Штурмовик сегодня - штурмовик навсегда

Объектив медленно раскрывается. Всё выглядит размыто и даже несколько быстрых морганий шторкой не помогает сфокусироваться. Агент закрывается от яркого фиолетового света, озаряющего собой всю комнату своей рукой, всё также облачённую в чёрную перчатку, после чего кое-как встаёт со своей койки. Даже несмотря на временную слепоту, Нолан ощущал какую-то странную атмосферу, которую раньше не царила в их с Джереми комнате, и эта атмосфера заставляла 1300 чувствовать себя весьма некомфортно. Камерамэн, медленными шагами своих "вялых" ног добирается до тумбы. Он не помнил, чтобы тумбочка стояла здесь, но не стал придавать этому сильное значение, так как прошлая ночь была весьма жаркой, что агент даже толком не помнил, что произошло. Словно человек, камерамэн поворачивает небольшую крестовидную рукоятку с синей отметиной, после чего его слуховые датчики улавливают шум, льющейся из под дуговидного крана, струи воды. Не снимая с себя перчатку, Нолан намачивает руку и проводит ладонью по своему объективу. Он не знал зачем делает это. Он ведь не живой организм..Холодная вода не взбодрит его, верно? Но всё же, через пару секунд фокусировка возвращается в норму и теперь камерамэн чётко видел своё отражение в зеркале. 1300 окинул самого себя взглядом после чего сразу же понял, что выглядит не очень-то и "свежим". Мятая рубашка, на которой были красноватые пятна от масла, отсутствующий галстук, который, как заметил камерамэн в отражении валялся на полу, а также камера, на которой фиолетовым маркером было нарисовано незамысловатое сердечко. Нолан ещё немного порассматривал себя в зеркале после чего застегнул верхние пуговицы своей рубашки и начал оглядываться. То, что рядом не было койки Джереми уже насторожило камерамэна, но внутреннюю усталость даже страх не мог перебороть, поэтому что-либо другое кроме незримого удивления, нахождение в совершенно другой комнате, у камерамэна не вызвало. Оглядев комнату своим объективом, Нолан не заметил чего-либо выделяющегося. Обычная, среднестатистическая комната на одного человека. Ничего лишнего кроме койки, тумбы, небольшого шкафа и зеркала здесь не было. Всё минималистично. - Нолан.. - Послышался тихий голос, будто из неоткуда. Камерамэн сначала даже не особо разобрал, что ему сказали, так как в слуховых датчиков гудело, словно по его камере ударили чем-то. Но, сопровождающий голос, стук позволил 1300 сориентироваться и найти источник голоса, зовущий его. Агент подошёл к квадратному отверстию, сделанному в стене, после чего внимательно вгляделся туда и увидел такого же вялого, как и он, спикера в белой майке, который придерживал свои чёрные брюки. Конечно же это был Джереми, который в такой ситуации выглядел весьма комично, словно попал в какое-нибудь развлекательное шоу человеческой эпохи. Будь они в привычной для них обстановки, Нолан бы даже мысленно посмеялся, но сейчас ситуация была совершенно иной. - Нолан ты здесь..? Ты подошёл? - Спросил Джереми, щупая рукой всё вокруг, словно он был абсолютно слепым. Отчасти это так и было, но спикер прекрасно ориентировался по эхо-локации. - Мои слуховые сенсоры словно глушит что-то..Я вообще не могу ничего понять.. - Я тоже.. - Ответил камерамэн, взяв руку друга в свою, чтобы показать, что он действительно стоит рядом и Джереми не общается с пустым местом. Услышав про заглушение, 1300 смутился, так как он слышал спикера прекрасно, пусть и с небольшим гулом, что видимо и было последствием глушилки. - Что с моим голосом.. - Спросил агент сам у себя, осознав, что его голос, существующий благодаря синтезатору речи, весьма изменился и сделался более обычным. - Нолан, где мы..? Где мы? - Напугано спрашивает Джереми, круча своей колонкой из стороны в сторону, будто это повлияет на что-то. Камерамэн крепче сжимает руку спикера, заставляя того застыть на месте. - Я ничего не понимаю.. - Джереми я тоже ничего не понимаю..Ты помнишь, что было вчера? - Стараясь казаться уверенным и сдержанным спрашивает 1300, хотя немного дёрганый тон его роботизированного голоса, вовсю выдаёт его непонимание и потерянность. - Вчера..Вчера-вчера..Я смутно всё помню..Но в моей колонке чётко запечатались моменты, как мы были на вечеринке у "Прапора"..Мы даже не знали, что было поводом.. - Растерянно отвечал спикермэн, судорожно пытаясь вспомнить хоть что-то из того, что произошло вчерашним вечером, во время и после той вечеринки, устроенной их прапорщиком. - О-о, ещё помню, что ты вроде с ТВ-вумэн танцевал, после чего вы вроде поцеловались...на объективах и динамиках практически всего отряда Свободной рукой Нолан взялся за камеру, начиная постепенно вспоминать, как это всё происходило и действительно ли он поцеловался с Виолеттой на "глазах" своих напарников по отряду...

***

Громкая музыка, доносящаяся из колонок, расположенных рядом с диджейским пультом, за которым разумеется сидел спикермэн. Как и подобается на нём были цветастые наушники, а также непривычный для агента стиль одежды в виде мешковатых штанов и красной футболки с белой надписью: "I love music". В принципе для диджея это был весьма себе подобающее одеяние, лишённое формальностей, присущее остальным агентам. Помимо колонок музыка доносилась и из динамиков самого диджея, что смешивалось с подбадривающими толпу криками из его "уст". Все члены шестнадцатого отряда веселились на всю катушку. Кто-то уже сидел, уткнувшись объективом в барную стойку, в одной руке держа опустошённый гранённый стакан с трубочкой. А рядом с ним прямо на барной стойке лежал спикермэн, допивающий своё алкогольное масло-виски, бормоча что-то неразборчивое. Камерамэн-бармен не обращал на это внимания, спокойно протирая стерильной тряпкой стаканы. Но в большинстве своём, агенты танцевали под треки, включаемые диджеем. Даже дисциплинированный прапорщик зажигал по полную, стоя на одном из круглых столов, а вокруг него стояло несколько агентов, которые всякими кричалками просили ещё больше танцев. Другие же просто танцевали в одиночке или в паре. Двое камерамэнов, держа друг друга за плечи в полусидящем положении исполняли танец с выбрасыванием ног вперёд, что также развлекало остальных. Через пару секунд, под разноцветно-мерцающим светом прожекторов, появился сгусток чёрного тумана, который быстро растворился, открывая к обозрению всех новую пару, ступившую на танцпол. Нолан и Виолетта. Джереми, завидев их, сразу подбежал и обхватил обоих за плечи, отчего телевизионщица даже немного пошатнулась, а на её экране всплыла удивлённая эмоция. На спикере уже не было его чёрного пиджака, а лишь брюки, да белая рубашка. Агент был уже достаточно пьян из-за чего понять, что он говорил для Нолана и Виолетты невозможно. После сказанного, Джереми, вальяжной походкой, шатаясь из стороны в сторону пошёл куда-то, вновь что-то говоря. Камерамэн и ТВ-вумэн же чувствовали себя не очень комфортно в такой обстановке. Нолан предпочитал тишину и не любил таких шумных мест, где свет мерцает так, что можно словить эпилептический припадок. Виолетте же всё это было просто непривычно, особенно эти яркие, даже немного кислотные цвета, которые явно не походили на те серые и мрачные тона, которые она привыкла видеть в большинстве своём. Но кажется, они оба были не против наконец расслабиться и прочувствовать слово "веселье" на полную. И понеслась. Не успели они оба и оглянуться, как уже оказались в объятиях друг друга Нолан утыкался в грудь Виолетты, а та в свою очередь, запрокинув экран назад, наслаждалась прикосновениями рук своего возлюбленного, параллельно с этим, снимая с себя своё серое пальто, оставаясь лишь в своей тёмно-фиолетовой рубашке. На экране телевизионщицы вовсю вырисовывались мерцающие сердечки, а раскрепощённый от "алкоголя" 1300 уже пытался пробраться руками под рубашку, желая поскорее прикоснуться к разгорячённому масло-текилой телу Виолетты. Та никак не сопротивлялась, даже не смотря на то, что буквально рядом с ними было ещё куча агентов, которые пусть и были пьяны, но явно бы заметили шалости, происходящие рядом с ними. Ещё один бокал из-за "ватных" ручек ТВ-вумэн направляется совершенно не туда и жидкость разливается и на её фиолетовую ткань, и на голубую рубашку её партнёра. Виолетта лишь хихикает, после чего аккуратно отодвигает камеру Нолана от своей груди и после расстёгивает несколько пуговиц, обнажая своё ярко сияющее фиолетовое ядро, которое передавало весь возбуждённый настрой девушки. 1300, не контролируя свои действия, также расстёгивает несколько пуговиц рубашки и экрану ТВ предстаёт голубое ядро. Когда два ядра чувствуют дистанционное сопряжение из них вылетает несколько голубых и фиолетовых частиц, которые словно сердца, возникающие в голове у партнёров, которые сильно влюблены в друг друга. Руки камерамэна оказываются на телевизоре Виолетты, в то время как она обнимает 1300 за талию. Притянув к себе друг друга их ядра соприкасаются, образуя своеобразный поцелуй между двумя "роботами". Поцелуй, который навсегда скрепляет их...

***

Из раздумий камерамэна выбивает резкий звук открытия двери, доносящийся из комнаты Джереми. 1300 мигом направляет "взор" своего объектива в ту сторону, но из-за ограниченности окна, в котором они могут переговариваться, Нолан не может разглядеть вошедшего, пока тот сам не попадает в поле зрения. Спикер, находящийся непосредственно в комнате сразу поворачивает колонку в ту сторону, когда слышит постепенно приближающиеся к нему шаги. ТВ-мэн в чёрной рубашке и жилете такого же серого, как и пальто обычных телевизионщиков, делает несколько шагов к Джереми. По бокам от его телевизора видно две мини-колонки с одним динамиком на каждой, а на самом экране видны лишь помехи. Не говоря ни слова он нажал на, по всей видимости, переключатель снизу колонки после чего сразу из двух колонок начал доноситься звук, который Нолан практически не слышал, а вот спикер слышал его слишком громко. Своими руками он схватился за "голову", начиная трястись. Телевизионщик в это время убрал руки за спину, просто наблюдая за мучениями агента. Камерамэн был в растерянности и не знал, что ему делать. В комнате не было ничего такого, что могло хоть как-то остановить этого ТВ-мэна. Никакого предмета, чтобы можно было бросить, а уж какой-либо парализующей винтовки тем более. Нолан понимал, что его друг мучается на его глазах и непонятно, что "телеведущий" хочет сделать с ним, но в его процессоре витала мысль, что даже если сам вмешается, то из этого не выйдет ничего хорошего. Объектив вновь расфокусировался, и агент стал чувствовать головокружение, точно такое же, как это было в канализации. На секунду ему даже показалось, как его зрение перекрасилось в красный и был виден прицел, направленный на ТВ-мэна. Но это пропало буквально через секунду, сменившись ещё сильной тревогой и болью. - Сделай это... - Послышался чей-то приглушённый роботизированный голос. Нолан осмотрелся по сторонам, но никого рядом не было. Грубый голос снова, как и в тот раз с заражённым, вмешался. Словно подконтрольная кому-то марионетка, Нолан вцепился своими руками в края окна и забрался в комнату своего друга. Зрение вновь окрасилось в красный, а метка прицела чётко зафиксировалась на телевизионщике. Кукловод, дёргающий за ниточки, завязанные на руках камерамэна, вынудил того сжать руки в кулаки и попытаться ударить по телевизионщику. - Оступись субъект! - Грозно произнёс "телеведущий", выставив свою расправленную ладонь вперёд. Его экран сразу устремился на камерамэна, после чего в его объектив начал литься фиолетовый свет, медленно, но верно забирающий себе крестовину контроля марионетки. - Подчиняйтесь...

***

- Уильям, необязательно было использовать столь жёсткие меры, чтобы доставить их ко мне. - Голос показался Нолану достаточно знакомым. Низкий, суровый, но в тоже время не отпугивающий, как например у этого странного телевизионщика. Камерамэн медленно открывает шторку своего объектива и на этот раз фокус его зрения чёток, а не размыт, как это было при первом пробуждении в неизвестной комнате. Перед собой он видит Винсента, который вёл диалог с тем самым "телеведущим", которого, как услышал камерамэн, зовут Уильям. Последний, как только увидел, что агент пришёл в себя сразу же телепортировался, погрузившись в пелену чёрного дыма. Винсент кажется был в лёгком недоумении от того, что его собеседник, диалог с которым не был завершён, так резко скрылся, но показывать этого не стал, желая сохранять свой строгий вид перед двумя агентами. Нолан прикоснулся к камере рукой, пытаясь переварить то, что произошло. Почему-то это было достаточно тяжело и те моменты, которые произошли пару минут назад, были окутаны тьмой забвения. Всё, что он помнил, как вместе с Джереми их подвергли видео-звуковому гипнозу, но вспомнить отчётливые приметы того телевизионщика он не мог. Лишь телевизор по бокам которого было две колонки. Словно он...стёр ему часть памяти. - Поднимайся. - Сказал Винсент и протянул руку агенту, за которую тот взялся, всё ещё немного дрожа после мучительного гипноза. Телевизионщик, не прикладывая особых сил, помог камерамэну подняться на ноги, которые казались ватными, будто онемевшими. - А мне не поможете..? - Вялым, практически еле слышным голосом произнёс Джереми. Телевизионщик перевёл "взгляд" на него и также, как и Нолану протянул свою руку, дабы помочь встать. После поднятия на ноги спикер выкрутил ползунок громкости, что располагался у него с боку. - Так-то лучше. - Добавил он уже более слышным голосом. - Что ж, раз вы пришли в себя после терапии Уильяма, то думаю мне стоит объясниться по... - Спокойным голосом начал говорить Винсент, убирая свои мощные руки за спину и немного прогибаясь назад в своей спине. - Желательно. - Сказал Джереми, тем самым перебив "телеведущего", после чего скрестил руки у груди, выражая этим своё недовольство. Его нога в плавном темпе топала по полу, что только добавляло недовольства его виду. - Вы двое состояли в отряде, находящемся в ведомстве Шарлотты Валентайн, а так как она более не является его командиром, а также отстранена от всех остальных должностей, то я решил взять вас двоих в своё элитное штурмовое отряде, заместо двух погибших бойцов. - Несмотря на вмешательство Джереми, продолжил говорить ТВ-мэн, после чего развернулся спиной к двум агентам и спокойным, но всё-таки приказным тоном добавил: - Следуйте за мной. Нолан и Джереми переглянулись, явно не особо понимая, как они вдвоём - простые агенты смогут служить в элитном отряде, причём штурмовом. Они имели лишь базовые навыки, присущие большинство солдат "Альянса" и не проходили какую-либо особую подготовку для того, чтобы быть способными для этой ноши. Спикер пожал плечами и последовал за Винсентом, что сделал и Нолан. - Но всё же! - Через пару минут говорит Джереми, сравниваясь с телевизионщиком в одну линию. Казалось, что спокойный и размеренный шаг Винсента был более быстрым, чем походка спикера и камерамэна, но это не помешало Джереми догнать его. - Можно было и просто связаться с нами по планшетам, вы же их не отнимали у нас. - В ваши и в планшеты всего вашего отряда был вшит чип-блокиратор, который не позволял передавать внешние сигналы с других устройств. Их вшил какой-то учёный, который сотрудничал с ней. - Ответил Винсент, в то время как Джереми снова отстал от него и был вновь на равне с Ноланом, который шёл молча, полностью погрузившись в свои раздумия. Блокиратор? Неужели Мисс Валентайн настолько продумала каждую деталь и сделала всё, чтобы её солдаты не могли выходить на связь с "внешним миром", дабы сохранить в большей тайне свои "методы"? Вполне возможно, ибо она славилась своим тактическим и прагматичным мышлением. Во многом, именно благодаря ей миссия по спасению Спикермэна-Титана увенчалась успехом. Она постаралась продумать каждую деталь и предугадала, что Джи-мэн постарается помешать Камерамэну-Титану в самый последний момент. Интересно..А где титаны сейчас? Спикер на улучшении, а Камера продолжает расправляться со скибидистами? А может и так, что они оба погнались вслед за Джи-Туалетом, чтобы не дать ему сбежать. Но больше всего 1300 тревожил вопрос того, что происходило с ним в комнате, когда тот ТВ-мэн начал гипнотизировать Джереми. Почему камерамэн начал резко слышать чей-то голос, а затем, словно покорная кукла захотел напасть на Уильяма. Кто хозяин этого загадочного голоса и почему он говорит с 1300 уже не первый раз? Каковы его цели и мотивы? Столько вопросов, но нет ни одного ответа...

***

Удар за ударом прилетал по манекену, висевшей на небольшой перекладине, приваренной к потолку. С каждым прилётом кулака в кожу, на "кукле для битья" образовывалась вмятина, которая сразу же из деформированного положения возвращалась в нормальное. Удары сопровождались тихими, но яростными рыками, которые показывали весь настрой, атакующего. И вот, очередной размашистый удар прямо по монитору оставляет новую деформацию, но затем прилетает и ещё один удар, но уже нанесённый ногой прямо по месту, где у реальных агентов располагаются металлические рёбра. - Достаточно с тебя. - Слышится суровый мужской голос, после чего камерамэн в длинном чёрном плаще, под которым скрывался фиолетовый жилет, белая рубашка и галстук тёмно-синего цвета, рукой отталкивает тренирующегося. - Ты всегда портишь мне весь настрой.. - Недовольно процедила камера-вумэн, после чего поправила лямку своей синей майки и затем скрестила руки на груди и отвела взгляд фиолетового объектива в сторону. Камерамэн в плаще ничего на это не ответил, а просто отошёл в сторону скамьи, на которой лежал спикермэн и делал упражнение со штангой. На его колонке были одеты наушники, в которых видимо играла мотивирующая музыка, способствующая лучшему выполнению упражнения. На торсе же у агента не было даже какой-нибудь майки, поэтому были отчётливы его мышцы. Из динамика на колонке слышалось хриплое произношение цифр, которые доносились с каждым поднятием и опусканием к груди. Камерамэн подошёл сзади и принял штангу с блинами общим весом в 120 килограмм и с небольшими усилиями положил её на крепления. Спикер сразу же приподнялся и недоумевающе посмотрел на агента. Он снял с себя наушники и положил их на скамью, после чего встал на ноги, продолжая вопросительно смотреть на камерамэна. - Не сверли меня взглядом своего динамика Хэви, во-первых: это всё равно был твой разминочный подход. - Сказал камерамэн, после чего поправил воротник своего плаща, а затем подкрутил что-то на полупрозрачном фиолетовом визоре, прикреплённый к его камере. - Слушай, Ганс. Тебе не кажется, что ты немного охренел? Сам не тренируешься и нам с Хэви не даёшь. С каких пор ты у нас главный? - Перебив агента, произнесла камера-вумэн, также подойдя к двум своим напарникам. Её руки также, как и пару секунд назад были сложены на груди, а во "взгляде" выражалось недовольство. - А во-вторых: командир сказал быть готовым к построению. У нас новенькие. - Не обращая внимание на вмешательство "девушки" в разговор, продолжил Ганс, после чего отошёл от них двоих и встал в стойку смирно, устремив объектив вперёд к двери. - Мы что в школе, чтоб у нас "новенькие" были?! - Возмущённым голосом сказал спикермэн, разматывая бинты, что были на его запястьях. Сделав это, он кинул их на скамью, а после также встал в строй к напарнику. - И тем более, где Карлос и Райан, мать твою?! - Мертвы. Погибли в ходе последней операции. - Сохраняя абсолютное спокойствие и холод в своём голосе, говорит Ганс, даже не смотря на возмущённого спикера. - То есть нам даже не удосужились сообщить о том, что наши напарники мертвы?! Охереть! - Снова говорит Хэви, но резко его шейный шарнир обхватывает рука в чёрной перчатке. Спикер сразу же замирает на месте, а его руки начинают дрожать и не смеют, как-либо мешать хватке. - Хэви, тебе напомнить за что меня прозвали "Палач"? - Задаёт риторический вопрос Ганс, который и вцепился своей мёртвой и нерушимой хваткой в горло спикера. Его объектив продолжает смотреть вдаль, что только больше прибавляло жути ко всей сцене. - Если не хочешь снова услышать это, то стой смирно и не задавай тупых вопросов.. После этих слов хватка камерамэна расслабляется и рука вновь опускается "по швам". Хэви немного потёр шейный шарнир, после чего, повинуясь приказу, становится в стойку смирно, как и камерамэн. Камера-вумэн, не желая испытывать судьбу, также становится рядом с напарниками и устремляется объективом вдаль. Механическая дверь раскрывается и в тренировочный зал входят трое агентов. При виде своего командира, штурмовики сразу отдают честь и лишь при команде вольно, которую произнёс Винсент, они встают в более расслабленное положение. Винсент, Нолан и Джереми подходят поближе. - Итак, бойцы, позвольте представить мне новых членов нашего отряда. - Говорит Винсент, после чего поворачивается спиной к своим солдатам и поочерёдно показывает пальцем на камерамэна и спикера. - Нолан и Джереми. - Какие хиленькие.. - Шёпотом произнёс Хэви, скрестив руки на груди и хихикнув после своих же слов. Но резко, на него падает фиолетовый "взор" ТВ-мэна, от которого спикермэн издаёт звук тихого кашля и встаёт в более подобающую позу. - Что ж, это Хэви - специалист по взрывчатке, а также наш главный оплот физической мощи, что вполне можно увидеть по его атлетично сложенной форме. - Когда Винсент говорил это, спикер демонстративно согнул руку и стал виден выпирающий бугорок бицепса, который действительно выглядел весьма мощным. - Это Сиенна... - Гиллори? - Словно в шутку спрашивает Джереми, после чего сам же и хихикнул с неё, даже несмотря на то, что сама Сиенна одарила его недоброжелательным взглядом. - Крофт. - Продолжил Винсент, проигнорировав неуместную шутку новобранца. - Она наш специалист по рукопашному бою, а также разведке. И наконец - Ганс, наш снайпер, на счету которого немало убитых скибидистов. - После этого телевизионщик закончил представлять своих основных бойцов и вновь посмотрел на двух новичков. - Что ж, теперь настало время проверить ваши боевые навыки. - Боевые навыки? - Удивлённо спросил Нолан, опустив руки вниз. Он почувствовал небольшую дрожь в теле после того, как "телеведущий" произнёс это. - Ганс, выйди с новичком на ринг, только без твоих приёмов, приказ понятен? - Произнёс ТВ-мэн, смотря своим экраном в сторону небольшого шестиугольного ринга. - Есть, сэр. - Спокойным и монотонным голосом ответил камерамэн, после чего снял с себя плащ, оставшись в жилетке и рубашке. Не видя иного выхода, Нолан снял с себя рубашку, на которой были пятна и остался в чёрной майке. После этого, чувствуя сильную тревогу и напряжение, камерамэн поднялся на ринг и встал в один из углов, в то время, как его "оппонент" уже сжимал кулаки и готовился к спаррингу...