5.1. «Дорогой парфюм и запах кожи»

Москва, Россия. 29 июня.       В небольшой комнатке, что являлась единственной в квартире, горела синяя неяркая подсветка.       Квартира, в которой иногда присутствовал Незборецкий, была совсем малюсенькой. В квадратной прихожей помещался лишь шкаф и полка для обуви. В небольшой ванной было немного свободного места: двойная раковина с зеркалом, унитаз и душевая кабина.       Кухня была несколько больше ванной. В кухне помещались небольшой диванчик, круглый стол с тремя стульями, кухонный гарнитур с техникой и какой-то книжно-посудный шкаф. Далее — спальня-гостинная, она же единственная комната: шкаф, два кресла с журнальным столиком, комод и очень мягкая небольшая двуспальная кровать с хлопковым постельным бельём, которое, будто поглощало тела, падающие на его поверхность.       За окнами уже давно стемнело, но полумесяц слегка освещал дорогу тем, кто был ещё не дома и спешил к семье. На часах пятнадцать минут первого, в квартире тишина, и лишь шелест постельного белья нарушает её.       В комнате витал смешанный аромат мужского дорогого парфюма и запах женской молодой кожи. — Тшш, — шептал Макс, пытаясь не нарушить и без того беспокойный девичий сон. Но Марья всё равно проснулась. Она, открыв глаза, ещё бессознательно сползла с костлявого плеча на подушку. — Извини, разбудил. — Очень душно. — прошептала темноволосая, закрывая глаза, стараясь вернуться ко сну. — Я могу включить кондиционер, только бы тебя не продуло… — задумался блондин, но девушка его уже не услышала, она вновь заснула. Незборецкий поднялся с кровати, надел джинсы, включил в комнате кондиционер, укрыл Mare тонким пледом. Её тело уже было липким от пота, но она лежала совсем обнажённая, Макс забеспокоился. Парень вышел на балкон и закурил: — Боже, как же это так всё?.. — вздохнул он, прикрывая уставшие, почти красные, глаза. В голове сразу поплыл миллион мыслей: «Что дальше делать?» и «Хоть бы никто об этом не узнал». Паша весь вечер трезвонил сестре, но та не брала трубку. А когда девушка уснула, Незборецкий написал Пабло от лица девушки, что с ней всё хорошо и она приедет утром, и выключил телефон…       Максим на секунду замер, прислушиваясь к себе. Что он испытывает? Трудно сказать. Ему больше не было тревожно, но и спокойно тоже. Его тело приятно ныло от недавней близости, по его груди на секунду разлилось тепло — трепет, но блондин сразу же раскрыл глаза, присекая это чувство. — Фух, — он выдохнул. Ему даже перехотелось курить. Он с трудом докурил сигарету. По его плечам от прохлады побежали мурашки, его веки потяжелели.       Еще минуту простояв, блондин зашёл обратно в квартиру, плотно закрывая балконную дверь. Его окутал холод, он тут же выключил кондиционер, скинул джинсы, ремень которых громко ударил о паркет.       Он снова разбудил Машу. Девушка зевнула, поднялась и села на кровати. Потерев глаза, она поправила спутанные волосы и взглянула на Макса. Совершенно без стеснения своего тела. Её нагота не была пошлой, она была настолько нежна и девственна, словно она ещё ребёнок. Но, если говорить откровенно, она была много младше парня. На семь лет. Он думал, что для Mare это было значительной разницей. И верно, для отношений. Серьёзных отношений. А не для «весёлого времяпрепровождения»…