Часть 28

      В этот ничем не примечательный день, горожане как обычно занимались своими делами, пока бездомные бродяги ютились в грязных подворотнях бездумно прожигая очередной день, а совсем рядом происходят ожесточённые бои бродячих животных, в борьбе выгрызающих право прожить ещё хотя бы день в каменных джунглях Нью-Йорка.       И в этот непримечательный день, дом по улице Бликер, в центре Гринвич-Виллидж выглядит как обычно. Фасад двадцатых годов демонстрирует прохожим архитектуру эпохи Возрождения Старого Света. И пусть дом и может показаться старомодным или даже ветхим, но если подняться на крыльцо, после пройдя через тяжелую двустворчатую дверь, то можно окунуться в по-настоящему древний мир. Статуи из храмов Ассирии, мистические барельефы народов Центральной Азии и Египта, вудуистские артефакты Африки и многих других мест, которые никогда не наносили на современные карты.       Таков Санктум-Санкторум — «Святая Святых» магии и мистических знаний. Гости в обители редки, и всё же, в него проник незваный гость, ведущий себя словно хозяин этого места, пока Хранитель обители продолжает гнить в центральном зале, распятый на полу.       На втором этаже, там, куда не доноситься запах гнили и разложения, по комнате в нетерпении ходит рыжеволосый парень, пытающийся вправить вывихнутое плечо. Его лицо и руки окровавлены, а лоскуты кожи застыли расплавленной коркой из трещин которых сочится кровь в пересмешку с сукровицей.       Пусть для остальных этот день обыденный, но для одного серийного убийцы и сумасшедшего, это был очень долгий день.       Тем не менее, разыскиваемый полицией Клетус Кесседи не в агонии от своего состояния, а в холодной ярости. Больше всего в эту минуту он хотел не избавления от боли, а высказать всё своё недовольство карнавальной маске Комедии, с личностью Лорда Алагадды, запертой в холодном фарфоре, исторгающей из себя едкую, черную слизь с гнилостным запахом.       После пришествия в главном полицейском участке, Лорд Страданий Нигредо так и не вернулся. От чего Клетус, решивший, что тот его кинул, был на грани срыва в бешенство. Кесседи нужны ответы. А вот чтобы понять какие, следует узнать, что же их связывает.       Когда Клетус украл довольно уродливую карнавальную маску, Нигредо вышел с безумным мальчиком на контакт, увидев в том скрытый потенциал, а также необузданную жажду чужой и собственной крови, и страданий. Он предложил показать ему пару трюков, и Кесседи согласился.       Нигредо научил его ритуалам, показал, как манипулировать людьми так, чтобы они верили, что те сами принимают решения. А также прятаться у всех на виду, двигаться в «Тени» за гранью реального мира за счет мистических ритуалов на крови. Но самое главное — Нигредо научил Кесседи носить маску нормальности, без которой парнишку давно бы определили в дурдом.       В обмен на всё перечисленное, Клетус должен был делать лишь одну вещь.       Он должен был следить за одной девчонкой, которую звали Лора Палмер, а теперь Паркер.       Клетус должен был следить за тем, чтобы она не сломалась, но продолжала страдать. И к своей гордости Клетус мог заявить, что у него отлично получалось. Ведь когда её щадили в ситуациях, в которых других ждала смерть, то все начинали винить её, а не истязателей. Все возненавидели Лору, превратив её жизнь в непрекращающуюся череду страданий. Когда девушка погрузилась в самые глубины отчаяния, это отчаяние охватило весь приют.       Волны самоубийств сирот, потерявших надежду на будущее, порочных монахинь, в душе которых оставались искры человечности, ввергавших их в пучины депрессии от неспособности выйти из игры и пойти против мафии. И в этой обители боли, ненависти и отчаяния Кесседи был счастлив, упиваясь своей силой и властью.       Но, даже этого парнишке стало мало, и он начал задаваться вопросами о своей подопечной. Что если её запытать, окончательно сломить или и вовсе убить? Свою задумку он начал воплощать незамедлительно, нужно было лишь время.       Он стал для Лоры единственным другом, что было несложно. Кесседи сам помог ей справиться с отчаянием, в которое вогнал девчонку. Его действия вывели Нигредо из себя, но как только Кесседи раскрыл детали, то после ему пришлось несколько дней слушать ментальный хохот маски Лорда Страданий, который оказался в восторге от задумки своего протеже.       Клетус хотел стать ей лучшим другом, только затем, чтобы, когда Лора начала считать самым близким человеком, то он бы раскрыл все карты, перед тем как запытать её до смерти.       Увы, он просчитался и не учёл, что своими действиями Клетус подарил Лоре решимость на побег. Он собрался последовать за ней, но впервые в его задумку вмешался Нигредо, выступивший решительно против, убедив, что в итоге девушка вернётся сама.       Кесседи согласился ждать, только получив обещание от Нигредо, что именно Клетус убьёт её. Лорд согласился.       Она вернулась лишь через год. Пусть Клетус и заметил её странное поведение девушки, но был слишком взволнован скорым воплощением всех своих планов. Маска Лорда же молчала, не дав даже намёка на то, свидетелем чего он станет. А может, он был просто напуган?       Ничего не подозревая, Клетус воплощал свою задумку. Навязать идею Билли и его компашке было легче лёгкого, нужно было лишь подтолкнуть и незримо помочь проникнуть в женское крыло приюта…       И стать свидетелем того как их разрывают на куски, чтобы сплавить, сломать и смять в живой кровоточащий ком плоти. Затаившийся парень видел, как тварь проползла мимо, пока Кесседи прятался в «Тени» затаив дыхание.       О нападении не могло идти и речи. Да, Клетус безумен, но не дурак. И когда инстинкты шепчут ему, что монстр ему не по зубам, то малолетний убийца предпочтёт к ним прислушаться.       В ту же ночь он сбежал, предварительно проведя ритуал над одной из монахинь, набравшись сил от её предсмертной агонии и повесив то, что осталось в часовне.       После побега от полиции прошел день, и Кесседи надоело ждать возвращения Нигредо. Он отправился проследить за домом Паркеров и стал свидетелем их сборов в поездку. Из-за очередного побега Лоры, терпение Клетуса иссякло. Он не хотел ждать ещё год для воплощения своих желаний.       Очень удачно Лора отправилась с младшим Паркером куда-то по своим делам, оставив своих опекунов одних.       Раз Лора решила сбежать, то следует оставить послание, которое точно заставило бы её вернуться. Так рассуждал Кесседи, подбираясь к открытому окну, за которым спорила пожилая супружеская пара, которая не могла решить, что следует взять в поездку.       Маска нормальности пошла трещинами и из-под неё начал прорываться монстр. На лице Кесседи растянулась безумная улыбка, настолько широкая, что мышцы начало сводить судорогой. Взгляд стал расфокусированным в предвкушении бойни, а дыхание прерывистым.       Звуки шагов заглушает газон на лужайке. Рука привычно забралась во внутренний карман, ладонь легла на слегка шершавую рукоять и пальцы стиснули её мёртвой хваткой.        Никто не заметит его, как и всегда.        Он уже протянул руку к подоконнику, чтобы перемахнуть через него и учинить резню.       Однако, он так и замер с протянутой рукой, ощутив словно волосы встали дыбом на загривке. Его обострённые инстинкты подобны звериным, и эти инстинкты в унисон вопят, что позади опасность. Парень переборол рефлекс метнуться в сторону. Медленно повернув голову, он посмотрел себе через плечо и сразу заметил как по газону растекается черное пятно, не отражающее свет. Абсолютно беззвучно, скрытое за стеблями травы.        Кесседи оказался неприятно удивлён тем, не понимая, что он сделал не так, ведь тварь медленно и неотвратимо двигалась к нему.       "Следы!", — осознал парень, видя как существо стягивается к примятой траве, по которой ступал Кеаседи. Существо быстро определило траекторию шагов, и сжалось в бесформенный комок бурлящей биомассы, стремительно направившейся к окну. Сделав несколько шагов в сторону, Кесседи насторожено следил как существо добралось до стены, вытягивая вверх тонкие щупальца, забравшиеся на подоконник, явно прислушивающиеся к перепалке супружеской четы. Поняв, что тварь отвлеклась, Кесседи понял что это его шанс и решив воспользоваться моментом, потянулся ножем к своему запястью. Один порез и фраза активатор и он уйдёт в «Тень». Нож с лёгкостью рассек кожу, мышцы и вены. На траву начали падать первые капли крови. Кесседи уже набрал воздух в лёгкие, чтобы произнести заклинание, поднял взгляд.        Рефлексы, ставшие нечеловеческими после шести ритуальных жертв, позволили среагировать и упасть на спину, как раз в тот момент, когда тонкое щупальце ударило на манер хлыста в том месте, где была его голова.        Он просчитался, тварь не отвлеклась.        — Что это было? — из дома донёсся женский голос.       Черная биомасса заползла под подоконник, формируя шип, направленный в сторону Кесседи. Как только он попытался отползти, шип отреагировал, направляя острие в его сторону. Парень замер.        Бен Паркер подошел к окну, оглядывая свою лужайку перед домом. Опершись на подоконник, он выглянул на улицу, проверяя прячется ли кто-нибудь возле стен. Прямо под ним была бесформенная масса с черным шипом, отбрасывающим блики на Солнце, а на траве маньяк судорожно сжимающий нож и незримый для его глаз.        Клетус понял, что тварь не хочет показываться  хозяевам дома на глаза, потому начал отползать к проезжей части.        — Наверное дети петардами балуются, — сказал Бен, пожимая плечами и закрывая окно.        Одновременно с этим тварь оттолкнулась от стены и на огромной скорости полетела в парня. Наплевав на скрытность, Кесседи рванул к дороге, не успевая даже встать и используя для передвижения все четыре конечности.        Он почувствовал резкую боль в лодыжке и снова упал, сразу перекатившись в бок. Черное нечто приземлилось в то место где Клетус лежал секунду назад вонзив шип в землю. Хаотичное движение щупалец демонстрирует, что существо потеряло парня.        Лёжа в метре от врага, Кесседи затаил дыхание, собираясь с силами для очередного рывка.       Осталось всего пара метров до спасительного тротуара, на котором трава не будет компрометировать его местоположение.        Тварь резко сжалась до размера теннисного шара. Кесседи не понял зачем, пока существо не взорвалось словно дымовая граната. Бесцветный дым стремительно оседал, конденсируясь в прозрачные капли едкой кислоты. Лужайку охватила дымка от реакции вещества с травой.       Парень оказался в зоне поражения и сразу ощутил острую боль, и увидел, как открытые участки кожи пошли волдырями. Будь на месте Кесседи кто-то другой, он бы уже катался по земле от невыносимой боли, оставляя частично растворённые куски кожи.        Клетус проигнорировал боль, но у атаки оказалась другая цель.        Запах. Тварь его пометила.        Открылась тридцатисантиметровая пасть, и по округе пронеслось тихое рычание, на грани инфразвука. Его нашли.       Кесседи вскочил и побежал. Мимо него пролетела черная тень, врезавшаяся в припаркованную машину, подняв вой сигнализации.       Пробежав между припаркованными машинами, Кесседи вонзил нож в багажник проезжающего авто. Резкий рывок, сустав выбило из плеча, но он всё ещё жив, а значит, он всё-таки сбежал, ведь черная тень не стала его преследовать.       И вот теперь, Клетус ходит по хозяйским покоям Санктум-Санкторум. У него выбито плечо, лицо и руки покрывают химические ожоги, а в мыслях холодная ярость на пропавшего Нигредо, на Лору, и на её защитника.       Услышав как открылась дверь, Кесседи понял, что хотя бы на Нигредо он может отыграться. Он отправился на звук напеваемой мелодии.       — Ох-хо-хо… вы только посмотрите! — воскликнула маска Нигредо девичьим голосом, — Да он же помер! Какая досада…       Носителем маски стала молодая девушка, тело которой уже начало стремительно разлагаться под воздействием маски. Её голова неестественно вывернулась и на Касседи уставились черные провалы маски Комедии, из глаз и рта которой сочится едкая слизь.       — Ах-ха-ха, — голова запрокинулась, пока Нигредо захлебывался истеричном хохотом, — А с тобой что случилось?! Ты похож на полупереваренный нагетс.       Зарычав от ярости, парень набросился на Нигредо с ножом, нанося один удар за другим, но смех маски не утихал. Последним ударом он вонзил нож в глаз Маски. Все это время Нигредо не прекращал хохотать. Содрав маску с трупа, Клетус выпрямился сжимая руку на переносице маски, глядя в черные провалы глазниц.       — Теперь не сбежишь, — прошипел парень, с гримасой изуродованной химическим ожогом.       — Сбегу? — с игровым недоумением спросил Лорд Страданий, — А зачем мне сбегать? Хм… я чувствую с твоей стороны какую-то обиду.       — Ты обещал мне, что я убью её. Но выходит, всё это была ложь. Это существо… из-за него всё чему ты учил стало бесполезно! Ты знал об этом и хотел отправить меня на убой, так ведь?!       — Эй, я ведь говорил, что ты не готов к встрече с моим старым другом! Не вини меня в том, что сам решил отправиться проветрить потроха. Между прочим, я искал Путь в одну интересную библиотеку, пока твоей единственной задачей было присматривать за нашим арендодателем. Кесседи посмотрел на распятый труп Хранителя.       — И теперь, скоро здесь станет ОЧЕНЬ жарко. Но, в этом есть и плюс — твоя недовольная рожа доготовится. Как думаешь, если я приду с ним и сырным соусом, то Артур меня простит?       Слова маски снова вывели парня из себя.       — Да кто он вообще такой?! — Клетус с силой швырнул маску в стену.       — Ах, это такая долгая история. Всё что могу сказать, Артур был тем ещё затейником. И потому, рекомендую тебе дважды подумать, прежде чем не воспринимать его всерьёз. Даже если сейчас он не в своей лучшей форме. Ну а сейчас, будь душкой и посмотри, что во внутреннем кармане этой шл*шки. Не отводя подозрительный взгляд от маски, парень склонился над гниющим телом девушки и достал брошюру из внутреннего кармана ветровки.       «Школа для одарённых детей Ч. Ксавьера», — гласила надпись на рекламной брошюре. Клетус с недоумением посмотрел на маску, сменившую выражение на лик Трагедии. От всей его шутливости не осталось и следа, показывая что Лорд Алагадды недоволен действиями своего слуги.       — Я знаю Артура как облупленного, мальчик, — голос Нигредо стал ниже, более угрожающим, — Каждую реакцию, каждую мысль, которую порождает его сознание. И сейчас, он затаится, будет наблюдать и находить твои слабости. Из-за своей нетерпеливости, ты уже продемонстрировал как раскрыть свою маскировку, и дальше, он использует это знание против тебя. Поэтому пора тебе вернуться к саморазвитию.       — Начав ходить в шарагу для пид*ров с золотой ложкой в жопе?       Нигредо тихо посмеялся.       — Ты всё также судишь о мире поверхностно, глядя лишь на фасад. Там, ты найдёшь себе пару козырей, для будущей игры. Если сможешь. Ну, а если нет, то зачем ты мне нужен?       Теперь Кесседи посмотрел на брошюру более настороженно.       — Значит, там я найду средство, чтобы расправиться с этим ублюдком? — на лице парня растянулась кровоточащая улыбка в предвкушении расправы.       — О… нет-нет, это всего лишь пара козырей. После твоего возвращения, мы отправимся в обитель одного жадного Змея. И вот там, ты найдёшь то, что позволит узнать Артура получше.       Этим вечером, в 18:23, в исторической постройке расположенной по улице Бликер, 177A, случилось возгорание. Здание вспыхнуло словно спичка, прогорев до состояния пепла и ни пожарные, ни маги прибывшие из далёкого Камар-Таджа, не смоги погасить багровое пламя, воющее в лучах заходящего Солнца и пожирающее накопленные знания не одного поколения.