Пролог

Гермиона уже в который раз обводила взглядом большой зал, пытаясь найти его, но безуспешно. Недалеко от входа Минерва и Сивилла со слезами на глазах накрывают простынёй тело пуффендуйки семикурсницы. Рядом на лавочке между Тонкс и Римусом, судя по одежде, сидит Сириус с обожжённым лицом и закрытыми глазами. Мадам Помфри раздаёт указания добровольцам, которые вызвались на помощь целительнице, и сейчас всеми силами лечили раненых. В углу на носилках лежит кто-то с огненной шевелюрой, вокруг, плача, стоит семья Уизли и Гарри. Сердце Гермионы замирает, девушка делает несколько шагов вперёд, но замечает, что тот, кого оплакивают, не он. В эгоистичном порыве Гермиона протяжно выдыхает, понимая, что на носилках лежит Перси. И в тот же миг, устыдившись своей реакции, девушка прижимает руки к груди, понимая, что семья Уизли сегодня уменьшилась на одного человека. Грейнджер уже собирается подойти к друзьям, когда в дверях большого зала появляется Джордж, держа на руках своего близнеца. Одного взгляда хватает Гермионе, чтобы понять, что его больше нет. Джордж, остановившись, смотрит на девушку брата, и, роняя слёзы, отрицательно качает головой.        — Нет! — крик Гермионы, кажется, заставляет замолчать всех, кто находится в зале.        Не смотря под ноги, девушка подбегает к близнецам, хватая безжизненную ледяную руку Фреда ладонями. К ним уже спешат Гарри, Рон и Джинни.        — Фред, очнись, пожалуйста, не пугай меня, — глотая слёзы просит Гермиона, прислонясь своим лбом к мокрому виску любимого. — Ты обещал, что мы вместе станем героями войны и будем везде получать бонусы. Ты говорил, что всю жизнь будешь смешить меня, и не дашь заработать аллергию на книжную пыль, выгоняя меня из библиотек. Открывай глаза! Слышишь?       — Эми, не надо, — Джордж снова качает головой. — Фреда больше нет.        — Нет! Я не верю! Не верю!       Гермиона чувствует, как сзади за плечи её обхватывают чьи-то ладони. Джинни что-то шепчет подруге, пытаясь оттащить её от мёртвого брата, но Грейнджер не шевелится. Мир вокруг замер и обрушился, как карточный домик. Его больше нет, значит и её тоже! Разрывающаяся от боли оболочка, тень Гермионы Грейнджер, которая только что умерла вместе с тем, кого любила…