Глава 4. Гарри

      Пускай щека больше не горела огнём от сильной пощёчины, выданной матерью после окончания собрания Ордена Феникса, когда все собравшиеся покинули дом Поттеров, но оставшаяся на месте удара сильная припухлость не давала забыть о том, что он нарушил своё обещание, и поплатился за это. Обычно спокойная даже в те моменты, когда громко ругается, в те долгие минуты мать сильно напугала Гарри. Вместо привычного презрения и разочарования в её глазах он прочитал жгучую ярость смешанную с чем-то, похожим на страх, но вряд ли им являющимся. Казалось, сам воздух вокруг Лили искрил от магии. Замерев и невольно задержав дыхание, Гарри смотрел на мать не мигая, боясь двигаться. В этот момент она была даже страшнее Андриана, которого он научился бояться ещё до школы.       Обычно светло-зелёные, её яркие глаза сильно потемнели, став практически чёрными, когда, посмотрев на сына, Лили тихо прошипела: — Мне казалось, что мы договорились о том, что ты не будешь лезть туда, куда не стоит. — Я был должен узнать правду! — начал быстро говорить Гарри, стремясь перейти к вопросу, когда он сможет забрать сестру и убраться из дома к тётушке. — Может мы с Айви… — Замолчи! — Лили резким жестом руки применила беспалочковую магию, наложив на сына чары немоты, и раздражённо вздохнула не скрывая усталости: — С меня хватит на сегодня твоей лжи, Гарри. Ты наказан. Иди в свою комнату и не смей покидать её всю оставшуюся неделю. Еду тебе будет приносить домовик.       И теперь, сидя в своей комнате без возможности выйти из-за чар, наложенных матерью, вот уже третий день, Гарри только и мог, что развлекать свой разум домашним заданием. Поступок Лили, её несправедливое, как он считал, наказание, не вызывало боли. Он уже давно перестал надеяться на подобное. В нём горели лишь глухое раздражение и злость на самого себя. Гарри хотел бы дать отпор родителям. Доказать, что его вины в происходящем нет. Что во всём виноват Андриан, вот только эти желания так и оставались простыми мечтами наивного, но завистливого «заучки».       Нелюдимый ребёнок Поттеров. Именно таким его видели окружающие, и изменить это мнение Гарри так и не смог. Любое новое знакомство, попытка наладить общение, всё это безжалостно уничтожалось Андрианом. В это, к слову, тоже никто не верил. Именно поэтому рядом с ним оставались лишь Луна и Айви. Первая прослыла слишком странной даже по меркам волшебного общества, а младшая сестра была на тех же правах, что и сам Гарри, разве что Андриан не видел в маленькой девочке угрозу своей власти, поэтому и не запугивал её, как когда-то своего младшего брата.       Часы на стене гулко стукнули, отмеряя время. Отложив в сторону тяжёлый учебник по чарам, Гарри в последний раз пробежался взглядом по написанному тексту на длинном пергаменте. Черновик домашнего задания был уже готов, и это несомненно вызывало где-то в груди огонёк удовлетворения. Потянувшись, Гарри с наслаждением услышал хруст спины, что несколько часов подряд находилась в одном положении, и, устало вздохнув, поплёлся в крохотную ванную, официально являющуюся частью его комнаты. Изначально этого помещения в доме не было, но несколько лет назад, вернувшаяся из командировки, спонсированной совместно Министерством магии Англии и МАКУС, Лили загорелась желанием расширить их родное гнездо. Увиденные ею дома волшебников в магической Америке, даровали талантливой волшебнице, которой миссис Поттер несомненно являлась, много вдохновения, которое было потрачено с умом.       Посмотрев мрачным взглядом на своё отражение в зеркале над раковиной, Гарри ополоснул лицо и, когда уже начал вытирать капли воды с щёк и лба мягким полотенцем, услышал звук открывающейся двери. Нахмурившись, он выглянул из ванной, и замер на месте, увидев стоящего на пороге отца. — Гарри, — Джеймс прошёл в комнату и, прикрыв за собой дверь, легко и непринуждённо уселся на кровать сына. — Нам нужно поговорить.       Прикусив кончик языка, чтобы удержать рвущийся изнутри вопрос, Гарри, держа в руках полотенце, подошёл ближе, замерев недалеко от отца. Джеймс редко заводил разговор со своим средним ребёнком и ещё реже заходил в его комнату, поэтому Гарри не знал, чего ожидать от такого поведения. — Я слышал от матери, что ты нарушил своё обещание и именно поэтому она тебя наказала, — Джеймс покачал головой, с разочарованием посмотрев на сына. — Это недостойный поступок, понимаешь? Да, ты поступил не на Гриффиндор, но это не даёт тебе право вести себя, как какой-то напыщенный слизняк со Слизерина, чьё слово не стоит и ломаного кната. — Я услышал от Айви, что Волдеморт набирает армию нежити и хотел узнать об опасности больше, — Гарри опустил взгляд на полотенце в руках: — Я просто хотел знать к чему стоит быть готовым. — Хорошо, — ответил Джеймс, хотя весь его вид говорил об обратном. — Это достойный повод. — Прости, — вырвалось у Гарри, который отвёл взгляд от отца. — Я не хотел расстраивать маму, но мне сложно быть спокойным, когда я не знаю, что происходит.       Джеймс прищурился, смотря на сына задумчивым взглядом, после чего неожиданно спросил: — Завтра будут переговоры с Хеллсингом, хочешь пойти с нами? Маму я возьму на себя.       Гарри нахмурился, но, увидев в этом шанс ещё раз говорить с матерью, и добиться разрешения им с Айви уехать, решительно кивнул: — Хочу. — Хах, ни капли сомнений! — вдруг рассмеялся Джеймс и, встав, хлопнул Гарри по плечу: — Я верил, что ты так ответишь. В конце концов, ты тоже мой сын, а мы, Поттеры, никогда не были трусами. Будь готов к девяти утра. Маму, как и обещал, я уговорю.       Гарри, замерев, внимательно следил за тем, как Джеймс, подмигнув на прощание, быстрым шагом покидает его комнату. Когда-то давно, он, ещё только готовящийся поступать в Хогвартс мальчишка, мечтал о том, как отец мог бы смеялся при разговоре с ним. Так же задорно и весело, как он делает это, общаясь с Андрианом, вот только сейчас, когда Джеймс действительно рассмеялся отвечая ему, в душе Гарри поселилась тревога. Почему отец так хотел, чтобы он присутствовал? Даже был готов поссориться со своей любимой женой.       Впервые в разум Гарри закрались сомнения. Чего именно боялась мать? Неужели она беспокоилась за него? Глупое сердце шептало о том, что Лили могла и не думать, что он попытается подставить Андриана, как завистливый ребёнок, которым они его увидели в детстве. Может быть… — О чём задумался, зануда?       Гарри вздрогнул всем телом, услышав голос Андриана. Слишком много гостей за последний полчаса в его комнате. Мрачно уставившись исподлобья на монстра в шкуре его близнеца, Гарри буркнул: — Что забыл в моей комнате? — Волновался за тебя.       Андриан улыбнулся своей холодной улыбкой, от которой Гарри всегда бросало в дрожь. Той самой, которую Избранный не показывал окружающим, предпочитая оставлять для своего младшего брата. Эта улыбка словно заостряла черты лица Андриана, меняя до неузнаваемости. Делая похожим на кого-то чужого и очень опасного. — Врешь! — огрызнулся Гарри, делая шаг назад, крепче сжав в пальцах полотенце. — Не подходи ближе. — Отец сказал мне, что ты всё же пошёл в нашу породу, — улыбка Андриана неожиданно приобрела иной оттенок, став ироничной, а в голосе зазвучало веселье. — Вот только я вижу перед собой лишь пугливого оленёнка. Или ты испуганный кролик?       Слова Андриана неприятно ударили по самооценке и, чтобы хоть как-то удержать себя от опасной и бессмысленной агрессии, Гарри грубо спросил: — Зачем пришёл? — О, я хотел попросить тебя завтра вести себя на переговорах спокойно, — Андриан мгновенно перешёл на деловой тон. — Это будет важный шаг, поэтому не испорть всё, хорошо? — И как я, по твоему, вообще могу всё испортить?       Андриан был на его, Гарри, территории, и это придавало немного храбрости. Не настолько, чтобы выставить Избранного прочь, но чтобы грубо разговаривать… Гарри взял себя в руки и уставился Андриану в глаза. Тот, словно этого и ждал, довольно прищурил зелёные глаза. — Скажу по секрету, — буквально промурлыкал он. — На переговоры явится сама глава Хеллсинг, сэр Интегра. А Орден Феникса готов пойти на всё, чтобы завоевать её благосклонность. Понимаешь? На всё. — К чему ты ведешь? — К тому, Гарри, — протянул имя брата Андриан, — что со стороны переговоры могут показаться… грязными. Смотри, не испугайся, маленький кролик.       Под конец фразы глаза Избранного вновь на мгновение стали красными, и Гарри нервно сглотнул. Он помнил, как хотел рассказать окружающим о том, как глаза их Спасителя становились цвета крови, но очень быстро понял, что никто ему не верил. Не после того, как Андриан подставил его, организовав драку в которой предстал, как пострадавший. Воспоминания, полные обиды, неожиданно придали сил. — Уб-бирайся из моей комнаты! — не выдержал Гарри, громко крикнув.       Фыркнув, Андриан послушно направился к двери и, обернувшись уже на пороге, доверительным тоном сообщил: — Уже лучше, Га-арри.       Когда дверь за Андрианом закрылась, Гарри буквально рухнул на кровать, крепко прижимая к груди полотенце. Каждый разговор с тварью в личине старшего сына Поттеров выматывал его. Андриан напоминал огромную змею, что сжимала вокруг свои кольца, душа и ломая кости, оставляя после себя лишь руины форта душевного равновесия.       Что-то внутри подсказывало Гарри плюнуть на всё и завтра, как только чары матери на выходе из комнаты спадут, схватить Айви в охапку и бежать. В словах Андриана было что-то, чего он не слышал уже очень давно. Предвкушение. И Гарри знал, что когда Избранный испытывает подобное волнение, это всегда сулит неприятности, ведь обычно так Андриан реагировал лишь на шанс увеличить своё влияние. — Вечером, — тихо прошептал сам себе Гарри.       Да, они с Айви сбегут завтра вечером, сразу после возвращения со встречи с сэром Интегрой, когда взрослые и Андриан будут заняты обсуждением результатов переговоров между Орденом Феникса и Хеллсингом. Осталось потерпеть всего день.