Часть 2

— Мелли, почему ты молчишь?! , — Закричал Гейдж. Он значительно сократил между нами расстояние и взяв мои плечи в свои руки, принялся их встряхивать. Я не могла и слова сказать, ощущение словно крепкая рука сжала мою тонкую шею в своей власти и ты не смеешь говорить. Но я обязана сказать правду брату, он единственный из родных, кто у меня есть, только вот правда не была готова врезаться в мышление Гейджа из моих уст. Убрав резко руки Гейджа из своих плеч, я сморщила брови и перевела глаза на силуэт перед собой. Пассивная агрессия Гейджа немного обранилась, но он все еще оставался замешканным в своем подсознании, я знала это. — Не смей мне указывать, я не твоя собственность, — Мои пальчики рук невольно сжались вместе до бледности, а гнев заполнил дрожащее тело, — Мы обещаны доверять друг другу и быть всегда вместе, но я не собираюсь выполнять твои указания. Гейдж опешил от моих слов, сделав шаг назад. Раньше я не позволяла себе так громко разглагольствовать, к тому же в защиту Энтони, что было странным для брата и неожиданным для меня, но это было раньше, я стала смелее. — Ладно, разговор не удался в этот раз, значит поговорим в другой, — Максимально низким тоном смолвил Гейдж и тихими шагами начал отдаляться от меня. Я видела поражение каждой клеточки тела в его сверкающих глазах, но это не мешало мне поменять свое мнение по поводу семьи Ривза. За мной последовал тяжелый вдох, который глубоко отразился в каждой частице моей души и я ступила на свое место. Как сильно я ненавидела бы Энтони, я не смогу доказать его виновность без явных на то улик, это было бы тяжело для меня в психологическом плане, ведь он не является пока убийцей, верно? Улыбка полная истощения накрыла меня с головой, разум затуманивался каждый раз, когда я шла с работы замученная домой. Только в этот раз я держала направление в знакомый дом, а если быть точнее, в участок к Дикси. Небось она совсем устала на своей работе с папками бумаг. Заглянув в наше любимое кафе, я хотела заказать кофе, но в последнюю минуту передумала, когда поняла, что денег недостаточно. Хлипкие шаги отбивались от луж, я ускорялась все больше и незамедлительно вошла в помещение. Дикси сидела на своем месте и как я предполагала, занималась разработкой бумаг. Я сжала губы в тонкую полоску и перевела взгляд на стекло, пока мои глаза медленно не переместились во власть Ривза. Он выглядел измученным и уставшим, более чем, я на секунду испытала жалость к нему. Но покровительская улыбка на его физиономии тут же убрала все подозрения о жалости и фишка страха вспыхнула в моем теле с невероятной силой. Дамелио наблюдала за мной, она в первый раз замечала подобное между преступником и такой девушкой как я. Склонив голову набок, я попыталась найти кого-то еще в помещении, ибо было слишком тихо. — Привет, Мелли! , — Жизнерадостно зазвенел у моего уха Агент — Джо, чем яростно напугал меня. Я вздрогнула, но как не странно, заметила беспокойство на лице Энтони, ох, парень, не стоит волноваться за меня. Непременно отвернувшись, я взглянула на Джо. Он был весьма веселым человеком, но непростым. Внешний вид юноши был непокалебим, а потрепанные жизнью джинсы выдавали безответственность Джо к себе. Я отчаянно попыталась улыбнуться, но недовольный звук Энтони затмил помещение и тогда, Джо, я и Дикси развернулись к Ривзу. — Даже не смей ей интересоваться, слащавый урод! , — Наконец заговорил неугомонный Энтони, чем напугал остальных в помещении, кроме меня. Для меня это было чем то смешным, вероятно, я была игрушкой Энтони, которой он любил интересоваться в тюрьме, ведь везде и так докучают своими вопросами. Хотя я тоже задавала вопросы, но они были намного благоприятнее и интереснее для моего оппонента. Невыносимый смешок все-таки слетел из моих уст и тогда я заметила, что Энтони немного смягчился и выглядел уж не таким угрюмом как до этого. А вот Джо, наоборот, старался выглядеть страшным, но у него, сказать честно, плохо получалось. Несмотря на свой непроницаемый страх, связанный с Энтони, я преодолела между нами препятствие в пяти шагах и оказалась слишком близко. Мне безумно хотелось разглядеть его с ног до головы и понять уязвимое место, но, к сожалению, сделать это с помощью внешнего вида, практически невозможно. Его величественная рука стороной ладони, прикоснулась к стеклу. Что он делал? он не сможет меня тронуть, даже так, но чуть позже, когда я поняла в чем является смысл его действий, я испугалась не на шутку. — Приложи свою ладонь к моей, это будет приятной связью для нас. — Для нас? , — Переспросила я, и на удивление попыталась поднять свою руку. — Да, смелее, не бойся, между нами стекло — барьер, я не трону тебя в таком случае, и даже в другом случае как сильно мне не хотелось бы к тебе прикоснуться, я бы не тронул тебя, — Приказным тоном смолвил едва шепотом Ривз, чем заставил мои уши навостриться. Этот парень не должен был меня пугать, это он в опасности, а я в безопасности, но я была лишена дара речи и не могла смолвить ни слова. Ривз заставил меня напрячься, он не был похож на парня с благими намерениями, по этому мысли чередовали очень косвенно по поводу юноши. Я заставила свое лицо принять неистово чудесный вид с, вероятно, нелепой ухмылкой. Меня позабавило, что Ривз посмел улыбнуться в ответ, но вот только от его улыбки исходил страх невежества и потери самоконтроля. Я боялась его, когда он должен был бояться меня. Мои плечи заметно упали и я постаралась отвести взгляд глубоко в сторону, лишь бы не видеть эти пропитанные местью глаза. Моя рука обрела дрожащий вид, но я заставила себя пройти сквозь очертания ненависти к этому человеку и наконец подняла руку, приложив ее к поверхности стекла и, конечно, руки Энтони. Наверное, это было самовнушение, но даже сквозь широкое стекло я ощущала тепло и это заставило меня в миг замолкнуть. Расслабление прошлось от пальчиков моих ног к ушам, я подняла глаза на Энтони, который все еще стоял и смотря на меня, улыбался. Негромкий сухой кашель бегло прошелся по моим ушам и пальчики моих ног вздрогнули. Это заставило меня отступить назад от Ривза и принять более угрюмый вид, который говорил о упущенном вторжении ненависти и мести. Теперь уж плечи казались шире и пальто сместилось вниз. Я перевела взгляд на физиономию Джо, это он откашлялся, возможно, ему не понравилось мое поведение с преступником, так или иначе Энтони действительно заинтересованная особь и мне все равно на мнение влюбленного молодно «мальчишки» — Джо. Рука Дикси неподвижно лежала на столе, только кончики пальцев тихонько грохотали по поверхности дерева. Ее лицо не отражало особых эмоций от остальных, но я точно могла запечатлеть ее тревогу и панику в глазах, в отличие от остальных. Отвернувшись, я осмотрела помещение еще раз и остановила свои глаза на стене, где взаимосвязаны были незнакомые мне люди, не считая Энтони и его отца — Маттео. Гнев проскочил сквозь меня и, как было ожидаемо, наполнил мое тело неугомонностью. Я всегда обдумывала свои действия прежде чем что-либо сделать, но сегодня я ощутила тепло от руки своего же врага — Энтони, и это было нашей ошибкой. Резкая боль уколом отдалась на моем затылке и я приняла сдержанный вид, сев на кресло, стоящее рядом с Дамелио, которая внезапно встала и осмотрела обеспокоенно помещение. — Джо, мы поговорим с тобой завтра, — колебаясь, быстро проговорила подруга и потянула меня за руку к себе. Мой взгляд метнулся к крепким костяшкам ее пальцев и заметив это, она расслабила свою кисть. Невольно вскочив, я прижалась к Дикси и окинув последний раз взглядом Энтони, вышла из этого здания прочь. Ком неприятностей и тревога поселились глубоко внутри моих легких, с неподдельным интересом. Я все еще анализировала поведение Энтони. Ужасный тип, от которого веяло страхом, он добивался к себе ненависти от людей. Это не было случайностью. — Дикси, у меня складывается ощущение, что Энтони делает из себя виновного лишь своим поведением, — Я нахмурилась и засмотрелась в окно, на улице сверкали большие фонари, но темнота была выше этого. Притупленные шаги метко оказались рядом со мной и ощутив робкое прикосновение на своей руке, я развернулась к Дикси. — Он ведет себя как сумасшедший, когда ты в здании, может, тебе стоило бы не прихо. -.Нет! , — Перебила я Дамелио, начав громоздко жестикулировать своими руками. На лице подруги сверкнуло сожаление, ненавижу ее этот взгляд, — Я буду приходить! Дикси молниеносно опешила от моих слов и встряхнув невидимую пыль со своих волос, она нервно выдохнула, стараясь не потерять равновесие, казалось бы, от сказанных мною слов. — Я думаю, в его семье все не так просто, возможно он хорошо слушает своего богатого и жестокого отца, — Перейдя на шепот, смолвила я, стараясь больше не пугать соседку. — Его отец остался чист и невредим. — Тогда не все так просто как нам кажется. Моя защита в сторону Энтони была очень забавной, я действительно не могла его винить за косвенные улики. — Мелли, была одна девушка, которая угадала в Энтони своего убийцу, ей удалось спастись. Мое тело обеспокоенно покрылось мурашками и я постаралась взглянуть на Дикси исподлобья. Было что-то еще о чем она молчала. — Но…? — Но это были лишь ее сомнения, мы нашли другого человека, который по настоящему охотился за ней. Шарм легкости немного возвысился над моей тревожностью. — Это все? Мое любопытство поражало Дикси, но мне необходимо было знать больше, чем требуется, даже агенту. — Нет, нашлась новая жертва. Попытка насилия и убийства над девушкой проходила в лесу около знаменитого озера, где в большинстве случаев прогуливаются по утрам много людей. Совершение пытки над жертвой происходило ночью, забавно, но убийца не убил ее, она лежала без сознания. А утром ее нашли родители по геолокации. Подозреваемым является Энтони, ведь из всех предлагаемых на фото человек, она взяла в руки фото и сказала точное «да!», как только увидела его — Энтони Ривза. Мое тело нервно пошатнулось и я издала тяжкий вздох. Этот парень слишком сильно поражает мои нервные и, без того, проблемные клетки и участки кожи. Слой злости накатывает новой волной каждую секунду с новым фрагментом горечи. Жесткий ком застывает в моем горле, руки мимолетно потеют и начинают дрожать. Если этот парень действительно является виновником данных убийств, то стоило ли вообще говорить с ним? А может мне стоило держаться от него подальше? как много вопросов и как мало ответов. — Ты уверена, что хотела бы помогать мне с расследованием? , — Без умолку проговорила Дикси, сворачивая в своей руке небольшой листок от газеты. Ее мятая рубашка прилипла к ее покрытому мурашками телу, вероятно, происходящее ужасало ее не меньше, чем меня. А влажные от пота волосы развалились маленькими завитками на плечах. — Да! , — Четко и твердо смолвила я и пытаясь унять частичку нервозности и адреналина в своем теле, я убрала руку с шеи. В такие моменты ты плохо улавливаешь суть, но, как на зло, обращаешь внимание на даже незначительные детали. Отворачиваясь от напористого взгляда Дамелио, которая явно хотела знать больше и все еще задавала вопросы глазами, я развернулась к темному окну. Фонари все также падали на черные дорожки, освещая путь людям, которые шли уставшие с работы. — Если его признают виновным, ему будет дано пожизненное заключение? , — Так или иначе, меня действительно волновал этот вопрос. Я была заинтересована лишь в том плане, что Ривз может быть сумасшедшим и принести далеко не мало вреда мне. Дикси отошла немного в сторону, ближе к стене. Ее все еще волновало, что я так волнуюсь о незнакомом себе парне. Эта мысль рассмешила меня, ведь Дикси так настойчиво говорила о чудесных чертах его лица и шелковистых волосах. — Не только, он будет убит в течении того срока, который назначит ему суд, — Вспышки страха загорелись в глазах Дикси. Мы видели много расследований, но это дело было весьма познавательным и ужасающим. Девушки бесследно пропадали в пустых улицах нашего городка. Сиэтл, как далеко это зайдет? Смею ли я продолжать данную тему? Очевидно — да. — Ты знаешь, как только Энтони оказался за решеткой, убийства прекратились. Значит ли это, что убийца хочет снять с себя подозрения? , — Сказала я, стараясь выпрямить спину. Мои плечи заметно расширились, а на физиономии, впервые за день, заиграла хитрая улыбка. — Да, или же вариант, что Энтони и является убийцей. Ты знаешь, я подумала, может тебе не стоит завтра приходить в тюрьму, где находится сейчас Ривз, мы справимся с Джо сами, — Умоляюще повторяла Дикси, сложив руки вместе на груди. Я вспомнила то, как отреагировал Ривз на слова Джо в сегодняшний вечер, когда тот завел со мной флирт. Тревога и беспокойство вновь прошлись по моей коже. Безумно. — Дикси, я сказала, что хочу видеть Ривза, точнее вести расследование с вами… Не знаю как долго это продлится, но я постараюсь вам помочь. — Доброй тебе ночи, — Утомительно прошептала Дикси. Ее шаги все дальше отдалялись от меня и щелкнув выключателем света, она покинула комнату. Помещение погрузилось в некую тьму, которая была прекрасна в большинстве случаев. Еще раз взглянув на белые фонары, я последовала к своей кровати. Одеяло забрало остатки моей усталости и слабости за этот день. — Ваше сердце цело? нетронуто? , — Крутив в своих изящных пальцах тонкую цепь и смотря исподлобья, проговорил Ривз. Я закинула ноги на стол Дикси, от чего получила дополнительную ухмылку, в качестве прихоти, от Энтони. — В каком смысле? и мы вновь на вы? , — Мои брови согнулись в знакомом жесте домика. — Вас учили вопросом на вопрос отвечать? Горестные упреки в мою сторону, пробудили кучу воспоминаний о том, что воспитывала нас с Гейджем бабушка, которая так сильно не любила меня и была готова избавиться от нас. — А вас? Устрашающий смех Ривза заполнил помещение, где еще находились Джо и Дамелио, следящие за происходящим. — Я хотел сказать, разбивали ли вам сердце в любовном плане, неужели вы не поняли, Мелисса? , — угрызненно разглагольствовал Ривз, чем вызвал во мне страх возбуждений. Он действительно называл меня по имени, не как остальные, проговаривая его до конца. Не солгал, значит. — Знаете, это некорректный вопрос, нет, мое сердце никем не тронуто. — Видите ли, вы все равно ответили на мой вопрос. Позволили бы вы мне тронуть не только часть, как остальные, вашего сердца, а заполнить его удушье до конца? , — Зубы Ривза заскрепели в неком волнении. Неужто этот человек умеет волноваться и все равно держать всё под своим контролем? — Нет, безусловно нет! Страх нервно прошелся по моим стопам, скинув ноги со стола, я сделала глубокий вдох. Убрав невесомую пыль со своего черного пальто, я последовала к выходу. Вопросы Ривза были очень личными и цепляли сильнее, чем делает это кто другой. Винтовая лестница дрожит под моим весом, та, что покрыта в пряно-земляничный оттенок отрешенной надежды моих сладких снов. Моя рука скользит к воротнику винтажной рубашки и колкость проходится глубоко внутри, с ощущением горькой теплоты. Я пропускаю сквозь свои пальцы холодный ветер, который значительно отдает мурашки моему ледяному телу, а вдох, принесенный мыслями, околдовывает внимание. Неприятный звонок моего телефона выводит меня из колеи, как только я замечаю незнакомый номер, ладошки стают влажными. Сглатываю неутолимую горечь и хватаясь за ручку сумочки, принимаю вызов. — Здравствуй, это Джо, — Мягко пробормотал юноша. Конечно, как я могла не узнать, что это он. Знакомый силуэт парня хорошо вырисовывается в моей голове: крепкая рука сжимает тонкую сигарету и пар дает новые отличия раздумий. Меня будоражит все это, но улыбка отмечается на физиономии, благо, это не Энтони. Хотя он и не смог бы мне позвонить… — Привет, я узнала тебя, что-то важное? , — Наивность поражает каждую клеточку моего голоса и воображение представляет хитрую ухмылку на его лице. Конечно, ему нужно затащить меня в постель, не более. — Есть конечно одна новость, но не думаю, что она тебя обрадует, в самом деле я звоню тебе, чтобы устроить прогулку в парке. Хохот прорывает мои скрепящие зубы, какая банальщина Воуд. Не странно ли то было, но меня совершенно не интересует свидание, меня интересует новость. Неужели Ривзу удалось сбежать? Не может быть. — Ты хотел бы назначить свидание? Я соглашусь, при условии, что ты поведаешь меня чрезвычайно плохой новости. — Ты приходишь к манипуляциям? Плохой ход, Мелли, думаю оповестить тебя сможет Дикси. Интересно, уместил ли гнев моих чувств на себе Джо, быть может, я не такая хрупкая, как казалось ему на первый взгляд? Невольно я бросаю взгляд навстречу грозному небу, как все печально. Что же за новость, — вертелось у меня на языке. — Хотя, я должен был бы тебе сказать, если не сейчас, значит позже. К слову, Энтони опознали невинным и теперь он на свободе, — погрустневший голос Джо окутал строки слов у меня в голове, которые едва отдавались эхом. Я уж хотела сказать, что он слишком томит, но мысль о Ривзе заставила мои ноги подкоситься? Значит, он на свободе, но Дамелио не предупредила меня, и теперь в моей руке застыла смятая бумажка. Что, если, Ривз начинает слежку за мной уже как 18 часов из 24 возможных? Кровь в жилах вскипела с помощью адреналина. Он на свободе. Не может быть, разве парень с такими ледяными глазами и утоляющей ухмылкой смог зацепить адвоката своим неповинованием? — Повтори! , — Сошло громко с моих уст, бумажка вдоволь решила потеряться, теперь я сжимала сумочку в своей руке. Проходящие мимо люди глазели с настоящим испугом, кажется, мой крик заполнил улицу. — Мелли, послушай, для тебя нет никакой опасности, Ривз находится сейчас в своей семье под присмотром. — Джо, я немного занята, — взмолилась я, ощутив тяжесть на своих плечах, нет безопасности. — Надо же, а как же свидание? — Никак. Сомнительная причина жить номер 5: ощущать жилку страха и тревоги на своем теле сквозь мокрые руки. Встречаясь через раз, мы оставляли глубокий порез друг на друге, только я уж очень рисковала, и теперь меня угнетает беда о расчёте. Я бегу по лужам, что есть силы, солнце возвысилось надо мной, но это не придало мне бодрости, я ведь такая «слабая» теперь. Что у меня есть против него? А может, я действительно не нужна ему, для чего ж тогда? Я так скупа на его фоне, ему лишь осталось бы меня убить. Телесные повреждения казались ужаснейшим для меня, озноб охватил мое тело, я бежала и бежала… — Ты вся промокла! , — вспылила Дикси и принялась снимать с меня пальто. Обшарпанные стенки моей души изгнанно глядели на Дамелио, которая отчаянно пыталась делать вид, что совершенно ничего не знает. — Ты не сказала мне, а значит ли это, что ты солгала мне? , — достаточно громким шепотом заполнила коридор я и двинулась в сторону своей комнаты. Дикси последовала за мной, другого варианта не нашлось бы в ее доверии. Ступив на холодный ламинат, я потупила глаза на потолок, ведь смотреть на подругу было худшим из выборов. — Я скрыла это от тебя, — Ее руки были сложены на груди, а сама же стояла в центре комнаты, я взглянула на нее боковым зрением и все, что удалось мне сделать, это вздохнуть. Скрыть — означало солгать, так было для меня, не во всех случаях работало, но удобно. — Я теперь в опасности? , — Хотела спросить я, но промолчала, потому что дом заполнил звук домашнего телефона. Странно, обычно в такое время нам никто не звонит, было уже достаточно поздно. Дикси поспешила в другую комнату, но в миг с телефоном вернулась ко мне, ее присутствие немного раздражало меня, но отпустить ситуацию просто так я не могла. Повернув голову в сторону Дикси, я заметила ее указательный палец, который покоился на губах, а вот глаза была в ужасе, оцепенение. Мои ноги достаточно сильно задрожали, а в груди сжалось страхом и беспокойством. — Дикси, что случилось? , — быстро смолвила я, как только Дамелио завершила вызов. Встав на ноги я ощутила неприятное головокружение и пелену темноты в глазах. — Ривз, он сбежал из дома. Красочное сумасшествие заполнило мое и без того дрожащее тело. Тошнотой накатывало вновь пылающие крылья моего ангела и моего демона, которые не разделяли самомнения. Я попятилась назад, Дикси озадаченно взглянула на меня исподлобья, трубка вылетела из ее рук и с легким треском заняла местечко на полу. Звук ламината заставил меня напрячься, я уж было того не ожидала. Ривз сбежал, он был в полнейшей свободе, так не должно быть, именно он являлся подозреваемым серийным убийцей, а теперь совершенно невиновный. Эмоциональное выгорание задействовало во мне и вскоре паника снизилась на уровень ниже, а к месту пришло безразличие. Пьяный бред то и дело вертится в моей голове, какое сумасшествие, я не обязана нервничать и терять безопасность из-за некого психопата. Мимолетное сострадание на лице Дамелио вызывает жалость к окружающему чудесному миру, который разрушен под такими, как Энтони. Я не способна наблюдать за подобным зрелищем и по этому не задумываясь покидаю дом. Громкий шелест деревьев напоминает о ночной тьме. Сбежать ночью на улицу было худшим решением, особенно с осознанием того, что ты не можешь быть в полном покое или безопасности. На часах пробила полночь, в моем рту пересохли частицы непониманий, я не останавливаясь иду прямо. Мое серое пальто пропускает ветви больших деревьев, мне совсем не страшно. Возможно, это защитная реакция, не думаю, что я нужна кому-либо в такую ночь. Забавно, что Дикси не последовала за мной, вероятно сон важнее чем то, что твоя подруга уходит из дома позже 00. Благо у меня есть ключи от библиотеки, это единственное место куда я могу попасть ночью, где буду в защите. Забравшись в помещение, я вижу толкование своих последующих снов. Одинокая лавочка послужит кроватью этой ночью, а холодное пальто заменит мне одеяло. Золотистые лучи метаются около моего лица, пыль, кажется, рассыпалась на мелкие частицы, летая меж толстых книг. Неприятная сухость в моем рту крепко ощущалась всю ночь, я не могла с этим бороться, к тому же в такой холод. Мои ноги затекли, но несмотря на такое подавленное состояние, я в силах приступить к работе, ведь стрелка на часах пробила девять часов утра. На телефоне огромное количество пропущенных от Дикси, но я не в силах говорить с ней сейчас. Сегодня должно быть большое количество людей, но вокруг хорошо ощутима пустота и тишина. Я падаю на свое любимое кресло и начинаю заполнять кроссворды. Мне нравится проводить время в тишине, так ты можешь почувствовать себя свободным от окружающей среды. Звонок двери тихонько зазвенел и хорошо ощутимая тишина была покинута посторонним дыханием, не моим. Я мельком кидаю свой взор на дверь, но там никого нет. Должно быть, это Кэйден, может он прячется, но для чего ему это? Раздумия заполняют пространства моей души, я присваиваю себе отчужденное спокойствие ровно до того времени, пока не чувствую тяжелые шаги позади себя. Моя хрупкая рука покоится на шее, а глаза вспыхивают, я не могу повернуться и разглядеть силуэт незнакомого человека, даже предположений нет. Мои ладошки стают влажными, а интуиция подсказывает, что опасность совсем рядом. — Ну, здравствуй… — До ужаса знакомый голос, раздается хрипловатым теплом у моего уха. Крепкая рука с громким стуком падает на мой стол, я не в праве шелохнуться, а более того — повернуться, но, к сожалению, узнаю дорогие кольца незнакомца на его руке. Я могла связвить, когда между нами находилость толстое стекло, а я находилась меж людей, но теперь я совсем одна. И страх с которым я так безудержно боролась, рядом со мной. Я буквально остолбенела и побледнела лишь от одного его голоса. Ривз казался мужчиной на фоне, я была слишком хрупкая для него, это даже выглядело слишком смешно по его же глупости. Я все еще не в силах повернуться, я была такой смелой, когда гребанное стекло разделяло свойственно нас, а теперь он мог тронуть мою руку без разрешения, потому что он долбанный психопат, которого волнуют только свои личные желания. — Как сильно ты ненавидишь меня по шкале от одного до ста? , — Встряхнув меня за плечи, полушепотом пробормотал Энтони. Я думаю, что я не ненавижу его, я боюсь давать ответ. Я думаю, что это будет лишним, что всё кажется таким настоящим и хорошим в сравнении с ним. — Боюсь, такое число складывает выше ста, — Склонив голову на бок, тем самым дав Ривзу прекрасный вид на свою шею, смолвила я. Вероятно, он желает сказать, что я стала смелее спустя двух минут его присутствия, которые казались для меня вечностью. Но с его уст срывается хрипота, которая пробуждает колкость в моем теле и теперь я ощущаю прилив адреналина и страха, которые уютно разливаются по моему телу. Я привыкла к этим ощущениям и теперь они кажутся такими родными, а должно ли так быть? Ну, конечно, чего же я ожидала от психопата. Мои мысли мешают концентрироваться на внимании Ривза, они путатся и продолжают метаться из стороны в сторону, я хочу закричать, но мои ноги онемевают, и теперь я слышу свое дыхание. Крепкая рука вдавливается в мое плечо, я вздрагиваю от страха, но не смею пошевелиться. Пальцы Энтони так умело работают над моими уставшими плечами и поясницей, его ухмылка застывает на лице, как только он замечает мурашки на моем теле. Я так боюсь его и нахожусь в глубоком отчаянии, что же я могу сделать? А? Мой взор заприметил вазу стоявшую рядом, может сейчас тот самый момент? С ним не смогли справиться агенты, тогда справлюсь я, думалось мне. Я прикрываю глаза, хватаюсь за металическую вазу и подношу ее, аккуратно. Это мое единственное спасенье, не дать себе утонуть в нем… Сильная рука обхватывает запястье моей второй руки, ваза падает и я тут же замечаю этот мимолетный треск, зубы Ривза скалятся, а мои распахнутые глаза стают еще больше. Кажется, упасть в пропасть не так страшно, а даже приятно, но в мои планы не входило погибнуть от умного убийцы¿ Я не успеваю сморгнуть напыщенную боль, ведь мои руки оказываются вверху, прямо надо мной, в его крепкой руке. На секунду моя фантазия играет в другую сторону, но я не забываю как сильно побаиваюсь этого мужчину, который тот час добивался моего внимания. — Не думай, что ты сможешь убить меня, ясно? , — Энтони крепче сжимает мои запястья, и тогда стон срывается из моих губ, на секунду я слышу как он бормочет что-то недовольное себе под нос и тут же отпускает мои руки. Я вздыхаю с облегчением, вероятно, его может воздуждать мое поведение и от этой мысли стает не по себе. Я вскакиваю из-под стола, теперь я в двух метрах от Энтони, невольно замечаю в своих руках литровую бутылку, наверное инстинктивно взяла ее. Энтони переводит внимание на мою руку и подавляет смешок, действительно, неужели я так наивна и думаю, что смогу уберечь себя этой бутылкой. — Ясно сегодня на улице, а вот с тобой понятно все, — в силах язвить, я радуюсь своей гордости. Он не должен сломать меня. Я сжимаю в своих руках бутылку, ведь замечаю, что мои руки дрожат от беспокойства за свою жизнь. Мне противна сама мысль о Энтони, а его присутствие как должное, берет выше гнева. Я никогда не забуду убийство матери и своего отца из-за рук отца Энтони. Вся их семья прогнила в деньгах, они так ужасны и разборчивы, глупо так мыслить, но я ловлю себя на раздумии о том, что Энтони такой же как и его отец, а значит меня может постигнуть та же участь, что и мою мать, только от лица и рук Энтони. — Ты изучала мою семью, — С утверждением подсказывает Ривз, разглядываю негожие журналы, где сказано много, как плохого, так и хорошего о их семье. Какой ужас, в моей голове начинает созревать план, как я буду убегать от Энтони, от его напасти. На моей физиономии нет даже капли удовольствия от такого злосчастного разговора, я тяжело сглатываю не в силах сказать что-либо. — Если Гейдж узнает, что ты со мной что-то сделал, он прикончит всю твою семью, — Без доли юмора произнесла я, я знаю прекрасно своего брата, он способен на такой поступок ради меня. Ведь я — вся его семья. — Гейдж это твой братишка? Наблюдать жаль за таким зрелищем, а может у тебя проблемы с психикой, раз ты зная меня как, буквально, незнакомого человека, строишь планы по поводу того, как будешь защищаться от меня? Горечь поступает вокруг моего горла, какое удушье, он взялся переходить на личности и оскорбляет мою семью, да что он себе позволяет? — Ты ведь убийца, даже не пытайся сократить расстояние! , — на повышенных тонах заявляю я, его наверное обижает моя искренность и уверенность в том, что он все-таки виновен. Взгляд юноши невольно опускается вниз, а ухмылка пропадает с лица, он делает шаг в сторону выхода из библиотеки. Я начинаю подумывать над тем, что это все глупый розыгрыш и Энтони вовсе не нужно причинять мне физическую боль, что он просто хотел напугать меня и прямо сейчас покинет помещение, но одна фраза выводит меня из колеи: — Мы еще встретимся, родная. Дверь громко захлопывается, он посмел оставить после себя аромат теперь уж противного одеколона. Я начинаю морщить нос и бутылка из моих рук четко летит в дверь. Я никогда не желала людям смерти, может он станет причиной произнести эти слова, не может же ничего длиться вечно. За последние сутки в нашем городе увеличилось количество изнасилований и это очень пугает меня. Я не могу сориентироваться и по этому смею только шагать по темному парку домой, смотря под ноги. Наверное, я знаю дорогу интуитивно, ведь как то мне удалось дойти от библиотеки до парка, еще немного и я окажусь дома. Было бы интересно посмотреть на то, какой скандал посмеет закатить мне Дикси за то, что я вот так бесследно исчезла. Я держу свои руки в карманах, пальто кружится и всем телом я ощущаю холодный ветер, а вот листья шуршат все, да шуршат под подошвой. — Привет, — Обременяет своим вниманием мужской силуэт, от которого я схватила еще крепче свою сумочку и ощутила себя некомфортно. Вспомнились мне все те пытки над девушками за последние сутки, и теперь я понимаю, я в беде. А быть может, это Ривз? Я застыла на месте и не в праве сказать ему что-либо. Из его тонких губ исходил неприятный тонкий голосок, с нотами перегара, а руки были пропахшими дешевым никотином, нет, это не Энтони. От одной картины меня бросило в дрожь. К нам начала подъезжать дорогая темная машина и тогда я поняла, сейчас точно настанет конец, а я даже не повидала еще «настоящую жизнь» за свою 18 лет и буду покинута физическим изнасилованием. Глаза начинают щипать слезы, но я не могу дать волю эмоциям, а притвориться глупой — слишком поздно. Забавно, но машина не кажется знакомой этому темному силуэту, я вижу это по его выражению лица. Стекло машины опускается и я замечаю незнакомое обличие, в парке слишком темно, что б разглядеть кто это. — Подонок, тебе лучше покинуть это место, не думаю, что ты хотел бы видеть как эта несчастная девушка смотрит на то, как я убиваю тебя на кусочки, а затем скармливаю твой же член тебе в рот. Слова незнакомого мне защитника бросают в жар юношу и он убегает вдаль, а я наконец понимаю, что этот голос очень знаком для меня. — Какого черта ты приходишь домой так поздно, Мелисса?! , — С частицей беспокойства, допрашивал меня Ривз, который на удивление остался в трезвом уме и при спокойном тоне. Неужели он следил за мной? А то как мое имя слетает из его уст, это пугающе, неугомонный придурок. — Не твоя забота, — позволяю себе наглость, а ведь он спас меня от убийства, или же мог быть моим новым убийцей, какая романтизация. — Села в машину, — его грубый голос не заставит меня сделать то, чего я не сделаю никогда в своей жизни. Никогда не говори — никогда. — Не сяду. — Это утверждение. — Мне плевать. Я поражена. Теперь я начинаю уходить и он не в праве силой затолкнуть меня в машину, а может я буду кричать и тогда он наконец пристрелит меня, даже избавит от мучений. Забавно, он начинает ехать за мной, теперь скорость его машины составляет примерно три километра в час, как смешно. — Езжай к себе домой, не шляйся за мной, ты что за мной следишь? Я не сяду с тобой в машину. — Я больше не предлагаю, или ты так вредничаешь, чтобы я наконец занес тебя к себе силой, может тебя возбуждает мысль, когда мои руки блуждают по твоему телу? А они, поверь, еще будут блуждать. Мои глаза на мгновение замирают, он что-то совсем разбушевался. — Ты слишком поверил в себя, а еще на твои поиски отправилась вся семья Ривзов. — Мне плевать на мою семью, она прогнила до копейки, — Все также усидчиво Энтони вел машину. И, пожалуй, эта фраза была единственной из его уст, с которой я могла на сто процентов согласиться. — Ты так пренебрежительно относишься к своей семье, — меланхолично и невольно слетает с моих уст, я в надежде, что мои слова не зацепили его. Хотя, с каких пор меня должно волновать его моральное состояние? — С твоим характером, ты бы и доли секунды с ними не прожила на моем месте, Мелисса, — Руки Энтони четко управляют машиной, он выглядит, я бы сказала, красиво¿ Лицо застилает слепая ярость моих слов, которые все-таки зацепили его. Я вынуждена с ним поспорить, но не могу, мой язык будто потерялся где-то во тьме. В поглощающей ночи этого страшного парка. Мурашки заядло окутывают тело, но я не сяду к нему в машину, это не стоит моего уважения к себе. Шаги охотно замедляются, потому что я все больше отдаю предпочтение тому, как красиво мое имя звучит на его пухлых устах, особенно когда он находится в состоянии непоколебимой эйфории. Вероятно, я могу потеряться…в нем. Нет. Нельзя. Ведь он в моих глазах убийца. Энтони замедляет свой ход, машина останавливается, я разворачиваюсь к нему лицом к лицу и замечаю неуловимую усмешку на его физиономии. Хитрец. В парке всё больше света, при таком освещении я могу заметить блеск и небольшой шрам на щеке Ривза, и даже так он выглядит потрясающе и устрашающе. Я хочу узнать откуда у него этот шрам, но не могу переступить через себя. Тогда он увидит в моих глазах интерес, а это довольно впечатляет. — Знаешь, очевидно убийцу можно распознать посмотрев на его глаза, но в твоих глазах я вижу только блеск, — поправив свою сумку на плече, я зашагала быстрее, Дикси может волноваться за меня. Ей не нужны пустые переживания, когда на моем телефоне сорок пропущенных, но она все еще без ответа, потому что я не одна. — Может, потому что я счастлив, когда ты рядом, Мелисса. Меня начинает раздражать то, что он слишком часто употребляет мое имя в диалогах, и все же в голове превосходно сочетаются мысли. А может он начитался психологии о том, как быстро понравиться мне, врядли у него бы это получилось, не случается это как снег на голову. — Значит, ты не отрицаешь того, что являешься убийцей? — Если только убийцей твоего сердца, — Слишком уверенно посвящает он, чем заставляет держать мое тело в страхе от него. Мои ноги подкашиваются от его самовлюбленности, я поднимаю глаза на небо и пытаюсь набраться той же самоуверенности, но внутри все плывет страхом. Энтони слишком много в моей жизни и это мешает мне, но нравится ему. Он явно доминирует и это начинает раздражать, почему я не могу сбежать прямо сейчас? Почему я начинаю дрожать, когда рядом со мной этот психопат? Я даже боюсь взглянуть на него, благо меня спасает то, что мой дом находится в нескольких метрах от нас. Мы шли тридцать минут, а в моей голове звучало слово «вечность». — Надеюсь, ты исчезнешь, была очень расстроена, когда увидела тебя, — позволяю гордости немного затронуть эгоизм Ривза. Он не слушает меня, в ответ взаимодействует пассивная агрессия, он закатывает глаза. И даже так он выглядит потрясающе. Именно в этот момент я не замечаю, что он выходит из машины. О Боже, нет. Я попятилась назад, к стене дома, Энтони выглядит очень страшно, и даже лунный свет на его красивом лице не дает мне ощутить комфорт. Я ощущаю тяжесть на своих плечах, но не могу сбежать. Сумочка падает на кисть моей руки, я успеваю ее словить и слежка за каждым шагом Ривза обрывается, когда я закрываю веки, не в силах смотреть на него. — Я не нарушу твое личное пространство, но мне стоит проводить тебя до квартиры. Энтони стоит совсем близко, я хорошо ощущаю его даже в метре друг от друга. Его дыхание уравновешенное, в отличие от моего, я заставляю себя открыть глаза и взглянуть на него. Но не могу переосилить себя, ведь мы смотрели друг на друга гребанных раз сто. Может он волнуется дойду ли я домой? Наивно. — Удачная попытка запомнить где я живу, так ты будешь преследовать меня, — скрежу сквозь губы я. Энтони не соглал, он действительно не теряет расстояние между нами и это пугает еще больше, ведь я пытаюсь найти скрытый смысл, так как не могу ему доверять. — Думаешь, если я знаю где ты работаешь, было проблемой узнать где ты живешь? Не будь такой наивной и мне незачем следить за такой как ты. Внутри что-то обрывается и громоздкий ток проходит по моему телу. Я хочу задать вопрос такой как я — это какой? Но потерплю неудачу, потому что знаю наперед, что либо не узнаю ответ, либо моя гордость упадет еще ниже, не могу себе позволить разрушить дистанцию между нами. — Не нужно меня провожать, понятно тебе? В ответ на мои слова Энтони тяжело вздыхает и скрывается в подъезде, оставив меня на секунду на улице. Я мечусь на улице пару секунд с вопросом, как он посмел оставить меня одну ночью, но потом замечаю боковым зрением его взгляд на себе, он не ушел. Улыбка трогает краешек моих губ, тот краешек который Энтони не видит, внутри немного легче и все также держа дистанцию мы держим направление на пятый этаж. Молча, да так, что дискомфорт скручивает мой желудок. — Ты поднимишься прямо на пятый этаж? — Да, хочу, чтобы ты была в целости до того момента, когда захочешь меня полностью, во всех смыслах, но и после тоже. Придурок. Мои ресницы взлетают наверх и я ловлю ямочку на щеке Энтони в свой взор. Он не получит мое внимание, даже с помощью манипуляций. Мы наконец останавливаемся у нашей с Дикси квартиры и сжимая ключи в руке, я разворачиваюсь передом к Энтони. Его руки находятся позади, а значит ли это, что он даже пальцем меня не тронет, при этом, я могу находиться в его защите? — Мелисса, я был рад тебя увидеть. Он быстро покидает пятый этаж, а я стою застыв на одном месте. Мои руки мокрые, а тело все еще дрожит даже от нахождения вместе с ним, он невероятно беспокоит меня и я не знаю, как избавиться от него или хотя бы от этого чувства. — Где ты вчера провела ночь? , — Все не унималась Дамелио, которая что и делала, то трясла мои плечи. Сказать честно, от такой тряски переживаний было не меньше, переступив через себя я скрылась за поворотом в свою комнату, оставив Дикси одну с большим количеством вопросов. — Настоящий убийца нашелся, — Быстро разглагольствовала Дикси, чем смогла занять мое внимание к себе. По телу прошелся заряд, неужели Энтони, действительно, является невиновным? — Кто? , — коротко отрезаю я. — Кэйден Стоуверс, может ты знаешь его? Он был частым посетителем в библиотеках… — Дикси продолжает болтать, но разум будто затмевает все вокруг. Это не та новость, которую я готова была бы узнать, а уж тем более принять в своей голове. КэйденсерийныйубийцаКэйденсерийныйубийца… Я хочу убедиться в том, что это не тот Кэйден, который так часто посещал мою библиотеку. Дикси продолжает речь о том, что в его жизни недавно случилась помолвка, как много совпадений. Дальше я не слышу ее, я бегу за своей сумкой. Там есть записи тех, кто был в библиотеке, Кэйден был частым посетителем, это он часто посвящал меня в свои рассказы. Я хочу сказать, что возможно я ошиблась, может фамилия другая, но каково было мое удивление, когда под номером триста два выведено два больших слова — Кэйден Стоуверс. Мои конечности немеют, все это время я находилась рядом с серийным убийцей, а его девушка…его родители… Ситуация не может уложиться в моей голове, как следовало бы. Дикси в полном недоразумении стоит передо мной и думает, что же я так отчаянно пытаюсь донести до нее одним взглядом. — Дикси, парень про которого я тебе рассказывала, мой новый друг. Это был он — Кэйден, и это точно он, уж очень много совпадений, не находишь? Глаза Дикси пропитаны сожалением и резкой напущенностью, мне не нужна ее жалость, так я лишилась друга и все что нужно сделать — отпустить. Черт, что с этим миром не так? Может я где-то упустила момент, когда наложала? Пелена слез должа бы меня накрыть, но разве возможно такое с человеком, который за последнее время совершенно ничего не ощущает? Да, но не в моем случае. — Доброй ночи, Дикси, сегодня предстоит долгая ночь. Я покидаю подругу одну в ночной тьме, а сама забираюсь в свою комнату под одеяло. Долгая ночь напутствий, долгая ночь понятия того, когда я ступила не туда. Я ведь так и не оповестила Дикси новости, что встретила сегодня Энтони, который и без того меня жутко пугает своим присутствием. Глубокие мысли заглушают все вокруг, я даже теперь не слышу музыку соседа этажом ниже, который включал ее всегда в 00. А вот в голове гуляют строчки о том, что, может быть, Ривз следит за мной восемнадцать часов из двадцати четырех возможных. Только вот его слова о том, что такое существо как я врядли смогло бы поглотить его до конца, в чем я сомневаюсь, то немного отпускает. А может я сама все придумала и теперь страдаю? — Чертов ублюдок! , — Кричал отдалённо Гейдж, что он делал в подсобке казино, стоило бы еще узнать. Я проталкивалась сквозь толпу богатых людей, в основном мужчин, их в казино было больше всего. Женщины в основном в таком месте удовлетворяют их пожелания, может по этому я была тут заинтересованной личностью, как никогда. Хотя мои злые взгляды в отместку могли потерять интерес. Здесь нужно выглядеть по другому. Здесь нужно быть не такой, как обычно. Мой белый парик, до изящности красные губы, черные очки, каблуки и яркое пальто, могли, как никогда сливаться в толпе нашумевших тут людей. — Гейдж, только не говори, что ты начал увлекаться наркотиками. Я облакотилась о дверной проем и взглядом прожигала спину Гейджа. Он едва шелохнулся и повернулся ко мне передом, на нем была разорванная куртка и фингал под глазом. Черта с два, он опять за старое, боевой. — Мелли, это ты, привет, нет, ты что, я не употребляю. — Ты чего так трясешься от страха? — У нас плохи дела, — брат двигается с места ко мне, его руки в грязи, а изо рта исходит перегар. — У нас? Кажется, это у тебя проблемы. — Я погряз в долгах у семьи Ривзов. Я не успела отойти от происшествий ночью, а теперь уж поступила новая информация. Я держу свое лицо в эмоциональном спокойствии, думаю, даже в глазах нельзя прочесть эмоции. За мной поступает тяжелый вдох. Гейдж всегда был проблемным, но это перешло грань, когда он должен деньги семье, которая убила нашу семью. Энтони… — И что ты собираешься делать? — Я хочу найти информацию о семье Ривзов, тогда завести уголовное дело насчет их семьи, дело будет решать сам суд. Мой смех кажется прорывает подвал. Гейдж выглядит таким самоуверенным, что я на секунду задумываюсь о том, что он не шутит. А он не шутит. — Гейдж, ты совсем наивный? Они раскусят тебя как орешек, ты ведь ничтожество в сравнении с Ривзом старшим, то что он убил наших родителей много лет назад, ничего сейчас не значит, и к тому же его деньги решают много чего. — Не смей так говорить. — Я сказала правду. — Тогда помоги мне. — Я не достану деньги. Жалкое сожаление отражается на лице брата. Я не могу ему помочь, я всю жизнь помогала ему, но сейчас я нахожусь не в том положении, чтобы помогать. Это было бы слишком, даже для меня. Гейдж умоляюще смотрит на меня, я не могу возразить ему, по этому мне остается лишь искусно кусать сухие и без того раненые губы. — Какая сумма? , — неожиданно для нас двоих проговариваю я и ловлю покаянный взгляд Гейджа на себе. Это заставляет меня пожалеть о заданном вопросе три секунды назад, ведь по глазам можно понять, что сумма далеко не маленькая, Гейдж даже не в праве открыть рот и назвать гребанное число. Он колебясь достает маленький блонкот из-под порванных карманов, вырывает оттуда листок, черкает ручкой пару раз и дрожащими руками отдает лист мне. Я не могу посмотреть на число и по этому смотрю сначала на Гейджа, который кивком указывает на листок, я все еще вижу сожаление в его глазах. Но каково мое удивление когда мельком я замечаю число 1000000$. Я начинаю морщить все больше глаза и потирать их руками, в надежде, что просто ошиблась, но число не меняется. Большая часть гнева уже давно во мне, мои трясущиеся руки в праве смять бумажку и бросить ее в сумочку. Тело невольно содрогается, я ожидала чего угодно, но такое уж точно застало меня врасплох. Кажется, сейчас тот момент, когда я готова рассыпаться на тысячи мелких кусочков. Тот момент, когда хотелось бы исчезнуть из мира иного. — Почему так много? , — Мое лицо нервно кривится, я хочу задать так много вопросов Гейджу, но пелена слез и ком в горле не дают мне это сделать. Я хочу сказать, что Гейдж ошибся в числах, что это слишком много для нас, что я могу потерять его. Если он не вернет долг, я точно потеряю его, ведь отец Энтони не потерпит таких больших неудач. Когда пелена растворяется во мне, ноги начинают теряться, я хочу упасть, но не на глазах брата. Он всегда хотел защитить меня, всегда делал хуже и это убивало нас двоих психологически. Как много ошибок, на которые Гейдж постоянно наступает, он совсем меня не жалеет. А я не могу не помочь ему, потому что он единственный из семьи, кто остался в живых, я точно не могу его потерять. Где же тогда достать сумму, я в непонятках. Я вновь поднимаю глаза на Гейджа, в его глазах опасный блеск горечи, крылья носа хищно раздуты, губы сжаты, он смотрит исподлобья. Я опускаю взгляд на его руки и даже не знаю, как они все еще не сжаты в кулаки. Верный признак того, что он зол, но зол он на себя. — Я постараюсь найти деньги, — после своих слов мне стает мерзко, ужасно мерзко, ведь это испытание не из лучших, а к тому же я вновь показываю Гейджу свою слабость. Он не справится без меня, я не могу найти брата мертвым в одном из чудных мест этого города. Это не то, к чему мы всегда шли вместе, не то, что поможет нам. Это то, что усугубит ситуацию и в целом наше положение. Гейдж хотел защитить меня, но потерял себя без остатка на трезвость. Мне больно лишь от того, что теперь мою доброту используют, я знаю, Гейдж будет тратить свои дни на казино и алкоголь, утопая в долгах, а я утопая в нахождении средств и внимании психопата — Энтони. Разрушительная и неуправляемая ипостась сопровождала меня в течении нескольких месяцев. Долг брата оставался долгом, а психопат вовсе исчез. Месяц назад было так тяжело смириться с мыслью того, что убийцей являлся мой друг, которому я достаточно доверила из расследования Ривза. Не помню, как я пришла к стадии, когда стакан воды не вылетал из рук, а ситуация в голове смогла уложиться со временем. Каждый раз идя с работы мне было безумно страшно, не то чтобы за себя, а за ощущение слежки. Энтони, разве он мог так быстро исчезнуть, как и появиться? Возможно. От семьи Ривза не поступало новых сведений, он, действительно, сбежал из семьи и больше там не появлялся. Каждый вечер я шла с работы по узкой тропинке и ощущала негромкое дыхание и броские шаги позади себя, но оборачиваясь в мой взор попадал прохладный ветер и, ничего больше. Слежка, я чувствовала ее постоянно, я не могла находиться так долго одна, знаю, что Энтони так быстро обо мне не забудет. Не знаю, что было сопровождению той уверенности, что в полночь я возвращалась домой не одна. Однако, у него могла появиться девушка на время, для особого блаженства. Может, я ставала зависимой от грубого баритона психопата или мне не мог забыться его необычайно красивый и пропитанный годами шрам, а может его хитрая улыбка и неуловимые эмоции в зрачках. Я стояла в библиотеке, когда стрелка на часах пробила десятый час вечера. В моих пальцах хрупко перебирались страницы журнала, где было так много написано о семье Ривзов, что я смогла изучить много, как нужной, так и не нужной информации. Взглянув в окошко, я метнула взгляд к сияющим звездам и обратила внимание на месяц. Это были приятные и устрашающие воспоминания. Мое лицо тронула расплывчатая улыбка, когда я вспомнила как при переливающем сиянии луны, мерцало лицо Ривза, тогда его шрам напоминал глубокую рану. Я стала такой мечтательной, даже удалось немного отдалиться от Дикси, она так и не узнала о моей прошлой встречи с Энтони, ей нипочём это. Но я стала такой тревожной, я все еще беспокоилась о долге и откладывала абсолютно на все удовольствия, банально, продукты, чтобы накопить нужную сумму и выплатить все до копейки. Даже так мне удавалось ненавидеть Энтони, ведь осталось совсем мало и дело касалось этой мерзкой семьи. Убрав ненужные бумаги в полку, я принялась надевать пальто. Сегодня я возвращаюсь домой позже обычного, достав металический ключик, я улыбнулась, он выглядел таким волшебным, как из грустной сказки. Нажав на выключатель света в библиотеке, я прошла сквозь темный коридор и вышла на улицу. Сегодня ветер был холоднее, а собаки выли в домах напротив. Это была пугающая атмосфера. Я вдохнула холодный воздух и выпрямившись, постаралась открыть дверь библиотеки лучше, чтобы скорее скрыться отсюда. Дверь со скрипом отворилась до конца, не успела я сделать шаг вперед, как крепкая рука перехватила меня за талию. По телу прошлась непоколебимая дрожь и я было хотела закричать, но мысль о том, что меня никто не услышит, давала любые потери на надежду. Мысли давили на голову, высокий силуэт заслонил луну, на которую я засмотрелась и не успела я одуматься, как мое тело было прижато к бетонной стене библиотеки. Руки незнакомца крепче сжали мою талию и строго прижали меня к своим бедрам. От страха и необъяснимых ощущений я и издала глубокий вздох. Тогда силуэт одной рукой держал мое прижатое к себе тело, а другой снял с себя капюшон. — Э.Энтони? , — Страх все больше с зарядом окинул мои глаза и запинаясь, что и смогла вымолвить я. Но ответа не последовало, место этого Ривз второй рукой прижался к затылку на моей голове и оттянул немного мои волосы назад. От таких действий я в страхе с послушанием откинула голову назад. И этим сделала ошибку. Ривз наклонился ближе, теряя какое либо расстояние между нами. Его лоб был прижат ко мне, а дыхание сбито напрочь. Он все больше прижимал меня к себе, тем самым заводя все больше в узел внизу и страх в раздумиях. Наши носы столкнулись и я хотела оттолкнуть его от себя, но физически была не в силах это сделать. Я жалобно застонала, но тогда Энтони накрыл своими устами мои губы. Это был тягучий поцелуй, я пыталась отвернуться набок, но он не дал мне этого сделать. Он был слишком требовательным, слишком искусно пытался целовать меня, но я не могла поддаваться такому напыщенному действию. — Ну же.впусти меня, — Басисто и грубо потребовал Ривз и тогда я решилась разомкнуть свои губы. Я не двигала ими, но Ривз явно доминировал и ужасно привлекательно проводил языком контур моих губ. Я трепетно коснулась манящих губ. Большим пальцем Энтони провел очертание на моей шее. Тогда меня унесло в мир иной, я не ощущала мороз, когда тело так сильно застилало собой. Движения Ривза ставали все более властными и наглыми, я была готова упасть в его руках, но крепкая рука все еще удерживала мое тело на себе. Испытывать блаженство в этот момент казалось прекрасным для меня. Вовремя опомнившись, я сильно оттолкнула юношу подальше от себя. От неожиданности он резко опомнился и сделал шаг вперед. Мне не хватало воздуха рядом с ним, сердцебиение с новым потоком эмоций участилось, я позволила ему слишком много. Особенно после такого периода, когда мы давно не виделись. Теперь неприязнь отразилось в темных вспышках моего лица, пока он испытывал интригующее смущение в своих глазах. Указательным пальцем Ривз провел по участку своих губ и повторно облизал их. Нахальная ухмылка тронула его лицо, пока я в руках теребила свое платье и кусала, теперь уж, мягкие губы. Мне хотелось стереть ужасные воспоминания этого вечера, но даже румянец на моем лице после такого постыдного спектакля не мог показать самоунижение на глаза Ривза. Я вовремя начала контролировать ситуацию и протянув руку к своим губам, начала потирать их, будто это могло стереть приятное блаженство уст юноши со своих губ. — Больше ты так не сделаешь, — грубо смолвила я и двинулась вперед. Энтони глубоко засмеялся, что смогло вывести меня на новый потоп мурашек по телу, и все же его смех не казался таким пугающим, но я все еще боялась его. Так отчаянно боялась его присутствия. — Какая ты сладкая, сделаю, не буду тебя слушать, — сорвав дистанцию, Ривз последовал за мной по пятам. Его руки были скрещены за спиной, теперь я еще больше боялась его насыщенности. Все произошло слишком резко, я не могла переварить ситуацию вокруг нас, на секунду мне даже показалось, что никого кроме нас здесь нет. Так он и было, только не так глобально, как я могла себе представить. — Ты, убийца, — Остановившись, я вцепилась рукой в его живот и заметила напряжение немного ниже. От мысли, что я могла возбудить психопата ставало не по себе, но все также приятно. Будто я занялась чем-то постыдным с ним. Подняв глаза вверх, я заметила, что меня спалили за поличным, бровь Энтони метнулась вверх, но он хитро улыбался. — Та девушка, которая распознала во мне убийцу… Она любила меня, а я сыграл в плохую шутку на ее чувствах, это была ее месть. Она все подстроила, я клянусь тебе, я никогда никому не клялся, — Отрывисто заговорил юноша и позволил себе коснуться моей руки, чтобы хоть как-то занять мое внимание к себе, но предрасположить меня в себе не получилось, он слишком быстро убрал руку обратно, будто я была фарфоровой куклой и он боялся, то и дело, меня повредить, — Прости, что так врываюсь в твое пространство. — Ты только что нагло поцеловал меня без моего же разрешения, а теперь извиняешься за то, что легонько тронул за руку, — Рассмеялась я, обернувшись лицом к Энтони. Но он не смеялся в ответ, он был на удивление спокоен, и все так же прекрасен. — Откуда этот шрам? , — Постаралась перевести тему я, лишь бы стечение обстоятельств не было таким напряженным. — Если ты пойдешь со мной на свидание, я расскажу тебе. — Манипуляция? — Предложение, ты можешь отказаться. Я шла задом наперед, пытаясь уловить скрытый смысл в словах этого тайного психопата. Сколько бы я не вычеслила информации о нем в журналах, я так и не могу узнать его личность. А нужно ли? Стоит ли оно того? Определенно да, что еще за странные вопросы. — Ты исчез на два месяца, почему? Я наблюдала за звездами на небе и теперь развернувшись к парку передом, двинулась чуть быстрее. Энтони не смел терять меня из виду. Меня волновало где он находиться, не стоит это скрывать, я боялась, не произошло с ним что… На улице стало заметно холодно. Я ощутила на своих плечах темный пиджак, который в большое количество раз был больше меня. Ривз хотел меня согреть… Я думаю, что у него хорошо пытается захватить мое внимание. Я думаю, что я наивная. Я думаю, что мне не стоит ему доверять. — Мелисса, я следил за тобой каждый день, мне удалось изучить твой график. Мне нужно было это. Нужно было знать, что ты вернешься домой неповрежденной, что ты жива, что ты в целости и сохранности. Что ты в моей защите, наконец. Я остановилась с раскрытым ртом и не могла пошевелиться. Все это время он находился рядом, это его внимание по ночам было приковано ко мне, это с ним я могла ощущать себя в безопасности. А с другой стороны я была в шоке, с его уст никогда не слетает так много слов, а теперь он кажется таким эмоциональным, а не таким безразличным. Плечи Энтони заметно напряглись и опустились вниз, он впервые выглядел настолько встревоженным. Настолько вторженным в мое личное пространство и настолько отчаянным, что я могла бы написать тысячу повествований о том как найти себя. Его ухмылка была защитной реакцией, за ней явно скрывался высокий интеллект. Я, как будто, неумело кивнула головой в сторону своего дома и последовала не дожидаясь Ривза. Таким образом он ставал оживленным, но ему явно не нравились мои решения, он думал, что мог бы легко управлять мной. Энтони шел сзади, его шаги не отдалялись, если я торопилась, ему не стоило делать того же из-за разницы в росте. Боковым зрением он мелькал в моем сознани. Я коснулась пальцами своих искусанных губ, которые казались такими мягкими и влажными после «встряски» Энтони. Нельзя сказать, что эксперимент с поцелуем был неудачным, это было горячо и не было бы смысла скрывать это. Всегда стоит помнить, что от мыслей ты своих не убежишь, а вот многие последствия можно исбежать. Я все чаще думаю, что мне стоило бы держаться подальше от семьи Ривза, особенно когда за моим братом остался должок. Энтони врядли понравится, если он конечно узнает об этом, но ему я говорить не собираюсь. Нет ничего хуже, чем жаловаться на проблемы своему врагу. А кто он для меня после того, как моя семья разрушена от рук его отца? Но он не виноват. Он был ребенком. Как и я. Мне нужно было подтверждение слов Энтони о той девушке, которая хотела разрушить его судьбу и угрожала тюрьмой из-за своего разбитого сердца. Здесь явно нужно искать манипуляции, потому что без них не справиться, это я знаю по себе. Энтони устойчивая личность и даже для меня не будет рассказывать ничего без какой-либо выгоды для себя. — Энтони, я хочу услышать правду, почему та девушка хотела посадить тебя за решетку? Невольно сорвалось с моих уст, и тогда я увидела заинтересованность в глазах Ривза. Отлично. Я развернулась к нему лицом и на секунду остановилась. Пиджак Энтони немного слетал с моих плеч, но я ощущала себя так тепло в нем. Руки Энтони были сплетены в замок, но на этот раз в карманах. Вероятно, он ощущал себя в безопасности на улице. Ну, конечно, не будем забывать, что семья Энтони является нашумевшей с этой ситуацией и люди уж точно будут его бояться. — Один вечер со мной — информация о той девушке. Я нервно сморщилась, но снаружи не подавала каких-то знаков, даже не теребила пуговицу рукой на пиджаке Энтони. Он не понимает, мне не нужна информация о ней, мне нужно знать всю ситуацию. Ривз выжидающе хлопает ресницами и я нахожу это привлекательным. — А что если ты заведешь меня в лес, как одну из своих жертв? Я резко посмотрела на Энтони исподлобья, такая история вызывала мурашки в моем теле. А то, что убийцей мог оказаться Ривз вызывало тошноту в горле, хотелось скорее оказаться в душе. — Если бы мне нужно было это, ты бы была мертва. А еще, помни, что убийцей оказался юноша по имени Кэйден. Глаза Ривза не бегали, он не лгал, я знала, что он говорил правду, но легче не становилось. Мне все еще было тяжело принять информацию о том, что убийцей оказался друг, с которым я не успела попрощаться. — Что сделают тому парню? , — С уклоном на Стоуверса, вырвалось у меня. — Он будет убит ровно через десять дней. Глубоко внутри я ощущала потрясение от мысли, что больше никогда не увижу его. Что жена, которую он любит останется вдовой, а дети, которых нет, так и не появятся. Это было глубокое заблуждение моих мыслей. Сколько не скрывал Кэйден, он любит свою жену, я видела их однажды вместе. Она выглядела так счастливо, интересно, ощущает она себя разбитой или «мёртвой». Забавный черный юмор прошелся сквозь мои мысли, но история о том, как я дружила с убийцей, а подозревала своего врага — очень пугает. — Завтра к девятнадцати часам вечера будь возле входа в библиотеку, Дамелио не должна видеть нас вместе. Одно свидание — ты рассказываешь мне о той девушке, назовем ее Мисс S. *** Хрупкие пальцы бедного мальчишки слетали с клавиши на клавишу. Внутри проблескивало недовольство, он не любил этот инструмент, он не любил всей душой громкие клавиши. Они вогнали его в степень ненависти, быть может, он полюбил бы их, если бы это не было настоятельным решением только родителей. С самого детства мнение младших в этой семье не брали во вкус. Оно не учитывалось как мнение, оно было исходя из глупых выходок для старших у Ривзов. Гематомы по всему телу распространялись по часам, за любой скрытый подтекст в своих словах, ребенка унижали и избивали неоднократно. Когда на улице шел дождь, малыш Энтони убегал на улицу. Показывать слезы людям в таком маленьком возрасте было сумасшествием, но спустя время, он понял, что капли прекрасно сочетаются со слезами, нанося особую нагрузку времени и боли. И все же люди в этом районе презирали семью Ривза за развратные поступки, им не верилось, как в такой красивой семье росли такие изверги. Энтони-младший считался зверем, потому что это были глупые стандарты людей. Когда он шел по знакомому району, взгляды различных бестолковых существ возносились в величественное диво. Вероятно, слезы сливались с дождем, но красные, уставшие глаза, пухлые губы и покрасневший нос давали особое непонимание со стороны. Ах, боль в глазах Энтони злощадно впивалась во внимание каждого, без исключения, это было так досадно. Его, в тот момент, короткие ноги переступали сквозь лужицы, но в коленях была унывающая боль. Синяки от грубых ремней изливались в пылающем огне. Обыкновенный вечер заканчивался новыми детскими травмами для мальчишки. Он цепко хватался за игру на темном пианино. Строгая мать стояла в другой стороне, Энтони едва мог боковым зрением поглядывать за ее реакцией. Она во всем искала критику для своего родного сына, правда заключалась в том, что Энтони не являлся биологическим сыном для своих «новых» родителей. И, возможно, именно это так сильно влияло на поведение и цинизм взрослых. Но было еще стыднее знать своих прошлых противников: мать мальчишки сбежала, как только родила и, к слову, спилась. А отец всю жизнь где-то шляется, наркотики и ломка стали давно его вторым именем. Энтони никогда не был родным для своего «нового» отца. Ривз-старший в этот типичный вечер с презрением смотрел на Энтони. Его руки покоились на груди, были сложены, как всегда. В глазах никогда не промелькала нежность, совсем. Новый «пасынок» был удовлетворением для этой семейки, так сказать, вино для хорошего вечера. Или же, что б силы скорее отступили, хотя если судить по отношению к Энтони, силы этого изверга никогда не заканчивались. Он и правда был извергом, люди настолько возненавидели его, что на лице быстрым счетом появлялась улыбке при встрече этого недоумка, но также быстро исчезала, как только он отходил в сторону. Семье Ривзов нравилось, когда люди боялись их, они злоучастно принимали выбор других, унижали, критиковали, вызывали мурашки по коже и пот на теле. Энтони вспоминал все моменты, что произошли за восемь лет его жизни. Эта семья дала ему полное представление о том, какой же ты ничтожный для других. Его руки до невозможности подрагивали, он боялся наткнуться не на ту клавишу, ведь знал, что каждый поступок был предназначен местью. Может, так оно в жизни и было, только не с таким напыщенным давлением и иногда прокатывало. Плечи мальчишки тряслись, пока он играл, то слишком эмоционально, то слишком спокойно, следя за эмоциями родителей на лице, которые своевременно могли расцарапать ему лицо до крови, а может ударить об стенку головой, пару раз. Стеклянные потоки отчаяния заполняли его детскую добрую душу, в свои восемь он мог быть эмоционально в другом измерении и интеллектуально старше других. Много чего повидал, начиная от удушья, заканчивая вопросами прохожих бабушек на улице, и то, только добрых, повидавших настоящую гребанную жизнь. Бровь матери двинулась вверх и Энтони дрогнул от такого, казалось бы, мелкого действия на лице виновницы. Его взгляд поспешил удалиться за клавишами, он старался отдавать всю душу в ноты, в строки, но выходило, честно говоря, плохо. Ведь ассоциации вызывало ужаснейшие. Он боялся просыпаться, потому что каждый день был испытанием. Даже в школе приходилось часто скрывать гематомы, но спустя три года он находил в выход в избиении своих одноклассников и безнадежных друзей. Это учило его заступиться за себя перед отцом, но работало не всегда. Зачастую, он получал в ответ вдвойне больше, если и пытался защитить себя. По этому приходилось сбегать в ванную комнату, в его кармане всегда имелся ключик, который не давал открытого прохода для других. Однажды, он сутки провел не выходя оттуда, и лишь спустя долгое время родители заметили отсутствие своего ребенка. К счастью, Энтони просто уснул от слезной головной боли. Но родителям пришлось выбить дверь, для удобства. Правда, за тот случай Энтони получил новую порцию избиения об раковину носом. Ему было гребанных пять лет, но люди с психологическими проблемами срывали свою злость начиная с нуля… «Отец» Энтони хмыкнул и повел рукой в сторону, обычно это означало, что игра окончена, но не в этот раз. Мальчишка немного испугался и длинный палец с нелепой случайностью метнулся вверх и клацнул. Тронул не ту клавишу. Энтони в миг охватила опасность за свою жизнь, он не хотел получать огромное количество физической боли из-за глупой неудачи. Но было слишком поздно думать, указка прилетела ему по рукам, на которых было огромное количество, как больших, так и мелких гематом. Он поднял глаза вверх и увидел разозлившееся и грозное лицо своей матери, он хотел было закричать, да боялся, что соседи услышат. Мелкие пальчики потянулись к губам, которые за секунду были искусаны до крови от нервов. Он так боялся, разве это было счастьем? Вот что могло сделать его таким несчастным и плохим человеком в будущем. На секунду мальчишка хотел позволить себе немного слез, но его тело было таким онемевшим. Он не мог двинуться с места, не мог убежать. Ему надоело избегать ссор в этом доме, избиений. Рука отца сиюминутно двинулась к густым волосам Энтони и охотно потянула его со стула. Изверг был на свободе. Энтони испугался вдвойне больше, заметив ужас в глазах своего отца. Ривз-старший мало времени не терял, срепя зубами вынул толстый ремень из своих темных брюк. Энтони, наконец, закрича двинулся на коленках в угол, он забился там, поднеся колени к легким. Его сердцебиение участилось, хотелось защитить себя, ох, как хотелось, да не мог. Мать даже не дрогнула в лице, она все с недовольным почтением наблюдала за дальнейшими пытками своего мужа над сыном. Ей было плевать, это была для них игра, где они ломали со всех сторон ребенка. Отец вдвойне сложил длинный ремень, который заметно укоротился. На его лице пробежалось тщеславие и очень много извержения злости. Но Энтони все еще не понимал, чем заслужил такое внимание. В ту секунду ему прилетел огромный удар по бедрам. Мальчик сжал свои зубы и не смел больше кричать, он держался на месте. Ему не хотелось больше бежать. Руки Энтони поднялись над головой в защитном жесте, наверное, он надеялся, что это хоть как-то спасет его от новых ударов. Но он даже не замечал, как быстро удары распространялись по его телу. От болевого шока он не мог ощущать физическую боль, только моральную. Даже уставшие руки все еще были подняты над головой, он все также забившись в углу тихонько хмыкал и метался из стороны в сторону. Его не могла спасти и, более того, не пыталась даже мать. Матьматьматьматьма.ть-ма. Тьма. В ней было все величие тьмы, удары проскальзывали, одежда как на зло поднималась вверх, от чего удары исходили с более точным кадром и ощущались сильнее. По ребрам. По бедрам. По лицу… В глазах мальчишки мельтишило сомнение и темнота, еще чуть-чуть и…он бы не мог очнуться в дальнейшие пять секунд. Но в его взор попалась ваза, маленькая рука мальчика дотянулась чутка и со слабым треском, он кинул ее в отца. Ваза распалась на осколки, на полу. Отец стоял в изнеможении, у него закончились силы. Больше не было желания бороться. Разве у мальчишки был выбор? Он мог с детства мечтать о хорошем расположенит своего будущего. Но какое будущее.? Было выбором остаться в детском доме, без обеспечения безопасности. Хотя какая же безопасность в такой семье? Хлопот затмевал разум Энтони, он распластался на полу и прикрыв глаза, уснул. Погашенный, больше не осталось того огонька в нем. Он всегда один, всегда не нужен. Сам. *** Я боюсь, что мне не хватает чувств. Я боюсь, что мне не хватает безразличия. Я боюсь, что он слишком притягателен. Я боюсь, что Энтони слишком прекрасен для ненависти. Это мой прожитый страх, я слежу за своим волнением в отражении золотистого зеркала, где утопает привлекательная аура совсем еще молодой девушки. Этот страх длится восемнадцать часов из двадвати четырех возможных, когда Ривз выжидающе следит за мной и делает это с учтивостью своих целей, без какого-либо опасения. Чудесный вечер, чтобы надеть летящее бежевое платье эпохы возрождения с широкими рукавами, чтобы успешно скрыть чувство уязвости и физически защитить себя кинжалом, который будет спрятан под ребром. Я ступаю на носок и делаю несколько поворотов у зеркала, держась за платье, ведь так исходит прилив свободы? Так еще заметнее мой поникший взгляд и гребанное платье. Замечательно, Энтони Ривз, как ты справишься с такой убежденностью в прекрасное, ведь в твоих глазах это будет смотреться еще величественнее. Лучи солнца испепеляют каждый остаток моего участка кожи, пыль резво разлетается в стороны, а я все еще стою и взвешиваю все «за» и «против». А именно стоит ли мое соглашение той встречи с Энтони Ривзом, это ведь даже не свидание, верно? Мне всего то нужно провести несколько манипуляций, это своевременная тактика, хочу узнать больше о той девушке, которая так изысканно пыталась посадить за решетку парня. Во всем ли виновато разбитое сердце? Я уверена, его тело находится в трезвой форме сдержанности, он принимает все за чистую монету, а мое участие располагается на скрытый смысл. Его улыбка «танцует», а моя «держится в страхе» подальше от психопата… Слабость слишком быстро отаковала меня, и теперь, мои руки сложены в замок за спиной, этой привычки я научилась от него? Надо же, нам хватило несколько встреч, чтобы я смогла так ловко взять его глупую привычку. Может, таким образом я пытаюсь ощутить то, что ощущает он в такие моменты? Скорее всего, это защитная реакция от непоколебимого мира, где тебя ненавидят с детства, просто за то, что ты есть. Слова едко проходятся по крови моего тела, я так ощутимо сожалею ему, что хочется провалиться сквозь землю. Я медленно открываю дверь и терпко сглатываю, каждый шорох даже в день исходит громко, слишком тяжело. Встаю на носочки и пробираюсь в коридор, хочу закричать от счастья, ведь мне не придется оправдываться перед Дикси о том, куда я держу направление, но шорох позади меня пугающе соскальзывает. Черт. — Куда ты собралась? Я не оборачиваюсь, но знаю, что ее руки, как и всегда, сложены на груди, этот ничтожный жест вызывает улыбку во мне. Дамелио кажется такой родной для меня, я слишком привязана к ней, даже такие действия вызывает теплоту в моем организме. — Я пойду на свидание с Джо, — Отчасти я лгу, но будем считать, что я просто скрываю правду, так или иначе я не обязана оправдываться перед ее синдромом строгости. Неужто не могу себе позволить провести вечер в компании психопата, только для того, чтобы узнать информацию о его бывшей девушке. Напоминание о том, что у него была девушка вызывает во мне чувство горечи и рвоты, это жалкое зрелище в моей голове не дает проходу. — Я пойду посмотрю в окно, чтобы достовер… — …Нет, не стоит! , — Оборачиваюсь так резко, что в доме сразу все тухнет, и теперь я привожу в шок не только себя, но и саму подругу, — Мы договорились встретиться в другом месте. Я не лгу ей, мы действительно с Ривзом договорились встретиться в километре от нашего дома. — Надеюсь, вы хорошо проведете время, можешь даже не возвращаться домой, — Без капли сомнения в своих словах, быстро проговаривает Дикси, даже не задумываясь, кто на месте Джо. Но меня не мучают угрызения совести, чего уж там, Энтони теперь официально не является убийцей, но вызывает в теле страх у окружающих. — Благодарю. Цепко хватаюсь за сумочку напротив и послав Дамелио воздушный поцелуй, бегом, с улыбкой на лице скрываюсь за поворотом. Она кричит мне вслед что-то о предохранении и смеется в ответ, но я не слышу ее больше. Даже не знаю, от чего больше мое сердце буквально выскакивает из груди: от адреналина в крови или осторожности из-за предстоящей встречи. Я мечусь по винтажной лестнице, в руке как напрочь застыл мой кулон. Эта встреча ощущается не так, как остальные, но приторный запах едкого резко врывается в лицо, не могу, слишком страшно. С каждым шагом по ступеньке, я все больше сомневаюсь и замедляю ходьбу, будто так я смогу замедлить ход событий, наивная. Улыбка страха вновь приобретает пропасть на моей физиономии. Последняя мысль о том, что я не могу показывать слабость Ривзу, так сильно врывается в моей сознание, что теперь шаги лучше отражаются, а лучше — значит быстрее. Я готова бежать, но как только ступаю на порог подъезда, нежное касание на пояснице совершенно выбивает из колеи. Я не в состоянии сориентироваться, кажется, глаза взлетят вверх от такого порыва. Мне и не нужны догадки о том, кто стоит за моей спиной, я знаю кто это, но страх все равно пробирает до мурашек. — Я так рад тебя видеть, даже если ты в ужасе, что я вновь нарушаю твое личное пространство, я скучал. Последние слова находятся так близко от моих ушей, но я все еще боюсь. Касание от поясницы перемещается вдоль моей руки, это дает приятное ощущение внизу живота, но я пытаюсь не реагировать. Слова громоздко эхом отражаются в моей, забитой мыслями, голове. Он сейчас так близко, он действительно нарушает созданные мной правила, о которых я даже не посвятила его. Но худшее — меня впечатляют его действия, они вызывают ощущения, которые я врядли когда-нибудь испытывала. Энтони носом проводит по моим волосам, шепча что-то нежное на ухо, что еще больше выводит из колеи. Затем его губы касаются меня совсем тихо, он перемещается к щекам, будто готов ощутить мой запах по всей коже. Его пальцы прикасаются к кисти моей руки, он меняет положение пальцев, но наконец найдя удобное для себя, останавливается на секунд десять пребывая в шоке. Его лицо искажает смущение и раздражительность. — Твое сердцебиение такое быстрое, я не хочу, чтобы ты боялась меня, — Выделяя акцент на «ты», слишком медленно произносит Энтони. — Тебе было интересно участилось ли мое сердцебиение? Ну, конечно оно участилось, я ведь ожидала увидеть тебя в другом месте, а не прямо у своего подъезда. Сейчас Ривз кажется не так близко, и не могу понять, нравится мне это или наоборот. — На улице темнеет, мне нужно было убедиться, что с тобой все в порядке и ты прибудешь на место встречи. Его слова ощущаются так приятно, но я стараюсь охлаждать и владеть ситуацией, что получается, мягко говоря хуже, чем у него. Все вокруг кажется таким утопающим, люди смотрят на нас с большой долей кошмара, они не понимают как такой красивый человек, как Энтони, мог совершать такие ужасные поступки серийного убийцы. Потому что они не знают, что убийцей оказался один из слащавых парней нашего города. Самая мелочная мысль о Кэйдене дает о себе знать, но я стараюсь на время забыться, только вот в ком? Энтони не должен походить на эту роль. С другой стороны совершал ли те ужасные поступки Ривз? Милость пропадающая в его горе явно запущена. — Не обращай внимание на эти измученные глаза людей, они всегда на меня так смотрят, я привык, и ты привыкай. Слова отголоском слышатся мимолетно, но слишком хорошо отдают блеском в душе. Ужасно, что Энтони так привык к косякам людей, он, наверное, не верит теперь в себя. Не мне его жалеть, к тому же выглядит довольно уверенно на фоне критиков. А нужно ли привыкать к ужасу, это все заложено так глобально, не мне в этом копаться. Энтони не нарушает мое личное пространство, теперь. Это радует, теперь я ощущаю себя комфортнее, но не настолько, чтобы сказать о долге брата его семье. Ривз не в силах что-либо изменить. — Я свыкаюсь порядком, но ты все еще меня пугаешь, — Так правдиво, но прямолинейно слетает с моих уст, это происходит непроизвольно. На лице Энтони едва заметна усмешка, какое тщеславие, он думает, что я смогу зайти дальше, куда то к развратным поступкам. Такая мысль будоражит меня, но я все еще в замешательстве, каково я должна ощущать себя рядом с недавно выпустившимся подозреваемым убийцей. — Ты хотел рассказать мне о той девушке. Даже в неутолимом молчании я ощущаю себя комфортно, но не молчать же всю дорогу, хотя, кажется, Ривза и так все устраивало. Потому что теперь он явно напрягается, теперь выглядит еще серьезнее, но пугает не так сильно, как не странно. Я на секунду останавливаюсь, Энтони повторяет мои движения. Мы все еще в молчании. Лучь солнца падает на его сморщенное в непонимании лицо, и только тогда я начинаю улыбаться. Так он выглядит миловиднее что ли… — Да рассказывать нечего, она не была влюблена в меня, но хорошо выполняла приказы своего отца-бизнесмена. Так сказать, находится под его манипуляциями, ее отец хорошо знаком с моим, но все довольно враждебно. Однажды я хорошенько ее проучил, и теперь, вероятно, она пакостит. Будто без пробелов произносит Ривз, он качает головой из стороны в сторону. Разговор для него неприятен, но он первый начал, а в остальном подробности меня не интересуют. — Вау, тебе понадобилось пятнадцать секунд, чтобы рассказать мне эту историю из своей жизни, тогда для чего тебе свидание? Неужели я могу уйти. — Ты всегда можешь уйти, если хочешь этого. Я знаю, что мои действия являются для тебя в двух вариантах: либо страхом, либо раскрытием моей настоящей личности. Но ты не сможешь понять меня, пока я не увижу доверия в твоих глазах. А свидание предназначено только потому что я так рад видеть тебя, я рад видеть тебя ежесекундно. Я застываю на месте, не в праве перебивать его или смолвить хоть слово, наконец когда выбор предоставлен мне, я могу заговорить. Он кивком указывает на это и тогда я убеждаюсь еще больше в словах, прокрученных в своей голове. — Так начинается «конфетный период». Ненавижу это. — Но ты боишься меня, — Еще лучше указывает Ривз. — Знаю, да и встреча наша была довольно странной, к тому же периоду уж как было месяца два. — Какая ты противоре… Энтони не успевает договорить, потому что впервые его перебивает звонок моего телефона. Я отчужденно вздыхаю и закатываю глаза, пытаясь как можно быстрее достать телефон из своей сумки. Ривз мнется на месте, ему не нравится, когда его перебивают, даже такие незначительные вещи, как звонок телефона. Но он не смотрит на мой телефон, это точно предоставляет о свободе, и я рада тому. На экране отчетливо виден номер и имя Джо, могу ли я позволить взять себе трубку? Или стоит подождать? — Дж… — …Не хотела бы ты встретиться? Звонкий голос Джо отдался так громко, что мне пришлось немного сморщиться и убрать телефон подальше от себя. Вероятно, так для Энтони предоставлялась возможность услышать разговор, но это последнее, что волновало меня в такой неловкий момент. — Может быть на выходных… — Скупо и неохотно отвечаю я, в надежде, что Воуд отцепиться как можно быстрее, правда не особо помогает. Энтони держит между нами дистанцию буквально в метре, он переступает с ноги на ногу и явно продумывает новый план в своей голове. Я совсем не слышу голос Джо, потому что меня не волнует о чем он думает. Мой умоляющий взгляд впитывает в себя Ривз, я хочу уйти от разговора, убежать, как можно быстрее. — Послушай Джо, возможно, ты перепутал номер, но тебе стоило бы держаться подальше, — Спокойно дерзя произнес Ривз, который за долю секунды смог победить расстояние между нами и теперь уж был совсем близко. От настойчивого голоса я немного замешкалась в нехватке воздуха, все стоя с открытым ртом. Меня не волновала реакция Джо в тот момент, возможно, теперь он в состоянии гнева, но голос Ривза уж точно узнал. Энтони немного зол, это можно заметить по его глазам и разширенным ноздрям, но все же выглядит убедительно, очаровательно и настойчиво. Ривз успешно вздыхает, я замечаю, что вызов завершён, тогда меня пропирает на смех. Теперь и на лице юноши покоится улыбка, вместо спокойствия. Необычайно привлекательно видеть его таким, он редко смеется так искренне. Это ощущается настолько хорошо, что невозможно передать словами, только чувствами, и то кому, как не мне все это понять. Все это разузнать. Он неосмысленно пугает меня. Он настойчиво переходит личную границу между нами. Он с каждым днем все прекраснее. А я схожу с ума, но так не должно быть. Так не должно быть. Эта мысль пугает меня и выводит из строя, я не могу думать о Ривзе. Это не подходящий человек, не для меня, может у него есть продуманный план покушения на меня, а может он не сделает это против моей воли, а может ему абсолютно все равно…: " — я не буду следить за такой, как ты. — за такой это какой? Громкое молчание покоилось за стенами двух миров» — И как давно ты интересуешь Агента? Он не подходящая персона для тебя, — Сглатывает Ривз и покровительная улыбка быстро исчезает с его физиономии, словно здесь были украшены серые будни, а не утопающий смех демона и ангела. Знал бы Энтони, что я так думаю о нем. Думаю, что это он не подходящая персона, от такой мысли скрежет проходится внутри. Будто, и без того, тонкие стекла разбили ежесекундно в один удар. — Я вынуждена сходить с Джо на свидание, он кажется неплохим. Образ Воуд всплывает, как ясная картинка в раздумиях. Его острые и яркие черты лица очаровательны, но не настолько, чтобы я заботилась о нем по ночам, как делаю это с Энтони. Горечь. Каждая мысль приводит к одному исходу событий — Энтони, а стоит ли он того? Он ведь находится в гребанном промежутке небытия, когда-нибудь он будет пережитком прошлого. Слишком грубо для психопата, но слишком прекрасно и душевно для меня. Это помогает избавиться от настойчивых серых глаз и погибшей в грехах улыбке, которую можно еще воскресить с помощью любви, но я нахожусь здесь не для помощи и без того состоятельно парня. Мы садимся на лавочку и на секунду я ловлю себя на мысли о том, насколько солнце красиво отражается в зрачках Ривза. Но моментально морщусь, чтобы не быть схваченной за поличным, правда взгляд Энтони выдает, что он уже давно заподозрил мои бесконечные взгляды на себе, что только подкрепляет к себе гордость и самолюбие. И все равно он ужасен. И все равно он чудесный… И все равно я лгу себе. Каждый. Чертов. Прожитый День. Как. Тень… Искусно касаюсь языком своей губы, неутолимо провожу им по сухой коже, Энтони глазами следит за моими действиями и едва ухмыляется, это, вероятно, его возбуждает, но он врядли признается мне. Хотя не нужно знать, по взгляду и так понятно, а по тому как крепко и тяжко дёргается его рука, еще яснее. — Мы не обязаны говорить о Джо, мы здесь не для этого. — Да, я тебе рассказал о той девушке, но все ли это, что я должен был тебе рассказать? — А есть что-то еще? Заставляю себя повернуться в стороны юноши, на моем лбу покоится две согнутых в домик брови. — Я был бы рад видеть тебя каждый день, к счастью твоя работа находится далеко от вашего с Дикси дома, это прекрасная возможность видеть тебя в течении пяти дней в неделю, в остальные дни устраивать свидания. Я готова расхохотаться от самоуверенных слов Энтони и смех едва не прорывает меня, но что-то внутри останавливает. Ривз совсем не меняется в лице, его слова действительно значимы, он не шутит. И это немного пугает меня, ведь я нуждаюсь в пространстве, а не в защитнике. — Ладно. На удивление быстро соглашаюсь я, потому что не видеть Энтони является еще худшим явлением, чем видеть его так часто. Все-таки семьи как-то уживаются вместе. Но мы не семья. — Где ты была?! , — Покачивая головой и тряся меня, как всегда, за плечи, кричит Дикси. Наверное, сейчас ее слышно за стенами нашей квартиры, но мысли так сильно заштурмовались во мне от сегодняшней прогулки, что я не могу слушать. Слышать. Наверное, она думает, что я глухая или что я так ее услышу, тогда она ошибается. — Я же говорила теб… -…Я звонила Джо, вы были не вместе. И это не вся информация, которую он мне предоставил. Как оказалось, ты была с Энтони. Скажи мне, что это ложь? Умоляюще хмыкает Дикси, она кажется такой отчаянной. Мне не остается ничего как взмахнуть рукой вверх, не переставая без конца теребить пуговицу на связанной персиковым цветом кофте. — Это правда. — Ясно… Тогда все, что тебе стоит знать: слишком много убийств продолжаются в нашем городе, а тот самый подозреваемый убийца — Кэйден, сидит за решеткой. Энтони исчез из своей семьи уже как на месяц-второй. Какое совпадение, Мелли, правда? Громоздкий осадок накрывал поручни моих, и без того, глубоких мыслей. Хотелось провалиться под землю и забыть всё и всех. Все эти ужасные дни, ужасные раздумия, ужасные события, это напоминало игру, после которой у тебя может быть два варианта: ты либо живешь дальше, либо погружаешься вниз, до дна. Хотелось кричать и метать все вокруг, но я настойчиво продолжала стоять спокойно, только рука в случайном жесте потянулась к горлу, в котором пять секунд назад образовался неблагоприятный ком. Я должна спросить, может Дамелио шутит, но ее лицо выглядело таким огорченным, таким озлобленным, капля истощения за все те дни накрыла поверхность между нами. Отчасти я была виновата в том, что совсем отдалилась от нее, она заслуживает лучшего. И все же, мне все еще хотелось испариться, или хотя бы не верить словам Дикси. Я желала всеми любимой усмешки на ее лице, а может желала любого намека, который вселял бы в себя подтекст того, что убийца уже нашелся, но все казалось таким безупречно правдивым. В своих мыслях я уже давно сорвалась, разделила расстояние между нами до минимального и прижала ее в свои хрупкие объятия, где было так хорошо, тепло и по своему умиротворенно. Но мысли всегда немного, или много, отличались от текущего времени, теперь сделать даже такой маленький поступок для подруги, я не могла. Как сильно не задумывалась бы о том, что всего это тактильные ощущения, которые дарят ласку и любовь, но не в этой ситуации, эта история по своему родная и хороша, только не для ментального здоровья. — Ты все еще подозреваешь Энтони в проделанных поступках? , — Мой голос немного срывается, я не кричу, совсем нет, теперь кажусь отчаянной, все еще немочна на то, чтобы хотя бы всхлипнуть. Дикси вальяжно проводит рукой по замку своего винтажного платья, губа застряла меж ее зуб, она нервничает, когда пытается не лгать. — Estoy preocupado por ti ¹, — Молвит совсем спокойно Дикси, и все еще ее голос кажется таким громким, среди ночной тишины. Я хочу возразить, но мне стоит умолчать, потому что довольно знакомая фраза растапливает тот самый подливающий огонь. Моя рука медленно сходит внизу, все также вдоль, но я молчу, потому что теперь не желаю что-либо говорить. Кажется, слова действительно действуют на людей с наибольшей силой, нежели тысячи страданий или физических ударов об стену. Брови Дамелио сменяются в красивую форму домика, ее лицо выглядит так слабо, как щенок смотрит на хозяина, умоляющего дать малую сладость. Она не выглядит так хуже для меня, но рассчитывать свое время на ощущения не положено для нашего мира, для моего мира, сколько бы ощущений я не испытывала, разум все равно обязан стоять превыше этого. — Ты стаешь зависимой от него, он поиграется тобой, а потом убьет как очередную для себя игрушку, жаль, что ты выглядишь такой наивной и не понимаешь этого. Плечи Дамелио производят небольшой импульс, она выглядит более свободной и готова говорить сразу, резко и прямо. Она покачивает головой из стороны в сторону и так выглядит еще отчаяннее, если бы ее тело можно было сравнить с огнем, то вероятно, в нашем мире не осталось бы деревьев. — Не говори так, мне нужна была информация об одной девушке, которая хотела посадить его за решетку, за преступление, которое он не совершал. — Прекрасно, теперь ты предоставляешь хорошую защиту о нем в двух словах, и все они против меня. Я тяжело вздыхаю и хочу выразить всю свою злость, расцарапав хотя бы себе лицо или избив всю мебель ногами, да так сильно, чтобы тело потом изнывало от болезненной реакции. Дикси не может быть права, она всегда перекидывала информацию на себя, оставаясь «чистой». Я не могу спорить с ней в такой обстановке, в такое ужасное для нас время. Это не принципиально для нас, лучше разойтись, чем остаться. Я решаюсь сделать это первой и разворачиваюсь корпусом в противоположную от Дикси сторону, держа направление в коридор. Шорох позади меня нисколько не останавливает, скорее бы сбежать. — Я знаю, что тебе нужны деньги из-за глупых выходок Гейджа в казино, есть один хороший человек, который оплатил бы всю сумму. Внутри проходят импульсы тока и я хочу смолвить хоть слово, но мой рот находится в приоткрытом положении, только вот безмолвно. Я хочу наступить на пятку, но вместо этого быстро разворачиваюсь передом к Дамелио, которая улыбается во все свои тридцать два зуба, показывая своей выходкой — «я победила!» Я хочу уж было с ней поспорить, я ведь действительно коплю деньги и отдам долг сама, но времени слишком мало, очень мало. — Кто? — Тот, с кем ты сегодня неосознанно договорилась пойти на свидание, которое назначено завтра на 17. Первая мысль, которая приходит в голову — Энтони Ривз, но за ней я вспоминаю, что мы не договаривались о чем-либо, скорее Энтони будет следовать и дальше по своим правилам, нарушая мое личное пространство, но на свидание с ним идти я не договаривалась вчера. — Да брось, чего совсем не помнишь? Джо Воуд, — Подчёркивает последние слова Дикси, со своим любимым испанским акцентом и сиюминутно заливается смехом. Я немного вспыхиваю, что точно можно заметить по моим щекам, шок пробегается мурашками по коже. Как я могла договориться пойти на свидание с Джо, это явно произошло во время свидания с Энтони, а значит во время нашего совместного звонка. Он воспользовался моей неубедительностью и нерешительностью, что только портит репутацию о себе. — Я не могу, к тому же откуда у него такая сумма? Он ведь обычный агент. — По всей видимости необычный по всем фронтам, — Дикси произносит это с теплотой в голосе, и тут же умалчивает, она увенчалась успехом, закрыв разговор между нами о новом убийце. Это нисколько не успокаивает меня, но Джо, наверняка, хорошая персона для помощи и дополнительной защиты, может я могла бы воспользоваться этим шансом, может мне стоит приглядеться к нему. Даже не знаю, что хуже, что я вспоминаю при этой мысли Энтони и понимаю, что раздумия играют плохую шутку, или что от Джо в горле все сворачивается наиболее неприятным комом. *** Мерзкий запах перегара смешивался с дешевым парфюмом очередной девушки, которая провела ночь с Гейджем, пылая в надеждах на новые встречи. Пару грубых слов и глупая усмешка исказились на лице парня в недоброжелательном жесте, что не могло не напугать бедняжку, которая тут же скрылась за поворотом. В то время как Мелисса следила за происходящим, ей было искренне неприятно видеть брата в нетрезвом состоянии, разорванной одежде и новых фингалах. В то время как она откладывала средства, питаясь дешевыми закусками и переживая за брата, он тратил бабки на очередных шлюх и проиграши в казино. Томное разочарование отдалось болью в области сердца Мелиссы, тяжело наблюдать за братом, да и проводить с ним огромное количество времени ей не положено, на это есть другие дела. Этот маленький подвал служил для Гейджа комнаткой, где можно было выспаться после очередной встряски, где можно было хорошенько оттрахать после тяжелого дня, где можно было выпить и просто отдохнуть, жить — одним словом. Мелисса стояла как вкопанная, пока не заметила новые бутылки и выкуренные сигареты. Откашлявшись пару раз, она взяла половые тряпки и принялась в прямом смысле этого слова драять «жилье» брата. Коснувшись ручки окна, ее лицо исказилось в еще большей неприязни, но впустить свежий воздух однозначно стоило бы. Здесь все было протухшим, отходы еды, даже страшно представить чем питался все это время Гейдж, вероятно, что ничем, кроме как алкоголя и гребанных сигарет, которые благополучно портили его здоровье. Парень успешно откинулся на спинку дивана и принялся зажигать сигарету, которая единственная осталась в нищебродной упаковке, как тут же потерпел неудачу — Мелисса выхватила ее из рук и успела потушить ногой, а затем выбросила в мусорку. — Что ты вообще себе позволяешь? Не наигралась еще с сынком ублюдка? , — Громко крича заговорил Гейдж, да так, что Мелисса в миг остановилась, понимая о ком идет речь, и не понимая как Гейдж узнал. Ее ушные перепонки готовы были лопнуть от громкости Гейджа, словно он был в трезвом уме и мог перекричать целый зал, наполненный людьми. Она покорно выжимала тряпку и глядела в пол, стыд охватил ее несчастное тело. Гейдж ведь прав, она влюблена в парня, отец которого, когда-то так беспощадно убил их с Гейджем родителей. Энтони теперь так часто являлся к ней во сне, так часто преследовал ее, что она привыкла к этому состоянию — быть вечно не одной. Быть вечно в его внимании. Быть его. Только его. — Не смей так со мной разговаривать, я все это время искала деньги и не позволяла себе никаких тусовок, в отличии от тебя! , — Отчаянные слова вылетили из уст Мелиссы, которая на месте трепетала, да так неудачно, да так плохо. Ей хотелось скрыться, словно она совершила некое преступление, словно она есть всему виной. Ее голос так сильно дрожал, Гейдж мог хорошо играться на ее эмоциональных ощущениях, он мог найти свою точку приспособления, переходя на личности, переходя на больное. — Какая ты глупая, разве ты не знаешь, что он является наемным киллером своего же отца, а знаешь для кого? Для тебя, моя дорогая, — Слащаво упомянул Гейдж, чем заставил Мелиссу пошатнуться. Ей хотелось спросить, шутит ли он, возможно, Гейдж сошел с ума и теперь несет всякую чушь. Колкость прошлась вокруг, Гейдж смеялся, а Мелисса стояла в полнейшем непонимании, окончательно выронив тряпку из своих рук. Теперь она казалась более хрупкой. — Т.ты лжешь? Скажи мне, Гейдж, что это глупая шутка! — Словно сорвавшись с цепи, Мелисса подбежала к брату и начала трясти его за белый воротник рубашки, который за долгое время изменил цвет в серый. Ей хотелось рвать, метать все снаружи, и внутри ощущения были не лучше. Мокрые от пота волосы казались липкими, они покоились на лице, будто все так и должно быть. Мелкая слеза непроизвольно пробежалась вдоль щеки, оставляя за собой более глубокие порезы. С ней опять сыграли в глупую шутку? Неужели она заслуживает на такое отношение к себе и совершенно обречена? Неужели это зависимость? — Чем ты думала, когда прыгала в кровать к врагу? Гейдж отличался от людей особой прямолинейностью, но его слова зачастую переходили личную границу. В самом деле, Мелисса только целовалась с Энтони, всего раз, и вспомнив это, на душе стало еще паршивее. — Какие у тебя могут быть доказательства? — Всхлипывая, уже спокойно спросила девушка, крутясь лихорадочно на кровати. — Того что ты с ним спала? или того, что в скором времени должна будешь умереть от его рук? Мелисса тяжело вздохнула, конечно, Гейдж не отличался хорошей поддержкой от остальных людей в этом мире, но давить настолько сильно бы не стал. Скорее ему стало обидно узнавать такую новость от чужих людей, да еще и настолько робкую. — Понял. У меня есть записи и некоторые бумаги, которые я нашел как раз-таки, когда хотел достать новой информации. А вот оказалось кое-что поинтереснее — так это твой роман. — Мне все равно на Энтони. Главная точка обрыва, главная ложь. Глаза Мелиссы непроизвольно закрываются, а тело морально изнывает от такой неудачной лжи. Гейдж было уже поверил, но заметив сжатые руки в кулак, тут же заскулил. Лучше бы он не понял это затратное вранье, да, оно абсолютно много чего стоит. И теперь ему остается наблюдать за происходящим, да и только. А сколько до конца? А кто знает? — Гейдж, а хочешь…я сделаю все, что ты только хочешь, — Отчаянно всхлопотала Мелисса, своими длинными и опечаленными ресницами. Она бросилась к Гейджу на коленях, от одного жалкого вида сестры, ему стало неприятно, что то в горле передавливало болью. Гейдж тронулся от происходящего, он ощущал опасения за сестру и вину за происходящее. — Встань! , — Не смерившись, кричал Гейдж на Мелли и все трогал лоб рукой, ворочась на кровати бедрами из стороны в сторону. У Мелиссы в тот момент переклинили несколько слоёв боли в голове, она резко встала и попыталась опомниться от происходящего. Гейдж её брат, но, конечно, слушать она будет себя, и только себя. Девушка попыталась стереть невидимую пыль со своего платья и быстро смахнула рукой слезы с лица. Неудачница. — Я поговорю с ним, — Тихонько смолвила Мел, наблюдая как меняется выражение лица Гейджа. Она перебирала руками пуговицы на платье, но устав от окончательных раздумий, буквально испарилась за несколько секунд, всего то попятилась назад… Где можно было найти Энтони, и стоит ли искать его? Она не боялась своей смерти, она боялась быть убитой от рук человека, в котором утопала с каждым днем все больше и больше. Кажется, все слезы высохли в тот момент, не было ни капельки. Она лишь шла по темной улице, по темному холоду, по темным проспектам. Этот город теперь казался невеселым, все казалось слишком расплывчатым, все казалось угнетенным. А дело было только в ней, удивительно, как сильно какое-то опознание может изменить наши видения. Как она не любила осень, уже хотелось весну, да поскорее бы. Ведь дорожки кажутся такими мрачными, а разноцветные листья серыми, ведь утомляются от бесконечных луж. Взлохмаченные волосы не давали глазам смотреть, уж такой сильный ветер здесь был. Мелисса сделала окончательный шаг в сторону подъезда, она принялась доставать ключи из своей сумки, так и не посмотрев вперед. Ведь голова все время была опущена вниз, на кого же тут глядеть. — Привет, — Грубо заговорил знакомый голос, но от неожиданности Мелисса выронила ключи прямо в лужу, и пробормотав что-то непонятное присела на корточки, доставая их, уже мокрыми и грязными руками. Но не менее она испугалась, когда посмотрев вверх она увидела знакомый силуэт. Руки дрожали, а что он сделал… — Джо? Что ты тут делаешь? , — Переспросила Мел, ожидая, что ей все-таки показалось, но рассмотрев лицо поближе, она поняла, что не ошиблась. Она протянула руку к своей прядке волос, дабы проверить все ли хорошо с прической, совершенно забыв про грязные и мокрые руки, правда, даже так ситуация в осознание пришла не быстро. -Мне хотелось как можно скорее с тобой увидеться, ты совсем не отвечаешь на мои звонки, а у нас еще давно было назначено свидание, забыла? Воуд хмурился, ему не нравилось такое безразличное внимание к себе, ему хотелось больше Мел в своей жизни. — Мел, ты здесь? , — Переспросил парень, когда удостоверился, что девушка его совсем не слышит. Он щелкнул пару раз перед ее лицом, но в голове было совсем другое. Мелисса думала, даже сравнивала, почему вдруг Энтони называл ее полным именем, так ведь никто не делает, так не делает Джо, а значит ли это, что он заслуживает ее внимание? Девушка думала, что совсем глупа, раз ее посещают мысли, где она брала в сравнение Агента и киллера, который охотился именно за ней. Забавно, но за последнее время она не ощущала Энтони рядом с собой, он будто был далеко, в самом деле, может он готовит что-то новенькое? Например, убийство для нее. Миленько… — Я бы хотел с тобой завтра встретиться, — Настоятельно продолжал Воуд, совершенно не брав во внимание решение самой девушки. Возможно, ему казалось, что он может многое себе позволить и без ее разрешения. Такие мысли посещали Мел только с огорчением. Она ведь не игрушка, которую можно завести когда хочешь и играть где хочешь. Ее лицо исказилось в неприязни к парню, которую она старалась не показывать. Почему-то именно сейчас она вспомнила, что Джо являлся главным выходом из ситуации с долгом. Ей нужна была выгода, да и только, никаких чувств, здесь работает разум, только он. — Да, Джо, давай встретимся завтра? На лице Мелиссы заиграла усмешка, а вот Джо наоборот, скривился от непонимания, но потом улыбнулся, он думал, что одержал победу, но еще не знал, что победу одержала здесь Мелисса, озадачив его своими чувствами.