Часть 6

Спать с Волотом в одной кровати сегодня Ладе ощущалось иначе. Она отвернулась к стене, не в силах побороть смущение. Между ног ещё было непривычно влажно и рука так и норовилась спуститься ниже, потрогать, будто убедиться в этом. Она знала, что как такого соития между ними все-таки не было, но они уже переступили ту грань, между мужчиной и женщиной. Лада знала, многие делят постель до свадьбы, но она не была из их числа. Хотелось верить, что для Волота это не простой зов тела, а нечто большее. Хотелось эгоистично думать, что в туман он отправлялся не чтобы спасти деревню, а из-за нее. Собственные мысли одолевали, вынуждали ерзать и в конце концов вновь развернуться лицом к мужчине. Натыкаясь на малахитовый взгляд мужчины, Лада тут же сжалась. Думала, он давно спит. Волот нахмурился, от чего стал выглядеть ещё суровее: — Жалеешь. — мужская ладонь едва ощутимо огладила щеку. — Нет! — Лада тут же вцепилась в нее, прижимая сильнее, чтобы он не отпрянул: — Я просто… — щеки заалели, но она не знала, стоит ли высказывать свои опасения. — Говори. — Волот настойчиво подталкивал её к разговору. — Просто…для меня это важно. Все что было. — девушка поджала губы, прежде чем признаться: — Ведь у меня это впервые. Жрец и бровью не повел, взгляд его остался твердыни: — Я знаю. — Знаешь? — Лада удивлённо расширила глаза. Неожиданно он лишь мягко улыбнулся. Конечно он знал. Лада совсем непохожа на свою сестру. Она не обращает внимание на взгляды, которыми её одаривают, мужское внимание её тоже не сильно интересовало и Волот быстро понял, что она никому не позволяла к себе притронуться. Такие как она не будут разбрасываться собственным вниманием. Что касается сына старейшины…между ними очевидно что-то было или есть. Кузнец испытывает к ней чувства и Лада, возможно, тоже. Но он ни раз слышал, как грубо он с ней говорил. Будь он к ней более ласков, возможно Лада бы и подпустила его к себе. Но сейчас все иначе…и вовсе не потому что он ее приласкал. Чувства к нему не подделка, он знал. — Это важно и для меня, поэтому я не пошел дальше. Ты достойна того, чтобы все было как надо. Даже если не со мной. Даже если я не вернусь из тумана, останется кузнец. Он резок, напорист, быть может у него и не получится сделать её счастливой, как она того хочет, но он защитит её от других, не даст сделать с ней дурного. — Как надо…? — Когда ты станешь женой и переступишь порог своего мужа. Меня. Мне хотелось бы, чтобы ты переступила мой порог. Лада промолчала. Сложно было понять до конца, что же именно имел в виду молчаливый жрец. Сон сморил её незаметно. Под тёплым одеялом, убаюкивающий запах леса, девушка наконец уснула. Ей вновь приснился туман, только не так как прежде. Она чувствовала, что все вокруг стало темнее, ещё больше непроглядным. Кто бы не звал её, кто бы не забрал Верею, он терял терпение. Руку вновь начало жечь, но Лада все ещё спала, не просыпалась. Ноги сами вели её вперед, пока перед глазами не появилось перевернутое дерево и лишь тогда она наконец остановилась, не в силах ступить и шагу. Нутром чуяла, дальше не просто опасно, дальше — смерть. — Лада! — девушка тут же сделала порывистый шаг вперед. Чуть дальше она наконец увидела Верею. — Не приходи! Беги…беги обратно! Жечь руку стало еще сильнее и в этот раз она вновь проснулась. Подскочить на кровати у нее не получилось, мужские руки уже давно настойчиво трясли её, в попытке разбудить. Девушка в агонии металась по кровати, но не просыпалась. — Опять? — с придыханием спросил жрец и девушка лишь нашла в себе силы кивнуть. — Что ты видела? — Лада прикрыла глаза. Ей казалось, она и двух слов связать не может, но мужчина настойчиво повторил: — Что ты видела? — Туман… — выдохнула она: — Будто гуще, темнее и… — она сглотнула: — Там было перевернутое дерево, дуб. — Волот не перебивал, слушал крайне внимательно: — Там была Верея. Она сказала не приходить, сказала бежать назад, а затем руку вновь стало жечь: — девушка поморщилась, вспоминая боль. Волот наконец отпустил её плечи и сел. Теперь он не колебался, теперь он не станет искать вариант получше. Ему надо уходить. Нужно найти их самому, без Лады. Следующие несколько дней девушка провела сама не своя. Иногда её вновь беспокоила рука, вновь жгла и кажется с каждым разом все сильнее. Волот внезапно сделался ещё более молчаливым. Он прекратил учить её, прекратил брать на ритуалы, но почти все время был рядом. В один вечер, Лада отчетливо ощутила тяжесть на сердце, отчетливо поняла, что так продолжаться не может. Она подошла к мужчине, стоящему у печи и обняла со спины. Ощутила, как он вздрогнул. Волот прикрыл глаза. Он знал, что бессилен перед Ладой. Знал, что чтобы она сейчас не попросила — он выполнит. А ещё знал, что ему не следует этого делать. Нужно держаться от нее подальше, дать шанс на счастье с кем-нибудь другим, но пальцы сами легли на девичьи руки, обнимающие его. Лада не из болтливых и говорить не спешила. Да и в чем она могла его обвинить? Он ничем ей не обязан, он и так позволяет ей едва ли не жить у него. Она даже не поняла, как начала бесшумно плакать, позволяя паре слезинок скатиться с её глаз. Волот спиной ощутил влагу и лишь тогда разомкнул кольцо её рук, поворачиваясь: — Почему? Лада безвольно опустила руки. Почему? Потому что ей вновь хочется стать ближе, хочется, чтобы вернулось все вернулось на круги своя, рядом был он и Верея, хочется избавиться от креста возможной погибали и просто наконец жить. — Ты…не смотришь так, как раньше. — это тоже было правдой. Эти дни он и вовсе старался на нее не смотреть. — Смотрю. Для самого Волота ничего не изменилось. Просто он стал реже это делать, потому что запрещал себе, но каждый раз его взгляд все равно возвращался к ней. — Не целуешь. — добавила девушка и возразить ему было нечего. Поцелуй это сорваться окончательно, остановиться он уже не сможет: — Не трогаешь, как трогал тогда. — Лада встретилась с ним взглядом, ожидая ответа. От кроткой дочери скотовода не осталось и следа, теперь она смотрела на него уверенно, даже с вызовом. — А тебе бы этого хотелось? — Волот знал, что ступает на опасную тропу. Что даже говорить об этом не стоит, но он всего лишь человек. У него тоже есть свои желание, свои чувства, что иногда брали вверх. — Нет. — дерзко ответила Лада, сама внутренне тряслась от страха, что он её оттолкнет. Волот поджал губы, смиряясь и с этим её ответом, но она огорошила его ещё раз: — Мне бы хотелось большего. — Большего. — глупо повторил он, ощущая, как кровь приливает книзу, а воображение нарисовало её раздетой слишком быстро и он тут же пождал губы, коря себя за это. — Хочу стать твоей. — Если хочешь удовольствия, я могу доставить его и другим способом. В девичьяих глаза на секунду зажегся интерес, но она отрицательно замотала головой: — Нет, не нужно по-другому, не сейчас. — Ты не знаешь чего просишь, Лада. — Я знаю! Поэтому и прошу! — Нет, пусть твоим первым мужчиной станет твой муж. — возразил жрец: —Я не самая лучшая кандидатура, даже кузнец… — Отказываешься? — ее голос никогда не звучал так резко: — Мне не нужен никто другой, я хочу, чтобы это был ты. Волот рвано выдохнул и в следующую секунду, девушка оказалась прижата к стенке. Лада тихо вскрикнула от неожиданности и лишь успела вцепиться в его широкие плечи. — Неужели не видишь, что делаешь со мной? — от его низкого, рокочущего голоса у нее буквально побежали мурашки. — Нет, покажи мне. Волот оторвался от ее волос и встретился взглядом. Крупицы здравого смысла все еще теплились в нем и не давали переступить черту. — Обратного пути не будет. — Я знаю. — Я…не хочу, чтобы ты пожалела о случившемся. — Никогда. Об этом я никогда не пожалею. — и это была чистейшая правда. Волот кивнул, на миг прикрывая глаза. Ладно. Ладно. В конце концов, он может и не вернуться. Это может быть его единственный шанс, прикоснуться к ней ещё раз. Может кузнец не будет к ней так же нежен, как он? Может никто больше не сумеет ей подарить то удовольствие, что собирается подарить он? Если Лада хочет, чтобы он стал ее первым мужчиной — так тому и быть. Пусть после него могут быть и другие, но Лада навсегда останется для него последней. Девушка задержала дыхание, думала, сейчас он начнет ее раздевать, но мужчина неожиданно опустился перед ней на колени, задирая юбку выше. Лада открыла рот, но так и не задала вопросов, молча вверяя ему свое тело. Что он собирается сделать? Короткие, неспешные поцелуи обрушилась на её ногу: от колена до внутренней части бедра Волот продвигался все выше и выше. Он легко приподнял её ногу, закидывав себе на плечо. Лада откинула голову назад, прикрыв глаза. Поцелуи были приятными, они расслабляли. Она даже упустила момент, когда её юбка была задрана вверх слишком бесстыдно и Волот поцеловал её там, через тонкую ткань панталон. Это вынудило её прийти в себя и изумленно опустить взгляд вниз. — Нужно их снять. — мужчина сам опустил ненужную вещь ее гардероба ниже и Лада выпуталась ногами из нее. Она все же не до конца понимала, что происходит, но послушно позволяла ему делать с собой все, что заблагорассудится. Мужские пальцы впились в её бедра, прижавшись чуть ближе и она вновь ощутила поцелуй там, где себя даже ни разу не касалась. Руки начали шарить по стене, в попытке найти опору, которой не было. Волот вначале лишь аккуратно целовал, чтобы не напугать её ощущениями сразу. Постепенно его движения стали более развязанные. Он прошёлся языком по влажным складкам, задевая клитор и Лада буквально подскочила бы на месте, если бы жрец не удерживал ее за бедра. Сегодня ему было плевать, что Сирин дома. Пусть Лада кричит, пусть покажет ему, как ей приятно. Он повторил свои действия ещё и ещё, втянул в рот клитор, жадно посасывая и тогда у девушки предательски подогнулись коленки. Она не слышала о такой ласке раньше, просто потому что её в принципе это не сильно и интересовало. Но теперь даже жалела, что не знала, не была готова к такому удовольствию. Волот удерживал ее у стены, не давая упасть и жадно вылизывал. — Это…это не совсем то, что я имела ввиду. — с трудом выдавила из себя Лада. — Не нравится? — мужчина оторвался от нее. Было что-то порочное в нем, стоящим перед ней на коленях, в том, как влага поблескивала на его губах, а взгляд внезапно сделался слишком темным. Девушка не смогла соврать, не могла юлить: — Не в этом дело… — Значит нравится? Она лишь положительно кивнула и Волот продолжил. Девушка вновь откинула голову назад, зажмурившись, пытаясь оставаться в вертикальном положении. Все повторялось. Напряжение внизу живота становилось все сильнее и сильнее, только этот раз для гораздо приятнее. Лада была уверена, ни разу в жизни ей не было настолько хорошо. Пусть она имела ввиду другое, но остановить жреца была не в силах. Волот же откровенно ею упивался. Он слышал ее прерывистое дыхание, слышал её несдержанные вздохи, иногда — тихие стоны. Особенное удовольствие ему доставляло, когда она вздрагивала, стоило ему проникнуть в нее языком или когда, забывшись, клала руку на его коротко стриженную голову. Затем, опомнившись, убирала, но неизменно делала это снова. Он ощущал, как дрожит ее тело. Знал, что доведет её до края, заставит её кончить и всеми силами этого желал. Даже больше, чем свое собственное удовольствие. Лада широко распахнула глаза, когда оргазм все-таки ее настиг. В этот раз из нее вырвался громкий стон, звучавший на весь дом. Тело затрясло, если бы не мужские руки, она точно бы упала. Девушка выгнулась, вставая на носочки и жрец тут же поддался вперед, желая продлить её удовольствие, желая вкусить все до последней капли. Когда ее тело обмякло, отстраняться не спешил. Язык его стал мягким, но все так же продолжил её вылизывать, От чего Лада забывала дышать. Хотелось испытать это ещё раз, но ещё большего ей хотелось иного: — Я… хотела другого. — Чего же? — Волот поднялся с колен, опасно нависая сверху. Одним своим видом показывая, что обратного пути уже не будет. Лада не смогла увидеть такую привычную ей малахитовую радужку из-за огромных зрачков. Она бросила взгляд на его губы, на которых поблескивали её же выделения. — Хотела, чтобы ты сделал меня своей. — этот шепот звучал для него громче крика. — Вначале будет неприятно, может даже больно. — И пусть. — Ладу это нисколько не пугало. Она готова потерпеть. — Значит не боишься? — его дыхание было уже слишком близко. Потянись Лада вперед — тут же напорется на его губы. — Боюсь. — честно призналась она. Как и всякую девушку первая близость её пугала. — Но с тобой страх отступает. Волот сглотнул. Лада ошибочно считала, что в его руках столько власти, что он мог бы быть могущественнее старейшины. Власть лишь в ее руках. Укажи она пальцем — он пойдет. Скажи убить ради нее — убьет. Он на многое готов ради нее, даже жизни лишиться. Если бы…если бы все сложилось иначе. Он поступил бы правильно, начал за ней ухаживать , попросил ее руки и сделал своей женой. Она бы ни в чем не нуждалась, ей бы не грозила никакая опасность. Все что он может сделать сейчас — лишь выполнить её желание. Стать её первым мужчиной. Даже не надеясь, что она будет его вспоминать, просто довольствоваться тем, что она позволила к себе прикоснуться. Мужчина повел её к кровати, снимая с себя рубашку. Лада сглотнула и потянулась к собственной сорочке, не колеблясь. Секунда и она осталась обнаженной. Кожа предательски покрылась мурашками, но прикрываться она не стала. Восхищенный взгляд Волота ей этого не позволял. Мужчина сглотнул, развязывая узел на собственных штанах, позволяя им упасть на пол. Как бы не смущалась Лада, интерес оказался сильнее. Она перевела взгляд ниже, на то, что интересовало её больше всего. Нервный вздох сдержать не получилось. Это…им он недавно терся о нее? Лада сглотнула. Большой, как и сам Волот, кажется, даже слишком. Значит больно будет наверняка. Жрец будто прочёл её мысли, а может все так явно отразилось на её лице? — Потом… потом будет приятно. — уж он сделает для этого все. Лада кивнула, ведь жрец никогда ей не врал, она ему безоговорочно верила. Мужчина аккуратно уложил её на кровать, нависая сверху. Девушка прикрыла глаза, ожидая, что все произойдет прямо сейчас, но вновь ошиблась. Губы жреца коснулись уголка ее губ, затем спустилось ниже, к шее, слегка посасывая кожу. Руки заскользи вдоль тела, пытаясь его расслабить. Девушка распахнула глаза и принялась за ним наблюдать. Его прикосновения и правда успокаивали ее, вынуждая все тревоги отступить. Поцелуи в шею заставляли воспламеняться вновь. Волот вернулся к груди, ему хотелось вновь её потрогать, ощутить приятную тяжесть в ладони. Он поочередно поцеловал каждую, беря в рот вставший сосок. Увлекся настолько, что Лада уже ерзала под ним, пока случайно не соприкоснулась с его членом. Тогда —то оба замерли, резко выдохнув. Одно только прикосновение запустило ток по коже. — Пора. — решил мужчина. Он поудобнее устроился меж ее ног и направил себя рукой. Прежде чем войти, встретился с девушкой взглядами. Кроме волнения и безоговорочного доверия он в нем ничего не увидел. Лада этого хочет, она готова. Наклонился, чтобы прижаться к её губам и толкнулся внутрь. Тугие стенки, не смотря на обилие влаги, поддавались неохотно, сопротивлялись, сжимали его слишком сильно. И если Волоту это было приятно, то Лада лишь и испытала дискомфорт. Мужчина углубил поцелуй, понял, как она стала напрягаться от незнакомых ощущений и замер, пока её тело вновь не стало расслабленнее. Только потом наконец толкнулся дальше, входя на половину, лишая её невинности. Лада сдавлено замычала в поцелуй. Было больно, очень больно. Настолько, что слезы брызнули из глаза сами собой. А ведь Волот сделал все, чтобы этой боли было как можно меньше. — Лада… — голос его звучал сдавлено. Последнее, что ему хотелось, заставлять её страдать. — Сейчас…сейчас… Боль была сильной, но резкой. Девушка понимала, что она отступает, оставляя после себя лишь небольшое жжение, которое тоже постепенно утихает. Волот дал ей столько времени, сколько нужно. Он не хотел прекращать, не из-за собственного желания, а из-за Лады. Понимал ведь, потом станет лучше и это должна понять и она. Ему совсем не хотелось, чтобы в её памяти отпечаталась лишь боль. Бесконечное количество поцелуев вновь помогли ей расслабиться и Волот двинулся вперед на пробу: медленно, крайнее аккуратно, но настойчиво входя до конца, ненадолго замирая. Затем полностью вышел и снова вошел до самого конца. Боль отступила, оставляя после чувство растяжения. Лада ещё не испытывала огромного удовольствия, но это дало ей возможность подмечать другое. Она наконец посмотрела на жреца. Брови его были нахмурены, грудь вздымалась слишком часто, уголок губ подрагивал, когда он сдерживал очередной громкий вздох. Ему приятно. Настолько приятно, как недавно было и ей самой. А может и ещё приятнее. Ощущение тяжести мужского тела, его бедер, что плавно входили в нее, дарило ей не меньшее удовольствие. Волот — ее первый мужчина. Между ними наконец происходит то сакральное, что может происходить между мужчиной и женщиной. Лада об этом ни капли не жалела, она уже знала, что хочет повторить это еще. Неожиданно мужчина опустил руку ниже, найдя клитор, принялся его потирать, продолжая при этом двигаться. Глаза девушки изумленно расширились. Она тут же встретилась с потемневшим взглядом, который буквально кричал «ты ведь не думала, что это все?» Теперь с каждой его фрикцией ей становилось приятнее. Тело отзывалось на его прикосновения, прося большего. Напряжение нарастало, но Лада совсем не была уверена, что у нее получится кончить снова. Ощущения все же были иными. Волот наблюдал за каждой сменившейся эмоцией на её лице и внезапно остановился. Лада и рта не успела открыть, как он вышел, перевернул её на живот, приподнимая бедра. — Попробуем вот так. Вновь ощущение горячей плоти у самого вздоха и в этот раз Волот и беспрепятственно проник внутрь. Девушка сразу поняла, что сейчас все будет по-другому. Угол проникновения был другим, глубоким, задевающим какие-то неизведанные точки внутри, вынуждая её вздрагивать. Стало в разы приятнее, ей показалось, она бы смогла кончить и так, но Волот знал, что ещё слишком рано для такого. Он протянул руку под её тело, вновь потирая клитор. К удивлению самой девушки его плавный темп пропал. Теперь мужские бедра вонзались в нее гораздо резсче, но будто бы так было даже приятнее. Жрец ощущал, как сжимают его стенки девушки, был уверен, что у нее получится кончить и отчаянно этого желал. — Ну же…я ведь чувствую. — низкий шепот у самого уха вынудил её закатить глаза от удовольствия. Стенки стали ритмично сокращаться, а Волот продолжал вбиваться в её бедра жестче, быстрее, полностью теряя себя. Лада громко вскрикнула. Теперь она понимала, что значит единение между мужчиной и женщиной. Её затрясло настолько сильно, что она чуть не рухнула на постель, лишь рука Волота останавливала её на месте. Сзади раздался приглушенный стон и быстро покинув тело девушки, он излился ей на спину. Как глупо было, что он противился. Это должно было случиться, Лада должна было это запомнить. Да и он вдруг понял, что никакая его близость до этого не сравниться с тем, что сейчас произошло с Ладой. В этот раз в его груди теплились чувства, в этот раз все было по особенному. Отголоски пронзившего его удовольствия еще не давали ему придти в себя, но и Лада едва ещё соображала. Несколько оргазмов за вечер напрочь выбили её из сил и реальности. Мужчина сам поднялся, сам обтер её спину и укрыл одеялом. Он лег рядом, позволяя себе задержаться, позволяя себе обнять её посильнее и уснуть ненадолго. Следующим утром Лада проснулась одна. Обычно Волот всегда был рядом, но в этот раз нечто вынудило встать его раньше. Девушка села, сладко потянувшись и поняла, что до сих пор голая, а ещё поняла, что Сирин наверняка все слышала. Быстро нацепив на себя платье, она вышла из спальни, но ни нашла ни ведьму, ни жреца. Может оно и к лучшему, нужно срочно домой, родители наверняка себе места не находят, да и ей хочется как следует поразмыслить о произошедшем. Дома её ждала встреча с Драганом. Впервые он и слова не сказал ей при встрече, лишь смерил её долгим, внимательным взглядом, который она не была в силах понять. К вечеру девушка вновь вернулась в жилище жреца, но его там вновь не оказалось, зато была Сирин: — Его нет весь день. — вместо приветствия сказала она. Лада нахмурилась, это было странно. Даже если жрецы ходили в лес, на ритуалы, они не длились так долго, только если что-то пошло не так. Девушки прождали его до позднего вечера, но он так и не явился. Лада не находила себе места, одна мысль была хуже другой. — Домой тебе теперь нельзя, оставайся здесь, а утром наведаемся к остальным жрецам. Лада кивнула. Она сама направилась в спальню мужчины, подкинула дров в печь, но за ночь так и не сомкнула глаз. Только теперь не потому что боялась кошмаров, а потому что боялась за Волота. На рассвете Сирин зашла в комнату. От чего-то даже не удивилась, увидев, что Лада бездумно сидит у окна, не отводя оттуда взгляда. — Идем, нужно узнать в чем дело. Лада страшилась, надеялась не услышать дурного, что Волоту плохо, его ранили, утащили кощеи, а может и вовсе не осталось жрецов и они все сгинули. И жрецы не подтвердили ее опасения, все оказалось ещё хуже: — Он ушел в туман.