14.1. «Конец августа»

Черновцы, Украина. 28 августа.       Беременность Маши очень быстро подтвердилась. Решение проблемы было принято тоже очень быстро. Максим прекрасно понимал, что девушка не готова к семье и детям, к тому же, они знакомы всего-ничего. Да и они не встречаются даже.       Они замяли всё так, будто ничего и не было. Никто не был в курсе. Но их «дружба» посыпалась ровно с этого момента. Маша и Максим стали гораздо реже встречаться. Между ними творилось что-то странное. И это замечали все вокруг. Кирилл пытался разговаривать с братом, тот был нем, как рыба.       А вот Пабло, наконец, ликовал. Теперь-то его душенька была спокойна: сестра больше не посещала с ним празднества Незборецких, ночевала дома, лишний раз даже на улицу не выходила. С Максом они общались только по телефону и в основном конфликтовали. Так продолжалось вплоть до середины августа.       Семнадцатого числа Макс улетел домой. Вместе с братом. Решили они навестить родителей. Незборецкому вновь пришлось привыкать к своему новому дому. Максим вернулся в свою уютнейшую квартирку, недалеко от дома родителей.       И, вроде, даже вернулся к обычной жизни. Наконец-то. Продолжил писать музыку. Встречаться с друзьями. Путешествовать по стране.       Но каждый раз ложась спать, он вспоминал Марью. Её худые руки, зелёные глаза, хрупкие плечи, нежную улыбку. Почти каждую ночь он просыпался в холодном поту. Она снилась ему. Постоянно. Ему снились их разговоры по ночам, их беседы за чашкой чая, их поцелуи и объятия. — Я не могу так больше. — Макс и Кирилл сидели в кухне. Старший пил вино, а младший — коньяк. Этот тёмный дождливый вечер они в проводили в отчаянии. Вернее, старший. Кирилл лишь поддерживал его. — Мне Машка каждую ночь снится… — Может быть, вернёшься в Москву? Вместе со мной… — предложил блондин. Он и сам безумно переживал за их отношения. — Попробуешь снова… — Она, наверное, больше не хочет меня слышать. Не то, что видеть. И уж тем более, отношения заводить… — тихо ответил парень. — У нас с Машей мог бы быть ребёнок. Сейчас. Мог бы быть… — Что? Ты о чем? — не понял младший. Звучит, как идиотская шутка. На полном серьёзе. — Машка была беременна. — задыхаясь, проговорил Макс. Он поднял взгляд в потолок, но из его глаз, всё равно, потекли крупные слезы. — После этого у нас всë…ухудшилось. После того, как она сделала аборт. У нас начались разногласия и конфликты. Я попытался не думать об этом, не воспринимать всерьез. — Почему ты сразу ничего не рассказал? Это же… — Мы с Марией договорились, не говорить никому. Она не хотела, чтобы Пабло знал. Да и мне это тоже не нужно было. Наверное, стоило жениться на ней? Забрать её сюда?..