受け入れ (принятие)

      Яан закрыла зонт, чтобы тот не мешал, и опасливо сделала шаг назад, будучи в сомнениях, увидело ли её существо. Там, в полном отсутствии света, не было видно, стоит оно спиной или лицом. А ей не хотелось нежелательных и, кажется, жизненно-опасных знакомств. Не когда ей было не до чего.      "Так, дверь через метра 3, если двигаться аккуратно, то я должна выбраться незамеченной." — она пыталась сохранить холодную голову. Хотя сердце даже при всём её застрявшем между человеком и монстром состоянии всё равно сильно колотилось в груди.       Не поворачиваясь спиной к существу, Яан сделала осторожный шаг, ещё один.       "Чёрт!" — монстр стал медленно приближаться. Всё это время он видел её и лишь наблюдал за поведением жертвы, игрался с ней, позволяя думать, что он её не видит.       Ни секунды не тратя на раздумья, Яан повернулась спиной и побежала к двери. Она услышала приглушенный свист за спиной и резко прыгнула вбок, взвизгнув и ударившись об стену: мимо с этим самым свистом пролетело  огромное мачете, с треском вонзившись в дверь. Настолько больших размеров, что в человеческом мире такого и не встретить.       Она быстро вскочила и кинулась к двери, безжалостно отворяя её, насколько возможно: мачете с гулким стуком ударилось об стену, а распахнутая дверь задрожала. За спиной раздался треск, и оружие было высвобождено из дерева. Яан бежала, что есть мочи, петляя на каждом повороте. Но забежав в очередной проём она почти что уперлась в монстра.    "Как?!" — вопрос насколько быстро появился, настолько же быстро и угас. Верно, это место ведь непредсказуемо, есть и короткие ходы, о которых, естественно, она не знает, но знает он. Единственный путь отступления был перегорожен его мощной фигурой, а никаких вентиляций или щелей, которыми можно бы было воспользоваться, договорившись с Гэпом, в этой зоне как назло не было. Как будто бы даже Гэп не заинтересован в посещении подобных "районов". Можно было, конечно, побежать обратно, но Яан понимала, что это мгновенная смерть.       Монстр стоял с оголённым гнившим торсом, который сплошь был покрыт кровоточащими язвами и волдырями — от них исходил жуткий смрад, а на лице сияла хищная улыбка из острых полусгнивших жёлтых зубов. Верхняя часть головы была туго перебинтована.        — Вот и ты. — злорадно произнес Мистер Мачете.        Яан подумала было поднести руку к ожерелью, показав, что она "добыча" другого, но... кого она обманывала, кажется, Скарлетелла ясно дал ей понять, что теперь-то она вольная птица. Будет ли честно пользоваться его символом сейчас? Возможно, это бы и был ключ к спасению...        "Как будто я продаю свою любовь и пользуюсь ею..." — эта мысль неприятно колола. Она уже итак достаточно пользовалась его услугами, не давая ничего взамен.        "Пусть хоть в этот раз поступлю правильно, не прикрываясь им и не прибегая к помощи. Сама..." — она вздохнула и, собрав всю смелость и пытаясь игнорировать навязчивое желание поднести руку к носу, недружелюбно сказала:         — Что надо? — как будто бы и не видела, как его рука обхватывала рукоять, словно уже чесалась применить оружие по назначению. Недолгим, но хоть каким-то диалогом она надеялась выиграть время, чтобы худо-бедно просчитать риски и вероятности.       "Достать мачете из-за пояса и замахнуться — дело пары секунд, но ведь и чтобы совершить прыжок вперёд достаточно этих же секунд." — её глаза беспорядочно метались, судорожно анализируя всё пространство вокруг. "С другой стороны..." — взгляд уставился в пустую точку перед собой, проходя сквозь Мачете: "даже если, допустим, я выживу, что маловероятно...то...что мнё остаётся? Ведь изначальным фактором, побудившим отречься от старой жизни и остаться здесь, был он... будет ли смысл?"         — Тц, мелкое. Такое слабое, но "грозное". — оскал стал шире, а сквозь сжатые зубы раздался противный смешок:         — Хотя бы не трястись как остальное. Не такое слабак. Знай, я ценить твое жертва больше. — сказал язвительно призрак и замахнулся.       Удивительно, как иногда, в минуты полной опасности всё вокруг происходит, словно в замедленной съемке. Когда он поднял руку, она вполне успевала, как и просчитывала, проскользнуть под ней и дальше уже, насколько возможно, бежать без оглядки. Высока была вероятность быть задетой, но разве был иной выбор? Она решила для себя: пусть сейчас сама судьба совершит свой выбор...       "Проход! Свободен!" — мысли превратились в односложные команды. И девушка быстро нырнула под мускулистую ручищу.       Воздух прорезал громкий вопль, а перед глазами Яан всё словно потемнело. Лезвие прошлось по плечу и рассекло его вплоть до отростка лопатки. Тем не менее, она была уже за его спиной. Вслепую Яан повернула за угол, который успела нащупать нетравмированной рукой, державшей зонт. От потери сознания в связи с быстрым кровотечением её удерживало только то, что она уже не была человеком до такой степени. Она осторожно прибилась к стенке узкого коридора, со стоном облокотившись на неё. Что и думать о побеге — это уже было невозможно. Она едва стояла на ногах, а пропитавшееся насквозь бывшее белым платье показывало, что, если она погибнет не от руки Мачете, так от потери крови.      Скарлетелла вдруг почувствовал странное ощущение и остановился в одной из комнат. Он никогда не испытывал боль, но сейчас такое чувство, будто его плечо чем-то прорезали — это зовётся "болью"? Мужчина коснулся рукой проекции травмы: кроме того, что это крайне неприятное ощущение, больше ничего он не испытал. Ни страха, ни тревоги. Его спокойствие нарушило другое: это значит, что одно из его "тел" пострадало. Рука сжала ворот пальто, зрачки максимально сузились, рот слегка приоткрылся, а форму прорезали сильные электромагнитные искажения.        С уст невольно сорвалось имя, которое и до этого циклично крутилось голове, не давая покоя:       "Яан"                                 ...       — Упрямое существо! — злобно прорычал Мачете, стоя посреди коридора и насмешливо воздав руки к потолку:       — Думать оно обхитрить! Думать проскочить! Слабак! Сильный принять бой! Слабый бежать! Ты слабый! Ть — он досадливо сплюнул на пол и видя, как Яан ползет всё дальше и дальше от него вдоль стенки, с издёвкой рассмеялся:       — Ползти-ползти! Я догнать ты в один прыжок! Я потерять ценность ты как жертва. Так что ты просто умереть, как трус. Я сделать болезненно!       Яан, сохранив в себе старые человеческие повадки, конечно, испытывала страх перед мучительной смертью, но его подавляло другое, более тяжелое чувство.      "Я ведь не увижу его...и..не извинюсь...ха" — она сама себе издала хриплый смешок. "И почему именно сейчас моя вторая натура молчит, когда ей стоило бы выйти наружу? Неужели тогда...когда я смогла её подавить, отпустив человека, я взяла её под контроль?"        Однако, как бы она не пыталась скрасить последние минуты, все мысли возвращались к нему.        Перед глазами появился его образ: высокий рост, эффектное и уже не кажущееся излишне ярким алое пальто, мягкие, такие же алые волосы, за которыми скрывались поначалу жутковато бездонные, но затем такие манящие заглянуть вглубь глаза, холодная, словно снег, кожа... От него всегда исходила некая величественность, властность и опасность. Но ты всегда понимаешь, что если другим и стоит бояться этих качеств, то на тебя направлена лишь страсть и нежность, которые так же резко и неожиданно сменяются друг другом, как шумные волны после сильной грозы сменяются на штиль. Вспомнилась его доверчивость и некая уязвимость, которым он позволял проявиться только перед тобой... И в то время как для всех остальных он являл собой олицетворение беспощадной, холодной, бездушной жестокости, то перед тобой он показывал и внутренние сомнения, и даже, казалось бы, несвойственную такому существу некую неопытность, желание познать, а вместе с тем и даже угодить. В отношениях он вёл себя несколько забавно: вспоминал всё, что видел у людей и пытался это воплотить. Он всегда пытался проявить ранее незнакомую ему, но теперь столь желанную тактильность, однако не совсем понимал как, что не могло порой не смешить, вызывая раздражение с его стороны. Но при этом, ничто не мешало ему разрушить весь этот мир до основания, не оставив и камня, если бы ты захотела...        Рука стала неметь, а к горлу подступил ком. Голова закружилась сильнее, а ноги едва ещё выдерживали вес тела. Ползти уже не было сил, так что она остановилась на месте.       Мачете, брезгливо скривив рот, словно его жертва — какое-то жалкое подобие слизи, и задрав мачете, с предвкушением побежал к девушке.      Яан, закрыв слезившиеся глаза, тихо прошептала, сжав его самый дорогой подарок — зонт:      — Скарлетелла, прости...                       ...      Алый призрак чувствовал, как угасает дорогая ему жизнь, и пытался обнаружить её. Но их связь слабела с каждой секундой: как погибала она, так начинал гибнуть и он. Мужчина понял, куда забрела девушка, но не мог определить точное местоположение.                Он уже находился там, где никогда до этого не был — место было буквально гиблым даже для столь мёртвого мира. Один раз, в момент своего возникновения, он посещал эту забытую всеми территорию — она была полна всякого отребья, к которому он испытал сильнейшее презрение, так что больше даже не возвращался, иначе он бы истребил там всех — настолько они ему претили.        Как туда мог забраться его человек, он даже не мог предположить. Он не просчитал такой возможности под гнётом злости и боли. Оставляя Яан одну, Скарлет с уверенностью знал, что, куда бы она ни пошла, никто её не тронет — все знают закон и видят знаки её принадлежности ему: ожерелье и зонт. Но в этом месте не было ни законов, ни чести — оно было единственным заброшенным. Здешние отбросы жили в некоей "изоляции", редко встречаясь с другими обитателями. Так что, если его кто и знал — того уже давно прибили грызущиеся между собой за кусок плоти изгои.       Собственная гибель не волновала Скарлетеллу вообще. Концепция смерти в астрале была иная: ты возник, ты и исчез. Как равнодушно он относился к гибели других созданий, так же равнодушно он относился и к своей. Но... она была единственным, что вызывало глубокое желание хотя бы коснуться её, сказать ей, увидеть...         "Мой человек...мой...Яан....Яан....Яан..."       От былой обиды не осталось и следа.        Одна комната за другой, вот ущелье, коридор...да где же она? Неужели не может связаться с ним? Или... не хочет?       "Упрямое"         Внезапно в голове раздался слабый голос, который вернул рассудок, заставив мужчину содрогнуться:        — Скарлетелла, прости...