Часть 7

      В общежитии всего один сан узел на этаж. Потому если среди ночи кому-то нужно по нужде, то приходится бежать через весь коридор и нет гарантии что толчок будет свободным.       Пятилетний Майк пожалел о том что выпил слишком много сока, который стащил с кухни. Проснувшись среди ночи, он понял что ему нужно отлить. Убедившись что соседи спят и они не украдут его вещи или деньги спрятанные под матрасом, он подошел к двери и выглянул наружу, сразу ощутив странный запах, смердящий на весь коридор. Сделав шаг, он едва не распластался на полу на чём-то скользком.       По коридору тянется кровавый шлейф. Тучи разошлись и полная Луна осветила коридор, в двадцати метрах дальше по коридору, Майк увидел виновника стоящего к нему спиной.       Развлечений в приюте не так много, но есть и телевизор. Иногда, старшие ребята показывают им разные фильмы. Увидев фильм Нечто пару лет назад, Майк самодовольно говорил что фильм фигня, и он вообще не испугался, не признаваясь что ему потом долго снились кошмары.       Увидев гору плоти стоящую на изломанных ногах он хотел завопить, но тварь повернула голову на сто восемьдесят градусов и мальчик оцепенел от ещё большего ужаса.       «Билли и подсосы» так за глаза называли их компашку и все мелкие хорошо знали, нельзя попадаться им на глаза или нарываться. Иначе будет ждать очень серьезная взбучка. Три головы перетекающее одна в другу, четыре глаза мерцающих в полутьме. Кровь, словно слюна, обильно стекает из пасти, оставляя шлейф.       Одна из рук протянулась к морде, приложив слишком длинный палец к широкой пасти.       — Ч-ш-ш…       Этот звук вывел из оцепенения и Майк на грани обморока вбежал в комнату, перемахнув через свою кровать и заполз под неё. Лежа на полу, он понял ужасною вещь. Он забыл закрыть дверь.       Увидев тень падающую на дубовую дверь, Майк перестал дышать. изодранные, кровоточащие ступни показались дверном проеме. Мальчик зажал рот руками, боясь издать звук. В тишине, лишь звук капающей крови об каменный пол доносилось до Майка.       Он думал, что монстр накинется на спящих, но… монстр резко опустился вниз и их взгляды встретились.       — Детишкам пора в кроватку… — тихо прошелестел унисон нескольких голосов, слегка рычащих разными темборами.       Одна из уродливых рук потянулась к дверной ручке и медленно закрыла дверь, оставив всхлипывающего мальчика в покое. Майк не знает почему монстр его пощадил, но точно знает одно, в туалет ему больше не нужно… ---       Шог продолжал продвигаться по коридору, заглядывая под двери. Совсем маленьких он не трогал, ведь вряд ли они заслужили такое потрясение. А вот тех кого он запомнил днём… он навещал.       Но стоит рассказать об этом на примере одной из монашек, следящих за женской частью общежития. ---       Сестре Рохане не спалось, а всему виной отец Олред, который заявил, что в ближайшее время пожертвований не будет. Она и сама понимала причину, слишком заметными они стали, кольцо вокруг них сжимается и пора думать о переезде.       Она услышала царапающий звук от своей двери. Как будто кто-то вырезает на деревянной поверхности. Рохана не испугалась. Нет, она пришла в бешенство, от того что поганцы снова принялись рисовать на дверях непристойности.       Встав с койки, она решительно направилась к двери, в тайне предвкушая как будет вбивать в поганцев правила при помощи розг.       Распахнув дверь, она встретилась взглядом с монстром. Лапа молниеносно схватила её, зажав рот, вторая ухватила её за затылок, подняв над полом. Рохана начала вырываться, пинаться, хвататься и царапать всё до чего могла дотянуться, но нечто из плоти и костей даже не пошатнулось. Ногти Роханны забились плотью. Пинки ногами ничего не не принесли кроме болезненных вывихов. В монстре она уловила уродливую улыбку Уэртона и начала вырыватся с ещё большим усердием, зная в чём того подозревают. Тем временем, существо продолжало царапать на двери в несколько рук перевёрнутую пентаграмму с окантовкой из странных символов, а над пентаграммой был перевернутый крест. С подписью: «Собственность Малфаса».       — Тихо. Иначе получится криво, — проскрежетала пасть Уэртона.       Тварь вошла в комнату продолжая удерживать пленницу на весу и закрыла дверь.       — Прелестная ночь, сестра Роханна, не правда ли? — скалясь ужасающей улыбкой произнесло существо. От этой улыбки или оскала, у монстра разошлись лоскуты кожи, обнажая кровоточащее мясо.       Увидев это Рохана вцепилась в удерживающую руку ломая свои ногти и в пред обморочном состоянии видя куски мяса в своих руках. Уэртон на это тихо рассмеялся. Смех был на несколько голосов, а глаза смотрящие на неё блестят нечеловеческим блеском, словно у дикого, хищного зверя.       Рука приблизила лицо женщины к пасти и та смогла в подробностях рассмотреть лицо Уэртона, ощутить удушающий запах крови из его пасти и почувствовать как голоса из пасти вызывают в ней дрож первобытного ужаса.       — Что такое, Роханна? Разве облик, который подарил мне отец Олред не прелестный?       Из пасти показался длинный язык, и слизнул её слезы, утробно зарычав от удовольствия. Ужас сжал потроха женщины и она перестала вырываться. Она знала, чем знаменит крошка Билли.       Монстр направился к кровати, и Рохана начала вырываться с новой силой. В её глазах начало темнеть, сознание покидает её.       Чувство боли вернуло её в реальность. Она почувствовала острые клыки на своей шее.       Она лежит на кровати, а монстр нависает над ней в обрамлении искривленных рук.       — Такая вкус-с-сная… Как жаль что сперва ты достанешься хозяину. Но ничего, когда он наиграется, мы продолжим. Олред обещал нам. Малфас так благодарен за столь чудную обитель. Не куксись так, ты ведь знала, что загубив столько невинных душ отправишься отнюдь не в рай.       Какофония смеха разливается по комнате.       — Жаль, барон Малфас забрал право на твою плоть. Но твоя душа… Она наша. Мы ещё встретимся, а пока, подарок за новое логово.       Монстр оторвал одну из своих рук и бросил её рядом с дрожащей жертвой. Монстр слез с Роханны, с ног до головы залитую кровью. Обессиленная она отползла от конвульсивно подрагивающей руки, оставленной в дар.       — Не стесняйся, рука помощи многофункциональна. Веселись. Но если выйдешь из комнаты, это будет приглашение. Уверен, Малфас простит меня за то что повеселюсь с парочкой рабов.       Когда верь закрылась, Шогу захотелось устало вздохнуть. Это оказалось утомительнее чем он думал. Не проще ли свернуть им всем шеи во сне?       Нет, нужны свидетели, наперебой утверждающие о наличии демона. А потому… следующая дверь и новое представление…       ---       Тем временем, настоятель был в подвале, активно уничтожая бухгалтерию и компромат на себя. Как и любая крыса, Олред отлично чувствовал когда нужно бежать с корабля.       Четверо солдат из Семьи Ньючи пакуют товар и когда закончат, выведут его через тайный ход. А там, новый Штат, новая личность и новая, безбедная жизнь.       Шредер сжевал очередную папку измельчив бумагу.       Рядом лежит портфель в который Олред сложил компромат на своих клиентов. Важные шишки. Они прикроют его, если не хотят тонуть вместе с ним.       Весь свет погас. Олред выругался, проклиная старый электощиток. Нет времени вкручивать выбитые пробки.       Взяв урну для мусора, он вывалил туда все бумаги и достав зажигалку поджог с нескольких краёв.       Стоя в кромешной тьме возле горящей урны, он успокоился, посетовав что нужно было сразу так сделать, а не страдать хернёй со шредером.       Урна тоже начала плавится, пластик шипит и лопается, от неё поднимается густой черный дым, который заставил закашляться. Когда он взял со стола портфель, до него донеслось эхо.       — Нет. Бегством, тебе не спастись.       — Что? — не расслышал Олред, — Сантьяго это ты? Хуан?.. Вини?..       — Никто тебе не поможет… Так ты им говорил?       Перекинув лямку через плечо, Олред достал из-за пазухи пистолет держа его на изготовку одной рукой, и высвечивая фонариком врага другой рукой.       — Кто здесь, покажись! — крикнул Олред.       Он заметил огненное зарево и поняв, что это горит товар, побежал к нему. И чуть не заорал, видя четыре трупа его проводников, повешенных на трубе на собственных ремнях. Но алчность в нём куда сильнее страха, и куда больше его страшила потеря имущества.       — Столько загубленных душ. И ради чего, Олред?.. Ради силы? Ты слаб.       Олред в растерянности заозирался, свет от огня не смог полностью развеять тьму подвала.       — Ради власти? Ты просто крыса, прячущаяся по норам.       Олред не смог ответить из-за дыма, забившего лёгкие. Подбежав к огню закашливаясь в едком, ядовитом дыме стараясь спасти горящие деньги, подготовленные к перевозке.       — Или же, ты возомнил себя богом, вершащим лишь в свою праведность. И в наказание устроив филиал Ада на Земле? Раз так, то у меня есть для тебя загадка, священник… Как открыть дверь в Ад?       С трудом, Олреду удалось засунуть в сумку часть уцелевших денег.       — Иногда, она ждёт того, кто уже её открывал.       Тяжело кашляя, Олреда вырвало от ядовитого дыма из-за горящих грибов и травы. Его сознание начало искажаться от действия горящих галлюциногенов и он сам не заметил как бросил сумку с таким трудом спасенным капиталом и бездумно побежал в сторону потайного выхода.       — Иногда, она открывается сама собой, в самом тёмном углу, где её никто не найдёт.       Возле выхода, он увидел какую-то тварь лежащую возле лестницы общежитие. Олред проморгался, не уверенный глючит ли его. Выключив фонарик, он медленно отошёл к стене, следя за силуэтом твари слегка дергающейся в конвульсиях.       Медленно, Олред обошел тварь не привлекая внимания.       Включился генератор, чтобы открыть потайную дверь, которая работает не от старого электрощитка. Аварийное освещение высветило часть коридора и Олред с ужасом посмотрел на монстра, думая что обратил на себя внимание.       — А иногда…— донеслось от монстра.       Он увидел морду твари и глаза одного из своих воспитанников, с взглядом полным отчаяния и муки.       — …О̴Н̵А̢ ̛ОТКРЫВАЕТСЯ ПР̵Я͞М͠О͞ ͘ЗА ТВОЕЙ СПИН̷О͢Й̵! — прозвучал вопль позади.       Что-то чёрное накинулась у на Олреда со спины и он завизжал от невыносимой боли. Его крик резко прервался, но не из-за его смерти, ведь одному шогготу нужно выполнить одно обещание которое он себе дал. И выдавить из него жизнь по капле.       Возможно, сейчас Олред искренне сожалеет о первоклассной звукоизоляции подвала. Ведь никто не придёт на помощь.       ---       Детектив под прикрытием Джеральд Карсон весь день просидел в молельном зале. Если выйдет, то окажется на частной территории и у него потребуют ордер, а так, он пользуется своим правом. Каждый час он докладывает о ситуации.       Давненько ему не доводилось надевать свою старую форму. К счастью никто не заметил, что она ему слегка мала.       То что дело будет не простым, Карсон понял еще когда сам Комиссар Стейси описывал детали. Нужно поймать их с поличным. В квартале караулят четыре патрульные машины и транспортник спецназа. Все ждут сигнала от Карсона. Но он должен убедится, что их получится взять с поличным.       Приехав в дом Паркеров, Карсон едва не наплевал на план, он не понимал какой в этом смысл. Допросить потерпевшую, затем приехать в приют и начать трясти яблоню, пока не посыплются яблоки. Стейси отозвал его и ещё раз напомнил, нужны неопровержимые доказательства причастности настоятеля Олреда.       — Долбаная политика… — тихо проворчал детектив, разминая затёкшую шею.       Стейси туманно намекнул, что у Олреда есть друзья в конгрессе и мэрии.       В пол первого ночи, что-то странное произошло. Резко распахнулась дверь каморки и из неё попадали все швабры, а под конец взорвалась лампочка.       Достав пистолет, Карсон направился туда.       — Полиция Нью-Йорка, выйти с поднятыми руками или я буду стрелять!       Подойдя к коморке, он ничего не нашел.       — Оператор, происходит что-то странное. Не уверен что это относится к делу.       В ответ, из рации пошли какие-то помехи.       — Оператор, как слышно?       Но никто не ответил. В голову Детектива пришла мысль, что его просто отвлекали. Перемахнув через скамью, он подбежал к окну через цветной витраж пытался рассмотреть общежитие.       Решив, что это слишком подозрительно он покинул церковь, направившись к общежитию, сняв с пояса фонарик.       Темная пасмурная ночь. Шаги отчётливо слышно на пустой улице. Где-то слышны машины, слабый шум города. Но на территории храма царит тишина.       Подергав ручку, детектив понял что она закрыта. Стучать он пока не стал. Обойдя дом вокруг. Светя фонариком в зашторенные окна, прислушиваясь к возможным звукам.       Ему стало некомфортно, но он не нашел следов или причин вламывается в запертый дом. На третьем этаже открылось окно. Но в нём не видно ничего подозрительного.       Решив вернутся, он направился назад к церкви. Подул особенно сильный порыв ветра, заставивший ржавый флюгер отвратно заскрипеть. Звук привлек внимание Карсона и повернув голову, он взглянул на крышу общежития.       В этот момент распогодилось и из-за туч показалась полная Луна. С ракурса детектива, флюгер оказался прямо по центру Луны. Словно огромный глаз смотрел прямо на него. Будто что-то пытается подозвать его к общежитию.       Ночь и без того жуткая, потому детектив решил выбросить это сравнение из головы и вернулся в молельный зал. Что бы было, если бы он подчинился этому странному зову и наплевав на правила выбил дверь в общежитие? Теперь он этого не узнает. Через час свет резко погас. Это заставило стало для него последней каплей. Хватит с него странностей.       Выйдя на улицу, он снова попытался связаться с диспетчером и в этот раз это удалось. Он вызвал подмогу, а сам с пистолетом на перевес попытался войти в общежитие. На требование открыть дверь никто не отозвался. Выполнив нужные процедуры, он попытался выбить дверь.       Она оказалась усилена стальными пластинами. После его ударов по двери, он услышал короткие вскрики, которые перешли в тихий плач. Эту дверь без тарана выбивать слишком долго, поэтому детектив подбежал к окну и начал стучать, а него.       Крик с той стороны стал громче.       — Мэм, вы ранены? Вы можете открыть окно?       Ответа не последовало, Лиш. надрывное «нет-нет-нет», повторяемое словно мантра, перемежаемое рыданиями.       — Отойдите от окна! — приказал Карсон, снимая с пояса дубинку и разбивая окно.       Расчистив раму от осколков, он влез внутрь. На секунду его сковала оторопь. Большая часть комнаты залита кровью на кровати обхватив колени руками сидит монашка, слегка раскачиваясь взад вперёд, не мигая глядя на изуродованную человеческую руку лежащую на другом конце кровати.       — Мэм, вы меня слышите, ответьте!       Никакой реакции, даже на фонарик в лицо.       Он услышал вой сирен. Менее чем через минуту, спецназ выломал дверь, врываясь в здание. Карсон подал сигнал и его вывели из здания.       — Пресвятая мать заступница… — услышал он от одного из спецназовцев, когда они вошли в коридор залитый кровью.       На каждой двери начертаны сатанинские символы. Некоторые двери распахнуты и там лишь трупы, некоторые со следами самоубийства, некоторые изуродованы до неузнаваемости… И это сделали они с собой сами.       Карсон впервые за несколько лет завязки захотел закурить. Видя как спецподразделения выводят детей у которых шок и истерика. Залитые кровью, словно помеченные ею, они вопят на всю округу что Малфас придёт за ними.       Особняком от них сидят чистые дети, со страхом и паникой наблюдающие за действом, пока один из них рассказывает остальным что видел того, о ком говорят старшие. Там же к своему удивлению он заметил и Лору Палмер, старающиеся их отвлечь. Ещё днём, они были готовы высмеять её, а сейчас словно утята прячутся за её спиной.       Войти в подвал удалось далеко не сразу плотный дым заполнил всё здание как только вскрыли дверь. К счастью, дверь в подвал герметична и дети не надышались наркотой до этого.       — Похоже Олред сбежал, — сказал подошедший Стейси, — В подвале нашли много всего. Включая следы сатанинских ритуалов. Видимо, он взял с собой компромат и попытался избавится от улик. Чтож, он успел избавится не от всего. Карсон, отправляешься с детьми. Их перевезут в больницу. Кажется некоторые из них не в себе, следи чтобы никто из них не сбежал. С остальным мы сами справимся.       Бой колокола застал всех в врасплох. Отряды спецназа сразу с ориентировались и вошли в церковь.       Детектив и комиссар хоть и были в отдалении, успели увидеть привязанную к языку колокола верёвку и обнаженную женщину безжизненно раскачивающийся из стороны, на теле которой вырезаны ровные символы. Тело раскачивается из стороны в сторону и по округе разносится печальный звон. А полная Луна, отражаемая в витраже, окрасила всё в неприятный алый цвет.       Неестественный как показалось Карсону. Но поймёт он это гораздо позже, сейчас, он думает лишь о том, когда же кончится эта проклятая ночь.       ---       Лора проснулась от треска дерева. Не успела она прийти в себя, как ей в лицо направили три ярких фонарика, требуя показать руки и держать их на виду.       После, ей надели стяжки и недоумевающей девушке надели на лицо непроницаемую маску, и слегка заломов руку за спину куда-то повели. Она была напугана и не сразу вспомнила о возросшей силе.       — Черт, стяжка порвалась! Так, тихо, тихо, только не смотри по сторонам! — успокаивающим тоном просил сопровождающий.       Однако Лора проснулась, и не собиралась так просто идти на поводу у неизвестных. Мотнув головой, она сбросила маску, оказавшейся Балаклавой одного из бойцов… И на свою беду увидела до боли знакомый коридор залитый кровью. Её начало трясти от увиденного.       Кто-то выругался и неприятно зажал ей лицо тряпкой. Её начали вести менее бережно, но гораздо быстрее, опасаясь очередной попытки вырваться.       Она помнит последние слова Шога, что она проснётся когда всё закончится.       Разве он это имел ввиду?       Она видела как выводят окровавленных знакомых, таких слабых и разбитых. Она помнит их совсем другими.       Почувствовав удовлетворение, Лора ощутила омерзение к самой себе. Словно ещё одно напоминание, что она ничем не лучше их. Что она такая же жалкая, никчемная… убийца…       Она заметила младшую группу, сбившуюся в небольшую комок хнычущих тел. Им выдали одеяла, сторожат несколько полицейских. Но людей не хватает. Ведь из дома выводят всё новых знакомых.       Почему она подошла к ним. Лора не могла ответить на этот вопрос. Может жалость. Может эгоистичное желание искупить свои проступки. А может, она увидела в них себя, до того как стала тем, кто она есть. Она начала с ними разговаривать, стараясь отвлечь и подбодрить. Не сразу, но у неё начало получатся.       Она заметила довольно уродливую ворону севшую на фонарный столб.       — Кар, — это был не крик птицы, а буквально слово «Кар».       Лора сразу поняла кто это и не сдержала улыбку. Улыбка сошла с её лица, когда начал бить колокол. Все они увидели тело, висящее в храме. И весь успех по успокоению детей обратился прахом. Лора посмотрела на Шога, на что тот распахнул «крылья» и помотал головой в жесте недоумения.