Утро

      С наступлением рассвета девушка проснулась. Воспоминания о вчерашней ночи приятно грели душу: теперь она не одна. Агата обрела возлюбленного — и эти чувства были взаимны.       Она распахнула глаза и увидела рядом Волота. Её голова покоилась на его груди, и с каждым ровным ударом сердца мужчины в ней росло ощущение спокойствия. Будь её воля — она бы пролежала так весь день. Однако ей нужно было успеть домой до того, как проснутся родители и заметят её отсутствие. После смерти Вереи в семье и так было слишком много переживаний, а Агата не хотела добавлять новых.       Её взгляд скользнул по его лицу, спокойное, умиротворенное, освещённое мягким утренним светом. Она не удержалась и позволила себе небольшую шалость. Слегка улыбнувшись, провела рукой по его груди, очерчивая линию мышц, а затем ноготками коснулась пресса.       — Агата, что ты творишь? — пробормотал Волот, не открывая глаз.       — Пытаюсь разбудить тебя, — с игривой улыбкой ответила она.       Волот потянулся, сгребая свою спутницу в объятия и уткнулся носом в копну светлых волос. Его голос, ещё хриплый после сна, звучал теплее, чем обычно:       — Зря, я впервые хочу остаться в постели подольше. - в другие дни с рассветом он либо уже терялся в тумане, либо возвращался из него, но сегодняшнее расписание сбилось, а виной тому стала Агата.       Девушка на мгновение замерла в его объятиях. Ей хотелось остаться, раствориться в этом моменте, но здравый смысл напоминал о времени. Она тихонько попыталась освободиться из его рук, но он держал её крепко, словно не собирался отпускать.       — Волот, — мягко сказала она, приподнимаясь, чтобы посмотреть ему в глаза. — Мне пора домой.       Он лишь нахмурился, подтянул её ближе, пока их лица не оказались почти вплотную друг к другу:       — Рано ещё. Останься хотя бы на несколько минут.       Сердце Агаты дрогнуло. Ей хотелось поддаться, забыть обо всём на свете и остаться здесь, но долг звенел в её голове, как напоминание о реальности за стенами этого дома. Она должна быть хорошей дочерью, должна хоть немного оправдывать ожидания родителей.       — Ты же знаешь, я не могу, — прошептала она, касаясь его щеки.       Он долго смотрел на неё, а затем нехотя разжал объятия, позволив ей подняться.       — Я провожу тебя, — тихо произнёс он.       — Не стоит. Мне нужно многое им объяснить, а твоё появление только внушит им большие сомнения, — проволвила она, стараясь не задеть чувства молодого человека.       Волота не интересовали уговоры в обратном, он знал, что оставлять её одну - опасно. Мужчина уверил, что проводит её тихо и ровно до дома, а затем уйдет. Так он и сделал.       Они шли молча. Агата чувствовала тепло его взгляда, хотя он не произнёс ни слова с тех пор, как они вышли из дома. Её пальцы чуть дрожали, спрятанные в складках платья, но Волот, словно заметив это, взял её за руку. Его ладонь была тёплой, сильной, но не сжимающей — просто уверенной.       — Всё хорошо? — тихо спросил он, глядя перед собой.       — Да, всёнормально, — ответила она, улыбнувшись краешком губ.       Он лишь коротко кивнул, продолжая идти рядом. Кажется, в нём самом бурлила та же смесь чувств, что и в ней: желание задержать этот момент и необходимость отпустить его.       Когда они подошли к крыльцу дома Агаты, Волот остановился чуть позади. Девушка хотела уже поблагодарить его и войти, но он неожиданно шагнул ближе, взяв её за подбородок.       — Агата, — тихо произнёс он, произнося её имя так, будто это заклинание.       Она подняла взгляд, встретившись с его глазами. Там был тот огонь, который она замечала раньше, но теперь он светился теплее, мягче. Он опустился чуть ниже, и их губы встретились в лёгком, но глубоком поцелуе.       — Я буду ждать, — прошептал он, отступая на шаг.       Её сердце громко билось в груди, когда она смотрела, как он уходит.       Агата бросила последний взгляд на его силуэт и, спрятав улыбку, поспешила к дому. Но тут её ждал гораздо менее приятный сюрприз.       На пороге дома откуда-то возник Драган. И снова хмельной, наверняка до утра пил с друзьями забродивший мед.       — Решила с Жрецом спутаться? Где твоя голова, Агата? Эти шаманы тебе всю голову задурили, а ты и рада. Ведёшь себя как идиотка.       Кузнец снова кричал на неё без какой-либо причины. Каждый раз одно и то же, вечные конфликты на ровном месте выводили девушку из себя. Всё, чего ей хотелось, — это заткнуть ему рот половой тряпкой, чтобы истерика прекратилась.       — Чего ты хочешь, Драган? Оставь меня в покое.       Она разочаровано глядела на него. Раньше он вызывал у неё хотя бы негативные эмоции. Сейчас же она ничего не испытывала. За эти несколько недель она выросла, расставила приоритеты и нашла себя. Она больше не тень сестры и не тихая пастушка, абсолютно не приспособленная к обычной жизни. Агата теперь была настоящей ученицей жрецов, она стала сильнее и увереннее.       — Разорви с ним все связи, иначе... — договорить он не успел. Девушка пронзила его взглядом, холодным, словно лёд.       Затем подала голос. Она звучала статно и возвышенно.       — Иначе что? Что ты сделаешь? Родителям настучишь? Так они в курсе.       Его лицо багровело, злость лилась наружу. Неужели Агата, его Агата, ничего не понимает и не чувствует?       — Они в курсе ваших нагих похождений в реку? Чем ты с ним занималась? Он тебя заколдовал? С ведьмой живёт, они тебя там приворожили. А чего ей стоит? Он опорочил тебя? Что ты делала у него ночью? Бесов призывали?       От его додумок девушка не могла сдержать смех. Вот кем она была, значит? Глупой наивностью, что позволила себя одурачить? А жрец и ведьма в представлении Драгана были злом во плоти. Почему этого баклана так заботит её личная жизнь? Он не так давно сторонился её и криво смотрел. Не он ли доказывал, что пастушки ему неинтересны? Смешно, забавно. Чего он хочет? Чтобы она вечно была неумехой? Чтобы жила под родительской крышей и ругалась с ним каждый день?       Эти мысли заставили девушку рассмеяться диким смехом. Она хохотала несколько минут, пока Драган кричал и смотрел на неё, раскрытым ртом.       — Ты серьёзно держишь меня за идиотку? Думаешь, я позволю себя околдовать? Я сама пришла к нему, по своей воле, он меня не звал. Драган, слышишь? Я сама, это мой выбор.       — То есть ты выбрала его? Из всех возможных вариантов ты выбрала изгоя, живущего на окраине? Выбрала того, кто приносит жертвы и проводит странные ритуалы?       — Я выбрала бы его даже в том случае, если бы он был обычным человеком, — её голос звучал тихо и спокойно. Она была уверена в правильности своего решения. — Драган, прекращай пить и займись уже чем-то, кроме этого. Каждую свободную минуту ты пьян. Сначала путаешь меня с сестрой, а теперь эти глупые претензии.       — Сейчас я трезв. Только вот смешно смотреть, как из пастушки в ведьму играешь.       — Скажи это запаху хмеля, которым от тебя за километр разит.       — Агата, да послушай же ты меня! Зачем тебе всё это? Я никогда не поверю, что ты могла заинтересоваться всей этой чертовщиной и этим посланником бесов.       Каждый раз, когда он открывал рот, ей хотелось заткнуть его чем-то тяжёлым. Этот голос, вечно полный претензий, был ей знаком с детства. Почему она вообще тратила на него время?       — Ты меня не знаешь, ты дружил с моей сестрой, а не со мной. Ты понятия не имеешь, какой я человек и чего хочу. Это не твоё дело. Моя жизнь тебя не касается, уходи прочь.       Драган от этих слов закипел злостью, он схватил девушку за руку и притянул к себе, жадно впиваясь в губы, но она на поцелуй не ответила. Без капли сомнений девушка оттолкнула его от себя. Никогда ещё она не чувствовала себя настолько мерзко. Её воротило от прикосновений кузнеца, кожа покрылась мурашками, а всё внутри сжалось от отвращения. Не раздумывая ни минуты, она залепила ему звонкую пощёчину.       Он выпучил глаза и вопросительно посмотрел на девушку.       — Ты мне противен, — выжала она из себя.       — А ты — жалкое подобие своей сестры. Ты никогда не сможешь заменить её, слышишь?       — Я и не пытаюсь. Это ты всё стараешься сделать из меня её копию, уж не знаю зачем. Но запомни: это она тебя терпела, а я не буду. Никогда не стану. И прекрати меня обхаживать, я с тобой даже дышать одним воздухом не хочу.       — Ты пожалеешь о своих словах, но будет поздно, — он собирался сказать что-то ещё, но в этот момент отец вышел на крыльцо.       — Что здесь происходит? Брань с самого утра стоит!       Драган уставился на отца Агаты и надеялся, что она ему ничего не скажет. Доверие и уважение он потерять не хотел. Агата это понимала. Она не могла быть идеальной дочерью, но лишать родителей названного сына было выше её сил.       — Ничего не происходит, отец. Всё хорошо, Драган выпил лишнего и немного не в себе, сейчас пойдёт пропится и всё будет хорошо, — уверяла дочь. — Пойдём домой, папа.       Агата закрыла за собой дверь, оставляя Драгана позади.