Ещё один раз

На трибунах зашевелился человек в тени. Его глаза наблюдали за происходящим, и он тихо произнес: — Ясно, объект оказался ментально сильнее, чем ожидалось. Придётся отступить. Тем временем человек с повязкой уверенно шагал к Наруто, намереваясь убить его. Наруто из последних сил пытался подняться, но его тело отказывалось повиноваться. Его руки и ноги были словно парализованы, просто безвольно свисая. — Нет… я должен... — пробормотал он, с трудом переводя дыхание. Однако вместо того чтобы убежать, Саске опустилась рядом с ним, обняла его голову и закрыла собой. — Что ты делаешь?! Беги, прошу тебя! — отчаянно закричал Наруто. — Нет — твёрдо ответила она, её голос дрожал, но решимость была непоколебимой. — Я не дам тебе умереть. Человек с повязкой замахнулся, его кулак, окружённый невероятной силой, нацелился уничтожить обоих. — Я убью вас двоих одним ударом. Однако его удар был остановлен неожиданно. Лезвие куная и решительный голос преградили ему путь. — Руки прочь от моей дочери — произнесла Микото, встав между ним и молодыми шиноби. Её шаринган горел, а кунай с силой парировал атаку. Человек нахмурился и оскалился. — Очередная помеха — произнёс он с раздражением. — Умри. Он рванулся вперёд, чтобы атаковать Микото, но внезапно его руку кто-то схватил. — Что ты делаешь? — прошипел он, оборачиваясь. — Лидер приказал отступать — холодно ответил второй человек, появившийся из тени. — Нельзя перечить ему. Человек с повязкой цокнул, бросив последний злобный взгляд на Микото и лежащих Наруто с Саске. — Вы мне ещё заплатите. В следующую секунду он и его товарищ начали исчезать, словно их тела растворялись в воздухе. Вместе с ними исчезли и их дворники, оставив арену в хаосе, но уже без угрозы. Микото, тяжело дыша, повернулась к Наруто и Саске. — Всё в порядке, дети — сказала она, стараясь говорить мягко, хотя её голос всё ещё дрожал от напряжения. — Вы в безопасности. Наруто открыл глаза и увидел белый потолок больничной палаты. Его тело казалось чужим, тяжёлым, будто весь мир навалился на него. Он поднялся, чтобы оглядеться, и ощутил тяжесть на ногах. Опустив взгляд, он увидел Саске, которая спала, положив голову ему на колени. Он потянулся, чтобы разбудить её, но внезапно остановился. Вместо руки было лишь пустое место. Остаток плеча, плотно обмотанный бинтами, напомнил ему о случившемся. Его пальцы, его сила, его инструмент... всё исчезло. От его движения Саске проснулась. Она подняла голову, её глаза встретились с его. Но Наруто не сразу заметил это — он смотрел на своё плечо, на то место, где когда-то была его рука. Его мысли путались, словно тысячи игл вонзались в сознание. Саске наблюдала за ним, чувствуя, как в её груди разрастается чувство вины, которое почти не оставляло ей воздуха. Она видела, как он борется с собой, пытаясь не показать свои эмоции, но это было бесполезно. — О, ты проснулась — выдавил он, заметив её взгляд. Его голос был хриплым, но он старался улыбнуться. — Мгм — ответила она, но голос её дрожал. — Как давно я тут лежу? — Шесть дней. — Так много… Ужас — он пытался быть бодрым, но слова звучали пусто. — Почему ты здесь? — спросил он спустя мгновение. — Просто слежу за твоим состоянием — прошептала она, не зная, как объяснить, что не могла уйти ни на минуту. — Ясно, ясно… Спасибо, что заботишься обо мне. Я тебе очень благодарен. Но… не могла бы ты оставить меня одного? — его голос сломался на последней фразе. — Да, конечно. Тебе нужен покой, я понимаю — сказала Саске, вставая. Она направилась к двери, но, выйдя за порог, не смогла уйти. Её ноги словно приросли к месту. Она прислонилась к стене, слушая тишину, которая давила на неё не хуже, чем её собственная вина. Внутри палаты Наруто смотрел на пустое место, где раньше была его рука. Он сжимал это место, пытаясь ощутить что-то, но не чувствовал ничего, кроме тупой боли. И этой боли становилось всё больше, она заполняла его, выдавливая из него остатки сил. Слёзы начали стекать по его лицу. Он пытался сдержаться, но не мог. Это был не просто плач, а отчаянные всхлипы, которые становились всё громче. — Почему?.. Почему именно я? — прошептал он, его голос разрывался от горечи. Он понимал, что всё, к чему он шёл, к чему стремился, обрывается прямо сейчас. Как стать сильным ниндзя, если ты не можешь сложить даже простейшую печать? Как защитить тех, кого любишь, если ты даже себя больше не способен защитить? Наруто закрыл лицо одной рукой, его дыхание стало прерывистым. Ему хотелось кричать, вылить наружу весь этот ужас, но из его горла вырывались лишь тихие звуки, похожие на писк. Снаружи, за дверью, Саске слышала всё. Её сердце разрывалось. Она понимала, что разрушила его мечту, его жизнь, его смысл. Слёзы катились по её щекам, но она не могла уйти. Её ноги дрожали, а руки сжимали деревянную раму двери. «Прости, Наруто», — мысленно повторяла она. Но эти слова ничего не могли изменить. Наруто медленно опустился на кровать, закрывая лицо рукой. Он пытался прекратить плакать, но слёзы не слушались. Внутри него бурлило слишком много эмоций: боль, отчаяние, обида, ненависть. Перед глазами всплывали обрывки воспоминаний — его немногочисленные бои, моменты, когда он чувствовал себя живым, когда был полезен, когда верил, что может изменить свою судьбу. Теперь всё это казалось далёким, почти нереальным, как сон, который внезапно оборвался. Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, но вместо тишины в голову нахлынули мысли. Они были как ядовитые змеи, шипящие и обвивающие его разум. "Может, Неджи был прав... Может, я действительно никто. Ничтожество. Всю жизнь я лишь обманывал себя, что могу чего-то добиться, что могу стать кем-то важным." Его губы дрогнули, и вдруг он начал смеяться. Сначала тихо, почти беззвучно, но смех становился всё громче, превращаясь в безумное, отчаянное хихиканье, которое звучало в палате как эхо. "Какая же ирония! Столько сил... Столько труда... Всё это ради чего? Ради того, чтобы оказаться на дне, лишённым всего! Ради того, чтобы понять, что я никогда не выберусь из этого одиночества!" Смех перешёл в хриплые рыдания, но он продолжал, будто смеялся над самим собой, над своей беспомощностью. В его голове всплыли лица: Саске, Хинаты, Ируки... Они смотрели на него с теплотой и доверием. Но теперь это доверие казалось недостижимым, почти издёвкой. "Ведь только всё начало налаживаться… Я подружился с Саске, с Хинатой. Мы выполнили тяжёлую миссию, я почувствовал, что становлюсь сильнее… Чувствовал, что меня наконец-то принимают. А теперь? Теперь я снова никому не нужен. Я даже себе не нужен." Его взгляд опустился на плечо, где раньше была рука. Он потянулся к этому месту, но вместо привычного тепла кожи ощутил пустоту, которая будто кричала ему о его слабости. "Как я могу быть ниндзя? Как я могу сражаться, если не могу сложить даже одну печать? Всё, что я строил, рухнуло за одну секунду. Что я сделал не так? Почему судьба снова и снова отнимает у меня всё?" Его мысли становились всё мрачнее. Впервые за долгое время Наруто ощутил ту же пустоту, которая грызла его в детстве. Ту самую боль, которая была его единственным спутником в долгие годы одиночества. "Я ведь всегда был один. Всегда. Никому не нужен. Никто не хотел замечать меня. Только когда я становился сильнее, они начинали смотреть на меня. Но сейчас... Сейчас я снова слаб. Снова пустое место." Он зажмурился, но это не помогло. Образы продолжали мелькать перед его внутренним взором. Он видел лицо Четвёртого Хокаге, которого теперь проклинал. "Ты дал мне эту жизнь? Ты запечатал в меня лиса? Ради чего? Ради этой боли? Ради этой пустоты? Ты лишил меня детства, ты сделал меня изгоем. Ты думал, я справлюсь? Я не справляюсь. Я умираю изнутри." Вспомнив Саске, его губы дрогнули. Гнев вспыхнул в его сердце, но быстро угас, оставляя только горечь. "Саске… Ты отняла у меня всё. Ты сломала меня. Но я даже не могу ненавидеть тебя, потому что сам виноват. Я не смог стать сильнее, чтобы защитить себя. Я не смог удержать себя на ногах. Это я виноват… Это я..." Наруто обхватил голову рукой, его дыхание стало прерывистым. "Может, мне действительно не стоило жить? Может, всё это время я был просто ошибкой? Никому не нужной, случайной, бесполезной ошибкой?" Он хотел кричать, но из его горла вырывались лишь тихие, беззвучные всхлипы. Боль захлестнула его с головой, будто тьма поглотила его последние лучи света. Наруто шел по улицам Конохи, чувствуя себя чужаком в собственной деревне. Он думал, что знает, что такое ненависть и презрение, но этот день показал, что он ошибался. Взгляды, которые когда-то просто избегали его, теперь прожигали насквозь. В них не было ничего, кроме страха и ненависти. Дети прятались за спинами родителей, а те, в свою очередь, отворачивались или прижимали к себе своих чад, будто сам факт нахождения рядом с ним мог навредить. Ниндзя, которые раньше хотя бы кивали ему, теперь обходили его стороной, избегая даже взгляда. В воздухе висела тишина, напряжённая и зловещая, пока кто-то не нарушил её криком: — Монстр! Убирайся из нашей деревни! Наруто даже не поднял головы. Смысл спорить или объяснять что-то этим людям? Ведь они уже решили, кем он был. Первый камень попал ему в плечо. Он почувствовал лёгкую боль, но не остановился. Второй удар пришёлся по затылку, затем ещё один — прямо в бок. Сначала это были единичные удары, но вскоре их стало больше. Люди выкрикивали ругательства, не сдерживая свою злость: — Демон-лис! — Ты убил бы нас всех, если бы не остальные ниндзя! — Почему тебя не заперли? Почему ты ещё жив? Наруто шёл, не ускоряя шаг и не поднимая взгляда. Его тело привыкло терпеть боль, а сердце… Оно давно уже не чувствовало ничего, кроме пустоты. В голове всплыли обрывки слов, сказанных им самим: "Я вас всех ненавижу." Они звучали как приговор, как клеймо, что он сам поставил на своей жизни. Теперь ему не верили, не сочувствовали. Для них он был не Наруто, не мечтатель, не герой. Для них он был только чудовищем, которое чуть не вырвалось из клетки. Когда он добрался до своего дома, одежда была испачкана грязью и кровью от порезов. Закрыв за собой дверь, он наконец позволил себе вздохнуть. Вздохнуть, чтобы ощутить, насколько ему тяжело. Он посмотрел на свою комнату. Пустую, холодную, одинокую. На стене висела фотография, сделанная с его командой. Он медленно подошёл к ней, провёл рукой по стеклу, закрывая своё лицо на фото. "Зачем я вообще здесь? Для чего я живу, если все меня ненавидят? Даже те, кто когда-то поддерживал, отвернулись. Как же мне быть? Просто уйти? Умереть?" Наруто сел на кровать, опустив голову. Боль от побоев и осознание собственной ненужности сжимали его грудь, делая каждый вдох тяжёлым. Слёзы вновь начали литься. Он больше не хотел бороться. Наруто задумался: зачем ему жить? Всё, к чему он стремился, рухнуло в одно мгновение. Он чувствовал себя раздавленным, ненужным, пустым. В дверь постучали. Неохотно поднявшись, он открыл её. На пороге стояла его команда и семья Учих. — Привет, Наруто. Мы пришли проведать тебя, — произнёс Какаши с лёгкой улыбкой, за которой скрывалась ярость. Его взгляд цеплялся за многочисленные раны на теле Наруто, и он с трудом сдерживался, чтобы не наказать виновных. Саске и Хината молча вошли в дом и обняли Наруто. — Как ты? — тихо спросила Саске, не поднимая глаз. — Со мной всё отлично, не переживайте, — попытался ответить Наруто с натянутой улыбкой. — Если что, кушать у меня нечего, денег сейчас нет, так что… Какаши, Фугаку, Итачи и Микото внимательно смотрели на него. Они видели пустоту в его глазах, ту самую, что бывает у ниндзя, переживших бесчисленные ужасы войны. Никто из них не мог понять, какой же страшной должна быть жизнь, чтобы такой взгляд появился у ребёнка. После короткого разговора гости ушли. Наруто закрыл за ними дверь и снова остался один — то, чего он хотел и одновременно боялся. Когда вокруг были люди, он чувствовал себя ущербным, но оставшись в одиночестве, снова погружался в собственные мысли: "Зачем мне жить? Ничего хорошего уже не будет. А зачем умирать? Может, это принесёт облегчение... У мёртвых ведь ничего не болит. И никто их не обижает." Вечером Наруто забрался на гору лиц Хокаге и сел на голову Первого, глядя вниз. Внизу светились окна домов, жизнь продолжалась, но он не чувствовал к ней никакой привязанности. Он уже собрался мыслями, чтобы спрыгнуть, когда услышал за спиной старческий голос: — Привет, парень. Что делаешь? Наруто оглянулся. Перед ним стоял старик с добрым, но проницательным взглядом. — Да так… любуюсь деревней, — пробормотал Наруто, отворачиваясь. — Вот оно как. Да, деревня красивая. Жаль, что души её жителей такими же красивыми не назовёшь, — произнёс старик, присаживаясь рядом. — Вы о чём? — А сам подумай. Где-то там кто-то дерётся, кто-то ворует или убивает. Но стоит смотреть издалека — и этого не видно. И становится легче. — Наверное… Я просто решил полюбоваться ей в последний раз. — Значит, решил умереть? — Да. — Почему? Наруто посмотрел на свою забинтованную руку. — Потому что я больше не могу быть ниндзя. Я не могу сложить печати, не могу защищать тех, кто мне дорог. А если я не буду ниндзя, то я никому здесь не нужен. Зачем жить, если я потерял смысл, интерес и надобность? Старик кивнул, обдумывая его слова. — Верно… Но почему ты просто не попробуешь стать сильнее? — Я всю жизнь старался, но ничего не добился! — Врёшь, — сказал старик, глядя прямо ему в глаза. — Что?! — Ты говоришь, что не сдавался всю жизнь, но что ты делаешь сейчас? Убегаешь. Как последний трус. Слова старика ударили Наруто прямо в сердце. Он отвёл взгляд. — Вы правы… Старик вздохнул. — Знаешь, парень, жизнь не становится проще. Но она становится интереснее, когда ты перестаёшь бояться её вызовов. Да, тебя ломали. Да, ты упал. Но ты ведь вставал. Так почему бы тебе не попробовать ещё раз? — Но почему эти испытания выпадают только мне? — Те, кого проверяют больше других, те, кого жизнь ставит на край, — это её любимчики. Она хочет узнать, насколько они сильны. Хочет увидеть, сколько раз они смогут встать. Наруто долго молчал, всматриваясь в тёмную деревню. Внутри него шла борьба, и старик это видел. Он встал, положил руку на плечо Наруто и мягко добавил: — Главное — всегда пытаться ещё раз. Любая стена рано или поздно рушится. Он развернулся и ушёл, оставив Наруто одного. Тот долго смотрел ему вслед, затем поднял голову к небу. В глазах горела искорка. Пусть слабая, но она была. — Ещё один раз… — прошептал он и медленно встал.