Глава первая. Новая школа.

      Противный перезвон механического будильника, стоящего прямо на полу, ибо с нашего вчерашнего приезда в новый дом никто ещё не собрал тумбочку, вытащил меня из сна. Я уже почти поверила, что нахожусь в родном Брукхэвен. Но утренний звуковой душ окатил меня неприятной реальностью. Вдарив посильнее кулаком по ненавистному излучателю времени, я хотела было перевернуться на другой бок и снова погрузиться в блаженный дрем, но в дверь раздался стук. И ещё — ровно через полминуты. Мама. — Да встала я! Вста-ла-аа… — поднимая нехотя голову с подушки, сонно протягиваю я сквозь полузакрытые веки. — Надеюсь, ты не собираешься опаздывать в первый день, милая? Завтрак уже ждёт на кухне. — прощебетала женщина по ту сторону комнаты. Послышался топот её каблуков по лестнице вниз. Протяжно зевнув, я поставила ноги на пол, ощутив стопами липкий холод. Бррр. Но ничего не поделаешь. Учёба важнее здорового сна: это ведь так «важно» для меня. Нужно же обязательно поступить в хороший колледж, дабы потом бездельничать не дома в уютной постели, а в скучном сером офисе среди таких же скучных работников, которые потратили большую часть своей жизни на то, чтобы вставать рано утром и идти в школу. Шикарная перспектива.       Уложив последний локон, я надеваю синий пиджак и наконец покидаю дом. Питательный завтрак из хлопьев с молоком и кофе уже переваривался где-то в моем животе. Присев в мамину машину, я переключаю радио. Куча никому ненужных хитов из прошлого десятилетия и ни одного нормального. Сплошная депрессия. Вырубив музыку, я прислоняюсь лбом к стеклу, поглядывая на скудный одноэтажный вид улиц Клирвью. Ну и дыра! Не удивлюсь, если здесь и торгового центра нет, или клуба какого. Разве что клуб неудачников! Тех, кто живёт в этом сранном городке.       В Брукхэвен мы с Эшли и Хлоей часто где-то пропадали. Это было весело. Тусовка на последний Хэллоуин крепко отпечаталась в моей памяти. Даже сейчас, проезжая по уже ставшим ненавистными улицам, я вспоминаю фиолетовую подсветку у бассейна в доме Эшли. Весь день потратили, наряжая дом. Бесконечные самодельные паутины из бинтов, которые раздобыли в кабинете её отца, резиновые пауки, от которых так визжала Хлоя, а уж какие подсвечники из тыкв вырезали. Мамма Мия! Страшнее них только директриса из старой школы. Ух, та ещё грымза! Но главное, что помню, это ночь с Нейтом, самый красивый парень школы, ну после самой красивой девушки, разумеется. Мы же планировали вместе пойти на выпускной. Ну почему отцу предложили работу именно в этой дыре, где нет места для любви? Для страсти и безумств. Где нет рядом любимого Нью-Йорка, куда мы ездили несколько раз за прошедший год на машине Нейта. Два года. Два гребанных года придётся провести здесь! Легче было бы сразу упасть на той вечеринке в бассейн и попытаться утонуть. — Вот и приехали. — из размышлений и горьких сожалений меня вытянул спокойный голос мамы. Ну почему они такие спокойные? Будто так и должно быть. Будто жизнь не разрушена этим переездом! — Удачи в школе, милая. — Я не стала слушать, лишь молча вышла из машины, ещё и дверью хлопнув в знак протеста. Но как на это обратит внимание?       Коридоры полны народу. Не протолкнуться. Ох уж эти школьники! Я прохожу, держа в руках учебники, будто по бесконечному лабиринту из самых разных препятствий. Вон какой-то качок прижал девчонку к шкафчику и, кажется, сейчас освоит каннибализм, ошибочно шифруемый поцелуем. Буэ! А вон парочка футболистов забивают какого-то дрыща. Ожидаемо! Я иду, гордо расправив спину, как неожиданно кто-то в меня врезается. Подняв взгляд, я принялась внимательно изучать высокую симпатичную девушку с ярким макияжем и… в такой же одежде. У этих провинциалов совсем фантазии нет? Всё повторяют! — Эй, глаза протри! — с порога выкрикнула я, наблюдая за тем, как пренебрежение в лице незнакомки и её страшной подружки со шваброй вместо причёски стремительно меняется на ехидную ухмылку. Сладким тягучим голосом она спросила медленно, будто напевая песню, а не пытаясь унизить: — Кто это тут у нас? Не иначе как… новенькая! Я Сара и отныне я здесь твой новый ночной кошмар. — По тебе видно. Увидишь и век спать не захочешь. — самодовольно ухмылнулась я. — Как ты смеешь? — её глаза резко стали злее и походили больше на взгляд серийника, чем главной стервы. Хотя, впрочем, это почти одно и то же. — Ещё и переодеваться теперь. — вдруг добавила незнакомка, заметив мою одежду. — Не уверена, что в твоём гардеробе найдётся что-то лучше. Как, впрочем, и на ваших помойках, или где вы тут одеваетесь? — уверенная, что победила, я смотрю в глаза соперницы, наблюдая за тем, как та мило злится. Обожаю это. Но вдруг она подходит ближе и мне приходится отступить. Уперевшись спиной прямо в чей-то шкафчик, я всё с той же невозмутимой улыбкой смотрю в глаза Сары. Её ладонь резко впечатывает железную дверцу у моего лица, не давая мне тем самым пройти. Затем губы девушки поднимаются в ухмылке. — Послушай сюда, новенькая. Мы тут главные, и у тебя нет права так с нами говорить. Уяснила? Тогда уясни ещё пару моментов. — на свободной от держания шкафчика руке она начала загибать пальцы. От неё на меня падала крупная тень, которая должна была пугать. Но, увы, не сработало. Я все ещё не боюсь. Должно быть, ей было бы досадно это знать. Да и пофиг. — Во-первых, не путайся у нас под ногами. Если будешь нужна — позовем. Во-вторых, не засматривайся на наших мужиков, не то растопчем. И третье, самое сладкое, не мечтай о короне на выпускном…       Тут я не выдержала и прервала «её величество». Оттолкнувшись спиной от шкафчика, я выпрямляюсь, лишь сейчас заметив, что выше этой стервы. Выставив тонкий палец вперёд, начинаю отталкивать им в плечо Сару, при этом чувствуя как мои брови постепенно сходятся к переносице. — Знаешь что, королева перекиси, слушай сама. Ты тут всех с детства смогла запугать своей рожей, но не думай, что это распространяется на меня. Не на ту нарвалась. Я тут первый день и для меня новенькая ты. И я сама разберусь как к тебе относится. И насчёт короны, ещё посмотрим. — Заставив её отступить на несколько шагов назад, я скрещиваю руки на груди, гордо взирая на новую соперницу. — Ты пожалеешь об этом, новенькая! — шипит она будто змея сквозь белоснежные зубы, особенно выделяя последнее слово. — Эмбер. — бросаю я, уходя по коридору. Сейчас урок химии по расписанию. Прочитав на двери нужную надпись, я осторожно вхожу в класс, забыв постучать предварительно.       Обычный школьный безвкусный кабинет, заставленный партами, за которыми располагалось двадцать подростков, которым явно не хотелось сегодня подниматься. Этим мы похожи. Напротив висит грязная от меловых разводов доска неприятного зелёного оттенка, а у учительского стола стоял высокий статный мужчина в очках и лабораторном халате, потирая ладони с интригующей улыбкой. Я остановилась, глядя на него. Изучая взглядом. Учитель? Скорее безумный учёный, который мог бы взять одного из учеников и начать изучать его внутренности прямо в этом классе. Невольно сглотнув, я беру слово. — Эмбер Смит. Новенькая. — я смотрю на него. Он на меня. Не искра, не буря, не безумие не проскочили между нами как в дурацких любовных романах, которые так любит мама. — Меня забыли предупредить, видимо. — протягивает он, оглядев меня с нескрываемым интересом. — Мисс Смит, Вы можете занять свободное место. — уголок его губ ползет наверх. Повернувшись спиной к этому странному учителю, я сажусь за вторую парту третьего ряда у самой стены. Подняв взгляд, понимаю, что этот безумец на меня все ещё смотрит. — Что-то не так? — спрашиваю я, выдавливая из себя остатки тактичности как из тюбика зубную пасту. Мужчина благополучно проигнорировал мой вопрос, повернувшись к классу и начиная объяснять тему. Имя его я так и не узнала. Он вообще точно учитель?       Дальнейшие события меня мало волновали. Цветные жидкости плескались в колбах на столе преподавателя, то дымясь, то пузырясь. Он только довольно улыбался. Видно, что наука ему не безразлична. Я никогда не была в отстающих по естественным наукам, но и, скажем так, великим химиком себя не считала. Школа это такой бред! Как можно тут заниматься чем-то столь серьёзным? Одно дело лаборатории. Но кто меня пустит? Хотя бы поучиться. Я почти не слушала разъяснения учителя, да и вообще не слушала, что он говорит, будучи отвлеченной рассматриванием «удивительных» крашенных стен. Томно вздохнув, я почувствовала на себе липкий взгляд. — А следующее задание нам продемонстрирует новенькая. Посмотрим чему там учат в…? — он пристально смотрел на меня. — Брукхэвен. — без эмоций ответила я и поднялась с места, направляясь в сторону колб. — О, как мило! Вы тоже из дыры к нам. — восклинул он и класс разразился раздражающим смехом. Это меня выбесило. — Побольше вашего днища. — сорвалось с моих губ и, видимо, достаточно громко, чтобы присутствующие замолчали и уставились на меня. Странный преподаватель изогнул бровь и молча отошел в сторону, оставляя один на один с колбами. Я внимательно смотрела на бирюзовую жидкость. Взяв в руки две колбы разных цветов, я медленно начала заливать их в одну, после чего перемешала стеклянной палочкой и добавила немного порошка из стоящей неподалёку баночки. Жидкость начала бурлить, после чего под удивленный возглас класса поменяла свой цвет на прозрачный. — В нашей «дыре» учат многому. — ехидно усмехнулась я, обращаясь к изумленному учителю. Он медленно обошёл меня и склонился над колбой. От отличной оценки за сегодняшний урок меня отделял звонок, после которого все стремительным потоком утекли в коридор. Дойдя до своей парты, я взяла учебник и тетрадь и собиралась последовать примеру одноклассников, но меня окрикнул на выходе из кабинета баритон с лёгкой хрипотцой. — Мисс Смит, можете задержаться?