13. «Что я сделал?»

Москва, Россия. 2 августа.       Уже целые сутки Макс наблюдал за Марией. Сначала они компанией отдыхали у Кирилла, потом Макс на ночь увёз девушку к себе, сильно поругавшись с её братом. Но Маше было всё равно. Она была вялая, неактивная. Какая-то бледная. Видимо, чувствовала она себя не очень хорошо: на застолье от алкоголя отказалась, только ела.       И главное, на вопросы о том, что же с ней случилось, отвечала скомкано и сухо. Ни сколько не информативно. Ну и ладно. Захочет — скажет. Что ж её мучить?       Ночь в объятиях Макса заметно подняла ей настроение. Девушка чувствовала себя лучше. Уже улыбалась, даже шутила. Как обычно, от завтрака отказалась. Попросила кофе. Но и его не допила. Их утренняя беседа была, наверное, одной из самых милых и душевных с момента их знакомства. Их дружба уже переростала во что-то большее. Уже привязанность друг к другу и даже симпатия. — Отношения со взрослыми дядей — это тяжело. — наигранно вздохнула Маша. — Хотя. Знаешь, я как будто…просто провожу время со своим братом? Ну то есть…вы похожи в чём-то…но Пабло — мудак, честно говоря. — Почему? — не понял Макс. Она серьёзно? — Он не очень хорошо обращался с девушками в своё время. В Рио уж точно. Сейчас не знаю. У него, вроде, никого и не было с момента приезда сюда… — Была девушка. Не знаю, насколько они были близки…была…вроде бы, они познакомились у Кирилла на концерте… — Правда? — удивилась бразильянка. — Я…не знала. Он мне совсем ничего не рассказывал об этом. — Может быть, не рассчитывал на что-то серьезное? Если несерьезно, так можно и не говорить. — В любом случае, мы не настолько в доверительных отношениях. Как, может, вы с Кириллом. — Вы разного пола. У нас, с Кирюхой, хотя бы интересы схожи. Тем не менее, всех его девушек я тоже уж не упомню. — Много было? — Сколько его помню, всегда вокруг него крутились девочки. — улыбнулся Максим. — Он цеплял их чем-то. Внешностью, харизмой? Не знаю. Да и малой, был не избирательный. Может, на самом деле, и немного было. Я не всегда способен рядом быть с ним. Сначала я уехал в Киев учиться, он затух один в Черновцах. С родителями. Потом мы приехали с ним в Москву, недолго я тут был. Чуть-чуть его направил, поддержал, дальше — сам. Вернулся домой. Ну так дистанционно писали что-то вместе. А так. У него тут полная свобода: деньги какие-то появились, знакомства наработал. Не представляю даже, что тут могло происходить… — Почему ты уехал? У тебя же тут тоже огромные перспективы были… — Да. Но, по сути, Кирилл и есть моя карьера. Мои перспективы, всё в нём. Мы много сил вложили в качество его музыки. Я тогда устал, у нас с ним стали портиться отношения. Я уехал. Часто приезжаю к нему. Иногда сам тут живу по полгода. Скучаю по нему, все равно. Всегда. Никак не приму, что он вырос. — Наверное, Пабло чувствует что-то подобное. — Возможно.        — Откроешь окно? Душновато.- уточнила она. Парень вскочил, открыл окно и обернулся. Лицо девушки позеленело, она собрала кисти в кучу, пытаясь согреть кончики пальцев. Холодный пот. — Ты как? Маш, ты болеешь чем-то? — спросил он, присаживаясь перед ней на корточки. Она некоторое время похлопала глазами, а затем, отведя взгляд куда-то за спину Незборецкого, тихо-тихо пробормотала: — Я не хотела говорить пока. Мне кажется, я беременна. Но я не знаю точно…       Максима будто водой окатило. Он сел на диван, пытаясь уже себя привести в чувство. Девушка толкнула его в плечо. Блондин и сам стал бледнее обычного: — Боже. Что я сделал?..