Матч против мировой пятерки: Столкновение с ненавистным футболистом из Франции (1 часть)

      Как только я покинула площадку, ощущение было такое, будто я только что ушла от расстрела. Серьёзно. Кто-то так пристально на меня таращился, что в какой-то момент я подумала: либо сейчас в меня полетит мяч, либо пуля. И, честно говоря, я не знаю, что из этого хуже. — Бр-р… — тихо пробормотала я себе под нос.       Я стянула куртку с эмблемой БЛ и перекинула её через руку, на секунду прикрыв глаза. Сердце постепенно возвращалось к обычному ритму. — «Так… дальше, думаю, парни справятся. Правда… я беспокоюсь о Чигири.»       Перед глазами снова всплыл его последний рывок — на износе, через боль, через усталость. — «Хоть бы его колено было в порядке после такой напряжённой игры… Надеюсь, дальше ничего ужасного не произойдёт.»       Я глубоко вдохнула и выдохнула, словно выталкивая тревогу наружу. Куртку я аккуратно оставила там же, где брала. После этого, не теряя времени, я побежала к лифту на верхний этаж. Шаги гулко отдавались в коридоре. Никаких свидетелей. Идеально.       Лифт мягко закрылся, и пока кабина поднималась вверх, я смотрела на своё отражение в металлической панели. — Ты слишком рискуешь, — тихо сказала я сама себе.       И всё равно улыбнулась. Двери открылись. Как и было обещано, у входа уже ждал маленький микроботик. Он слегка подъехал ближе, будто напоминая о цели своего визита. — Да-да, знаю, — вздохнула я. Я достала ключ-карту и протянула ему. Робот аккуратно принял её механической клешнёй. — Передай сестрёнке привет… — я наклонилась чуть ближе. — И большое спасибо. В очередной раз.       Микробот весело мигнул лампочками — два коротких сигнала, будто согласие — и развернулся, уезжая по коридору. Через несколько секунд я осталась одна, и не находя причин оставаться столбом, пришлось возвращаться обратно в комнату. В которой я заранее представляла хаос. Крики Бачиры, паникующее бормотание Токимицу и диковинные фразочки Арю с его позами. И хуже всего это тот, с кем я наотрез отказываюсь пересекаться, по крайней мере в данный момент. Господи помилуй мою психику…       А если я просто зайду внутрь… Мегуру точно налетит, прижмёт к себе и не отпустит. Точнее, отпустит — но только когда почти задушит от радости. От этой картины уголки моих губ невольно приподнялись. — Балбес… — тихо выдохнула я.       И в ту же секунду меня резко развернули и прижали к стене. Воздух выбило из лёгких. Спина ударилась о холодную поверхность, ладонь легла рядом с моей головой, перекрывая путь к отступлению. Я зажмурилась инстинктивно. Медленно открыла правый глаз. …Лучше бы не открывала второй. Передо мной стоял Рин. Безупречно прямой, холодный, с тем самым бесстрастным выражением лица, от которого у большинства по спине пробегал холодок. Взгляд бирюзовых глаз был сосредоточенным, острым — не злым, но требовательным. — Где ты была? — его голос прозвучал тихо, но в нём не было ни капли мягкости. Я нахмурилась. — Это тебя касаться не должно, — сухо ответила я, не отводя взгляда. — Не припомню, чтобы мы с тобой начали хорошо ладить и интересоваться, кто куда идёт.       Ни намёка на дружелюбие. Его и в помине не было. Я смотрела ему прямо в лицо — упрямо, почти вызывающе. И в какой-то момент мои глаза… предательски скользнули ниже. На его губы. — «Чёрт… только забывать стала! Опять…»       Внутри всё перекосило от раздражения на саму себя. — «Соберись.»       Я тихо цокнула языком. — Тц… — и уже холоднее добавила: — И попрошу выпустить меня. Итоши младший не шелохнулся. Его взгляд стал чуть внимательнее — будто он уловил мельчайшее изменение в моём выражении лица. — Ты врёшь, — спокойно произнёс он.       Он слегка наклонился ближе — не нависая агрессивно, но сокращая дистанцию до опасного минимума. Сердце на секунду пропустило удар. Однако внешне я лишь сузила глаза. — Доказательства? — холодно бросила я.       Рин-тян вдруг схватил мою ладонь. Я даже не успела среагировать — его пальцы сомкнулись вокруг запястья, и он подтянул мою руку ближе к своему лицу. Почти вплотную. Он замер на секунду, будто… улавливая что-то. — Ты что творишь?! — возмутилась я, пытаясь выдернуть руку. — Отпусти!       Но парень держал крепко. Не больно — однако достаточно, чтобы я не смогла освободиться. — От тебя пахнет травой, — спокойно произнёс зеленоволосый.       Я вспыхнула. — А ну хватит уже!       Щёки предательски загорелись, и это злило ещё больше. Не по собственной воле, я так реагировала на него. Не по плану. Всё шло не по плану. — Ты меня избегаешь? — Итошин взгляд стал чуть уже. — Почему? — Тебе как будто есть до этого дело?! — Конечно нет дела, — равнодушно ответил мой соперник. — Однако меня раздражает, что какая-то нулевая и никчёмный игрок, как ты, игнорирует меня весь день.       Его голос был ровным, но именно эта ровность раздражала сильнее крика. — Это из-за вчерашнего?       Я стиснула зубы. — И что если да?!       Бирюзовоглазый даже не моргнул. — Забудь уже о том недоразумении. И вообще, если бы ты не была такой растяпой, мы бы не прикоснулись губами. Так что по большей части ты виновна. И прекращай думать о небылицах.       На секунду у меня в ушах зашумело. — «Как он может так спокойно говорить об этом?!»       Внутри всё кипело — злость, стыд, смущение, раздражение. Всё сразу. — Небылицы, говоришь?! — голос сорвался выше, чем я хотела. — Да ты ничего не знаешь, это был мой—       Я осеклась. Слова застряли в горле. — «Не смей. Не говори.» Пока младший Итоши не успел что-то понять или спросить, я резко выкрутила запястье из его ладони и, почти по-детски, пнула его по ноге. Не сильно. Но с чувством. — Ненавижу! — выпалила я, отступая на шаг. — Рин-тян, ты балбес по жизни!       Парень даже не пошатнулся. Только посмотрел на меня сверху вниз — всё с тем же спокойным, почти ледяным выражением лица. Но в его глазах на долю секунды мелькнуло что-то… другое. Не злость. И не равнодушие. Скорее — удивление.       Мои глаза неприятно защипало. — «Только не сейчас.»       Я резко отвернулась, чтобы парень не увидел предательский блеск в глазах. Горло сжало, дыхание стало рваным — злость и обида сплелись в тугой узел где-то под рёбрами. — Тц… — выдохнула я сквозь зубы, больше себе, чем ему.       Не дав слезам сорваться, я шагнула назад — и развернулась. Почти сорвалась с места.       Шаг. Ещё шаг. И я уже бежала по коридору, не разбирая дороги. Позади не раздалось ни окрика, ни шагов. Рин не стал останавливать. Не стал звать. И от этого было почему-то ещё больнее. — «Балбес… холодный, бессердечный балбес… Почему из всех парней, я поцеловалась именно с ним?!»       Я ускорилась, стараясь унять дрожь в груди. Слёзы всё же выступили, но я быстро смахнула их тыльной стороной ладони. — Ненавижу… — прошептала я уже тише.       Не его. Скорее — себя. За слабость. За то, что сердце всё ещё реагирует на то, что для него — «недоразумение».       Коридор наконец свернул к жилому сектору. Я замедлилась, заставляя дыхание выровняться. Лицо — спокойное. Глаза — сухие. Никаких следов.       Перед дверью я остановилась. Глубокий вдох. Выдох.

***

      Стоило мне открыть дверь, как на меня буквально налетел вихрь. — АЯ-Я-Я-Я-Я!!! — радостный голос разнёсся по комнате.       Бачира обнял меня так стремительно, что я едва удержалась на ногах. Его руки обвились вокруг меня, а на лице сияла та самая широкая, солнечная улыбка. — Где ты так долго?! Я уже думал, тебя украли инопланетяне! Или ты сбежала! Или тебя утащил какой-нибудь мрачный тип! — Кх… Бачира, задушишь… — пробормотала я, пытаясь освободиться.       Пчелка отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в лицо. — Ну-у-у?       Я отвела взгляд. — Пришлось задержаться. Ничего особенного. — Э-э-э? — он прищурился подозрительно, но тут же просиял ещё ярче. — А я придумал желание! — Что?.. — я насторожилась. — Но не скажу~ — пропел желтоглазик, отступая назад и сцепляя руки за спиной. — Сюрприз! Исполнять будешь позже. — Эй, это нечестно… — нахмурилась я. — Очень даже честно! — засмеялся он. — Иначе неинтересно!       Я хотела возразить, однако в этот момент дверь снова тихо открылась. В комнату зашёл Рин-тян. Спокойный, будто ничего не произошло. Он бросил в мою сторону короткий, колкий взгляд — почти незаметный для остальных — и молча прошёл к своей кровати. Сел. Ровная спина. Руки опустились на колени. Как будто несколько минут назад он не прижимал меня к стене.       Я отвернулась раньше, чем наши взгляды могли пересечься снова. — «Игнорируй. Просто игнорируй.»       Сердце всё ещё било неровно, но внешне я держалась спокойно. Даже слишком. — Так что за желание? — спросила я Бачиру, делая вид, что в комнате ничего не изменилось.       Вопреки своим желаниям напряжение уже витало в воздухе — тонкое, почти невидимое. И я отчётливо чувствовала на себе взгляд, даже если упрямо не оборачивалась.

***

      Прошло полдня. Мы только-только начали входить в обычный ритм — кто-то отдыхал, кто-то спорил о прошедшем матче, кто-то молча анализировал свои ошибки — как по коридору разнёсся знакомый механический сигнал.       Микроботик остановился у двери. — ВЫЗОВ ОТ ДЖИНПАЧИ ЭГО. НЕМЕДЛЕННО ПРОСЛЕДУЙТЕ ЗА МНОЙ. — О-о? — Бачира мгновенно оживился. — Чувствую запах чего-то интересного! — Или проблем, — тихо бросил кто-то из ребят.       Мы двинулись следом. Нас привели в ту же самую комнату, где в прошлый раз проходил разговор с очкариком. Огромный экран, холодный свет, ощущение, будто ты стоишь на операционном столе под пристальным наблюдением.       Экран вспыхнул. Появился он. — Здаров, мои неогранённые алмазы, — протянул Эго с привычной меланхолии. — Успели отдохнуть за короткое время? Если нет — мне без разницы.       Очкарик даже не дал вставить слово. — Для вас второй отборочный давным-давно закончен. За это время вы должны были научиться разжигать искру друг между другом. Использовать чужое эго ради собственного роста.       Мужчина поправил очки и ухмыльнулся шире. — И как я обещал, третий отборочный будет лагерем с лучшими игроками мира.       В комнате стало тише. — Однако…       Пауза. Его улыбка стала почти жуткой. — Перед этим вы через двадцать четыре часа сыграете матч против пятёрки мирового уровня.       Мгновение — и по комнате прокатился гул. — Чего?! — Серьёзно?! — Пятёрка… мирового уровня?       Эго хмыкнул. — Пора бы вам, лягушкам в колодце, узнать, что такое мировой океан.       Экран за его спиной сменился. Появилась общая фотография.       Пятеро. И в этот момент у меня внутри что-то оборвалось. Сердце словно выскользнуло из груди и упало куда-то вниз. Звук в комнате стал глухим, будто я оказалась под водой. — Не может быть… — прошептала я, приоткрыв рот. Слишком знакомое лицо. Слишком невозможное совпадение. — Ая-чан? — рядом сразу оказался пчелка. — Всё хорошо? Ты побледнела.       Его ладонь легла мне на плечо. Я вздрогнула, словно меня выдернули из другого мира. — А? Что? Да, всё нормуль, — быстро отрезала я, почесав затылок и натянув кривую улыбку. — Просто… неожиданно. — «Чёрт. Слишком сильно выдаю свои эмоции…» Нужно собраться. Вдох. Выдох. Я заставила лицо принять нейтральное выражение. В этот момент я почувствовала взгляд Итоши. Он смотрел на меня внимательно. Слишком внимательно. Будто пытался сопоставить что-то в своей голове. Но стоило мне повернуть голову, как он отвёл глаза, словно ничего не было.       Сейчас не до него. Не до наших стычек. Не до его холодных фраз. Проблемы были куда серьёзнее. Если эти пятеро действительно выйдут на поле… Если один из них — именно тот, о ком я думаю… Тогда этот матч станет проверкой не только для Блю Лока. А для меня — личным столкновением, к которому я не готова морально.

***

      У меня грызутся проблемы и похуже, чем стычки с ресничкой. — «Почему Локи среди них? Чего ему вообще здесь надо?..» — я едва заметно скривила губы, прищурившись. — «Не нравится мне это… вообще. И об этом говорила сестрица, когда намекала что я останусь под впечатлениями? ДА Я ВАХЕРЕ!»       Мы возвращались по коридору. Ребята впереди уже оживлённо обсуждали предстоящий матч. — Пятёрка мирового уровня! — возбуждённо говорил Мегуру. — Это же просто вау! — Если обыграем их, это будет заявление на весь мир, — добавил длиноволосый, поправляя волосы. — Они быстрые… очень быстрые… — нервно бормотал качок.       А вот младший Итоши шёл молча. Спокойный. Холодный. Будто речь шла о тренировке, а не о столкновении с мировыми звёздами. А я шла позади всех. С безэмоциональным лицом. Что я должна чувствовать, глядя на эту ситуацию? Радость? Предвкушение, как у Бачиры? Азарт? Спокойный пофигизм, как у Рина?       Нет. Нет. И ещё раз нет. Я не знала, что должна чувствовать, зная, что через двадцать четыре часа встречусь с главным своим врагом.       Обида? Злость? Предательство? Наверное, да. Но внутри было не пламя. Внутри было… лёд. Будто всё заледенело настолько, что даже злость не могла пробиться наружу. Почему именно он?.. Образ на экране всплыл снова. Его лицо. Его взгляд. Локи. — «Чего тебе здесь нужно? Его подобным не заманить и не привлечь…»       Я даже не заметила, как отстала от остальных. Их голоса стали тише, шаги — дальше. Никто не обернулся. В такие моменты моя «невидимость» работала идеально. Я словно выпадала из пространства. И, честно говоря… это пугало.

А если я не справлюсь?

Мысль пронзила резко.

Если я выйду на поле — и всё, что копилось столько лет, вылезет наружу?

Я сжала кулаки.

Смогу ли я играть трезво? Холодно? Рационально?

Зная, сколько бед из-за него я получила. Перед глазами вспыхнуло воспоминание о моем маленьком Торино. Маленький жеребёнок. Его тёплый нос, мягкое фырканье и пустота после. Я резко остановилась посреди коридора.       Грудь сжало. — «Одна смерть моего друга… чего стоит.»       Внутри что-то дёрнулось — не ярость, не слёзы. Опасное. — Я не… — тихо прошептала я сама себе.       Не имею права сорваться. Не имею права потерять контроль. Это поле — не место для мести. Это поле — для игры. Но смогу ли я отделить одно от другого, когда увижу его вживую? Когда услышу его голос?       Когда он посмотрит на меня так же, как тогда?       Коридор был пуст. И впервые за долгое время мне стало по-настоящему страшно не за исход матча, а за себя.

***

      Постепенно мысли давили одна за другой. Коридор будто начал вытягиваться, стены — медленно плыть. Воздуха стало меньше. Во рту появилась странная горечь, а в горле встал тяжёлый ком. Шаги стали ватными. — «Не сейчас… только не сейчас…»       Перед глазами потемнело. Я покачнулась. И действительно начала падать. Прежде чем колени коснулись пола, кто-то резко перехватил меня за локоть. Вторая моя рука инстинктивно упёрлась в холодный пол, удерживая равновесие.       Я медленно подняла голову вверх. — …Рин-тян… — безвольно отозвалась я.       Он смотрел сверху вниз, а от промолвленного прозвища у парня изогнулась бровь, будто с претензией и вопросом. — Почему? — выдохнула я. — Заметил, что ты отстала от нашей доставучей компании, — сухо ответил мой соперник. — Поэтому пошёл за тобой обратно. С ними я не вывожу. Уж лучше с тобой идти.       Зеленовлолосый раздражённо выдохнул, явно имея в виду шумных ребят впереди. И это раздражение точно было направлено не на меня. — Вот оно как… — тихо пробормотала я.       Секунда тишины. — Долго сидеть будешь? — его голос стал жёстче. — Вставай давай.       Итоши младший потянул меня вверх — без лишней мягкости, но и без грубости. Я встала на ноги, чувствуя, как мир постепенно возвращается в фокус. — Спасибо, — коротко бросила я и пошла дальше.       Шаги всё ещё были чуть неуверенными, но я держалась. — Эй… — окликнул тот.       Я замедлилась и полуобернулась. — Ты что-то хочешь сказать?       Рин смотрел куда-то в сторону, а не на меня. Пауза затянулась. — Я… — он чуть сжал губы. — Нет. Ничего.       Тишина между нами стала странной. Не такой, как обычно — колкой или холодной. А… неловкой. Я развернулась полностью. — Если собираешься читать нотации — не начинай, — тихо сказала я. — Я не собирался, — отрезал бирюзовоглазый.       Секунда. — Ты выглядела… — парень замолчал, будто подбирая слово, которое не хотел произносить. — Плохо.       Я слабо усмехнулась. — Неужели тебя это волнует? — Не перекручивай, — сухо ответил мой соперник. — Если кто-то из нашей команды рухнет до матча, это будет проблемой.       Рационально. Холодно. Как всегда. И всё же он пошёл за мной. Я посмотрела вперёд. — Я справлюсь. — Убедись, что да, — коротко бросил он.       Мы пошли рядом, в умиротворённой тишине. Однако на этот раз расстояние между нами было чуть меньше, чем обычно.

***

      Мы шли дальше по коридору. Молчание между нами больше не давила — она просто существовала. Рин шёл чуть впереди, однако не ускорялся, словно подстраиваясь под мой шаг. Я старалась дышать ровно. Горечь во рту постепенно исчезала, при этом осадок внутри остался. — Эй. Ты правда в порядке? — вдруг бросил тот от которого я этих слов вообще не ожидала услышать, не оборачиваясь.       Я на секунду замешкалась. — А ты правда спрашиваешь? — тихо ответила я.       Бирюзовоглазый цокнул языком. — Не усложняй.       Я отвела взгляд. — Просто голова закружилась. Ничего критичного. — Угу, — коротко отозвался тот. Но по голосу было понятно — не поверил.       Впереди уже слышались голоса ребят. Бачира громко рассуждал о том, как «будет весело устроить хаос мировым звёздам», Арю обсуждал «стиль противников», Токимицу нервничал о разнице в уровне. Мы нагнали их как раз у поворота. — О-о-о! — Мегуру тут же обернулся. — Ая-чан! Ты куда пропала? Мы тебя потеряли! — Никуда, — спокойно ответила я. — Просто шла медленнее вас.       Друг прищурился. — Ты какая-то тихая…сегодня… — задумался парень. — «И странная. Не похоже на мою Аю-чан.» — Нулевая всегда тихая, — сухо вставил Рин.       Я бросила на него косой взгляд, но промолчала. Бачира внезапно оказался рядом, наклонился ко мне ближе. — Ты переживаешь? — прошептала пчелка, уже без своей обычной шутливости.       На секунду я хотела отмахнуться. Однако вместо этого лишь тихо сказала: — Это серьёзный матч. Переживать нормально.       Токимицу, стоявший сбоку, приподнятым настроением улыбнулся. — Тогда переживай вместе с нами, ладно? Мы же команда.       Команда. Слово отозвалось странно. Особенно в стенах, где учатся футболу одни эгоисты       Я кивнула. — Ладно.       Мы вошли в жилой сектор. Атмосфера постепенно возвращалась к обычной — обсуждения, споры, стратегии. Но внутри у меня всё ещё стоял лёд. Через двадцать четыре часа, я столкнусь с Локи. — «Если я выйду из равновесия — я подведу их.»       Я сжала кулаки, но уже без паники. — «Нет. Я не позволю себе сорваться.»       Если нужно — я превращу эту злость в холод. Если нужно — буду играть так, будто он просто ещё один соперник. Потому что это и есть единственный правильный способ.       Итоши младший вдруг остановился у двери комнаты. — Завтра ты выйдешь на поле? — спросил тот без лишних слов.       Я посмотрела на него прямо. — Конечно. — Тогда не разваливайся раньше времени.       Я фыркнула. — Итоши Рин только что выразил заботу? Это исторический момент. — Не фантазируй, — холодно ответил зеленоволосый и вошёл внутрь.       Однако я сумела кое-что заметить. Может мне все же почудилось, но мне сдается Рин-тян впервые смотрел на меня… как на игрока. Или же это у меня богатая фантазия, что более вероятно.

***

      Матч будет через сутки. И что мне прикажете делать дальше? Качок нашей команды вдруг оказался рядом, нервно сжимая кулаки. — М-мы… мы обязательно победим, — пробормотал он, запинаясь. — Если будем держаться вместе… и если я не облажаюсь… то есть… я не облажаюсь!       Джубей эффектно поправил волосы и добавил: — Проигрыш не входит в мою эстетику шика. Мы обязаны выглядеть блестяще даже против мировых звёзд.       Я слабо улыбнулась. — Спасибо.       Они действительно верили. Верили, что это будет просто очередная ступень вверх. Но я прекрасно понимала — всё будет не так, как они ожидают. Те пятеро… они не просто сильные. Они такие же, как я. Монстры на площадке. Люди, для которых футбол — не игра, а оружие. И внезапно в голову закралась мысль. — «А если бы я не забросила футбол…»       Если бы не пожар. Если бы не исчезновение. Если бы не годы молчания.       Была бы я сейчас среди них? В мировом статусе? На той стороне поля?       Кто знает… Однако сейчас это не имело значения. Главное — чтобы на этом матче не «срослось» моё настоящее имя.       Икэда Аяно. Если кто-то узнает. Если кто-то свяжет факты. Тот пожар, в котором я «погибла», разойдётся по миру как сенсация. Выжила.       А это не принесёт ничего хорошего. Ни мне. Ни сестре. Ни тем, кто пытался спрятать правду.       Я медленно выдохнула. Поэтому кроме того, чтобы сдерживать гнев… Я обязана не раскрыть себя. Никаких привычных движений. Никаких фирменных финтов. Никакого настоящего темпа. Я должна играть иначе. Чуть слабее. Чуть тише. Чуть медленнее. Достаточно, чтобы не привлечь внимания. Но достаточно, чтобы не подвести команду. Сложный баланс. Очень сложный. Я не уверена, что смогу справится. Возможность того, что я сорвусь велика…       Я подняла взгляд и столкнулась глазами с Рином. Он, как всегда, будто читал людей насквозь. — Ты слишком много думаешь, — коротко сказал он. — А ты слишком мало, — спокойно ответила я.       Парень усмехнулся едва заметно.       А внутри меня уже выстраивалась стратегия. Не только против пятёрки мирового уровня. Но и против собственного прошлого. Завтра на поле выйдет не Икэда Аяно. Завтра выйдет та, кого никто не запомнит. И так будет безопаснее для всех и для меня, самой.

***

      Вернувшись в комнату, атмосфера постепенно стала более привычной. — Я первый! — радостно объявил желтоглазик, схватив полотенце и скрывшись в душе. — Оставь горячую воду в живых, — лениво бросил Арю.       По очереди парни отправлялись мыться. Я дождалась, пока очередь закончится, и только потом взяла свои вещи. — «Слава богу, на этом этаже отдельные кабинки.»       Горячая вода немного сняла напряжение. Мысли перестали метаться, дыхание стало ровнее. Я упёрлась ладонями в стену кабинки и на секунду закрыла глаза. Завтра. Одно слово — и снова тяжесть в груди.       Я быстро закончила и вышла, потирая волосы полотенцем. В комнате было шумно — Бачира что-то рассказывал с преувеличенной жестикуляцией, Токимицу слушал с нервным смешком, Арю сидел с идеально ровной осанкой. Я огляделась. — А где Рин?       Длиноволосый спокойно ответил: — Наш лидер пошёл медитировать.       Я на секунду зависла. — Вот как…       Джубей прищурился, чуть склонив голову. — Не хочешь пойти за ним? Как вчера на тренировку?       Я вспыхнула. — Ч-что?!       Уши предательски покраснели, и я невольно пискнула: — Нет!       Трое парней синхронно посмотрели на меня с выражением полного недоумения. — О-о-о? — протянул пчелка, недобро улыбаясь. — Ая-чан, ты чего так резко? — Н-ничего! — я отвернулась, слишком активно вытирая волосы полотенцем. — Просто… глупый вопрос!       Аоши заморгал. — Я… я ничего не понял…       Арю задумчиво хмыкнул, однако развивать тему не стал. Неловкую паузу прервал зеленоглазый, робко потянувшись к пульту. — Т-тогда… давайте посмотрим на эту пятёрку лучших? — предложил качок и включил плазму.       Экран вспыхнул. Появились нарезки матчей. Скорость. Техника. Абсолютная уверенность.       Мегуру подался вперёд. — Вау… смотри, как он читает поле! — Их физика на другом уровне… — пробормотал Аоши.       Шик-парень внимательно изучал движения, будто оценивая стиль.       Я села чуть в стороне. Подтянула колени к груди, уткнулась подбородком, а на голове всё ещё лежало полотенце — волосы медленно подсыхали. Экран мерцал. — Это же Леонардо Луна! — возбуждённо говорил Токимицу. — Принц из клуба «Реал», сборная испанской премьеры!       На экране появился блондин с зелёными глазами. Я чуть наклонила голову. — «Мутный.»       Не знаю почему, но это слово всплыло первым. В его улыбке было что-то… слишком отточенное. Слишком рассчитанное. И его безжизненные глаза, без какого-либо блеска… И странное чувство дежавю кольнуло где-то глубоко. — «Я его где-то видела…»       Но где?       Воспоминание не складывалось. Обрывок — и пустота. — Он невероятно техничен, — добавил шатен, вставая в свою шик-позу, оценивающе глядя на экран. — Играет красиво, шик так и льется. — «Красиво — не значит безопасно», — подумала я. — Думаю, на матче он будет вставлять нам кривые палки в колёса, — тихо произнесла я вслух. — О-о? — желтоглазик повернулся ко мне. — Ая-чан, ты его недолюбливаешь? — Просто интуиция.       Клуб «Реал» сам по себе уже напрягал. С ним у меня связаны воспоминания. Не счастливые. Но и не такие, чтобы назвать их ужасными. Скорее… нейтральные. Из-за той ситуации с письмом. — «Не сейчас.» — Адам Блейк! — продолжал качок нашей команды, перелистывая досье. — Лучший бомбардир Англии!       На экране появился мужчина лет тридцати. Светлые волосы, тёмно-коричневая стрижка с выбритыми висками, короткая бородка. Взгляд — тяжёлый, уверенный. Нарезка его голов шла одна за другой. Мощные удары. Жёсткая игра корпусом. — «Не знаю такого… дальше», — мысленно отмахнулась я.       Он не вызывал во мне ни тревоги, ни раздражения. Просто… ещё один сильный игрок. — Веснушчатый ква… квазес… — запнулся Токимицу. — Пабло Кавазос! Один из лучших мастеров штрафных линии!       На экране появился парень с веснушками и золотистыми глазами. Волосы — в цвета радуги. Я прищурилась. — Он не выглядит грязным игроком, — заметила я. — Скорее аккуратным. — Но его штрафные — это кошмар, — пробормотал парень, держась за лицо. — Почти безошибочные…       Я разглядывала его внимательнее. Радужные волосы смущали. — «Перекрасил, чтобы казаться милее?»       Возможно. А может, просто любит выделяться. Кто его знает. Я не пророк.       Экран снова сменился. — Дада Сильва — ненасытный броненосец из трущоб! — почти паниковал шатен, глядя на темнокожего мужчину из Бразилии. — Капец, парни… ой, и Аяно… это же жесть. Они лучшие игроки мира!       На экране здоровяк буквально продавливал защиту, как танк. Соперники отлетали от него, будто кегли. — Токимицу, дай угадаю, ты повернут на инфе о футболе, — валяжно сказал Арю, поправляя полотенце, завернутое на голове. — Ага! Расскажу всё что хочешь! — С одной стороны страшно, а с другой прямо не терпится! — радостно воскликнул желтоглазик, вытирая волосы.       Но вдруг пчелка прищурился, глядя на центр экрана. — Ой… а этого парня по центру я впервые вижу. Кто он такой?       На экране показали пятого.       …Его. Мой взгляд застыл. Слова сами вырвались раньше, чем я успела их остановить. — …Это Джулиан Локи. Новичок из клуба Франции. Сейчас он считается самым сильным в этой лиге. Он наш одногодка, и его смысл игры связан со взрывной скоростью.       Я говорила спокойно. Слишком спокойно. Моё лицо становилось всё более отрешённым. Парни одновременно повернулись ко мне. — Моя шикарная подруга, — протянул длинноногий парень, заинтересованно прищурившись. — Ты с ним знакома?       Пауза. — …Нет, — без эмоций сказала я.       Ложь. — «Не хочу трезвонить о нём.» — Но ты очень много о нём рассказала, — виновато почесал затылок Аоши. — Хотя если честно, и я сам не особо его помню… То есть, это не значит, что я на тебя давлю и твоё познание о нём что-то говорит, н-но… — Забудьте, — спокойно перебила я. — Я просто слышала о нём в новостях.       Снова ложь. А что мне прикажете делать? Мне не хочется рассказывать кому попало о себе. И о тех, кто со мной связан.       На экране Локи сделал рывок. Молниеносный. Он обошёл защитника так, будто того вообще не существовало.       Удар. Гол.       Все в комнате тихо присвистнули. А у меня внутри что-то скрутилось. Глядя на лицо этого темнокожего знакомого, меня начало воротить. И где-то глубоко проснулось тёмное, тяжёлое чувство.       Гнев. Я сжала пальцы в кулак, ногти впились в ладонь. — Придушу… подгорелая гренка… — тихо шикнула я себе под нос. — М? — Мегуру наклонил голову. — Ая-чан, ты что-то сказала?       Я резко выпрямилась. — Ничего.       Парень прищурился, будто что-то почувствовал, но не стал спрашивать. На экране снова крутили нарезку. А я смотрела на него и повторяла в голове одно и то же. — «Спокойно. Спокойно. Это просто матч.»       Однако где-то глубоко внутри уже поднимался тот самый монстр, которого я так боялась выпустить завтра на поле. Пока парни продолжали смотреть плазму и оживлённо обсуждать пятёрку лучших игроков, я поняла, что ещё немного — и меня начнёт трясти от раздражения. Смотреть на экран, где время от времени появлялось его лицо, было выше моих нервов.       Я тихо поднялась со своего места. Никто, кажется, не обратил внимания. Бачира спорил с Токимицу о скорости какого-то нападающего, Арю комментировал чью-то внешность, а остальные были полностью увлечены экраном.       Пользуясь моментом, я выскользнула из комнаты и аккуратно прикрыла за собой дверь. Коридор встретил меня тишиной. Я медленно выдохнула, прислонившись плечом к прохладной стене. — Так… уже лучше…       Идти тренироваться сейчас не имело смысла. Во-первых, лишняя нагрузка перед завтрашним матчем только вымотает меня. А во-вторых…       Я недовольно скривилась. В зале сейчас Рин. — Нет уж… — пробормотала я себе под нос. — Я не настолько отчаянная.       После той неловкой ситуации, где мы умудрились снова рухнуть друг на друга, мне совсем не хотелось повторения. Я тихо фыркнула. — «Второй уж поцелуй хотелось бы разделить с кем-то более адекватным, что ли…»       Мысль неожиданно заставила меня смутиться, и я быстро отогнала её. Пройдя немного по коридору, я остановилась у окна. И тут меня осенило. — Рицуки…       Если кто и может объяснить, что вообще происходит с этим этапом проверки, так это она. Я достала телефон и быстро нашла номер сестры.       Гудок.       …       …       Экран мигнул. — «Абонент временно не может принять звонок.»       Я нахмурилась. — Серьёзно?       Нажала повторный вызов. Снова гудок. Снова ожидание. И снова то же сообщение. — Да ладно…       Я попробовала ещё раз. И ещё. После четвёртой попытки я наконец опустила телефон и тяжело вздохнула. — Сестренка… где же ты, когда так мне нужна…       Я посмотрела на экран телефона, будто надеясь, что он всё-таки зазвонит. Мысли снова вернулись к тому, что крутилось в голове с самого вечера. — Ради чего вообще это задание… — тихо пробормотала я.       Ладно ещё пригласить четырёх мировых игроков. Это хотя бы логично: реклама, давление, мотивация для участников, небось гонорары не крохотные. Но… Я стиснула телефон сильнее. — Но Локи-то нафига тут?..       Слова сорвались раздражённым шёпотом. — Я не могу поверить, что ты пригласила его, Рицуки… — тихо сказала я в пустой коридор. — Она же как никто другой знает, что я и близко не хочу дышать тем же воздухом, что и этот темнокожий урод.       Я отвернулась к окну, глядя на тёмное стекло. — Чёрт…       Несколько секунд я просто стояла, пытаясь успокоить дыхание. Однако внутри всё равно оставалось неприятное чувство. И один вопрос, на который пока не было ответа. — Что же ты задумала, Рицуки?..       Я медленно сползла по стене и присела на холодный пол коридора. Тишина вокруг только усиливала шум мыслей в голове. Достав телефон, я стала бездумно листать экран: контакты, сообщения, старые уведомления. Пальцы двигались сами, пока взгляд внезапно не зацепился за один номер.       Дядя Ноа.       Я замерла. — …       Палец завис над экраном. — «Сколько уже прошло?..» — тихо прошептала я, глядя на знакомое имя. — «Три… четыре… пять месяцев?..»       Я горько усмехнулась. — «Дядя как оборвал со мной связь, так и не выходит… Не звонит… Даже сообщения не читает…»       Перед глазами всплыли непрочитанные галочки в чате. — «Хотя по матчам ходит… и по телевизору мелькает не раз…»       Я отвела взгляд. — «Может он просто понял, что я для него обуза?..»       Телефон чуть дрогнул в руке. — «Зачем ему какая-то малявка, что прицепилась к нему в десять лет… когда не стало его брата и невестки…»       Несколько секунд я просто смотрела на номер. А потом всё-таки нажала.       Вызов. Я поднесла телефон к уху.       Гудок.       …       …       …       Сердце почему-то начало биться быстрее. А спустя долгую паузу в трубке раздался ровный электронный голос. — Оставьте ваше голосовое сообщение после сигнала. Пиииб…       Я на секунду замолчала. Затем тихо заговорила. — Алло… привет, дядя.       Я попыталась улыбнуться, хотя он этого всё равно не видел. — Знаю, ты, наверное, очень занят… и времени на прослушку этого сообщения у тебя вряд ли будет… Я просто…       Голос слегка дрогнул. Я быстро провела пальцем под глазом, стирая выступившую слезу, и снова попыталась улыбнуться, надеясь, что так голос будет звучать веселее. — У меня столько всего произошло за это время, пока мы с тобой не виделись… и я стольким хочу с тобой поделиться…       Я тихо выдохнула. — Ну знаешь… мы с тобой уже пару месяцев не созванивались и… ну как бы сказать…       Слова начали путаться. — У меня кое-что произошло… и… я не знаю, как с этим справиться…       Горло резко сжалось. Будто кто-то затянул узел внутри. Тяжёлый ком поднялся вверх, и я вдруг поняла, что не могу произнести ни слова. Тишина в трубке казалась ещё тяжелее. Я закрыла глаза. — А знаешь… — тихо сказала я через несколько секунд. — Не бери в голову…       Я слабо усмехнулась. — Кажется, я просто слишком многое накручиваю себе…       Пауза. — Надеюсь, у тебя всё отлично… и ты не перетруждаешься на работе…       Я глубоко вдохнула. — Что ж… я, пожалуй, закончу… пока разговор не затянулся.       Маленькая пауза. — Люблю тебя.       Я тихо улыбнулась. — Надеюсь на твой звоночек… как и на оставшиеся девяносто три звонка.       Я нажала кнопку завершения. — Пока-пока…       Экран погас. Я медленно опустила телефон и выдохнула, прислонив голову к стене. Холод бетона приятно остужал разгорячённые мысли. Коридор снова погрузился в тишину, а по левой щеке стекалась слабая слеза.

***

      Время постепенно перетекло в ночь. Комната погрузилась в привычный вечерний хаос. Кто-то собирал вещи, кто-то листал телефон, кто-то уже готовился ко сну. Бачира, как обычно, носился по комнате, будто у него внутри бесконечный запас энергии. — Эй, завтра будет круто! — радостно говорил он, подпрыгивая на месте. — Мы реально сыграем против лучших! — П-пожалуйста… не напоминай… — пробормотал Аоши, уже укутываясь в одеяло, словно пытаясь спрятаться от будущего матча.       Джубей аккуратно раскладывал свои вещи, будто даже подготовка ко сну должна выглядеть элегантно. Постепенно все начали укладываться. Я уже собиралась лечь, как вдруг рядом появился желтоглазый непоседа. Тот подошёл тихо, почти по-щенячьи, и наклонил голову. — Ая-чан… — невинно протянул парень. — Можно я посплю с тобой?       Я покосилась на него. В этот момент краем глаза заметила, как Рин-тян, поправлявший подушку, мельком посмотрел в нашу сторону. Всего на секунду. Но я не заметила, когда именно он отвернулся обратно, потому что Бачира моментально перетянул всё моё внимание на себя. — Ну пожалуйста! — продолжал он, складывая руки. — Сегодня такой важный день перед матчем! — Нет. — Ну Ая-чаааан… — Нет. — Я буду тихим! — Нет. — Я даже не буду двигаться! — Бачира. — Что? — Нет.       Он уставился на меня с выражением глубокой трагедии. — Жестоко… — Это называется границы. — Но мы же друзья! — И именно поэтому ты должен их уважать.       Пчелка надул щёки и сел рядом, изображая максимально обиженного щенка. Я невольно вздохнула. Видимо, он действительно хотел поспать рядом. И по-человечески мне было его жаль.       Но…       Я девушка. И у меня есть свои границы. Я не привыкла делить кровать с кем-то противоположного пола. И, если честно, не горю желанием начинать. И не дай бог в ближайшем будущем это будет звучать и в прямом, и в переносном смысле. Не дай боже.       Мегуру ещё немного посидел, надеясь, что я передумаю. Однако, поняв, что это бесполезно, драматично вздохнул и поплёлся к своей кровати. — Злая Ая-чан… — Спокойной ночи, Бачира. — Спокойной…       Комната постепенно затихла. Свет погас.       Только редкие шорохи одеял и тихое дыхание наполняли пространство. Я лежала, глядя в потолок. Мысли снова начали медленно кружить в голове. Но усталость всё же брала своё. Я закрыла глаза. И в последний момент перед сном в голове мелькнула одна мысль. — «Лишь бы я смогла удержать себя…»