Часть 25

В кабинете висел запах старой бумаги и сигаретного дыма. Такимичи сидел напротив Мори, склонив голову, но глаза его смотрели прямо перед собой — взгляд пустой, стеклянный. Словно внутри него что-то сломалось ещё тогда, на крыше, когда он впервые ощутил это клеймо, раскалившее его грудь изнутри. — Ты снова плохо спал? — голос Мори звучал почти заботливо, но Такимичи знал — за этой заботой ничего нет. Только расчёт. — Нормально, — коротко ответил он. Мори не настаивал. Вместо этого он кинул перед ним очередную стопку документов — отчёты, заказы, списки оружия. Теперь это его работа. Мори приучал его к управлению тёмным бизнесом, будто мягко, но на деле — душил. — Сегодня у тебя будет задание, — Мори сложил пальцы замком. — Маленькое поручение. Обычная проверка поставок в доках. Такимичи кивнул, хотя внутри всё сжималось. Он знал, что это не просто "проверка". Мори всегда говорил загадками. --- На улице шёл мелкий дождь. Такимичи стоял на краю грузового причала, кутаясь в длинное пальто. Где-то сбоку маячил Акутагава — его тень, его надзиратель. Парень с чёрными волосами и глазами, полными пустоты, следил за каждым шагом Такимичи, даже не скрываясь. — Тебе страшно? — вдруг спросил Акутагава. Такимичи вздрогнул. — Нет. Уже не страшно. — Зря. Когда страх уходит, остаётся только пустота. — Акутагава отвернулся, смотря на чёрную воду. — И знаешь, кто её заполняет? — Мори. Такимичи промолчал. Он это и так знал. --- Поздно ночью, когда город уже спал, Такимичи сидел в своей комнате, разглядывая клеймо в зеркале. Оно пульсировало слабым светом — символ его судьбы, его цепей. Он вспомнил слова Мори: "Это не просто метка. Это напоминание, что ты принадлежишь мне." Он сжал кулаки. Доброе сердце, плаксивость, желание спасти всех — всё это медленно умирало под весом этой метки. Но убить Мори он не мог. --- Утром его снова вызвали в кабинет. Мори ждал его с улыбкой. — У меня для тебя новый приказ, сынок, — его голос был медовым, липким. — Ты поедешь со мной на одну встречу. И запомни — ты мой наследник. Ты не имеешь права облажаться. Такимичи смотрел на него, и внутри него что-то снова треснуло. — Хорошо, отец, — ответил он. Но внутри себя он думал: "Когда я найду способ сломать эти цепи?"