Часть 5

Лада не скрывала своего удивления. Они и впрямь собираются в туман? Она прикусила губу, раздумывая. Последнее, чего ей хотелось, обрекать Волота на опасность. А если с ней что случится? Родители точно не переживут. Дело в том, что она понятия не имела, куда приведет её этот зов: к сестре или ещё к большей опасности. Она и дороги толком не знала, просто чувствовала, что нужно прямо туда. — А если это нечисть? Если никакой не зов? — устало спросила она. Как бы ей хотелось простой, мирной жизни. Не слышать зов, не быть виновной в пропажи сестры. Лада хотела вернуться на луг и пасти своих любимых овечек. — Нет, не она. Волот знал много, но это точно не похоже на нечисть. Что-то или кто-то отчаянно её зовёт и рано или поздно вынудит Ладу прийти. Пусть лучше он будет в этот момент рядом. Защитит, прикроет, но не даст ей погибнуть. Девушка колебалась, жрец отчетливо это видел. Он подошел ближе, поворачивая голову: — Не бойся, нечисть нас не тронет. Лада напряженно кивнула и пошла чуть впереди. У самой кромки белого, непроглядного тумана, она притормозила и вцепилась в мужскую руку. — Чтобы не потеряться. — жалкое оправдание на грани шепота. Волот криво улыбнулся, делая первый шаг в туман: — Бояться нормально. Лада сделала следующий шаг, оказываясь рядом. — Ты тоже чего-то боишься? Она только вошла в туман, но ее тут же охватило ощущение, что он везде, простирается вперед до края земли и сзади нет никакой ее деревни и родительского дома, лишь туман, которому ни края, ни конца. — Да. — честно признался он. И теперь на один страх у него прибавилось. Его ответ удивил Ладу. Неужели даже могущественный жрец чего-то боится? — Веди, не будем задерживаться. Она тут же отбросила все посторонние мысли, сосредоточиваясь на зове. Волот напряженно оглядывался. В одной руке сжимал маленькую ладонь Лады, аккуратно, даже нежно, а в другой — свой кинжал, твердо и уверенно, готовый воспользоваться им в любую секунду. Лада ощутила знакомый зов, более того, в тумане он стал более отчетливым. Теперь голос не звучал отовсюду, он точно был ее в голове и указывал дорогу. Девушка дернулась в нужную сторону и Волот последовал за ней. Он ни на секунду не разрывал их ладони, ни на секунду не терял бдительность. Их поцелуй, удивление от того, что она вообще ответила, все это потом, когда выйдут из тумана. Они шли практически не сворачивая, будто бы вдоль полосы тумана, удаляясь от поляны. Сам Волот уже бывал здесь, до деревни ещё не далеко, но он уже ощущал опасность. — Кажется…кажется это близко. — Лада ускорилась. От того чтобы побежать, её отделяла лишь мужская рука. Волот напрягся ещё больше, будто бы куда бы ни шла девушка, вся опасность таится именно там. Ещё немного…почти. В какой-то момент они неожиданно вышли из тумана, оказываясь перед деревьями. Лада знала, стоит ей протиснуться через низкие ветви - она окажешься на месте. Никто из них не ожидал, что зов привел девушку к капищу. Волот наконец отпустил девичью ладонь и первым прошел дальше. Капище не заброшено, судя по тому, что кровь въелась в жертвенный камень. Мужчина подошел ближе, присаживаясь на колени. Он вглядывался в неизвестные Ладе письмена, но по его непроницаемой маске, сложно было что-то понять. С каждой секундой Волот убеждался, что старый жрец не лукавил и не врал. Сюда кто-то ходит и поклоняются здесь не Богам. Взгляд переместился на край камня, с которого капала кровь, обагряя землю. Её было совсем немного, даже с петуха было бы больше. От чего-то это вынудило его напрячься и шагнуть ближе. Мужчина без страха провел по алой жидкости пальцами и готов был поклясться, что кровь человеческая. Он резко поднялся с места, оглядываясь. Её пролили совсем недавно, а значит они могут быть здесь, могут вернуться. Кто бы это ни был — кто-то из их деревни или чужак, но он способен нанести вред Ладе. — Назад. — он вновь оказался рядом, вновь хватая девушку за руку, едва не поднимая на руки, поспешил обратно, скрываясь тени могучих деревьев и кустарников. — Волот! — голос Лады звучал напряженно но тихо, однако она попыталась вырваться. Они ведь даже не осмотрелись толком, почему так спешно уходит, что он там увидел? Наконец он не выдержал и поставил её на землю и только Лада открыла рот, чтобы заговорить, резко потянул её вниз, вынуждая сесть. Мужская ладонь зажала рот, от чего девушка испугалась ещё больше. Она напряженно кивнула и глянула на Волота, затем перевела взгляд на капище. Вначале даже не увидела ничего, пока не присмотрелась внимательнее. На капище вышел незнакомец и один его вид, вынудил девушку сжаться от страха. Она отчаянно нащупала руку мужчины и зашептала едва слышно: — Это…это он…тогда в тумане с Вереей… Мужская рука сама собой легла на припрятаный кинжал. Он? Фигура скрыта накидкой и деревянной маской, но человек не забрел сюда случайно. В маленьком мешке кто-то барахтался, вероятнее — петух. Капище скрыто туманом, дремучим лесом, его не найти так просто. Он лично за все эти года на него так ни разу и не набрел. Вот она — разгадка прямо перед ним. Волот мог поддаться вперед, подкрасться, напасть со спины и сорвать с маску. Желание докопаться до истины манило, но двигало им еще куда более сильное желание — защитить Ладу. Он понятия не имеет, на что способен незнакомец. Кто бы это не был, силу свою он черпает из морока. Нельзя оставлять Ладу одну, нельзя. Если этот зов натолкнет её на что похуже? Сознание услужливо подсказывало, что он справится с неизвестным, одолеет, но намертво вцепившаяся в него рука девушки, говорила о другом. Волот поджал губы. Нет, не сейчас. Он не станет рисковать ею. В следующий раз, когда они встретятся один на один, он сорвет с него маску. Волот не отрывал взгляда от каждого его действия. Вот он достал петуха и вспорол ему горло, вот сел на колени перед камнем и что-то зашептал, отсюда было не не услышать. Жрец ощутил, как тело Лады окаменело рядом с ним и не мудрено, перед ней самый настоящий кошмар. Но раз он реален, реально и то, что произошло в тумане. Верею действительно кто-то забрал. Волот вдруг понял, задерживаться здесь нельзя. Если этот зов его рук дела? Вдруг он прямо сейчас вновь пытается к ней возвать? А если он не один? Если придут и другие? Нет, надо уходить. Наконец он оторвал взгляд от неизвестного и повернулся к Ладе: — Уходим, тихо. Лада напряженно кивнула. Полусидя, прячась за деревьями, они отдалялись шаг за шагом. Лада ступала только туда, куда ступил Волот, пока они не отошли достаточно далеко, чтобы встать и наконец ринуться бежать да побыстрее. Лес расступился и они оказались в объятиях всепоглощающего тумана. Ладе опять стало страшно. Опять почудилось, что она в том самом кошмаре, только теперь он реален как никогда. Она с трудом перебирала ногами, сердце едва не выскакивало из груди. Человек в маске. Он реален и произошедшее тоже. Она задрожала, затрясла головой, пытаясь избавиться от всего, от своих воспоминаний, от чувства, что сама отпустила руку сестры. — Лада. Волот не знал, что с ней, но побоялся, что это может быть тот же зов. Задерживаться стало особенно опасно. Неизвестный явно умеет пробираться через туман. Но девушка была не в себе. Все её домыслы наконец обрели доказательство — доказательство ее вины. Из-за нее все! Верея исчезала из-за нее. Родители страдают из-за нее. На какое-то мгновения, Лада стала уверена, что и в тумане они оказались из-за нее. Лучше бы…лучше исчезла она сама. Верея должна была остаться. Её все любят, она приносит улыбки и счастье. А что сама Лада? Только с овцами и сидит. От того чтобы вернуться к незнакомцу в маске её останавливал банальный страх, вот и всё. Внезапно мужские руки крепко прижали её к себе. Лада ощутила знакомый ей древесный запах, ощутила себя в безопасности. Чувство вины не исчезало, но наконец перестало её душить. Она отчаянно вцепилась в мужскую грудь, поднимаясь на носочки и найдя губы Волота, сама прижалась в поцелуе. Совсем не к месту, были может и ненужному ему, но такому важному для самой девушки. Волот замер от неожиданности. Лада целовала его сама. Он и не заметил, как стал отвечать, его тело все решило за него, оно лучше знало хозяина. Поцелуй был таким же как и сама девушка — спокойным, без спешки и напора. Лада сделала первый шаг, но с радостью передала инициативу Волоту. Её маленькие пальцы сжимали накидку, тело отчаянно прижималось сильнее. Волот лишь убедился, он пропал окончательно. Для него вдруг перестал существовать туман и прочая опасность, осталась лишь Лада. Как он мог столько лет проходить мимо? Почему не нашел её раньше? Почему должно было случится столько плохого, чтобы им найти друг друга? Он отстранился первый, пальцы его дрогнули на девичьей талии, но мужчина лишь крепче прижал её к себе, позволяя себе секундную вольность — насладиться ею. Лада стала дышать ровнее, окончательно пришла в себя. И только в этот момент на нее вновь накатила вина, только не за сестру, а за старого друга. Она ощутила, что теперь не сможет ответить на его чувства взаимностью. Её тянет к Волоту. Так неожиданно и непонятно в её душе поселились чувства к молодому жрецу. — Поспешим. Мужская рука вновь обхватила её запястье и повела прочь. В этот раз они практически бежали и Лада понимала почему. Помимо опасности человека в маске, она ощущала дыхание нечисти за спиной. Они опасались жреца, не подходили, но неизменно были рядом. Когда они вышли из тумана Лада позволила себе вдохнуть полной грудь, но мужчина не сбавил ход и повел её дальше. Лишь оказавшись в собственном жилище, Волот отпустил её руку и остановился. Лада видела, как на его лице отразились тягостные мысли. Есть и другие. Им нужна Лада. Это была кровь Вереи, поэтому Лада слышала зов. Волот осознал, что дела обстоят скверно. Он понял то, что ему никак не хотелось принимать — чтобы найти других, ему нужно отправиться в туман с Ладой, подвергнуть ее опасности, а ему этого не хотелось. Уже очень давно он привык делать все для блага жителей деревни. Быть может раньше он повел бы Ладу в туман с легким сердцем, лишь бы обезопасить других. Жертва, но вынужденная. Сейчас ему этого не хотелось. Настолько сильно, что он бы пожертвовал всеми, но оставил рядом Ладу. Неправильно, так быть не должно. Что скажут остальные жрецы, когда узнают? Или лучше скрывать? Нужно найти другой способ. Он должен сам найти тех людей, Верею, не вмешивая Ладу, чтобы она была в безопасности. — А будет ли кто-то в безопасности, пока в тумане есть другие? Волот размышлял долго, настолько, что Лада неуверенно подошла ближе и дотронулась до его плеча. Тогда он наконец вздрогнул, будто очнулся ото сна и повернулся. Никто из них не спешил говорить. Ни об их уже втором поцелуе, ни о произошедшем. Девушка убрала свою руку под тяжелым взглядом жреца. Она внезапно подумала, может это все не так и важно? Это Волот украл ее первый поцелуй, но сам он ведь не первый раз целует девицу. Она знала, многие заглядывались на скрытого жреца. Знали, сколько власти в его руках, знали, что рядом с ним всегда будут в безопасности. Пугал он не меньше, чем манил. Так может он перецеловал столько девиц, что поцелуй с Ладой для него ничего не значит? Эта мысль осела горечью на сердце. Горло сдавило спазмом не высказанных слов. Почему же она должна быть особенной? Причин не было. Лада была одной из девиц в их небольшой деревушке. Познакомься они раньше, она приковала бы взгляд своей красотой, но Волот бы прошел мимо, ведь в его жизни столько вещей гораздо важнее любовных утех. Но Лада изменила все сама. Она была единственной, кто не ждал от него ничего, просила только о защите, которую он создавал одним своим присутствием. А её подарок… Волот хранил его в сундуке под замком, опасаясь, что с ним может что-то случиться. Если бы Лада знала, непременно подарила бы ему и ещё. Он сам не понял, в какой момент проникся к ней. Может одиночество и простое человечное тепло сблизило их настолько? Заставило открыть глаза и как следует разглядеть, находящегося рядом? А может в том лишь замысел Богов? Не стоит искать причину и лишь довериться ему? Даже если замысел в том, чтобы погубить его, Волот был готов. Он доподлинно не знал, что связывает девушку с сыном старейшины, но теперь понял, что хочет, чтобы это прекратилось. — Не бойся. — Мужская ладонь вновь обхватила её запястье. Не бойся меня. Не бойся того, что произойдет. Не бойся тумана. Не бойся человека в маске. Волот был готов убить для нее, готов умереть за нее. — С тобой ничего не случится. — Я… — Лада смущенно опустила взгляд: — Я не за себя переживаю. Ну конечно… Волот дернул уголком губ. Он в этом и не сомневался. — Я думаю, Верея жива. — Правда? — в ее глазах ещё ярче вспыхнул огонек надежды. Ведь казалось никто уже не верит кроме самой Лады. — Я должна её найти, должна… — должна спасти, ведь тогда отпустила её руку. — Нужно к жрецам. — кивнул Волот. Разговор предстоит не из простых, но он необходим и Лада будет присутствовать, раз уж это касается ее. Вскоре они оба были в доме старой жрицы: — Ты пошел в туман? Без нас? И взял с собой Ладу?! — старческий голос был полон неприкрытого гнева. Волот такую реакцию и ждал, а вот Лада впервые видела старую жрицу в ярости. — Полно кричать. Что сделано, то сделано. — вмешался мужчина: — Что ещё вы видели? — он бросил быстрый взгляд на девушку, все еще сомневаясь в надобности ее присутствия здесь. Волот подробно описал капище, символы, человека в маске. Неутешительный вывод напрашивался сам собой. — Но…— Лада наконец подала голос. Впервые за время своего присутствия здесь: — Разве это возможно? Жить в тумане? И зачем им Верея? — Возможно, если обращаться за силой не к тем. — пояснила жрица. — Зачем им нужна Верея? — тверже повторила она. Старуха поджала губы. Лада…ей даже понравилась, пусть на её долю и выпала незавидная участь. — Думаю, с вашей помощью они хотят окончательно уничтожить Богов. — Что…? Но как?! — Этого наверняка я не знаю. — очевидно жрица не договаривала и кое-что знала, но пугать девушку не спешила. — Нужно отправится в туман и найти их, найти Верею. — Волот, что сидел молчаливо, тоже наконец подал голос. — И кто же это сделает? — жрец спрашивал с ухмылкой. В самом деле, кто в своем уме на такое пойдет? — Я. Жрецы мгновенного повернулись на Волота и заговорили в один голос: — Нет! Это опасно! — Тебе точно нельзя! Лада наблюдала за всем со стороны и…была согласна Это опасно. Волот сильный жрец, его нельзя потерять. Но сердце отчаянно жаждало спасти сестру! Как же это сделать? Если она отправится в туман сама, следуя на этот зов, каков шанс, что действительно дойдет до сестры? Что кощеи не погубят её по пути? Или вовсе она не наткнется на человека в маске? Никаких. Пойти туда — самоубийство. И ради сестры Лада была готова и на это, если бы не тот факт, что попади она не в те руки, Богу могут никогда не воскреснуть. — Никто кроме меня не сможет. — ответил мужчина. — Ты молод и…слишком самонадеян. — раздался скрипучий старческий голос. — Тебе нельзя умирать, ты слишком важен для деревни. — Нужно…нужно все как следует обдумать. Мы что-то упускаем, должен быть и другой способ. — старый жрец примирительно поднялся, прерывая все распри: — Скоро стемнеет, Волот, нужно протопить баню, чтобы смыть с себя все что принесли с тумана. Мужчина кивнул, поднимаясь следом. — Проводи Ладу, я хочу поговорить с Волотом наедине. Старому жрецу ничего не оставалось иного. Он проводил девушку до нужной избы и даже сам начал топить баню, чтобы не терять время. Тем временем в доме старой жрицы, Волот услышал то, чего боялся: — Кровь…кровь может быть и Вереи. Узы сестер крепки, а таких как они — ещё сильнее. С ее помощью они и зовут Ладу к себе. — Ее нужно беречь. Жрица поджала губы, предпочитая на это не отвечать. Лада нужна обоим сторонам. Но если не получиться её сберечь, не проще ли убить? Не дать попасть её телу к жителям тумана и провести ритуал? Быть может жестоко, но так их Боги хотя бы останутся с ними. Возвращался Волот ещё более погруженный в свои мысли. Он уже был практически уверен, что ему предстоит уйти в туман, предстоит найти тех, кто там прячется, кто бы они ни были. Иначе как гарантировать безопасность Лады ? Всей деревни? Вернувшись, он сам дотопил баню и когда нагрелась вода, отправил Ладу мыться первой: — Иди, я подожду и подойду потом. Девушка разделать до гола в предбаннике, а затем нырнула в саму баню. Жар ударил ей в лицо, вынуждая присесть на скамью. Она разбавила воду в медном тазу и обдалась, оставаясь сидеть на месте. С каждым днем жизнь становилась все сложнее. Исчезновение Вереи, а теперь ещё и грозящая смерть Богам…? Что там думают родители о ее отсутствии? Как теперь изменится отношение Драгана к ней? А что же насчет молодого жреца? Лада повернула голову в бок. Мысль о том, что Волот совсем рядом, ждёт, пока она помоется, сводила её с ума. Волнует ли его это так же? Будоражит ли знание того, что она здесь находится голой? Сама девушка сходила с ума от мысли, что после нее сюда зайдёт жрец. Она представила его сильное тело и зарделась ещё больше. Высокий, статный, сильный, будто бы убивающий нечисть голыми руками. Лада даже ждала, что Волот зайдёт к ней, но этого так и не случилось. Она обмылась как следует и выскочив в предбанник, наскоро вытерлась, одевая чистую рубаху. Волот ждал её возле дверей, на улице. Караулил, опасался, что она снова услышит зов. Проходя мимо, до него донесся аромат земляники, вынуждая рот наполниться слюной. Он обреченно поджал губы, наблюдая за удаляющейся фигурой девушки. Белая ткань облепила её тело, делаясь прозрачной в некоторых местах. Он ощутил, как член молниеносно налился кровью и с трудом оторвав взгляд, скрылся в предбаннике. Волот яростно снимал с себя одежду и корил за реакцию собственного тела. В самой бане вылил на себя ведро ледяной воды, но даже это помогло не сразу. Только посидев какое-то время, он наконец смог придти в себя. И только когда окончательно вернул себе контроль, вышел из бани. Лада ждала его в спальне. Девушка сидела на стуле и смотрела в окно. Ее волосы ещё были влажными, лежали на спине, вынуждая ткань стать прозрачнее ещё больше. В комнате было ощутимо прохладно и мужчина подошел к печи, подкидывая еще дров: — Сядь к огню, здесь теплее. Девушка бесшумно встала и подошла, подождала, пока Волот расстелет покрывало и уселась на него. Сам жрец хотел было отойти, соблюдать дистанцию, но неожиданно Лада дёрнула его за рубашку: — Посидишь? Нужно отказаться. Незачем искушать себя и ее, но ноги сами опустили на пол. Он случайно соприкоснулся с её ладонью: — Ледяные. Почему не села к огню раньше? Лада как-то неуверенно пожала плечами. Она и впрямь замёрзла, но будто бы ощутила это только сейчас. Выбежав из бани она первым делом направилась туда, где ощущала себя безопаснее всего — в спальню жреца. Вот только сесть на кровать почему-то не решилась, ноги сами привели к стулу, стоящему у окна. В голове ещё не укладывались мысли, слова жрецов. Верею точно похитили и рано или поздно придут и за ней. Деревня может сгинуть, а Боги так никогда и не возродятся. Может…если бы она тогда не отпустила руку сестры, опасность бы миновала? Они бы больше никогда не оказались в тумане и долго и счастливо прожили эту жизнь? Лада очнулась тогда, когда наконец пришел Волот. Мужчина вздохнул, будто бы все происходящее давалось ему нелегко. Он приподнялся и пододвигаясь, садясь за её спиной. Пальцы, что так часто убивали, на удивление нежно убрали уже чуть подсохшие от огня волосы, а сам Волот придвинулся в ближе, растирая ладонями плечи девушки. Спиной Лада ощущала жар его груди, его дыхание на своем затылке. И согреваться стала совсем не от его ладоней. Она зажмурилась, пытаясь начать мыслить здраво. Разве нужны эти чувства? Разве к месту они? А Волоту? Ему-то они явно будут в тягость. Они просидели так какое-то время. Мужчина опустил руки на собственные колени, но продолжал сидеть рядом. В какой-то момент спина затекла и Лада позволила себе опустится на грудь Волота. Оба смотрели на огонь и оба думали об одном и том же. Волот не мог избавиться от мыслей, что её сорочка слишком тонкая. Нет, вины Лады в этом нет. Это все он. Он позволяет себе заглядываться, воображать, какая мягкая на ощупь ее кожа. Позволяет себе дышать этим земляничным запахом. Позволяет себе сидеть слишком близко даже сейчас. Девушка повернула голову и несколько прядей упали с её плеча. — Ты позволишь? — слова сорвались быстрее, чем он успел их осознать. Лада лишь почувствовала прикосновение к волосам, но безоговорочно кивнула. Мужчина встал, беря её гребень со стола и вновь сел рядом. Он…хочет расчесать ей волосы? Девушка не знала, чем вызван такой порыв, но перебросила локоны на спину. Волот шумно вздохнул. Он сам не понимал, почему они так сильно его манили. Его пальцы прошлись по длине до самой поясницы, затем аккуратно прошлись гребнем, расчесывая прядь. Лада замерла. Так аккуратно не расчесывала даже матушка. Разве могли руки в крови быть такими нежными? Волот продолжил, прядь за прядью, локон за локоном, пока ещё слегка важные волосы Лады наконец не стали расчесанными. Он отложил гребень и не удержавшись, прислонился к волосам лицом, вдыхая её сладкий запах. — Ты…так вкусно пахнешь. Лада зарделась. Никто до этого такого ей не говорил, ни один мужчина не расчесывал ей волосы, не замечал её запах. — Ты тоже…! — девушка неожиданно повернулась, ощущая, что должна ответить: — Лесом… Они встретились глазами, но в этот раз бросаться в омут никто не спешил. Лада в один момент поняла, что никогда не была так близка с Драганом, как сейчас со жрецом. Ее рука поднялась выше и легла на мужскую грудь. Под рубашкой были символы, значение которых ей было неизвестно. Она знала, видела их, когда Волот переодевался, а она тайком следила. Девушка закусила губу от интереса. Это не её дело, но хотелось посмотреть, узнать, что же они значат, но мужская рука легла на её собственную, вынуждая её вернуть зрительный контакт. — Не бойся. Я найду их, найду твою сестру. — так просто он дал обещание, которое выполнить почти невозможно, но оба знали, Волот выполнит. Сделает все, что его испольнить. — Ты…опять отправишься в туман? — Да. — Один? — Да. Лада рвано выдохнула: — Это слишком опасно. — Да. — он и не собрался таить правду от нее. Быть может жрецы об этом и не узнают, но с Ладой ему хотелось быть честным и открытым. До конца. — А если… если ты не вернешься? — эти слова девушка произнесла шепотом, потому что боялась, что озвучив их, будто даст им силу. — Значит я умру вместе с теми, кто хочет тебе навредить. Девушка резко бросилась вперед, обхватывая его шею руками. Нет, только не он. Боги, только не он. — Не надо, не надо за меня погибать. — девичьи ладони обхватили его лицо. Волот успел заметить, что в её глазах собрались слезы, прежде чем его поцеловали: — Не надо. — ещё один поцелуй в щеку: — Пожалуйста. — в другую, в угол челюсти, затем подбородок, затем Лада вернулась к губам. Она расцеловывала его лицо, будто бы он был самым дорогим и любимым человеком и Волот даже позволил себе поверить в это всё, насладиться такой манящей и сладкой иллюзией. — Не надо… — ее шепот прерывался лишь поцелуями, но она продолжала молить его этого не делать. — Лада… — невыносимо было её прерывать, но мужская рука настойчиво легла ей на бедро, в попытке отстранить. — Нет! Нет… — девушка прижалась ещё теснее, ещё ближе и губы ее теперь не просто соприкасались, они увлекли Волота в самый настоящий поцелуй. Он не смог устоять, вновь поддался, пусть и вскоре отстранился: — Лада… — Нет, ещё. Волот заглянул в её глаза и в них мелькнуло бессилие. Бессилие перед ней. — Что же ты делаешь? — голос стал звучать приглушеннее, будто предупреждая. — Хочу стать к тебе ближе. Хочу, чтобы прикоснулся ко мне. Его кадык предательски дернулся. Разве мог он ее оттолкнуть? Жрец обречено прикрыл глаза и в следующую секунду сам набросился на нее с голодным поцелуем, опрокидывая на покрывало. Лада обхватила его плечи, желая не отпускать ни на миллиметр дальше от себя. Она задергала ногами, протискивая одну чуть дальше, чтобы Волот оказался между них. Думала ли она, что лишится невинности сегодня? Нет. Готова ли она были лишиться невинности сейчас? Однозначно да. Волот переместил вес на руку, чтобы ненароком не придавить Ладу. Его ладонь зарылась в девичьи волосы, ощущая их мягкость. Поцелуй стал более горячим, более отчаянным. Он протолкнул свой язык внутрь и Лада охотно ему ответила. Когда воздуха стало не хватать, наконец отступил, перемещаясь ниже, на шею. Невыносимо захотелось её заклеймить. Оставить свой след, метку. Лада ему не принадлежала, но ему хотелось, чтобы было иначе. Девушка ухватилась за его свободную ладонь и потянула к себе на ногу, продвигая ее под платье. Волот на мгновенье замер, оценивая ситуация. Правильно все это? Этого ли хочет сама Лада? И девушка дернулась тазом ему навстречу, прося большего. Он чуть не задохнулся, стоило ей соприкоснуться с его вставшим членом и по инерции двинул тазом вперед. Лада ощутила, как её тело пронзило током. Это…это было так приятно. Она облизала пересохшие губы и двинула тазом ещё раз. Мужская рука на её бедре предупреждала, сжимая нежную кожу. Он не собирался брать её сейчас. Только не так, не с Ладой - в спешке и попыхах. Она достойна большего. Чтобы все было согласно традициям, в её первую брачную ночь с мужем, а не на покрывале возле грязной печи. — Ещё… — ее голос стал звучать практически умоляюще и таз мужчины дернулся непроизвольно, желая услышать это ещё раз. Лада подавилась воздухом, стоило Волоту задеть ее чувствительное местечко ещё раз. Волот клацнул челюстью К черту. Можно он и не имеет право овладеть ей сейчас, но разве не может подарить удовольствие? Он задвигал тазом, резко, но неспешно. Лада отчаяннее вцепилась в его плечи, зажмурив глаза. Из горла так и норовился вырваться ещё один стон или мольба. — Будь тише. — напомнил Волот. — Сирин услышит. Лада тут же закивала. Да, стыдно ей потом будет, если ведьма все-таки услышит и поймёт, чем они тут занимаются. Но Волот будто на зло, вновь заставил её ахнуть. Мужская рука спустила сорочку с плеча, оголяя грудь. Кожа тут же предательски покрылась мурашками, но это ничего. Жрец аккуратно обхватил увесистое полушарие, слегка сжимая, а в следующую секунду, языком прошел по вставшему соску. Лада вцепилась за его голову, в надежде, что он сделает так ещё раз. И Волот сделал. Он вобрал сосок в рот, посасывая его, выбивая из её груди новый, несдержанный стон. Нетронутое ласками девичье тело сгорало в руках жреца. Его руки умели приносить не только боль, но и удовольствие, о котором Лада прежде не знала. И Волоту хотелось ещё. Хотелось подарить ей удовольствие, показать, на что способно её тело. Хотелось, чтобы она извивалась так только в его руках. Его бедра продолжали настойчиво вбиваться в её. Оба думали о том, что одежды на них минимум, а если её не было вовсе — стало бы даже лучше. Напряжение внизу живота нарастало. Каждое движение Волота только подкрепляло растущее удовольствие. Она не знала, что её ждёт, зато жрец знал и настойчиво толкал её к краю, не сбавляя темпа и посасывая другую грудь. В один момент Лада наконец замерла, тело натянулось словно струна и она впервые ощутила удовольствие. Волот оторвался от её груди, желая вобрать все ее эмоции глазами. Он и сам ощутил, как сдерживаться уж нет сил, да и ни к чему больше. Рвано выдохнул, он кончил следом, с трудом удерживая себя на руках. Ладу буквально оглушило. Дыхание, что так резко сперло, наконец стало восстанавливаться. От того, она не сразу и поняла, что между ног ее влажно, даже слишком. Мужчина отстранился первый, широко разведя ее ноги в стороны. Грудь его вздымалась быстро и резко. Лада никогда не видела на его лице таких эмоций: нечто на грани благоговения и обожания. Она вздрогнула, когда ощутила мужские пальцы через ткань белья. Волот дернул уголком губ, пытаясь избавиться от искушения, стянуть с нее эти панталоны и вылизать, подарить ей ещё большее удовольствие, заставить её кричать, но в который раз сумел взять себя в руки. — Кажется, мне нужно вернуться в баню. От чего-то Лада смущено хихикнула, прикрываясь рот ладошкой. — Хорошо, я буду ждать. — эти слова донеслись ему в спину и означали гораздо большее. Лада даже не была уверена, услышал ли их Волот.