Часть 1

Московская эстетика дешевое вино...

Семь утра и снова глаза слепит солнце из больничных окон без штор. За шесть дней больничные стены вызывают рвотные позывы, но слава богу сегодня меня выпишут, ведь как таковой угрозы для жизни нет, остались только гематомы и синяки по всему телу, которые можно скрыть, кроме синяка на шее и то если постараться, то и его можно скрыть. Запихав одежду в рюкзак, я стала ждать, когда ко мне наконец-то придёт врач и скажет, что мне делать после выписки. Прошло буквально пару минут, врач вошел в кабинет и стал давать мне поручения. - И так, Алиса, мы отпускаем Вас под Вашу ответственность, хотя я советую Вам остаться здесь еще на несколько дней, но раз Вы такая нетерпеливая, удерживать мы Вас не будем. Так как у Вас было небольшое сотрясение мозга, Вам следует полностью воздержаться от алкоголя, курения, вождения автомобиля, физических активностей, громкой музыки, также не советую Вам много сидеть в телефоне. После сотрясения мозга на протяжении нескольких недель, в зависимости от Вашего организма, может быть сильная головная боль, головокружения, тошнота, я Вам прописал таблетки, которые нужно пить при таких симптомах и также мазь от гематом. Если будет совсем плохо, то Вы должны прийти к нам. Теперь можете проходить на ресепшен там, Вы подпишете документы, и Вам выдадут личные вещи. – наконец-то закончил свою тираду врач. - Спасибо большое, Роман Николаевич, надеюсь все будет хорошо, до свидания. – пожав ему руку, сказала я и вышла из палаты. На ресепшене все прошло быстро, я подписала какие-то бумаги, и наконец-то мне отдали мой телефон. Выйдя на улицу, я включила телефон и направилась в магазин, по пути до него я листала накопившиеся за эту неделю уведомления. Около ста звонков от брата, еще больше сообщений от него, очень много звонков от мамы и папы, пару сообщений от подруг, в которых говорилось, чтобы я позвонила им после того, как меня выпишут из больницы и небольшое количество звонков от человека, которого я наконец-то смогла вычеркнуть из жизни. Больше дельных уведомлений в телефоне не было: звонки с неизвестных номеров, уведомления из инстаграма и прочих социальных сетей. Дойдя до ближайшего магазина, я купила минералку и сигареты. Остановившись у стены магазинчика, я вызвала такси, подожгла сигарету и набрала номер одной из моих подруг - Маше. - Алло – послышалось на другом конце провода. - Хуем по лбу не дало? – выдыхая дым, пошутила я – Меня выписали, сейчас я поеду домой, потом в салон, ну а вечером мы с вами идем в клуб, так что предупреди об этом Юльку. - Хорошо, я тебя поняла, ты все-таки едешь красить волосы, как и хотела? – радостно спросила подруга. - Да, теперь уже никто не запретит мне это сделать – туша сигарету о стену, парировала я. - Ну и правильно, как себя чувствуешь, что врач сказал? - Да ничего не сказал, нормально все, таблетки, мазь выписал и отпустил. – чуточку привирала я, не хотелось, чтобы празднование моего расставания накрылось, и они тряслись надо мной, как над немощной, меньше знаешь – крепче спишь. - Учти, если ты врешь – я тебя убью. -напоследок бросила подруга и наш разговор закончился. Не прошло и ста лет, как мое такси подъехало, и я, заткнув уши наушниками, направилась домой. Дорога домой была долгой, я уже изнемогала, очень мне хотелось спустя неделю в больнице смыть с себя все ужасные воспоминания. Погрузившись в горячую воду спустя неделю, я смогла с легкостью выдохнуть, и сразу стало легче, даже как будто отпустило, жаль, что это лишь иллюзия и последствия событий произошедших 12 числа будут преследовать меня еще очень долго. Смыв с себя всю грязь, я выбралась из душа. Закурив сигарету, я набралась смелости и позвонила родителям. Я не хотела, чтобы они переживали из-за моей «пропажи». Один гудок, два, три, я хочу уже сбросить, но на том конце провода слышится голос мамы. - Алло, Алиса, это ты, что случилось, почему ты не отвечала, где ты была? – посыпался шквал вопросов на меня. - Мам, не переживай, со мной все в порядке, просто нужно было отвлечься, прости, что заставила вас волноваться. - нагло вру про мой «отдых», лишь бы мама не переживала. - Надо было хоть кого-то предупредить, мы тут все чуть с ума не сошли. Глеб очень переживал за тебя, ты ему уже звонила? Если нет, то позвони сейчас же ему. – давала наказания мне мама. - Я позвоню ему чуть позже, я вас люблю, не забудь передать это папе. – сказала я и завершила разговор. Выкинув из головы все лишние мысли, я быстро собралась и направилась в салон. Спустя долгое время стоило хоть что-то поменять. Просидев там пять часов, из брюнетки я превратилась в рыжую морковку, я была рада, давно хотела что-то такое и теперь, смотря в зеркало, я не мола сдержать улыбку, рыже-оранжевые волосы с плавным переходом из коричневого в рыжий. Длину волос я убрала, раньше они были просто прямые и почти до поясницы, теперь же волосы пострижены каскадом и длина ниже лопаток. Выйдя из салона, я закурила, в голове было столько мыслей, и все они путались друг с другом, и, несмотря на радость от новой прически, в груди была черная дыра, которая пожирала меня изнутри. Я ненавидела это чувство, которое преследовало меня, хотелось унять эту боль в груди, и помогали лишь алкоголь и сигареты. Когда я приехала домой, был уже поздний вечер, и я стала собираться в клуб, я надела атласное черное платье с открытой спиной и сборками на бедрах, хорошо, что платье скрывает синяки на теле, также я надела плотные бежевые колготки, которые скрыли синяки. Макияж я сделала не самый сложный: стрелки на глазах и вишневого цвета помада. Взглянув в зеркало, я увидела невысокую красивую девушку, с чуть смуглой кожей, которая давала понять, что она не чисто русская, у неё не сильно пухлые губы, аккуратный носик, стройная фигура, теперь уже с солнечными рыжими волосами и пустыми карими глазами, в них не было ничего: ни страха, ни радости, ни боли, вообще ничего. Просто пустые стекляшки. Никто кроме двух подруг не знает, что с ней произошло, и почему потух огонек жизни в глазах. И теперь уже никто не знает зажжётся он снова или нет. Выйдя на улицу, я закурила в ожидании моих подруг на такси. В клубе было очень много людей, не задерживаясь в их компании, мы направились за забронированный нами столик, тут музыка была тише, заказав самые крепкие коктейли, мы стали обсуждать последние события. Прошел где-то час, может больше, может меньше, мы уже знатно напились и открывались на танцполе. Спустя время мы вернулись за столик, глуша жажду очередным алкогольным напитком и говоря разные тосты. - Я рада, что ты наконец-то выбралась из этого дерьма, жаль, что мы не смогли тебе никак помочь, но я лишь больше тобой горжусь, так как ты все сделала сама. Возможно, ты думаешь, что все могло быть и лучше, но для нас ты справилась со всем на сто процентов. – чокаясь, сказала Юля. - Теперь мой тост. – наполняя стаканы виски, крикнула Маша. – Чтобы ты нам не говорила, я знаю, что тебе больно, но не надо скрывать эту боль и прятать свои эмоции, все это надо просто прожить, и ты всегда можешь надеяться на нашу помощь и поддержку, мы приедем в любое время дня и ночи, главное помни, что ты уже одержала большую победу. – закончив тост, все залили в себя обжигающую жидкость. - Московская эстетика, дешевое вино – заливая в себя очередной бокал, под нос пробурчала я. Все было отлично, но на мой телефон поступил звонок от брата, брать трубку не было никакого желания. На телефон поступило еще несколько звонков от него и вроде бы все прекратилось, но как бы не так, теперь он звонил Юле. - Алис, он мне уже десятый раз звонит, может ответить? - О. Господи, ладно, пойдёмте покурим, там и возьмёшь трубку. – в лицо сразу ударил холодный воздух, когда мы вышли на улицу. Закурив, я кивнула головой Юле, в знак того, чтобы она подняла трубку. - Алло. Алиса рядом с тобой? —раздраженно спросил Глеб. - Да, а что случилось? - Какого черта она мне не отвечает, почему она мне не позвонила, я всю неделю с ума сходил, где вы вообще? – посыпалась куча вопросов от брата, как мама ей богу. - Мы отдыхаем, поэтому я не отвечаю, не звонила я так как не было такой возможности – забирая телефон у подруги, отвечала я брату. - Ничего больше не хочу слышать, чтобы все втроем через полтора часа были у готического зала. – зло произнес брат и сбросил. - Поедем? – спросила Маша. - Ну, а куда мы денемся. – туша сигарету, сказала я, и мы пошли дальше выпивать. За час в клубе настроение мое менялось несколько раз: ненависть, радость, злость, эйфория, грусть - все эти чувства я испытала. Сейчас я сидела с бутылкой бурбона и упивалась горем, истерика все же накатила на меня, как бы я не пыталась себя сдерживать. В стельку пьяные, мы нашли ближайший каршеринг, я села за руль, и мы поехали к ебучему готическому залу. По дороге я все еще не могла успокоиться, чтобы мне не сказали подруги, не помогало. В машине орали песни «вспак» и «найтивыход», и никого не волновало, что эта поездка очень опасна для наших жизней. Чудом живые, мы доехали до готического зала, время было уже позднее, людей на улице не было, кое-как я припарковала машину. Девочки сразу вывалились из салона, чтобы вдохнуть холодный отрезвляющий воздух. Я же, не торопясь вышла из салона, сделала глоток бурбона, зажгла сигарету и только потом направилась ко входу в здание, где стояло несколько человек. Идти было тяжело, слезы застелили глаза, алкоголь окончательно ударил в голову, и даже прохладный воздух не приводил меня в себя. Девочки взяли меня под руки и помогли мне дойти, скорее доползти, до брата, который уже курил у входа, явно с недобрыми намерениями. Рядом с ним стояли еще три парня, разглядеть которых у меня не получилось из-за слез. - Ты пьяная села за руль? Скажи мне,ты совсем дура? Ты же разбиться могла! – усаживая нас троих на скамейку, орал Глеб. - Не ори на меня. – вставая со скамейки, сказала я, смотря ему в глаза. - Да как тут не орать, ты неделю не выходишь на связь, никто из твоих подружек не говорит где ты, я всю неделю схожу с ума. А сегодня вечером, посреди работы мне звонят родители, спрашивая не выходила ли ты со мной на связь, а кое-как до тебя дозвонившись, ты пьяная в слезах приезжаешь сюда, рискуя жизнями. Как мне быть спокойным? – не унимался он. – Что вообще с тобой произошло? - Да что ты доебался до меня, ничего со мной не произошло, все отлично, жизнь прекрасна. – злобно сказала я, отходя от брата. Далеко уйти не получилось, картинка в глазах поплыла, на секунду все потемнело, я зажмурилась и полетела на встречу с асфальтом, но падения так и не произошло, я повисла в воздухе, кто-то меня поймал, открыв глаза, я увидела над собой красивого парня с черными волосами, разделенными на пробор, как шторка. Через секунду надо мной появилось еще три лица: мой брат и еще два парня чем-то похожие друг на друга. - А вы трое красивые. – всё ещё в подвешенном состоянии сказала я – Глеб, тебя это не касается, ты мой брат, тебя я кадрить не буду. – возвращаясь в вертикальное положение, говорила я, на что он лишь недовольно хмыкнул. Когда я встала картинка все еще плыла, и я опять пошатнулась, но рука темноволосого татуированного парня придерживала меня. Парни усадили меня на скамейку, и теперь шесть пар глаз уставилось на меня. - Ну и что это было? Я аж протрезвела.– спросила Маша. - Все нормально. – откидываясь на скамейку, уверяла их я. - То, что ты тут с асфальтом чуть не поцеловалась - это не нормально. – сказал голубоглазый парень. - Мне сказали, что помутнения могут быть. - Кто сказал? – подключилась Юля. - Врач сегодня сказал, что может быть тошнота, головокружение и все в этом роде, ничего страшного. – уныло сказала я. - Так, стоп, какой врач, я требую объяснений. – злился брат. - Ну была я в больнице, сегодня выписали, врач сказал, что все нормально, небольшое сотрясение, таблетки прописал, если плохо будет, еще что-то там говорил. В общем все со мной хорошо. - Глеб, а твоя сестра знает вообще, что при сотрясении мозга нельзя пить, курить, в шумные места ходить, за руль садиться или она бессмертная? – обратился к брату татуированный. После его слов подруги бросились на меня, с криками о том, что я дура и не думаю о своем здоровье. Спрятавшись за спину парня, чьи слова вызвали гнев на меня, я наблюдала, как трое парней отодвигают моих подруг на безопасное расстояние. Из моих глаз снова полились слезы, никогда я столько не плакала на людях. - - Да как будто вы не понимаете меня, мне просто хотелось отключиться от всего того пиздеца, что произошёл, забыть я его не смогу, но так хотелось хоть пару часов не чувствовать этой боли. После моих слов начался какой-то ужас, что-то похожее на русскую мелодраму из разряда «-Она отказала мне. Сказала, что любит тебя. Думает, что любит тебя! -Да она не может любить меня! -Да я люблю тебя!». Начались слезы, сопли, объятия, и на этом наш конфликт закончился, но теперь уже плакала не только я, но и девочки. Глеб решил, что уже пора заканчивать этот цирк и стал решать, как нас развести по домам, ведь девочки жили в одной стороне, а я - в другой. - Ну и как мне вас развозить по домам? – задал он скорее риторический вопрос. - Тут все просто - ты отвозишь девочек, а я до дома самостоятельно доберусь. - Нет, исключено, не хватало еще, чтобы по пути домой грохнулась где-нибудь – постукивая ногой говорил он. Было видно, что он нервничает и не знает, что делать, одних подруг он отправить не мог, вдруг что-то случится, но и меня отпустить он не мог по той же причине. - У меня есть предложение. – вдруг сказал один из парней. – Ты вези ее подруг домой, раз она так настаивает на этом, а я ее домой отвезу. Обещаю, что доставлю ее в целости и сохранности. - приложив руку к сердцу, сказал татуированный. Этот жест вызвал у меня смешок. - Идея, конечно, хорошая, но я не хочу тебя напрягать. – сказал брат, как обычно думая, что справится со всем сам, в этом мы с ним были похожи. Мы с ним оба никогда не попросим помощи, даже если все совсем плохо, до последнего будем пытаться все решить сами. - Не начинай, мы друзья, мне не трудно помочь, тем более я сам предложил. – отмахнулся парень. - Ладно. – вздыхая, начал брат – Я тогда поехал их домой отвозить, а ты, – указал он пальцем на парня – чтобы довез ее без происшествий и позвонил мне, когда довезешь ее до дома. Напоследок, он подошел ко мне, поцеловал меня в лоб, со словами о том, чтобы я была осторожна. - Так, прекращай эти розовые сопли и вали уже. – сказал я, подталкивая его к машине. Проводив брата с подругами, мы так и остались стоять на улице в ожидании чего-то непонятного. -Смешно получается. – прервала тишину я, а парни уставились на меня, ожидая продолжения моих слов – Мой брат оставил меня ночью с тремя незнакомыми парнями. – оглядывая их, говорила я. - Да, что-то со всей этой вашей суетой мы не успели познакомиться. Я - Олег Шепс – протянув мне рук, сказал парень с черными волосами чуть ниже ушей и небольшим шрамом над губой. – Это мой брат – Саша. – указывая на голубоглазого парня, худощавого парня старше всех, продолжал он. – А это - Дима Матвеев. – указал он на татуированного парня, который должен доставить меня домой. - Ну, а меня вы уже знаете, может выпьем за знакомство? – поднимая бутылку бурбона над головой, спросила я. - Ты что не слышала, тебе нельзя пить. – забривая из моих рук бутылку, сказала Саша. - О боже, так вы тоже нудилы. – грустно произнесла я. - Сама ты нудила, давай лучше тебя в порядок приведем. – сказал Олег, а другие его поддержали. Дима снял с себя черный большой пиджак, накинул на уже давно замершую меня. Олег достал влажные салфетки и стал вытирать потекшую тушь, под мои вопли о том, чтобы он не задел стрелки. После этого Шепсы повели нас к каршерингу, на котором несколько часов назад я сюда приехала. Дима пытается разобраться с этой Шанхай-машиной, честно говоря, я и сама не знала, как это все работает, ведь кто-то из моих подруг нашел эту машину и сделал так, чтобы мы могли на ней поехать. Поэтому, когда Дима спросил меня, как этим пользоваться, я пожала плечами и сказала, что в душе не ебу и достала сигарету, которую у меня сразу же забрали вместе с пачкой, под вопли о том, что я вообще никого не слушала и мне нельзя курить. Все-таки парень разобрался с каршерингом и, посадив нас в машину, Шепсы направились домой. Машина выехала на дорогу и направилась в сторону дома, а я под приятную музыку заснула, оперевшись лбом о прохладное стекло.