукой по растрёпанным локонам, приглаживая их и обнажая тонкую рану на брови. «Я просто хочу поговорить и всё объяснить», — его голос звучал мягче. «Мы закончили, Нотт. Это было уже давно, и у тебя нет никакой причины быть здесь». Он двигался так быстро, что она едва успела осознать происходящее, как оказалась прижатой к стене, его тело опасно близко к её. Каждая черта фигуры словно слилась с её, создавая невидимую, но ощутимую связь, от которой волна дрожи пробежала по позвоночнику. Его тёплое, соблазнительное дыхание ощущалось всего в нескольких дюймах от её губ, заставляя сердце колотиться быстрее в мучительном предвкушении. «Но я все еще чувствую твой вкус на своих губах», — признался он. Она была в ловушке, Годрик, ощущения, пронизывающие ее, были чистым грехом. «Ты чертов ублюдок, Нотт», — проговорила она ему в рот. «Да, ты права». Он схватил её за шею, заставив голову откинуться назад, и немедленно напал на губы, высасывая всё дыхание. Джинни впустила его, отвечая с такой же силой, направляя всю боль, причинённую им, в этот интенсивный поцелуй. Тело его прижималось к её, когда пальцы скользнули под рубашку, чувствуя идеальный пресс. Она всегда обожала, как он двигался, полностью окутывая её своим присутствием. Он наклонился, не отпуская губ, поднял левую ногу и прижал её к груди. Сердце забилось быстрее, когда пальцы скользнули под трусики, подтверждая готовность. Улыбка затрепетала на губах, когда он пробормотал: «Ты такая непослушная девчонка, Уизли». «Я тебя ненавижу», — выдохнула она, когда он прикусил ее нижнюю губу, глубже засунув пальцы, пока она извивалась под давлением его тела. Она быстро расстегнула пуговицу на его брюках, потянув молнию вниз и позволив им упасть на пол, нижнее белье последовало за ним. Он отодвинул ткань в сторону, не снимая ее белье, наклонившись к ее уху. «Помнишь наш первый раз?» — прошептал он, заставив содрогнуться всем телом. «Это было именно так! Ты расстегнула мою форму для квиддича, и я медленно...» Она ахнула, когда он протолкнулся через ее вход. «Медленно я скользнул в тебя», — она закричала , «и ты закричала». схватив его за плечи, потеряв все дыхание, когда он вошел в нее полностью, растягивая ее до приятной боли. «Клянусь, если бы я мог, я бы никогда не покинул твое тело», — прошептал он, нежно целуя и посасывая ее, прижимая ее бедра ближе, немного приподнимая, держа за ногу, и начиная медленно входить в нее, даря ей удовольствие, которого она не испытывала годами. Смешанный запах алкоголя и кедра обострил ее чувства, когда она облизала его шею, ее руки скользнули в темные черные волосы. Он улыбнулся, в его глазах появился озорной блеск. «Поттер когда-нибудь трахал тебя так?» — спросил он, с яростью вонзаясь в нее. «Иди на хуй, Нотт!» Она двигалась в такт с ним. «Признайся, Уизли. Он когда-нибудь трахал тебя так?» «Нет». Ее голова откинулась назад в невообразимом блаженстве. Стена позади нее отдавалась эхом от звука ее спины, многократно ударявшейся о нее, когда Тео увеличивал ритм, шепча: «Ты когда-нибудь позволяла ему трахать тебя у стены?» «Нет!» — закричала она. Его пальцы скользнули по ее груди, нежно лаская их, он наклонился и поцеловал ее в плечо, затем потянулся зубами к бретелькам ее бюстгальтера, снимая его. Его брови сузились, он задыхался от удовольствия, дыхание смешивалось, пока ритм не замедлялся. «Весь дом слышит, как я тебя трахаю», — прошептал он ей в рот, на губах играла победная улыбка. Когда часы пробили полночь, она приоткрыла губы от растущего удовольствия, почувствовав первый оргазм за долгое время. Это ослепило её; было похоже на взрыв в теле, сотрясающий и заставляющий цепляться за рубашку Тео в захватывающем освобождении, когда почувствовала его излияние внутри. Он двинулся ещё пару раз, прежде чем выйти из её тела. Левая нога свободно упала вниз, и если бы он не держал, она бы свалилась на пол. Она прислонилась к стене, переводя дух, разглядывая его прелести. Он поправил одежду, натянул штаны, и его взгляд остался голодным, как и у нее. Джинни глубоко вздохнула, крепко сжимая плечи, когда подтолкнула его к двери, выбрасывая в коридор с силой. «Это был хороший секс», — бросив слова ему в лицо, захлопнула дверь. Слезы катились по щекам, Она прислонилась к двери, медленно сползая на пол. было очевидно, что он всё ещё стоит за ней. Желание обняться было непреодолимым. Девушка чувствовала себя беспомощной, когда дело касалось Тео, и хотелось упасть на колени, умоляя быть только с ней и это было опасно. «С днем рождения, Поттер», — услышала она циничный тон Тео, эхом отдающийся за дверью. Ее глаза расширились от шока, вспомнив его слова - ´Весь дом слышит, как я тебя трахаю.´ «БЛЯДЬ».