Глава 5.

      По наступлении вечера Ишет успела разобраться с отчетами об урожае и продаже его третьей части жителям соседнего города, что располагался на высокогорной местности и страдал от недостатка сельских угодий; также она окончательно поставила точку на странице произошедшей с ней на днях неприятной истории с одним хамоватым торговцем, которому изувечила лицо. Ему бы стоило знать, когда открывать рот, а когда и помалкивать.       За продуктивные часы выполненной работы демоница решила поощрить себя и заранее приступила к сборам.       Ишет трепетно относилась к себе и своему внешнему виду. А так как являлась особым ценителем красоты, то не могла позволить себе появиться на ужине в помятой за весь день одежде и с усталостью на лице. Выбор подходящего наряда был самой долгой и в то же время любимой частью ритуала девушки.       Её покои разделялись на кабинет и спальню полупрозрачным занавесом, скрывающим от посторонних глаз двуспальную кровать, изголовье, царги и опоры которой выполнены в технике скульптурной резьбы. Всю громоздкость спального места разбавляли подушки, разложенные по всему периметру в достаточно большом количестве для всего одной персоны. Высокие шкафы, сделанные из того же материала, что и рабочий стол девушки, и занимали всю стену, не оставив места ещё одному окну в комнате. С противоположной стороны стояло зеркало в высоту под два метра, а рядом с ним туалетный столик.       Также в комнате кроме входной двери имелись ещё две. Одна из них вела в ванную комнату, а вторая, в полу, скрывала проход в помещение этажом ниже.       Крутясь у зеркала, оценивающе рассматривая выбранное платье, закрытое, но при этом не умаляющее достоинств женской фигуры с приятными глазу изгибами талии и рук, Анисат сглаживала несуществующие складки на плотной ткани глубокого бордового оттенка. Платье, сродни произведению искусства, заслуживало всеобщего восхищения, однако верховная демоница не уделила его очарованию должного внимания. Её взгляд то и дело скользил в уголок зеркала, ловя в отражении измученного ангела. Несмотря на её напускное безразличие, девушку отдаленно тревожил пленник. В ней с каждой секундой все прочнее укоренялась уверенность, что он не встретит новый день.       Предпочел смерть.       Демонов во все времена обвиняли в непомерной гордыне, но именно ангел сейчас выбирал её, а не самый ценный дар любого из существ — жизнь. — Ты глупец, — Ишет подошла к парню, остановившись в нескольких сантиметрах от оставленного рядом стакана с лекарством. Демоница возвышалась над пленником гордо, однако за долю секунды её высокомерие сошло на нет. На девичьем лице, откуда ни возьмись, проступила жалость.       Анисат дотронулась до чужого лба и с огорчением отняла руку. Её ангела сильно лихорадило. О его нехорошем состоянии говорил ещё и вешний вид парня, особенно побледневшие приоткрытые губы, как будто ему каждый вздох давался с трудом. Словно он заживо сгорал изнутри.       Лишь после этого выражение лица Ишет приобрело окраску ошеломления, за секунду до которого к ней пришло осознание: «Анта с недавних пор использует отравленные кинжалы!» — с опозданием вспомнила демоница.       Яд на кинжалах был создан родом Таниты — искусными мастерами зельеварами. Им подвластны не только лекарственные снадобья, но и смертельные отвары. Одна капля таких снадобий могла поставить на ноги тяжелораненного воина и искоренить жизнь верховного демона всего за пару дней.       Волнение поднялось в ней сродни песчаной буре в знойной безмятежной пустыне. Она рывком схватила стакан, содержимое которого могло избавить ангела не только от физических мучений, но и нейтрализовать действие яда. — У тебя остался последний шанс. К утру яд в твоем теле тебя погубит. — Уйди прочь, — едва прохрипел ангел, но глаза так и не открыл, — Если бы не эти оковы, я бы напоследок забрал и твою вечность.       Верховная демоница не стала отвечать на дерзость. Она проявила достаточно доброты, за которую не получила ничего иного, кроме ненависти в угрожающих речах. — Моя госпожа.       Ишет едва успела отстраниться от пленника до того, как их слишком близко смогла увидеть Мирель.       Управляющая приступила к давно вызубренному тексту: — Скоро я подам ужин, сегодня это… — Я буду ужинать со всеми внизу, — промолвила Ишет, улыбкой довершив свой безмятежный образ. — Ох, Ишет, это чудесно! Ты так давно не ужинала в общей столовой.       Три недели — ничто для вечных созданий, но безумно долгий срок для членов семьи. — Не говори брату, пожалуйста. Нагряну сюрпризом. — Мой рот на замке, госпожа. Но тогда стоит поторопиться. Все уже собрались. Позвольте сопроводить Вас. — Поспешим, — Ишет потянула женщину прочь из комнаты, дабы и самой поскорее скрыться от плененного ангела и не предоставить Мирель ни шанса на расспросы по поводу пленника. Управляющая становилась чрезмерно тревожной, если дело касалось её молодой госпожи.       Весь путь до первого этажа девушка корила себя за чрезмерную доброту. Она не имела права испытывать жалость или сочувствие к врагу! Ангел в её комнате убивал её собратьев, к тому же прекрасно дал понять, что без всяких сомнений убил бы и её.       В трапезную, отделенную от холла, пройти можно было через высокие двери, отделанные резьбой и лепниной, воссоздающими герб семьи — красное солнце Ада, по обе стороны от которого, как стражи, изображены первые Κυρία и Кирос Дома, его основатели, — Канария и Эммет. История семьи Анисат насчитывает тысячелетия, она берет свое начало ещё с тех времен, когда демоны, ангелы и даже люди существовали в одном мире. Достояниями великого рода служат сила и хладнокровие, а ещё знания. Все Анисат обладают незаурядным талантом к магии, также гибким умом, позволяющим им создавать новые, раннее не знакомые демонам рунические заклинания.       Всякий раз видя родной герб, Ишет собирала всю волю в кулаки. Она не вправе опозорить столетия неоспоримого величия своей семьи.       Двери сами распахнулись перед верховной демоницей Дома. Приглушенный свет свечей, факелов и костра в камине создал поистине уютную атмосферу, играя на темных стенах и шторах теплым светом. Появление девушки установило безмолвие в помещении, обрубив детский смех и все разговоры.       Вся семья была в сборе. — Добрый вечер, — наполнив свой голос любезной вежливостью, Ишет окутала им каждого из присутствующих. — Ишет?.. Какой приятный сюрприз, — от удивления, что младшая сестра впервые за несколько недель показалась на семейном ужине, Ашер поднялся со стула и учтиво усадил её на законное место, словно боясь, что она ненароком сбежит. Как главы рода они сидели напротив друг друга. — Сегодня однозначно особенный день, сестрица, иначе я не могу объяснить такого удачного стечения обстоятельств.       Ишет покосилась на младших племянников, догадавшись, что они оказались немыми рыбками и ни словечком не обмолвились о её приходе. На личиках двойняшек искрились хитренькие и довольные улыбки. Демоница подмигнула им, а затем взглянула на стол перед собой.       Для неё всегда бывает накрыто, неважно придет она или нет. Её всегда здесь примут.       Внутри разлилось приятное тепло, сладкое, как мед. — Да знаешь, братец, я настолько сильно соскучилась по всем вам, вот и решила присутствовать сегодня. — Было бы славно, если бы ты делала это всегда, — в кругу семьи Ашеру не было нужды скрывать своей заботы по отношению к близким. Рядом с любимыми он мог позволить себе быть внимательным и заботливым отцом, мужем и другом, забыть об обязанностях главы рода и о крови, что по локти обагрила его руки. — Мы можем лишь надеяться на снисхождение нашей Госпожи, — улыбаясь, присоединился с заискиванием Руан. — Ты так рад снова видеть меня, дорогой?       Кокетство граничащее с флиртом, — так можно было охарактеризовать манеру общения верховной демоницы и одного из лучших воинов-демонов. Впрочем, с учетом всех чересчур теплых бесед, их отношения никогда и близко не стояли к любовным. Между ними имеет место исключительно дружба, основанная на уважении и старой привязанности. — Крайне, Κυρία. Вы очаровательны, как всегда, — парень позволил себе смелость и оставил невесомый поцелуй на костяшках пальцев девушки. — Гляньте, как стелится, — без раздражения фыркнула Анта, на что четверо юных наследников семьи Анисат прыснули со смеху. — Тебе достаточно щелкнуть пальцем, как он тут же прибежит на зов.       Последнее предложение она адресовала Ишет, так что та хохотнула. — Не ревнуй, — промолвил Руан, прекрасно зная, что всеми своими действиями и словами нагло играл на нервах приятельницы. Испытывал её терпение на прочность. — Было бы кого, — проронила девушка как можно отстраненнее.       Руан с хитринкой в своей плутовской улыбке покачал головой. — Не ревнуй Ишет ко мне, — подчеркнул он, чем подпалил фитиль и предрешил скорый взрыв. — В этом нет смысла, ведь изначально у тебя не было шансов. Так же, дорогая?       Парень услужливо наполнил бокал своей госпожи темно-красным вином, таким же сладким, как получаемое им удовольствие при виде злой гримасы на лице подруги. У Анты же чуть было не дрогнула рука с ножом. С учетом её меткости и небольшого расстояния она бы без труда выколола глаз старому другу, но сдержала себя, ведь кровь могла запросто забрызгать Ишет. — Пошел в зад, — проскрежетала демоница и все-таки отложила острый предмет в сторону, подальше от греха.       Тронутая таким вниманием к себе и развеселившаяся перепалкой друзей, Ишет подняла бокал вина. — Во славу рода, — пройдясь взглядом по каждому из присутствующих, с гордостью произнесла она.       Все с готовностью ответили на жест и слова госпожи Дома, даже дети подняли стаканы: — Во славу рода! — Ой, я опьянел… — пролепетал Тахир весело и неразборчиво, как будто его язык заплетался как после крепкого алкоголя. — Не притворяйся, Тахир. Этот твой фокус уже теряет эффективность, — осушив свой бокал с точно таким же безобидным фруктовым соком, что и у братца, проворковала Лейлин. — Но я правда пьян! Мамочка, мне подмешали что-то! Смотри, — проказник протянул Таните пустой бокал вялым движением, ещё и на лице состряпал очень даже похожее на пьяное выражение. — Так, сорванец, в твоем возрасте ещё слишком рано для горячительных, — забавлялся с младшего сына Ашер. — Вот-вот, Тахир, тебе хватит вечности насладиться алкоголем, а пока лакай сок.       Мальчишка насупился, но всеобщий смех быстро его заразил, так что и он начал хохотать.       Пусть и частенько пропускала семейные ужины, но Ишет никогда не забывала то тепло и спокойствие, какими они наполняли её душу. Сладким, как мед с молоком, она наслаждалась каждым таким вечером, хотя бы ненадолго освобождая своё сердце от тяжести былых времен; о горе, что иглами всадилось ей под ребра полжизни назад, и с тех самых пор погружаясь в неё всё глубже и глубже.       Смех детей и улыбки Таниты, Анты, Руана и Ашера отвлекали её, заражали. Однако отчего-то в ней всё никак не возгоралась искорка искреннего счастья, как бы девушка ни старалась её раздуть. Да, прошлое хоть на немного, но отпускало, а вот будущее — никогда. Обязательства повязали юную демоницу по рукам и ногам. Пригвоздили к поместью.       Голода и след простыл, полупустой желудок никак не реагировал на любимые блюда. Ишет ела свежие овощи, запеченные с ароматными специями, политые соком лимона и приправленные щепоткой черного перца, пила вино высокого качества и долгих лет выдержки, закусывала сыром и фруктами, но делала это на автомате, не обращая внимания на вкус и запах ароматных яств. Близкие за столом о чем-то переговаривались, но ей было трудно уловить по меньшей мере даже одну ниточку разговора, чтобы поддержать увлеченную беседу. Она думала о своем.       «Завтра нужно проверить всех ли раненых воинов вылечили. А ещё начать ремонт оружия и наконец опробовать на нем новую руну. На послезавтра обязательно освободить утро для занятия с Керой и Кайсом» — ковыряясь в еде, отделяя помидоры с морщинистой, обгорелой шкуркой, и собирая их в кучку, строила планы Ишет. А что другого можно было ожидать от той, кто намеренно взваливал на себя как можно больше всего с единственной целью — убежать от воспоминаний, только бы те не поймали её в капкан, из которого слишком трудно выбраться.       Придуманный когда-то давно способ начал получаться у неё настолько безукоризненно хорошо, что вошел в привычку. Ко всему прочему, помимо загруженного графика, усталость гонит нехорошие мысли с завидным успехом. А чем тяжелее день, тем сильнее усталость. — Ишет, Мирель передала мне, что на днях к нам напрашивался в гости Руфус, — обратился к девушке старший брат, вырвав её из размышлений. — Было такое, — бесстрастно подтвердила младшая глава рода, с нежеланием припоминая недавнее появление горе-ухажёра. — По делу? — изогнув в любопытстве бровь, решил уточнить верховный демон. Кера и Кайс, как самоличные свидетели неожиданного визита, засияли улыбками. Младший прокашлялся, прежде чем открыть рот: — Вряд ли это можно так назвать… — Он настаивал на встрече с Ишет, — подхватила его настроение старшая сестра.       Ашер с вопросом в глазах уставился на сестрицу. — Неужели снова? — в мужском голосе вперемешку с удивлением отчетливо проступила забава.       Ишет воздержалась даже от кивка, к чему что-то подтверждать, если всем и так все понятно.       Тот день мог бы стать почти идеальным в плане продуктивности, но незапланированное событие сместило Ишет весь график, а заодно и настрой. Заявившись без приглашения прямо во время тренировки верховной демоницы с её старшими племянниками, Руфус был всецело убежден, что своей самонадеянностью сыграл роль приятного сюрприза, что в действительности оказалось совершенно не так. Завидев демона, лишь на пару мгновений растерявшаяся Ишет, устроила гостю такой теплый прием, после которого даже его тень будет избегать территорию поместья Анисат за версту еще много недель. — Бедняга не оставляет попыток, — с сочувствием к парню вздохнула Танита. — Тоже мне, нашла бедненького, — фыркнула Анта, после того как проглотила щедрый кусок запеченной говядины. Она ела за троих мужчин, а все равно умудрялась оставаться самой компактной из отряда Ашера, — Этот идиот просто непробиваем! Хотя, быть может, он все же не понимает значение слова «нет».       Ишет продолжала сидеть с невозмутимым видом, пока всех близких поглотила дискуссия насчет умственных способностей Руфуса Эспера и его недавнего, к сожалению, не фееричного появления на пороге её дома. Этот демон был ровесником Ашера, но умом блистал не больше, чем капризные Тахир и Лейлин в свои совсем уж детские годы. Но если в случае последних поведение оправдывалось незрелостью, то оправдывать нахальство отпрыска Эспера было просто бесполезно, да и затруднительно.       Тем временем Танита продолжала дискуссировать с подругой, нарочито мягко оправдывая влюбленного демона, ведь прекрасно знала, насколько сильно тот раздражал Анту. — Будь снисходительнее, Анта. Он влюбился. — В этом и есть его ошибка, — более не сдержалась Ишет, — Но что поделаешь с самонадеянными глупцами? Не пойму, на что он надеется. — Что твое сердце в один день растает. Или Ашер вынудит тебя на брак с ним, — глава дома поперхнулся от слов супруги. Танита одарила его извиняющимся взглядом, но не замолчала, — Сама посуди: красавица супруга, чей авторитет добавит мужу статность, имя Анисат и власть этой семьи.       Руки Ишет замерли над столовыми приборами.       Сердце, точно испещренное трещинами стекло, разве оно может растаять? Конечно, нет. Оно может лишь окончательно покрыться паутиной раскола и, в конце концов, осыпаться.       Но это не волновало девушку. — В том-то и дело. Ему все плюсы, а мне-то что с этой связи? — вырвалось у неё с оскорбленным пренебрежением. И особенно ясно читалось её недовольство в последнем брошенном слове, которое она выплюнула сродни ругательству. — Кто-то считает, что он не дурен собой, и даже называют его красавцем.       Судить по внешности она не привыкла, но что делать в том случае, если ни внешние данные, ни внутренний мир не располагали её к Руфусу? — Кто же, интересно, слепой? Ни силы, ни ума, ни влияния. — Κυρία, какая меркантильность, — Руан глядел на свою госпожу змеиными глазами и не моргал, точно настоящий змей. Его губы украшала хищная улыбка. — Те, кто считают меркантильность дурным качеством — тупицы и неудачники. Но то, о чем говорю я, не совсем верно называть меркантильностью. Мне не нужны богатства, хоромы и зажиточная жизнь. Это расходный материал, который что есть, что нет — не прибавит тебе силы, если в голове пусто. Мне нужна именно сила, а Руфус Эспера никогда не сможет мне её дать.       За столом все затихли. Никто не мог оспорить сказанное. Взрослые давно знали правду её слов, дети же принимали её, как новую истину.       Ашер единственный решился нарушить тишину. — Ты говоришь прямо как Алисия. — Да пребудет она в иной вечности.       Алисия была прошлой госпожой Дома, носила титул Κυρία до того, как передать его едва повзрослевшей Ишет. Женщина с холодным нравом, твердой рукой и неповторимым суровым взглядом. Она не прощала и не принимала своих промашек, что в точности передала своей внучке. Именно двоюродная бабушка обучила Ишет как правильно следить за родом, научила семейным руническим заклинаниям, обращаться с оружием. Взрастила в ней достойную наследницу семьи Анисат.       Алисия ушла, как только поняла, что её преемница готова стать ей заменой. Она стала участницей жертвенного обряда «сезона смерти», спустя двадцать пять лет после того, как в предшествующий сезон от рук чудовищ погибли Сиена и Люк.       Перенявшая холодный ум бабушки, Ишет видела перед собой лишь цели и результат. — Если кто-то зарится на имя нашего рода, желает моего внимания, то пусть продемонстрирует мне нечто стоящее, вместо пустой болтовни о чувствах.       Больше Танита не произнесла ни слова, как и Анта, и Руан с Ашером. Тема оказалась окончательно закрыта и отброшена в самый дальний ящик, который больше никогда не откроют.       На Ишет давила неловкость произошедшей беседы, так что она попыталась отыскать облегчение в десерте. Малиновый джем уже окончательно пропитал воздушные блинчики и уже начал несимпатично растягиваться по тарелке. - Ишет, как там дела с твоей новой игрушкой? – чересчур неожиданно прозвучал для неё вопрос брата, - Надеюсь, он не доставляет тебе неудобств?       Вилка противно лязгнула по тарелке. У демоницы имелась в запасе одна секунда, чтобы отшвырнуть свою чрезмерную для семейного ужина отрешенность. - Моя игрушка… пока что упрямиться, однако у меня имеются несколько вариантов, как обуздать этот вздорный нрав.       Ашер глотнул вина, пока все остальные навострили уши, заслышав новую прелюбопытнейшую тему. - Если останешься им недовольна, просто убей. Он далеко не обычный ангел, а какие-либо проблемы нам сейчас ни к чему, - бесстрастным, холодным тоном проговорил демон.       Холодный расчет, каменное сердце. Наследников Анисат не должны терзать сомнения, сочувствие им не помеха, как и жалость. С детства воспитываемые как будущие верховные демоны Ашер и Ишет временами могли поражать всех безразличным отношением к бесполезным фигурам на их шахматной доске. - Марать руки самой… - демоница повертела начисто вычищенный серебряный нож, играясь им, - Скажешь тоже, мне не хватало ещё в ангельской крови измазаться.       Сидевший подле неё Руан скрыл ухмылку за бокалом. Со старшим Анисат парень дружил с раннего детства, однако с юной госпожой дела обстояли иначе. Он, не смотря на то, что она сильно младше него, испытывал к ней уважение. Ишет всегда держалась своей высокой планки, но когда позволяла себе немного расслабиться, как, например, на их совместных тренировках, Руану доставляли удовольствие её непринуждённое поведении и неподдельная тяга к победе. Коварность шла ей ничуть не хуже огненных рубинов или пламенных гранатов. - Κυρία верно говорит, - присоединилась к разговору Анта. Она испытала огромное наслаждение и гордость от пренебрежительного тона своей госпожи. - Одно Ваше слово, и я в ту же секунду разделаю ангела для Вас. - Благодарю, Анта. Но пока в этом нет необходимости. Он красивый.       Улыбка сползла с лица воительницы. Рот скривился в презрении. - Если это Вы считаете красотой, то мой рот на замке, - нотки горького разочарования сорвались с женских уст вместе с тихой обидой и смирением. - Она снова тебя ревнует, - усмехнулся Руан, чем в очередной раз вывел из себя приятельницу. - Ты заткнешься когда-нибудь!?       Демон рассмеялся.       Ашер же не разделил с другом радостного настроения, вместо этого он не отнимал своего взора с сестры. Подозрительно серьезного взора. - Во всяком случае, будь осторожна. Ни в коем случае не снимай с него ошейник. В столь юном возрасте добиться звания командира отряда… он сделал это явно не за красивые глазки. - Тысячи чертей… - протянула с недовольством рыжая бестия, - Κύριος, будьте так любезны, не портите мне окончательно аппетит.       Ишет даже не услышала мольбы Анты, её загнали в тупик слова старшего брата. Она с заминкой переспросила: - Командир?       От её замешательства все взрослые члены семьи замолчали. - Я не сказал?.. – прочистил горло Ашер. – Этот ангел – командир, а не какой-то там второсортный воин. Он достаточно силен, чтобы в одиночку выступить против троих, а может и пятерых моих демонов.       Анте совершенно не понравилось его утверждение. - Так уж и пятерых… - Не тебе сомневаться в моих словах, - парировал верховный демон.       Мысли Ишет вернулись к плененному ангелу. Этот непокорный нрав и колкий язык воистину атрибуты ангельского командира. Достигшие броского звания, подобные ему воины часто забывают о необходимости считаться с силами врага. Их ослепляет собственная сила, такая яркая и опасная, что о безопасности они напрочь забывают. Очень зря.       Однако, если Ашер выражает свои опасения и очень своеобразно признает силу врага, значит, плененный ангел действительно не из робкого десятка.       Сильный и упрямый…       Жаль терять такую редкость. - Что ж, командир – это намного интереснее, - мило улыбнулась верховная демоница. Последующие тридцать минут ужина прошли для девушки намного проще, всплывающие в ходе разговоров темы больше не касались её напрямую, не выделяли её в главной роли.       Но даже в таких комфортных условиях Ишет не смогла расслабиться и насладиться десертом – мысли об умирающем ангеле упорно не покидали её. “Ему наверняка хуже. Если не законченный гордец, то выпьет лекарство… но я слабо на это надеюсь.”       Она боролась с желанием вернуться в свои покои весь ужин и в конечном итоге проиграла спустя долгий час. - Брат, можем отойти? Есть что обсудить, - попросила девушка, как только протерла уголки губ от несуществующих пятен джема.       Ашер лишь кивнул на просьбу и вышел из-за стола.       Главы Дома отошли в другую часть помещения, встав совсем близко к камину, в котором беспрерывно трещали поленья, создавая хаотичный ритм для танца незатухаемого огня. - Ишет, мы толком не побеседовали с тобой после нашего возвращения. Всё было в порядке в наше отсутствие? - Всё было тихо, не переживай. В нашем кругу мирно и спокойно, хотя слуги доложили мне, что часть садов северного круга оказалась в огне. Вроде там была драка, но подробности мне неизвестны. Неучи, даже собственную магию контролировать не способны, - с недовольством вырвалось последнее у Ишет.       Старший Анисат снисходительно улыбнулся её угрюмой гримасе. - Наши земли не пострадали? - Всё обошлось. Вчера я приняла поставку руды и железа, так что вместе с ремесленниками приступлю к новой партии оружия. - Уж больно ты довольная. Неужели снова смогла добиться усиления руны? – парень не отличался особой проницательностью, но достаточно хорошо был знаком с любовью сестрицы к оружейному ремеслу, так что заметить огонек энтузиазма в её глазах запросто сумел. Демоница гордо расправила плечи и приподняла подбородок. - Тебя не проведешь. Теперь наша сталь станет ещё прочнее. - Замечательно. Но не переусердствуй, прошу. Мирель успела нажаловаться мне, что ты опять пренебрегаешь сном, - с укоризной произнес демон. - Отосплюсь потом.       Старший Анисат поощрял любые интересы сестры, ведь она редко о чем-то просила, однако ему совершенно была не по душе её чрезмерная тяга к работе. Множество раз к нему в кабинет заявлялась управляющая и доносила об очередном рабочем запое госпожи Дома, в котором та могла сидеть безвылазно несколько дней и ночей подряд. - Ишет, ты много берешь на себя… - мягко, с тревогой сказал Ашер. - С чего вдруг ты решил привести мне ангела? – нагло перевела тему демоница, чем завела брата в угол.       Он посмотрел ей куда-то за спину. - Честно, сам с себя поражаюсь. Ты моя сестра, достойная лишь лучшего, а я тебе ангела… Но, знаешь, этот паренек не так прост. Анта помнит его с прошлых встреч, и я тоже помню. Он довольно сильный, умелый… смазливый, мне показалось, что он сумеет занять тебя на какое-то время. - Это точно. Мне прибавится мороки, - озадаченно проскользнуло у Ишет, отчего её брат приуныл, что ввело девушку в затруднительное положение. Меньше всего она хотела его тревожить какими-то капризами. Она поспешила исправить ситуацию: - Хотя многим моим ровесницам, слышала, нравятся такие “подарки”. Быть может и я в кои-то веки пойму их прелесть. В любом случае ты смог меня удивить и мне приятно внимание к моей персоне.       Лицо демона немного посветлело. Глаза, глядевшие на девушку с неизменной преданностью и любовью, заискрились в отсветах огня. Сейчас он казался Ишет удивительно мягким, выглядел совершенно не так, как подобает грозному повелителю рода Анисат. - Ишет, я сделаю для тебя что захочешь, только скажи.       Девушка не сомневалась в его словах. Она знала - Ашер приложит все силы, лишь бы исполнить её желания. Старший брат когда-то давно пообещал ей, что будет для неё главной опорой и поддержкой. И он ещё ни разу не подводил ожиданий любимой сестрицы. Вот только не в его силах исполнить самые заветные желания Ишет. А больше ей не о чем его просить. - У вас всё хорошо? Ишет? – прозвучало осторожно в стороне женским голосом.       Танита почтительна и смекалиста. Умна и осторожна. Когда Ашер привел её в дом и представил семье как свою возлюбленную и невесту, Ишет приняла и одобрила его выбор, увидев в девушке стать рода Морос, которому та принадлежала. Заботливая, внимательная к близким, и, что самое главное – искренне любящая Ашера невестка быстро заполучила доверие верховной демоницы.       Ишет уважала её и вместе с тем любила как старшую сестру. - Всё замечательно, Танита, - улыбнулась девушка, но спустя секунду её голос вобрал тревожные нотки, - Я заметила, твои брюки повредились. Надеюсь, ничего серьезного…       Танита покачала головой. - Я пропустила удар, но Ашер всё исправил. - Что ж, и он не безнадежен, - хитро промолвила Ишет, пристально наблюдая за тем, как хмурится лицо брата. - Как оказалось, - засмеялась Танита, ероша волосы супруга, тем самым сбросив ему пару десятков лет. Не так давно ему вздумалось поработать над тем, как он себя преподносит, и тогда он решил зачесывать волосы назад, что в его глазах выглядело как удачное решение, хотя все остальные кривились в яром неодобрении.       Ашер хохота девушек не разделил, разыграв обиду, но ненадолго, ибо уголки его губ предательски дрогнули. - Это что, сговор? – фыркнул он. - А может быть, - вызовом на вызов ответила Танита. Смелости и игривого нахальства в её глазах плескалось поистине много.       Уловив эхо ласки и любовной игривости в движениях, взглядах и словах собеседников, Ишет поняла: настала пора тактично удалиться. - На этом я вас покину. - Так скоро? – женщина с разочарованием отпрянула от мужа. Кажется, она уловила за собой непреднамеренное, но чрезмерное притяжение к Ашеру. Она не могла вытворять нечто подобное на глазах у сестры мужа. Не хотела допускать неловкости.       Ашер также весь подобрался.       Но никакие уговоры уже не смогут упросить Ишет задержаться подольше. - Мне нужно сверить прибывшую поставку руды с оговоренным в сделке количеством. После того как Карим передал старшему сыну свои обязанности, у нас часто выявляются несоответствия товара. Хочу разобраться со всем сегодня, - больше в словах девушки не ощущалась теплота, она звучала привычно отрешенно, - И ещё, я распорядилась, чтобы часть поврежденного оружия принесли ко мне, остальная часть уже доставлена нашим ремесленникам. Танита, порванные ремни я заменю на новые. Занеси мне их завтра. - А, да, спасибо тебе, - со слегка понурым видом поблагодарила демоница. - Ишет, снова сама за всё возьмешься? Мы ведь, кажется, договорились, что ты будешь взваливать на себя поменьше дел. Я сам решу вопросы с рудой, и отчеты нашего круга тоже оставь мне, - успел остановить сестру Ашер, когда та уже повернулась в сторону выхода из трапезной. - Нет. Там немного, большую часть я проверила вчера. Вы только вернулись, вам следует отдохнуть и набраться сил. Если наделаешь ошибки, то мне придется всё исправлять, а это, считай, двойная работа. Передайте остальным мои добрые пожелания на ночь и напомните своим старшим чадам про занятие послезавтра. - Ты прекрасно знаешь, что они никогда о нем не забывают, - Ашер выдавил из себя улыбку. - Я на всякий случай, детишки такие непоседы.       Верховная демоница покинула столовую спокойным шагом. Как только дверь за её спиной прикрылась, она приготовилась в спешке преодолеть лестничные пролеты, как её кто-то окликнул. Этим кем-то оказалась Танита. - Ишет, погоди, - демоница догнала Анисат у первой ступени, - Касаемо ангела… Это он ранил меня. Не мне тебе это говорить, но будь предельно осторожна с ним. Даже если ошейник не позволяет ему использовать магию, он всё ещё опасен. Смотри в оба.       У Ишет возникло парочку вопросов, но ответы сами всплыли в разуме. Её привело в недоумение, каким образом теперь уже её ангел сумел остаться в живых после такой смелой выходки, как покушение на жизнь и здоровье жены Ашера. Зная старшего братца, демоница могла уверенно утверждать, что он бы собственноручно разобрал парня на куски, однако, раз этого не произошло, то вывод напрашивался один: Ашер не осведомлен о “достижениях” ангела. Но самое любопытное - Танита намерено умолчала об этом и скорее всего Анта тоже, ведь они обе всегда держатся вместе на вылазках.       Раз все решили держать произошедшее в тайне, то пусть так и будет. - Благодарю, Танита, - наконец отозвалась Ишет. - Я действительно рада, что вы все вернулись живыми. И я прислушаюсь к твоим словам, не беспокойся об этом.       Девушки расстались только тогда, когда старшая, в конце концов, окончательно поверила убедительности младшей.       Ангел ранил одного из её семьи, убивал демонов. Будет справедливо, если за всё это он расплатится своей кровью. Будет честно, если она убьет его.       Так, убеждая себя и взращивая и без того немалое отвращение к вражеской расе и её представителю, закованному и беспомощному, Ишет достигла своих покоев.       В комнате демоницу ждала неутешительная картина – так и нетронутый стакан и ангел, мучившийся в предсмертной лихорадке. - Упрямец! - с неспешно возрастающей злостью процедила сквозь зубы девушка. Её твёрдая поступь в сочетании с каблуком грозила выложенному паркету сетью трещин.       С рывком схватив треклятый стакан, расплескивая несколько капель жидкости, Ишет без всякой осторожности и терпения начала вливать лекарство в рот парня, пока тот даже не мог толком осознать, что происходит.       Уложив его голову на сгиб локтя, демоница ждала, пока мышечная память сделает свое дело. Несколько капель пролились и покатились по загорелой коже, срываясь у линии подбородка прямиком на её платье. Сразу как парень начал судорожно глотать, у девушки от сердца отлегло. Она не отнимала от его губ стакан ровно до тех пор, пока снадобье не оказалось полностью выпито. Лекарство оправдало себя быстро, уже по прошествии нескольких минут, которые Ишет надежно и мягко держала ангела, на лице которого разгладились морщины от болезненных ощущений, пропало напряжение мышц живота, шеи и рук. На раскрытых ладонях Анисат заметила покрасневшие следы от ногтей. Парень всё время сжимал пальцы в кулаки, вот полумесяцы и появились. Он терпел жуткие мучения и даже был готов от них умереть. - Сколько же с тобой проблем, - она смахнула со лба прилипшие пряди каштановых волос, открывая точеное лицо. Вытерла холодный пот с висков.       Бессознательное состояние ангела дало ей возможность спокойно его рассмотреть. Вот, с кем уходят воевать демоны, с кем сталкивается Ашер со свитой; вот, с кем должна была сражаться и она. Убивать, проливать кровь, мучить, как мучается весь Ад. На уме её должна была быть лишь смерть врага. Вражда, что длилась тысячелетиями.       Она смотрит на острые, но гармоничные черты лица, на ворох вьющихся волос, что манят её зарыться в них рукой, на крылья, вымазанные в чьей-то крови, и… не ощущает желания убивать. Ни одного намека. А это ведь неправильно. Демоны - посмертные враги ангелов. Чересчур противоречащие друг другу народы. Если бы не запрет Ашера, перечеркнувший её намерение сражаться наравне со всеми демонами против ангельских легионов, то окажись девушка сегодня по ту сторону портала, ею бы повелевала одна задача – уничтожить противника. И у неё не возникло сомнений, что так бы всё и было. Она бы не дрогнула, не засомневалась в убийстве. Парень на её руках тоже без промедления убил бы её. Ведь так? - Иначе не может быть, - дала сама себе ответ Ишет. Вопросы в голове исчезли.       Сейчас они не на поле сражений, где кровавой картиной претворяется в жизнь вся скопленная взаимная ненависть. Ей нет смысла убивать его.       На её месте он бы убил, она же отчего-то не могла.       Она уже захотела оставить ангела отсыпаться, но её остановили запястья, покрасневшие от намертво закрытых оков. В них должно быть так неудобно, кому как не ей об этом знать, ведь они выкованы её руками. В мыслях поселилось сомнение.       Милость то была или наивная глупость молодых лет, но Ишет наколдовала маленькую руну, силы которой хватило на то, чтобы металл раскололся и приземлился на пол.