Сделка

      Поздняя осень. Совсем скоро земли посетит зима и вместе с нею наступят тёмные холодные времена, долгая тяжёлая ночь длиною в несколько месяцев. Но, пока этого не произошло, последние лучики солнца ласково касались лица молодой женщины, которое она с таким наслаждением тянула в сторону неба, щурясь по-кошачьи. В круглую плетёную корзину она собирала последний урожай в этом году из ягод янтарника. Самые стойкие, поддетые ночными заморозками, спелые плоды развесились гроздьями высоко в кронах, и, как бы не старалась женщина тянуться на носочках, ей едва ли удавалось достать до ветки.       — Позвольте вам помочь, миледи! — чей-то голос за её спиной прозвучал неожиданно, прервав её одинокую работу.       — О... Не заметила вас, добрый господин. Я собираю здесь ягоды каждую осень. Как видите, самые спелые так высоко. Я боюсь, мне не достать до них.       — Вот так! Я подержу для вас эту ветку. Меня зовут Джакомо, — голос прозвучал заботливо, участливо, она почти могла почувствовать улыбку.       — Приятно познакомиться, Джакомо. Ох, не каждый день здесь встретишь джентльмена, я должна сказать. Я Лаверна. — девушка убрала прядь волос с лица, повернувшись к своему благодетелю, сияя от радости.       В следующий момент улыбка на лице девушки потухла, когда она подняла глаза и наконец увидела, кто перед ней. Мужчина в алом одеянии был никем иным, как ищейкой Ордена Алой Длани, инквизитором, что никогда бы не посетил их удалённый уголок просто для того, чтобы прогуляться по лесу. Лаверна не имела и малейшего понятия о том, что здесь может делать инквизитор, но его появление не сулило ничего хорошего для женщины, вроде неё. Зима пришла в это место раньше положенного времени, одетая в цвет крови и железные глаза.       — Вы эти ягоды для себя собираете? Может быть, готовите вино и выставляете на продажу? — спросил он, подложив руку под корзину, будто бы облегчая ей ношу и, одновременно с тем, не позволяя уйти.       — Вы прозорливы, господин Джакомо, — Лаверна старалась вести себя естественно. — Я готовлю хорошее вино, да.       Прохладный ветер поддел курчавые светлые волосы женщины, предупреждая её о приближающейся алой коннице. Бронированные лошади с алыми всадниками следовали в сторону деревни, огибая пустынные поля.       — Не отказался бы попробовать, а то и заплатить за бокальчик, с радостью!       — О, я угощу вас за так! За вашу помощь и славную компанию, конечно же! Услышав это, Джакомо ослабил хватку, и девушка смогла уйти вместе с корзиной, не оборачиваясь, она приглашала его пойти следом, где сможет угостить инквизитора вином.       — После вас, — произнёс он, придерживая калитку. — Ну что? Ты готова идти?

***

      В тот же миг Джакомо с шумом захлопнул дверь, хватая девушку под руку:       — Однако, подожди, моя красавица, — он прижал её к стене. — Есть ещё кое-что...       — Ну что ещё? — удар о стену был отрезвляющим и болезненным, но болезненнее то, что, очевидно, Джакомо не собирался завершать игру прямо сейчас.       Они молча смотрели друг на друга какое-то время, пока Джакомо сжимал её плечи и наконец решился сказать:       — Не хочешь увидеть меня снова? Скажем, завтра? — он улыбался так тепло, ласково поглаживая её лицо. — Знаю ведь, хочешь. Между нами явно что-то есть. Ну же, ответь мне?       Он говорил это непринуждённо, как если бы они прогуливались по цветущему весеннему саду, и Джакомо вдруг попросил бы её о свидании.       — Ты будешь здесь завтра? — спросила Лаверна, решив поддержать его странную идею.       — В своей комнате, конечно, — он ласково коснулся её щеки. — Ох, что это? Ты покраснела? Ты ведь правда хочешь меня увидеть снова, не так ли? — Джакомо поцеловал её шею, и Лаверна почувствовала себя неловко, смущённая его поведением, но, по всей видимости, она не слишком сопротивлялась и позволяла прикасаться к себе. Кажется, ей даже нравилось это. Джакомо чувствовал жар, который исходил от её кожи.       — Будто бы ты хочешь, чтобы я стала твоей женщиной?       — А ты, моя леди, хотела бы этого? — он поглаживал её лицо так трепетно, глядя в глаза. Она прижималась к груди Джакомо, пытаясь это скрыть. И, кажется, он действительно нравился ей.       Что-то здесь явно не так! Лаверна помотала головой, приходя в себя:       — А если я откажу? Что будет тогда? Будешь искать меня? Преследовать меня, как бешенная собака?       Джакомо улыбался, внимательно наблюдая за каждым её движением, не выпуская из рук.       — Мне это определённо нравится! — с широкой улыбкой сказал он. — Да, именно! Я выслежу тебя и верну! К слову говоря, не такая уж ты и маленькая, моя ведьма, — он поглаживал её крутые бёдра. — Есть что-то в тебе дикое и необузданное.       — Хочешь сказать, у меня большая задница? Это тебе во мне понравилось? — она осмелилась подмигнуть.       — Ты не представляешь, насколько — Джакомо с довольной улыбкой ласкал её бёдра. Он выглядел глубоко очарованным её женственным телом, прижимаясь всё сильнее к девушке, не прекращая ласки. — Моя леди, мне очень это нравится. Твоё прекрасное тело... — он опустился перед ней на колени и потёрся лицом о её живот, шумно вдыхая запах её кожи, когда вдруг вспомнил что-то. — Погоди, есть кое-что важное! Ты очень мне нравишься, Лаверна, но не пойми меня неправильно: я хочу попросить тебя, чтобы это оставалось исключительно между нами. Ты же понимаешь, почему? — он выглядел встревоженным.       — Разумеется, красавчик.       — Спасибо, маленькая ведьма. Ох, и ещё одна маленькая просьба... Молчи!       Лаверна смотрела на него с удивлением, не совсем понимая, что он имеет ввиду:       — Что?       — Я надеюсь, ты понимаешь, ты никому не должна говорить о том, что мы вместе. Иначе тебя накажут.       Лаверна улыбалась, даже наслаждаясь этой беседой, и кивала в ответ. Затем она выпрямилась, подобрала свою одежду и стала одеваться. Она ждала этого момента и не воспользоваться им было недопустимо.       — И ещё одна вещь, которая не даёт мне покоя!       — Какая, мой милый? — Лаверна завязывала шнуровку своего плаща.       — То, во что мы себя вовлекаем... Я имею ввиду, мы же оба выросли в любви Создателя, и всё же... вот, где мы оказались, — волнение Джакомо росло. — В этом... грехе, — он крепко держал её за руки, не позволяя ей одеваться, будто бы опасаясь отпустить её сейчас.       — Мы ведь... — Лаверна сжала его руки в ответ. — все рождены во грехе...       — Цитируешь святое писание для меня? — он засмеялся. — Какое совпадение, я читал это сегодня, — Джакомо мечтательно провёл по её лицу. — Это правильные слова, моя ведьма. Мы рождены во грехе, но мы не обязаны оставаться в нём всю свою жизнь.       — Но что насчёт любви? Это тоже грех?       — Любовь не может быть грехом, разве ты не согласна? — прошептал он, обнимая её всё крепче. Ему нравилась эта девушка, но внутри него все ещё оставалось что-то, что не позволяло ему быть с ней абсолютно честным.       — А ты? Ты любишь меня? — он держал её близко и почти вжимал в стену.       — Джако, я только лишь пытаюсь полюбить.       — И ты почему-то называешь меня Джако? Не красавчик? — он улыбнулся, нежно поглаживая её волосы, касаясь губ, и затем, почти заботливо, поцеловал её в лоб. — Неужели я тебе правда нравлюсь?       Джакомо с силой толкнул её на кровать, но внезапно взял паузу, стоя напротив и глядя на неё, не двигаясь с места. Можно было почувствовать, как замирает его сердце.       — Если мой вопрос покажется тебе слишком личным, я пойму, но я хочу знать... Ты когда-нибудь была близка с мужчиной, маленькая ведьма?       — Мне нравится, как это звучит - Джако. Не говоря о том, что ты всё ещё красавчик. — Лаверна опёрлась на локти, пытаясь подняться. — Отвечая на твой второй вопрос — я никогда не была с мужчиной прежде.       Джакомо набросился на неё, усаживаясь верхом, держа вырывающуюся девушку у себя между ног и хватая её за руки. Он с жадностью впился ей в горло, продолжая этот разговор, произнося сквозь зубы:       — В чём, как ты думаешь, была причина? Может, ты стеснялась? Или ты ждала кого-то особенного? — дыхание Джакомо становилось более тяжёлым, а тьма, льющаяся сквозь его золотые шоры, прожигала насквозь.       — У меня было строгое воспитание, - едва ли не прорычала Лаверна, пытаясь скинуть мужчину с себя.       Он подхватил её за спину, притягивая к себе.       — И у меня тоже, моя леди. Меня учили сражаться, а не бегать за девушками. Кроме того, многие из тех, кого я знал, были блеклыми и незначительными в сравнении... с тобой. Это чувство, это ощущение красоты, которое ты пробуждаешь во мне, я никогда раньше не испытывал... — шептал он, целуя её губы и шею, его руки двигались медленно по её телу, поглаживая плечи, грудь и живот.       — Кажется, ты сильно вляпался, да, Джако?       — Думай, как хочешь, моя красавица. Но я больше чувствую, что не просто вляпался, я вот-вот утону в тебе, — Он опускал руки ниже. Через мгновение он прервался и посмотрел ей в глаза. — Моя леди, ты позволишь мне?       — Джако, любимый... Ты же дал слово отпустить меня.       В его невидимом взгляде читалось глубокое отчаяние, когда он услышал ответ Лаверны.       — Прошу... Ты ведь знаешь, что случится, если я отпущу тебя? Ты никогда не вернёшься, — Джакомо снова попытался прижать ее к кровати, а потом провёл языком по её коже. — Я хочу оставить тебя здесь, со мной, в этой комнате. Навсегда.       Едва он хотел прильнуть к её губам, как вдруг остановился.       — Но что же мы творим? Мы лишь гневим Создателя прямо сейчас, утопая в этом грехе...       — Ты найдёшь меня. Ты поймаешь меня снова. Если действительно хочешь меня.       — Конечно, хочу, — он обнял её крепче. — Но... ты правда ждёшь, что я останусь без тебя?       Он вновь бросился лихорадочно ласкать губами её шею.       — Я был готов посвятить себя безбрачию... Но ради твоей красоты... Я должен признаться, моя леди, моё сердце отныне принадлежит тебе. Прости меня, пожалуйста, — он нежно покусывал её шею. — Позволь оставить тебя здесь, в моей постели.       — Небольшая погоня сделает всё только слаще, — Лаверна тихонько пыталась оттолкнуть горячего любовника, но он лишь рассмеялся.       — Что ж... Похоже, ты действительно хочешь заставить меня немного пострадать? — Джакомо отстранился от девушки, усевшись поодаль на кровати. — Давай заключим сделку, моя красавица! Мы сыграем в небольшую игру, своего рода погоню... Правила очень просты: если ты сможешь скрываться от меня одну неделю, то получишь свободу. Но если я смогу тебя поймать, ты будешь моей навсегда.       Он воодушевлённо смотрел ей в глаза, держа за руки.       — Вам нравятся эти правила, миледи?       — Я согласна.       — О, как же ты хороша, — Джакомо наклонился к ней ближе, растягивая губы в довольной улыбке. — Итак, с этого момента начинается наша игра. Я буду гнать тебя, как лису на охоте, а ты попытаешься уйти от меня... Как долго, ты думаешь, сможешь продержаться?       — Настоящая любовь стоит того, чтобы ждать, — девушка пыталась взывать к его разуму, безрезультатно.       Он улыбался.       — Не то, чтобы я был готов ждать, моя красавица, я хочу тебя сейчас! Но я проявлю терпение. У тебя есть неделя, дорогая, и тогда поглядим.       Он смотрел на неё сквозь эту золотую маску, скрывающую его глаза, замерев вдруг в раздумьях. Его радостный и простой тон вот-вот опять переключится на что-то зловещее.       — Ты должна простить меня, моя леди. Я не очень честный. Я всё ещё мужчина, а мужчина хочет то, что хочет...       — Что касается меня, то я женщина, а не ведьма. И меня здесь быть не должно!       — А какая разница, моя дорогая? Думаешь, когда я тебя поймаю, ты станешь моей женой?       — Думала, что-то такое ты подразумеваешь.       Джакомо рассмеялся, но смех его звучал болезненно и удручённо.       — Я лишь хочу развлечься с тобой сперва, а потом... кто знает? Может быть мы и поженимся. Но сейчас... я сделаю всё, чтобы тебе было сложнее сбежать. Моя леди, мне сдаётся, ты понятия не имеешь, как сильно я желаю тебя.       — Ты пытаешься меня запугать, не так ли? Но даже когда ты приставляешь свой кинжал к моей шее, твоя рука дрожит.       Его рука и впрямь дрожала. Он резко бросил кинжал на стол, закусив губу.       — Ты... права. Даже с оружием в руке я безобиден для тебя, я не могу причинить тебе боль, — он погладил её лицо. — Я знаю, ты околдовала меня. Но наша любовь всё равно истинная, — Дыхание Джакомо становилось тяжелее, но в то же время он, кажется, всё больше и больше отчаянно пытался удержать её в своих объятиях.       — Я хочу тебя. — он прижимался к ней ближе. — Я не могу больше ждать. Неужели ты не хочешь того же в ответ?       — Может и хочу. Но я не думаю, что это правильно прямо сейчас.       Он смотрел на неё с улыбкой и какой-то трогательной нежностью:       — Твоя правда. Прости меня, пожалуйста, моя леди, — казалось, с каждой секундой он нервничал всё больше. — Прошу, мне сложно контролировать себя. Я буду нежным с тобой, я обещаю!       — Просто отпусти меня!       — Наша сделка, — его тонкие губы дрогнули, будто он вот-вот заплачет. — Неделя...       — Да, любимый, неделя.       Он положил голову ей на грудь, зарывшись лицом и глубоко вздохнув.       — Любовь моя, я хочу поймать тебя, но я так боюсь, что могу не справиться и упустить тебя.       В его голосе будто бы пробуждались радость и скромное утешение.       — Моя леди, только позволь мне поймать тебя. И ты будешь свободна, — Джакомо опустил руки ниже к её бёдрам. Его хватка в этот раз была не такой крепкой, но достаточно сильной, чтобы не позволить Лаверне уйти.       — Хорошо, я обещаю тебе подыграть.       — Спасибо, маленькая ведьма, спасибо! — произнёс он, ухмыляясь. — Ты не будешь об этом жалеть. — Мне просто нужен маленький кусочек счастья... Совсем немного... — он прильнул к её животу, касаясь его языком, всё ещё крепко обнимая её.       — Что же ты делаешь? Потерпи, Джако. Немного терпения, п-прошу тебя.       — Моя красавица, но я больше не могу контролировать себя. — дыхание Джакомо становилось громче, а движения всё настойчивее.       Девушка почувствовала, как его губы двигались ещё ниже по её телу. После он вдруг остановился, подняв лицо к ней, хватая воздух.       — Какой грех! — Джакомо медленно потянул руку к её лицу. — Ты права. Нам надо подождать, моя любимая маленькая ведьма. У нас много времени, ведь так?       — Конечно, так, — она нежно коснулась его золотой маски. Его чувства так сильны, что Лаверна почти улавливала их вкус. В воздухе, между ними. Но она ничем не могла помочь ему. Не сейчас.       — Как видишь, я совсем не из терпеливых.       Его взгляд мелькнул от девушки и до кинжала, что лежал на столе. Он взял его, нежно проведя пальцем по лезвию, а затем в очередной раз прижал его к шее Лаверны. Похоже, он действительно всеми силами пытался удержать её рядом.       — А может быть, не так уж и много времени у нас есть. Ты знаешь, что я не отпущу тебя.       — Ты совершаешь ошибку, Джакомо.       Его голос становился всё более и более отчаянным, но он всё ещё держал кинжал у её шеи.       — Таков был план, миледи. Поймать и удержать тебя навсегда, — Джакомо смотрел на неё, наслаждаясь тем, как задуманное воплощается в жизнь. — Вот что. Я не хочу отпускать тебя, тем более из-за какой-то глупой сделки, — маска Джакомо опасно блеснула. — Нашей любви суждено было быть. Я хочу, чтобы мы были вместе, любой ценой.       — Ты ломаешь мою волю!       — И я сломаю тебе шею, если ты не подчинишься мне, Лаверна! — голос Джакомо становился громче, но в то же время инквизитор смотрел на неё с встревоженным лицом. Он не до конца был уверен в своих словах, и почему-то все ещё продолжал надеяться, что в итоге они всё-таки будут вместе, как в старой доброй сказке. — Ты хочешь быть со мной, так же как и я, моя красавица — Джакомо наклонился к ней ближе, прошептав на ухо. — Это судьба, леди Лаверна. Разве ты этого не понимаешь?       — Тогда... Иди ко мне, ближе.       Джакомо был ошарашен внезапной покорностью девушки, тем не менее, он поспешно наклонился к ней ещё ближе. Его голос дрожал, но одновременно он казался приятно взволнованным.       — Это то, чего ты хочешь? В чём нуждаешься? Чувствовать моё дыхание своей кожей, — его глаза светились от неподдельного счастья. — Ты ведь чувствуешь нашу связь? Чувствуешь, как принадлежишь мне и только мне, — он целовал её шею. — Ты хочешь меня тоже? Ведь хочешь!       — О, да, я хочу тебя, мой красавчик. Возьми же меня, — Лаверна выгибала спину, извиваясь в его руках.       Джакомо отложил свой клинок на стол и прильнул к её телу. Он благодарно покрывал её тело поцелуями, крепко удерживая в руках.       — Я возьму тебя. Очень скоро, моя красавица. Я чувствую, как ты готова, — он нежно гладил её ритмично двигающиеся бёдра. — Наша встреча была предначертана судьбой. Ты чувствуешь это, моя леди?       — Я чувствую, Джако, ближе... — она почти прошипела это.       — Да, моя леди! Иди сюда, прекрасная ведьма... Вот так... — его голос становился низким, почти утробным, когда он прижимал её тело к постели всё сильнее, устраиваясь между ног, и хватая её за горло.       — Моя леди... Лаверна...       Лаверна смотрела на него, щурясь, старательно скрывая смятение. Она отвернулась, избегая его настойчивых губ, но это только провоцировало его целовать её ещё сильнее, пытаясь полностью взять ее под свой контроль. Вместе с тем, Джакомо был единственнымь, кто всё больше терял контроль. И в какой-то момент Лаверна оглянулась через плечо, будто искала что-то. Это было идеальное время.       — Знаешь, Джако, любимый... Никогда не нарушай договор!       Лаверна со всей силы ударила его между ног. Она вырвалась, уцепив кинжал со стола, и убежала так быстро, как только смогла.       Джакомо закричал от боли, схватившись обеими руками за промежность.       — Ты... предательница! Ты... — он не смог договорить и упал на пол, пытаясь отдышаться, он был в ярости, но совершенно не мог ничего поделать. — Потаскуха... Ты заплатишь за это... ведьма! Я найду тебя и сверну твою шею!       Джакомо медленно поднялся и сел на кровать, но боль вновь пронзила его тело и он повалился на спину, задыхаясь и постанывая от боли и обиды. Он был глубоко расстроен, но всё ещё искал её в комнате, продолжал звать так, будто она могла услышать его на половине своего пути.       — Где ты, ведьма? Ты не хочешь быть моей женщиной... моя красавица..?       Ловкая и быстрая Лаверна стремительно покидала храм, прижимая клинок к груди. Ещё на пути из темницы она старательно запоминала путь и все возможные выходы, надеясь до последнего, что эти знания ей пригодятся. Едва не впечатавшись в появившегося из-за угла массивного стражника, она юркнула в единственную возможную лазейку — в окно. Скатившись по дощатым лесам, свернувшись и чудом оказавшись в стоге сена, словно в колыбели, Лаверна замерла на мгновение, оглядываясь и прислушиваясь. Тёмная морозная ночь, никого кроме фыркающих бронированных лошадей. Кажется, не только Джакомо отказывался здесь выполнять свою работу добросовестно.       Быстро ступая по припорошенной снегом земле, девушка босиком уносилась прочь, теряясь в зарослях кустарников и деревьев.       — Ты получил то, что заслужил, красавчик. Теперь имей терпение ждать, и, может быть, ты поймаешь меня снова, — она произнесла это, зная наверняка, что он не услышит.       Джакомо всё ещё лежал на спине, его, незримые сквозь золотые шоры, глаза переполнялись выжигающей ненавистью.       — Когда я поймаю тебя, моя леди, я убью тебя, уж не сомневайся!       Он медленно поднялся с кровати, потянувшись к столу за своим кинжалом, только сейчас обнаружив, что его там больше нет:       — Что..?! — он заметался в панике. — Ты забрала его, маленькая красавица? Куда ты скрылась? Я не верю, что ты сбежала из храма так быстро... — Джакомо бросился к двери, выбежав в коридор, оглядываясь в надежде увидеть девушку где-нибудь.       Но от Лаверны не осталось и следа. Она бросила его. Она украла его кинжал и, скорее всего, его сердце тоже. Но у Джакомо ещё была надежда. По крайней мере, никто никогда не говорил, что это будет так просто.       — Я найду тебя, обещаю, моя красавица. Ни одно место на земле не сможет скрыть тебя от меня, ты слышишь?       Джакомо вышел на улицу и оглянулся. На его лице отчётливо читалось горькое выражение досады и разочарования, но в одно мгновение оно сменилось надеждой и решимостью, а его тонкие губы растянулись в хищной улыбке.       — Я никогда не отпущу тебя... Леди Лаверна.