Слон

Они называли это «Слон». Кара догадывалась, почему для этой пытки выбрали именно такое название — когда проходит время, камень, лежащий на твоей спине, и правда напоминает ногу слона, пытающуюся раздавить позвоночник. Кара, уперевшись щекой в пол, чувствовала, как крошка бетона все глубже и глубже входит в кожу, прирастая к ней. Она не знала, сколько провела времени в этой комнате, но знала, что больше пары суток. Кунце использовал на ней и другие пытки, пытаясь избавить пленницу от такого недостатка, как страх, но пока только выработал в ней послушность, которая с каждой минутой перетекала бездействие. — Сними, — команда, брошенная, как собаке, резанула по ушам Кары, заставив открыть глаза. Она так давно не слышала чей-либо голос, но этого человека она не слышала бы еще тысячу лет. Едва камень с грохотом упал со спины, больно прокатившись по ребрам, она села, пытаясь глубоко вдохнуть, но грудная клетка словно вдавилась внутрь. Кара провела рукой по щеке, убирая пыль и только тогда поняла, что все время стены в комнате были не просто белые — это была белая плитка. Она усмехнулась под включающиеся прожекторы этой практичности. Когда глаза перестало жечь от яркого света, она наконец-то подняла голову на Кунце, который стоял за лампами около двери, смотря на девушку, как на мушку на стекле микроскопа. Чуть впереди стоял Зимний Солдат, его металлическая рука светилась от лучей, отбрасывая яркие блики на противоположную стену. — Давай, — скомандовал Кунце, и мужчина двинулся к едва заметно кивнущей Каре. Он занес руку, и она опустила взгляд, пытаясь абстрагироваться от происходящего. Второй удар последовал почти сразу же, выбив из нее дух, но Кара, вытянув ноги, откинулась на холодную стену, позволяя ему исполнить приказ. Ей ничего не будет, но Солдат, который был по другую сторону системы, мог пострадать больше. — Довольно, — Кунце остановил его, когда Кара невольно подтянула ногу к груди, пытаясь защититься. Он подошел ближе, видя, как комбинезон на животе покрывается красным. — Почему ты не защищалась? — Я могла? — этот вопрос, необдуманно вылетевший вместе с воздухом изо рта Кары, раскрыл для всех то, что она пыталась скрывать. Она была сломлена, раздавлена их манипуляциями и пытками. Идеальный пленник, а в будущем оружие. Вместо ответа Кунце замахнулся тростью, но Кара схватила ее за конец, не давая себя ударить. Крепко удерживая трость, она поднялась, другой придерживаясь за стену. Вырвав орудие наказания из рук мужчины, она швырнула трость в один из прожекторов, пробив стекло. Лакированное дерево быстро загорелось, но взгляды Кары и Кунце были притянуты друг к другу, пока кто-то из солдат не выбил дверь в комнату, держа в руках огнетушитель. — Уведи ее, — Кунце слегка заметно вздернул подбородок, пытаясь сохранить контроль, но Кара усмехнулась, когда Зимний Солдат выводил ее из комнаты за локоть. Их путь до камеры был молчаливым, Кара старалась не отставать за быстрым шагом мужчины, но ощущала, как крови в ее организме становится все меньше. Когда она увидела знакомую кровать, то сразу же рухнула на продавленный матрас, вытянувшись на спине, борясь с желанием свернуться на боку из-за боли. — Не вини себя, — тихо сказала она, когда поняла, что Солдат запер дверь изнутри. — Ты должен был это сделать. — Ты не дала отпор, — голос мужчины звучал немного разочарованно, но Кара в нем также слышала тревогу. — Я знаю, что теперь он думает про меня, — она закашлялась, расстегивая комбинезон. — Но у меня все еще есть козырь в рукаве. — Ты здесь столько времени, что могла использовать целую колоду, — он помог ей сесть, прижаться к грубой стене. — Сколько? — Кара прижала край ватного одеяла к разошедшемуся шву, который пробил Солдат. — Почти год, — нехотя ответил он, доставая из карманов ремня швейный набор. — Да уж, — она хотела взять инструменты, но мужчина отдернул руку и сел рядом на кровать, прожимая ее своим весом. — Здесь ты научился сарказму? — Это из прошлого, наверное, — он под тусклым светом продел нить в ушко иглы и пытался рассмотреть края раны, откуда Кара уже достала прошлую нитку. — Чего ты ждешь? — Я не могу рассказать, — хоть внутри Кара и доверяла ему, но все же разумом понимала, что он солдат, выполняющий приказы. — Будет больно, — сказал он, прокалывая иглой край кожи. Кара вдыхала каждый раз, когда он пронзал ее кожу, и выдыхала каждый раз, чувствуя щекотное движение нити. Она опустила плечи, когда он ножом перерезал край нитки и завязал ее, не давая ране снова разойтись. — Спасибо, что не попал по лицу, — Кара бледными пальцами застегнулась, стараясь не обращать внимание на неприятно прилипающий комбинезон. — Еды он мне сказал не давать? — Завтра выдаст. Скоро отбой, — едва он это проговорил, свет в коридоре погас, обрушив камеру в темноту. — Мне пора. — Подожди, — Кара через боль поддалась вперед, хватая его за запястье. — Побудь немного. — Надо идти, пока он не заподозрил.