Часть 24: Абсолютно недостаточно

Я бежала так быстро, насколько хватало сил, и всё равно не могла догнать его. Мужчина скрылся вдали за каменным одиноким склепом. Постройку украшала скромная лепнина и нетолстые колонны. Жаль только, что такую красоту закрывала зелень, что росла вокруг. За всеми кустами и молодыми деревцами здание усыпальницы было заметить весьма нелегко. Я забежала за здание и едва не взвизгнула от ужаса. Незнакомец повис в петле, зацепленной за ветку одного из деревьев. Передо мной предстало изуродованное лицо: слегка посиневшая кожа, красные глазные яблоки и слегка приоткрытый рот. От отвратительных чувств я закричала во всё горло. Рыдая в истерике, я поняла, что совсем не была готова столкнуться с увиденным. Мне было страшно смотреть на то дерево во второй раз, но все-таки взглянув, мне стало только хуже, ведь тело исчезло, не оставив после себя и следа. Что за чертовщина это была? Неужто ничего на самом деле не было? Это никак не могло быть лишь плодом моего воображения. Мне пришлось отступить к тому самому склепу. Я с трудом дошла до его стены и медленно сползла по ней, не прекращая рыдать. Слёзы было не остановить. Теперь я сидела на холодной земле, вовсю обливаясь слезами. - Лия! - знакомый голос заставил меня вздрогнуть, - Ты кого-то увидела? Бессмертных впервые выглядел по-настоящему обеспокоенным. Словно он действительно... Человек? С чувствами и душой, совсем не лишенный эмпатии. Но я была не в силах что-либо ответить. Дыхание сбилось, во рту пересохло, а лёгкие будто слиплись. Вдруг тепло окутало мои плечи. Тело, до этого трясущееся от озноба, немного расслабилось. Одна рука Вани опустилась по спине и обхватила меня за талию. Он поднял моё тело и направился вперёд, прямиком ко входу в усыпальницу. Слёзы уже утихли, так что я смогла осмотреть небольшое помещение изнутри. Было очень темно, но, на удивление, менее холодно и сыро, чем снаружи. Ваня аккуратно опустил моё тело на каменный пол. - Погоди, - бросив это, он вышел наружу. Когда двери приоткрылись, уличный свет мне позволил заметить несколько подсвечников. Вероятно, что те были очень старые, ведь гости здесь явно бывали не часто. Бессмертных снова прошёл внутрь, в руках была его чёрная сумка. Интересно, как много всего необходимого она могла в себя вместить. Тот поспешил достать из неё чёрное покрывало, вышитое какими-то оккультными символами. Во всяком случае, покрывало было достаточно большим по размеру, чтобы нам было где сесть. Я опустилась на устланный пол, и опомниться не успела, как справа от меня загорелся свет: Ваня вставил одну из своих ритуальных свечей в подсвечник. Скромный огонёк не был способен осветить всё помещение, но, по крайней мере, мы теперь могли видеть друг друга отчётливо. Он опустился на колени передо мной. В его глазах всё ещё осталось беспокойство. Внезапно его рука огладила мою голову и прижала к крепкой груди. И я снова растаяла. Сжатое горло расслабилось, отпустив новый поток рыданий. Чувства продолжали выливаться с глаз, словно я сама стала тем самым незнакомцем. - Ты увидела судьбу покойника, - глянув на моё подрагивающее тело, добавил: - а ещё оказалась куда более эмпатичной, чем я думал. Мне почему-то показалось, что меня бессовестно упрекнули в слабости. Я сразу же вытерла слёзы и приняла невозмутимый вид. Даже немного обиженный. - Я не говорил, что это плохо, - Бессмертных поспешил оправдаться, - Наоборот, тебе будет даже легче. Если каждый ритуал будет заканчиваться нервным срывом, то я очень сильно сомневаюсь, что будет значительно "легче". Во всяком случае, сдавать назад уже было поздно. Я была настроена серьёзно. Да, я сделаю всё, чтобы мне не понадобилась ни одна его услуга. Да, я расплачусь с ним и вернусь к нормальной жизни. Хотя, было предельно ясно, что нормальной жизни больше не будет... Бессмертных опёрся руками на каменный постамент, под которым и хранились останки. - Там прах? - поинтересовалась я. По правде говоря, я впервые оказалась внутри склепа. Мне казалось неприемлемым наведываться в подобные места по случайному желанию. Вдруг это потревожит покойника и тот сочтёт визит за неуважение. - Да нет, обыкновенное тело. Ты можешь заглянуть. Немного опасаясь, я подошла ближе. Внутри, если внимательно присматриваться, можно было разглядеть гроб из тёмного дерева. Мне не терпелось узнать, какова судьба этой души, хоть я и была готова к не самым приятным зрелищам и своей реакции на них. - Мне взять свечу? Вообще-то, я ждала, пока он это сделает сам, но он, похоже, совсем не спешил. - М-м, нет, - кажется, он сам не ожидал такого рвения с моей стороны, - думаю, тебе на сегодня вполне достаточно. - Почему это? - тут же разочарованно возразила я. - Отложим на следующие уроки. - Это когда? Ничто я не любила больше конкретики, особенно когда дело касается Бессмертных. Он сам задумался и выглядел не слишком радостно. Неужели встречи со мной для него настолько в тягость? - Время будет ещё. Его взгляд как-то подозрительно ускользал от меня и искал спасения на каменной поверхности. - Ты же не думала, что сможешь так быстро отделаться от меня? Не думала, но надеялась. - Нет, вовсе нет. Хотелось бы поскорее достичь твоего уровня. Эти слова его явно порадовали. К моему выражению не хватало только какого-то льстивого обращения по типу "мастер" или же "господин". Довольный собой он опёрся спиной об камень, цепко держась руками за него. - Ты превзойдёшь учителя, в этом не сомневайся. Но правда в том, что всё требует времени. Оно у нас ограниченно, - он был по-детски искренен и по-взрослому серьёзен. Интересно, насколько. И внутренний голос вопел мне, что, чем меньше, тем лучше. Так что, мне нужно многое успеть. Например, расплатиться за уроки. - Какую плату ты хочешь получить? - спросив, я встала прямо напротив него. Мне пришлось немного запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в лицо. Он помедлил с ответом, но сказал: - Я не нуждаюсь в деньгах сейчас, соответственно плата мне не нужна. Мне верилось с трудом. Каким бы ни было финансовое состояние человека, от денег не откажется никто, ни уличный бедняк, ни миллионер. Особенно, если услуга, мягко говоря, необычная. Но и мне впопыхах искать крупную сумму не сильно хотелось, ведь это могло затянуться надолго. А времени у нас в обрез. Короче, спорить я не стала, но нескромно напомнила: - Попросить ты можешь всё, что угодно, - я демонстративно прижалась к нему, - учитывая временные рамки, само собой. Его рука спустились на талию. Большая ладонь покрыла почти всю мою поясницу. - Полагаю, ты сама мне дашь то, что нужно. Ты уже можешь использовать меня так, как захочется тебе самой. Он прижал меня сильнее, позволив мне ощутить его готовность, что беспардонно упёрлась мне в живот. Я готова была растаять, и мне правда очень хотелось воспользоваться им. Так что, получив разрешение, я готова была приступить к делу. Огладив огромную спину, я опустила руки к концам заправленной чёрной рубашки. Пока я старательно пыталась достать её, его руки с нежностью легли на мою голову, чтобы притянуть к своим губам. Я хотела, ждала, мечтала об этом и во сне, и наяву. В последнее время ничто мне не доставляло такую массу сумасшедшего удовольствия, как встречи с ним. И всё это из чего-то неправильного превращалось в нечто родное и до боли привычное. Так не должно было получиться. Поцелуи набирали обороты, питали ритм страсти, и мы оба получали удовольствие. Он уже, казалось, по привычке спустился к шее, ведь знал не на словах, как мне это нравилось. Утопая в наслаждении от ласок, я наощуп пробиралась к ремню. Мне пришлось оторваться от поцелуя, чтобы расправиться с ним. Его дыхание уже сбилось, хотя я не успела даже стянуть эту ненужную одежду с него. Что уж греха таить, я и сама судорожно глотала воздух, а его, как назло, всё никак не хватало. Я сползла на колени. Бессмертных пришлось слегка вытянуть ноги вперёд, чтобы моё лицо оказалось на нужном уровне. Передо мной вблизи предстало очертание колом стоящего члена. От подробного зрелища веки потяжелели, а во рту пересохло. Я видела его достоинство впервые и, хоть мне до ужаса не терпелось раздеть его, не покидало ощущение чего-то неприличного, интимного. На какое-то время я замерла, недоумевая, действительно ли мне нужно сейчас стянуть последний слой ткани. Его рука удивительно нежно погладила мою голову, затем спустилась к подбородку, большой палец ласково провёл по нижней губе. От этого внизу заныло сильнее былого. Всё же он сжалился надо мной и снял мешающую ткань самостоятельно. Мне хотелось завыть, заскулить от желания. Хотелось его всего сейчас же. Мои губы приблизились к нему, и я с осторожностью захватила розоватую головку губами, всеми силами пытаясь контролировать зубы. Ещё день назад я бы сама согласилась отгрызть ему яйца, но почему-то, одержав власть над его самой чувствительной частью тела, мне не хотелось ничего, кроме как доставить ему как можно больше удовольствия. Он охнул, когда моя голова двинулась вниз, дав понять: я всё делаю правильно. И кто бы мог подумать, что у большого размера могут быть свои минусы. Мне хотелось взять в себя больше, но собственное горло не позволяло, так что мне приходилось работать не по всей длине. Когда я немного ускорилась, он любезно собрал мои волосы, чтобы задать подходящий ему темп. Кто ещё кем тут управлял. На удивление, в его руках я готова была быть использована в самых грязных целях. Мне нравилось время от времени поднимать взгляд на него, чтобы вовсю насладиться его реакцией. Отдельным трофеем было заполучить в ответ томный взгляд, который он спешил скрыть закрытыми веками. Мне нравилось, как расслабленно и естественно смотрелось его лицо в этот момент, как плавно вздымалась его грудная клетка от учащенного дыхания. Не выдерживая напряжения, я и сама не заметила, как опустила свою руку вниз, чтобы помочь себе справиться с нагрянувшими ощущениями. Я ещё никогда не желала получить разрядку так сильно. Круговые движения пальцев на время успокаивали, но и этого было мало, абсолютно недостаточно.