Глава вторая. Всё интересней.

«— Мисс Смит, можете задержаться?»

      Манящая фраза, будто из фильма для взрослых с той кассеты, которую мы с девчонками нашли пару лет назад на чердаке нашего прошлого дома. Я медленной походкой достигла первой парты прямо напротив стола странного учителя в очках с зелеными стеклами. Он фанат этого цвета? Или сумасшедший защитник природы, который хочет, чтобы весь мир зелёным? Присев на край парты, я наблюдаю за тем, как он заполняет какие-то бумаги. Секунда, две, пять. Наконец кашлянув, беру слово, отвлекая химика: — О чем Вы хотели поговорить? — тактично спрашиваю я. — С чего ты решила? — серьёзно спрашивает он, хотя в голосе чувствуется лёгкая усмешка и уголки губ приподняты. — Иначе зачем мне задерживаться? — вопросом на вопрос. Да, я опасная девочка. Скрестив руки на груди, скептично выгибаю бровь, не отводя взгляда от чёрной макушки и сальными волосами, завязанными в хвост. — Вы догадливы, мисс Смит. — дописав в бумагах, мужчина откладывает ручку в сторону, заключая пальцы в замок и подперев ими подбородок. Я все также без особых эмоций наблюдаю. Его взгляд с ноткой безумия играючи скользнул по мне и остановился там, где кончалась юбка. Заметив это, я резко закрываю ноги учебниками, и он смотрит снова мне в глаза. — И достаточно умны. Как насчёт принять участие в научном конкурсе? — уже совершенно серьёзно спрашивает он.       Вести себя как полный маньяк только для того, чтобы пригласить меня участвовать в идиотском конкурсе? В этой школе все такие или только этот? Ещё чего! Участвовать в школьной самодеятельности за шоколадную медальку? Цирк уехал, а все клоуны поселились в Клирвью. Спрыгивая со стола, я выпрямляюсь, почувствовав под ногами пол. Затем усмехаюсь, глядя на преподавателя. — Простите, но у меня есть дела. — собираюсь развернуться и уйти, но снова слышу этот загадочный голос, перемешанный с обжигающим шёпотом и чарующим взглядом мне в спину. — А я думал, Вам интересна химия. — показательно вздыхает. Закатив глаза, я поворачиваюсь к нему лицом. — Интересна в более масштабном смысле, а не в рамках школьной викторины. Для этого зовите младшеклассников. — А что если я скажу, что в жюри будут специалисты в области естественных наук из лучших колледжей Америки?       Вот хитрый черт! Дар убеждения как минимум дьявольский. И снова эта довольная, даже злодейская, улыбка во все тридцать два белоснежных как кристаллы соли зуба. И интригующее потирание ладошек сквозь перчатки. Я едва успеваю подумать о том, как выиграю и в будущем смогу свалить из вонючей дыры в обожаемый мной Гарвард, как уголок моих губ стремительно ползет наверх в одобрение идеи учителя. Сделав один шаг в его сторону, я слегка киваю. — Что ж, если специалисты из лучших колледжей, то… Пожалуй, я бы попробовала. Где записаться? — после моих слов, перед глазами тут же появляется лист бумаги и много букв, читать которые не хотелось. В руке странного химика уже зажата ручка, вытащить которую стоило усилий. Зачем так держать? Или ему нравится, когда я хмурюсь, пытаясь взять чёртов пишущий предмет? Наконец последний в моих руках. Поставив витиеватую подпись в углу листа, я улыбнулась. — Когда конкурс? — спрашиваю я. — Я сообщу. — сухо отвечает он и снова начинает что-то записывать до тех пор, пока я не дохожу до выхода из класса. У самой двери я вновь чувствую как его взгляд прилип к моей спине. Но, не обернувшись, выхожу в кишащий словно болото лягушками школьный коридор.       Снова полно народу. Снова голоса один громче другого. Снова не протолкнуться. А моя голова как назло забита мыслями о странном химике. Предложить новенькой участвовать в серьёзном конкурсе это необычно даже для этого города. Уж так ли я глубоко его поразила тем, что не подожгла кабинет неправильной комбинацией растворов, что сделал бы любой из сидящих там идиотов, не по глупости, а скорее для освобождения от урока? Безрассудно, но его проблема. Моя же — поразить жюри. Хочу запомнится им, да так, чтобы и через два года помнили имя Эмбер Смит. Погруженная в решение своих вопросов, не замечаю как уже я влетаю в чью-то громадную желтую спину, только потом разглядев, что это футболка игрока местной команды. Каменная рожа поворачивается ко мне и едко бросает: — Слепая что ли? — по тупому выражению лица я не сразу могу понять злится он или ухмыляется. Окинув меня непонятным взглядом, посмеивается: — А хотя с такой фигуркой можешь.       Настолько противное лицо у этого футбольного амбала, что меня бы стошнило прямо на его безвкусную футболку, от которой за километр несло потом и школьной столовкой. Буэ! От рвотного рефлекса спасло появление из-за спины этого недоспортсмена другого парня, немного симпатичнее, но все с тем же глупым выражением. Самодовольно улыбаясь, он отодвинул коллегу по команде и встал передо мной, оперевшись рукой на шкафчик, закрывая мне проход. — Не обижай красотку, Леонард. — Теперь я знаю имя того парня, хотя на кой черт мне оно. Забыть бы скорее. — Не видишь, новенькая. Я Джо, но все зовут Чемпион ДжоДжо. — Вот и иди чемпионь подальше от меня. — усмехнулась я, подавшись вперёд, но капитан школьной команды стал ближе. — Мм, дерзкая. — и снова мерзкая ухмылка. Сейчас точно стошнит. Он долго вглядывался в моё лицо, после чего взял двумя пальцами за подбородок. Хотел потянуть на себя, но в итоге получил коленом по тому месту, которое хотел ко мне подкатить. — Дикая сучка! — зашипел он, вжавшись спиной в шкафчик. Скорее даже, визгнул будто свинья. Не сказав ни слово, я отошла в сторону, оставив вместо воздушного поцелуя на прощание Джо вытянутый из кулака тонкий средний палец. — В следующий раз могу и оторвать. — усмехнулась я, вливаясь в поток учеников до очередного кабинета. А день-то задался.       Остальные уроки прошли без особых приключений, а из школы я уходила под презрительный взгляд Джо и недовольный Сары. Что ж, навыков не растеряла. Это же успех. Забирать меня приехала огромная чёрная машина, за рулём которой была… Миранда? Эта девчонка не особо изменилась с тех пор, как мы в детстве играли в дурацких принцесс, или фей или чем там обычно маленькие дети увлекаются. Все та же блондиночка с довольной улыбкой и любовью ко всему мимишному, тянущая слова вроде «как клаааасно». Общаться особо не хотелось, поэтому я молча устроилась в машине на переднем сидении. Не пешком же идти до дома из-за того, что меня некому забрать. Если приехала крутая тачка — этим надо пользоваться. Миранда не затыкаясь о чём-то болтала, но все её слова сливались в моей голове в простое «блаблабла». Выйдя из машины у своего дома, я бросила холодное «спасибо» и закрыла дверь. Прошли те времена, когда мы играли и веселились, обернутые в тюль с бабочками, размахивая найденными во дворе палками. И возвращать их я не особо хочу. Поэтому, пока, Миранда.