Знакомьтесь Боб Мой Фанон - Сезон 4, Серия 0: Боб в большом городе

Серый, но при этом яркий мегаполис слепит привыкшие к одним и тем же стенам алые глаза Первого клона. Легкий дождь, который закончился также быстро, как и начался, оставляет на запутанных неубранных кудрях мокрые пятна. Первый клон, созданный в целях обезвреживания великого ученого Роберта Смита, который изобрел машину Икс и пострадал от нее самой же, поежился, пытаясь привыкнуть к новым резким ощущениям, которые были не знакомы ему до этого. Осматривая бесконечный, казалось бы, город, чьи просторы растелились больше чем клон со шрамом мог когда-либо представить, пока был внутри стенах одной из самых больших научных компаний мира Bob Soc. Казалось, он совсем отвлекся от голубоватого дрона, что летал рядом с ним. Поэтому когда глубокий, до боли знакомый голос ученого, который и был причиной многих неприятностей как инцидента Икс, экспериментов и гибель его братьев заговорил, Шрам невольно вздрогнул и чуть не отскочил, потому что наработанные за недолгую, но полную опасностей жизнь рефлексы все еще были включены. — Ну что, Номер один, готов вступить в реальный мир? — раздался голос диктатора из динамиков дрона. Две вещи, которые Шрам терпеть не мог больше всего — эти голубые бесчувственные дроны, и голос, что доносился из них. Просто от одного вида этого мини-робота хотелось схватить что-либо и ударить по нему, разбивая кругляшек, но Шрам сдержался и просто тихо кивнул. Все же, теперь этот шарик можно назвать союзником… ну, или так уверяет его Диктор, а Шрам все еще видит в этом всем ловушку и потенциальную опасность. Но сейчас это значения не имеет — если хоть есть маленький шанс, что Шрам сможет остановить эксперименты и спасти остальных клонов, он готов его принять, со всеми рисками. Именно поэтому он и заключил сделку со своим главным врагом, которого ненавидел всем сердцем. Мысли в сторону, ему, наверное, стоит уже идти, ведь стоять на высокой крыше, что обдувала прохладным ночным ветром было не особо приятно, к тому же, от стояния на ней клоны не спасутся. Но оглядевшись, Красный Боб понял, что без лестницы или лифта ему на землю никак не спустится, так как он находился высоко и спрыгнуть не получится. Шрам попытался сам найти метод спуска, но не найдя такого, с неохотой посмотрел в камеру дрона, глазами спрашивая путь и надеясь, что тот кто сидит за экраном, понимает язык тела — Однако, думаю будет лучше если для начала ты спустишься, потому что падение с десятиэтажного здания — может и эпичный, но не безопасный способ войти в реальный мир… поэтому воспользуйся лифтом там… Шрам вздохнул, «радуясь» что помимо научных фактов которые любил рассказывать Диктор во время эксперимента, он также знает или хотя бы понимает взгляды Шрама и без слов. Злой Боб послушно зашел в появившийся стеклянный похожий на капсулу лифт, и его медленный спуск на землю начался. Шрам осторожно приложил свои руки в перчатках к стеклу, пытаясь рассмотреть новые виды, которые открываются ему с спуском лифта, и попутно готовя себя к чему угодно, что может ждать его там. Особенно к тому, что все что он видит — не больше, чем хитрая ловушка с очень хорошо прописанной симуляцией. Лифт наконец спустился вниз, и стеклянные двери с характерным звуком открылись. Красный Боб тихо вздохнул, рассматривая землю, и неуверенно вышагивает из стеклянной капсулы, делая свой первый шаг в реальном, или хотя бы хотелось бы надеяться, мире, впервые чувствуя мягкую, настоящею траву под подошвой. — Итак. Думаю, что перед тем как мы начнем наше задание, тебе стоит ознакомиться слегка с городом, так как в нем ты будешь теперь жить и передвигаться… Шрам вновь поднял взгляд на дрона, хмуря брови и пытаясь понять, насмехается ли в своей старой доброй манере злых шуток Диктор над ним. — Что ты на меня так смотришь? Неужели думал, что я буду тебя держать при себе в Боб Соке все это время? Я не настолько безжалостен, все же… Шрам промямлил что-то на Бобовском языке, что хоть и состоял из непонятных для человеческого уха звуков, являлся полноценным языком для клонов. Наверное, даже хорошо, что диктор не понимает Шрама, ведь тогда бы он, наверное, обиделся бы слегка, ведь то, что промямлил Красный Боб, был очень сильно приближён к пассивно-агрессивному саркастическому комментарию. И все же, Диктор не услышал комментарий, так как не понимал что сказал Боб, и поэтому, полностью игнорируя этот набор звуков, вывел Шрама за собой на более оживленную улицу города, которую освещали яркие фонари. — Выбирай любое направление, и мы туда пойдем, а я попутно расскажу тебе о городе… Шрам приподнял бровь, осматривая улицу, которая вела к перекрестку. Выбрать? А разве это и вправду так важно, в какое направление он пойдет? Ведь и так и так все будет для него совершенно ново. Но решив тактично проследовать за просьбой Диктора, Номер один рандомно тыкнул пальцем вперед, указывая выбранный им путь, и туда они пошли. —И так, знакомься Боб: это город Бобополис. Шрам сощурил глаза и посмотрел на дрона, пытаясь понять, что это за шутка такая — И нет, имя данного города совершенно не связано с фактом того, что я разместил тут Bob Soc… —поспешил объясниться Диктор — Бобополис является одним из самых больших мегаполисов в мире, его площадь больше чем Израиль… а, хотя ты не знаешь что это… в общем, Бобополис просто очень, очень большой город. В нем больше миллионов людей, и в нем легко потеряться. Для таких случаев по городу расклеены цифровые сенсорные- на этом слове Шрам немного напрягся, так как дела с сенсорными вещами дела у него был плохи — экраны не достаточно были сенсорными чтобы воспринимать прикосновения его перчаток и даже его кожи, которая настолько огрубела после ожога, что за кожу это не то что сенсорный экран, человек не сможет принять — -карты, а также существует большая и быстрая сетка быстрого метро, который за считаные секунды довезет тебя в любую точку. Данный город построен на берегу моря, но, к сожалению, пляжи для купания там не пригодны… Этот город один из самых высокотехнологичных мест на свете, в нем всегда придумывают новинки технологии и делают научные открытия. Не хочу хвастаться, но лидирует по таким вещам в городе, да и в множество районов мира именно Bob Soc.… Злой Боб невольно закатил глаза. Да, конечно, не хочет хвастаться. В каждом слове Красный мог услышать желание Диктора показать себя как превосходящего над ним. Боб со шрамом очень хорошо слышал это в его интонации, которую научился различать во время многочисленных столкновений с ним в «более» враждебной среде. Между тем, Боб ничего не сказал. То ли из-за того, что был лишен дара речи, то ли из-за того, что решил не перебивать Диктора дабы не вызывать конфликт и не обрывать получение информации о городе, что явно пригодится лидеру в будущем. Рассказы Диктора о городе продолжились, но быстро стихли в ушах и слились с окружающей шумной средой, пока клон с блестящими всеми красками глазами смотрел на высокие яркие здания, сияющие сотнями огней из окон, на деревья, асфальт, дороги с машинами которые каждый раз проносясь рядом с ним, заставляли невольно вздрагивать от не привычки. Но все это было тут же стало мелочью, ведь перед красным начали появляться первые люди. Они проходили быстро, совершенно не обращая внимания на Шрама, но он сам обращал. На каждого из них. Такая колоритность лиц, одежд, аксессуаров удивляла и в некой степени восхищала Красного, ведь живя в Bob Soc, он привык лишь к одному типу лица, а именно лицам клонов, которые были почти что на сто процентов идентичны друг другу. И он старался все-все разглядеть, каждого запомнить, рассмотреть интересные черты лица и поведения, ведь его не простая жизнь научила, что каждая, даже самая мелочная информация, может потом ой как пригодится. Шрам окончательно перестал слушать Тома и полностью поглотился жизнью в городе — каждую секунду что-то происходит, постоянно кто-то говорит, двигается, спорит, выходит, заходит, так много людей, так много вещей, которых и в помине не было в том окровавленном клонами месте, где жил злой Боб. Это нахлынуло на него будто волна, ведь он совсем не привык к такому разнообразию, и не подготовился как следует, хотя, можно ли вообще как-либо подготовится к такому? Все эти краски, свет, шум, люди… все начинает на секунду плыть и крутится перед глазами Боба со шрамом, превращаясь в одно хаотичное пятно новых ощущений… слишком много информации… такое ощущение, что еще чуть-чуть, и голова Красного взорвется от такого количества нового. Шраму пришлось прикрыть уши, чтобы приглушить все эти громкие и не знакомые ему ранее звуки, пока сам он, опираясь на стену, постарался прийти в себя. В этом, как ни странно, помог ему голос Диктора, который разнесся из динамиков дрона. Том спрашивал, что случилось, и как себя чувствует Шрам… На удивление, его голос слышится и вправду обеспокоенным, и видимо именно это то, что позволяет Красному выплыть из этой волны. Ведь Шрама удивила ранее не слышанная интонация. Однако он решил лишь отмахнуться и пробормотал что-то на Бобовском, не желая обсуждать свое состояние с Диктором, списав эту интонацию на звуковую галлюцинацию вызванная его обострением восприятия. Сделав глубокий вдох, чувствуя новые запахи, некоторые приятные, а некоторые не очень, продолжил уверенно идти, хотя в душе он был совсем неуверенным. Проходя по улицам, Шрам каждую секунду мотал головой, чуть не приводя себя к головокружению, чтобы постараться и увидеть побольше, чтобы узнать больше, чтобы почувствовать больше… он и революционеры представляли себе реальный мир, но ни одно воображение Пустынного, Шизофреника или Перца не сравнились бы с реальностью… Тут сердце Шрама слегка кольнуло… команда… как бы они отреагировали на выхождение в реальный мир? На свободу? Даже если эта свобода не обязательно правдива, и Диктор просто обманывает его, чтобы втереться в доверие… все равно, как бы они отреагировали на этот вид? На ощущения ветра, настоящего ветра? На звуки, на людей, реальных людей, а не кукол, которые не имеют никаких отличительных черт. Они бы наверняка были восхищены… Даже Джеймс наверняка бы не устоял такому всплеску нового… А ведь Шрам… Шрам ведь обещал, что они прочувствуют реальный мир вместе… что выйдут на свободу вместе… а он не сдержал обещание… и теперь он чувствует это все, но один… а чего это тогда стоит? — Боб? Бооб! — голос Тома вывел Красного Боба из мыслей — Ты о чём-то сильно задумался… все хорошо? — Шрам, по уже проверенному принципу окончания не начавшегося разговора, отмахнулся и они продолжили идти, ведь благо, Диктор не был из тех кто слишком интересовался состоянием чужого, как минимум у клонов. Тут внимание красного Боба со всех чудес отвлек очень хороший запах. Запах чего-то вкусного, что вызвало у лидера, который и так не ел нормально последний дни, выделение слюны, а также недовольно бурчание живота, желающие напомнить о том, что клону, как и человеку надо кормиться чтобы не помереть. Но несмотря на дикий голод, который получалось сдерживать все эти дни, Шрам промолчал и не пошел туда, ведь дрон вел в одну сторону, а отцепляться от Диктора не хотелось, как бы дикий голод не мучил тело Красного. Все же, он вообще ничего не знает об этом мире, который наверняка наполнен опасностями, как и в Bob Soc, если не больше, к тому же многими неизвестными лидеру вещами. А Диктора, хоть его Красный Боб люто ненавидел даже сейчас, Шрам хотя бы немного, но знал. Однако, Том заметил изменение в лице Шрама, хоть и легкие и мимолетные, но достаточно заметные четкой камере дрона, и смекнув, повел его к источнику запаха, будто бы совершенно случайно, а не потому что заметил голодный взгляд красных глаз. Это оказался стенд с бубликами которые готовились прямо там. Шрам невольно сглотнул выделившуюся слюну. Запах и аппетитный вид играли с его мозгом, который привык лишь к еде низко-среднего качества, может и не злую, но шутку. За стендом стояла пухлая девушка, которая улыбнулась Бобу. Шрам не привык к таким улыбкам. Уж больно искренни и дружелюбно она выглядит, что-то тут не так… он не удивится, если сейчас моргнет, и окажется что все это — просто симуляция, а Диктор вновь играет с ним в злые шутки, мучая и так уже измученного Красного. Но ничего не произошло. Сколько бы лидер не моргал, все оставалось на месте — дорожки, деревья, здания не исчезли, а темное ночное небо не сменила цвет на столь пугающий всех клонов белый цвет. Девушка все еще стояла там, и улыбалась, а запах все еще манил его. — Доброго вечера, молодой человек. Чего пожелаете? — этот вопрос вставил красного Боба в ступор. Что он хочет? Она имеет в виду что из выпечки или вообще? А еще, почему она назвала его молодым человеком? Неужели и вправду он никак не отличается от обычных людей? Что ж, вот это и вправду не плохо, ведь это значит, что его не будут принимать за чужака, а значит меньше возможностей что его атакуют. Но почему она так дружелюбно улыбается ему? Она ведь его совершенно не знает, как и он ее… она делает это чтобы скрыть злые намеренья? Вызвать доверие, а затем атаковать? —Мужчина, берите, берите, бублики свежие, домашние, сама пеку из самой лучшей муки и свежайшего молока. На вкус — объедение, все мои клиенты так говорят… — сказала девушка, посчитав метание клона за неуверенность в том, стоит ли покупать. Что ж.… если она так настаивает… КБ открыл рот, чтобы попытаться ответить, но осознал, что хоть речь людей он прекрасно понимает, сам лишён возможности на ней говорить. Он растерянно что-то извиняющиеся промямлил, и уже шагнул назад чтобы развернутся и быстро уйти, не тратя больше времени девушки, но тут дрон подлетел и остановил его, а затем приблизился к самой продавщице —Простите, у него проблемы с разговором… — извиняясь за клона, сказал Том. — Оу, понимаю, мне очень жаль… — в голосе девушки было слышно сочувствие. — хотите, сделаю скидку? — мне не кажется, что это будет нужным. — отклонил предложение Том — Номер од- Боб, покажи на то, что хочешь… Шрам как то на отвяжись, указал на первый попавшийся бублик. Аппетит резко пропал, а вместо него появилось мерзкое осознание, что как бы Красному не хотелось быть самостоятельным на этой свободе, если она вообще реальна, то он все равно из-за того, что он не имеет дара человеческой речи, полностью зависим от врага, который будет говорить за него. От этого стало настолько плохо, что Шраму совсем перехотелось что-либо есть, но было не удобно перед девушкой. Ведь как-никак, ее время он уже потратил, а отказываться сейчас было бы грубо даже для клона, который никогда не изучал тонкости этикета. Девушка снова улыбнулась. — Океюшки, сейчас тебе такой, как раз из печи и достану. Свежий, вкусный, сладкий… как раз подходит под тебя, дорогуша~ — девушка начала возится с бубликом, не заметив, как красный Боб погрузился в состояние «ошибка 404». При чем тут бублик и он? Почему он подходит ему Красному из-за своих вкусовых качеств? Она намекает на то, что она знает его на вкус? Что это значит? Конечно же девушка ничего не имела под этим в виду. Скорее, эта фраза была сказана из чистого дружелюбия и желания создать у нового клиента приятные ассоциации с местом, дабы он вернулся к ее магазинчику снова. Но Боб со шрамом, что имел навык социализации сравнимый с неловкой лягушкой, воспринял эту фразу буквально, обеспокоенно смотря на девушку, затем на дрона. Томас, что заметил неловкость клона, хотя он и старался это скрыть, поэтому решил помочь. Он подлетел близко к уху клона. Естественно, лидер по привычке отпрянул, но увидев, что Диктор просто хочет ему что-то сказать, он остановился на месте, хоть и напряг мышцы. — успокойся. Это был простой комплимент. — объяснил Том, и отлетел Шрам, судя по всему, успокоился. Но в его голове все еще возникали вопросы. Это был комплимент? Но зачем ей его говорить? Шрам ведь ничего не сделал, чтобы его заслужить. Да и сам был крайне странным — лидер знал, что можно дать комплимент сказав в чем кто-то хорош. Или похвалить за успех. Но сравнивать с едой? Почему? Хотя… что клон со шрамом вообще обдумывает? Для людей это наверняка обычное дело, а он тот, кто ведет себя странно. Если, конечно, это все не симуляция. тогда у Шрама возникнут серьезные вопросы к Диктору о его прописки диалогов у людей. Все это время девушка возилась за столом и ждала, когда бублики испекутся. Боб со шрамом воспользовался этим, чтобы рассмотреть ее и попытаться запомнить. Это наверняка пригодится ему в будущем, как минимум для того, чтобы знать где получить еду. Девушка наконец достала свежо-испеченный бублик и протянула его Шраму, обернутый в салфетку, чтобы тот не обжёгся об горячее хлебобулочное изделие. Хотя, ему и не надо было, ведь толстые кожаные перчатки прекрасно защищали от горячих вещей. — С вас 10 долларов! Стоп, что? Что значит долларов? Шрам призадумался, ища в своем сознании будто бы в библиотеке любую информацию, которая могла бы быть связана с этим словом, ведь оно определенно было ему знакомо. Вроде бы он читал, что доллары — это так называемые «деньги», которыми люди пользуются, чтобы получить на них в обмен что-то. Так вот оно что… она, наверное, «продавец»: люди, которые изготавливают какой-то продукт, а затем меняют его на так называемые доллары. Хотя Шрам и тогда, и все еще не понимает, как какие-то зеленые бумажки могут ровняться еде или другим материалам… мир людей во истину странный, но об этом, он подумает потом, ибо сейчас девушка ждала оплаты, а у Шрама не было денег. Но и в этот раз на помощь пришел Том. Дрон высветил луч света, а потом на месте где упал луч появилась зеленная бумажка с цифрой 10. — Ну и ну, вот это технологии… — восхищенно проговорила она — вы, я как понимаю, элита в нашем городе? Ладно, я вам уже наверное надоела своей болтовней, поэтому приятного вам аппетита! — она помахала им на прощание и вернулась к своим делам, пока Шрам тщательно обдумывая и запоминая новую информацию медленно пошел, залипая на свой «свежий», «вкусный» и наверняка «сладкий» бублик, как описала его продавщица. — Ну же, Первый, чего ждешь? Откусывай! — уж больно радостным голосом проговорил диктор, вызывая тихое цоканье со стороны лидера. Шраму не нужны указания от него. Он сам решит, что ему делать. Поэтому Шрам недовольно нахмурился, и укоризненно посмотрел прямо в дрона, стараясь взглядом передать насколько он не терпит не только указания садиста, но и его самого. И вообще, он согласился на все это только потому, что хочет спасти остальных клонов, и мир тоже. Ведь каков смысл свободы, если мира, в котором можно быть свободным, не останется? А значит заводить какие-либо связи с Диктором он не собирается. — Что ты на меня так смотришь? — с неким недоумением спросил Том. Злой Боб фыркнул, понимая, что Диктор не всегда может правильно прочитать его взгляд, и молча откусил бублик. И тут он остановился, а его зрачки резко сузились, но тут же расширились. Это… было вкусно. Самое вкусное что доводилось Красному есть в своей короткой жизни. Шрам может и не гурман, так как привык к еде не лучше чем в тюрьме в Северной Корее, но даже он мог на сто процентов сказать — этот бублик был определенно отличного качества. — Только ешь маленькими кусочками и медленно, ведь твой желудок наверняка не привы- — под эти слова, красный Боб довольно умял весь бублик одним разом, быстро сжёвывая его. Он понимал, что в словах Диктора была логика, но вкус качественной еды затопил не только вкусовые рецепторы, но и немного продумывание вперед Шрама. К тому же, еда была очень цена в Bob Soc. Найти хорошую еду было редкостью, а если ты и находил — то обязан был умять как можно быстрее, прежде чем на тебя нападут, отберут, и так далее… некоторые привычки остаются навсегда. Хотя… будь кто-нибудь из Фридом тут вместе с ним, он бы не задумываясь, отдал весь бублик бы ему. Ведь он так привык — ставить своих братьев вперед себя, всегда, чтобы не произошло… и видимо они научились этому у него, раз так бесстрашно вставали каждый перед опасностями, защищая друг друга, даже на революции, под страхом смерти. Как же жаль, что этой защиты не хватило чтобы те выжили… лидер снова нахмурился и сжал теперь пустую салфетку в руках. Но их нет. Их тут нет. Их нету рядом. И все по вине этого садиста. И по вине красного тоже. Не поведя он их на эту революцию… может, они бы были и живы сейчас. И плевать, что может быть тогда он никогда бы не выбрался на свободу. Шрам помрачнел. Нет. Хватит. Он должен перестать о них думать. Он должен перестать каждую секунду представлять, как бы они реагировали на то или иное. Это лишь приносит боль. Это лишь приносит эмоции. А эмоции это слабость. Он дал слабину своим эмоциям перед ними, и расслабился, тем самым не уследил, как один из них был жестоко предал его и всю команду, приводя их революцию к краху. Хватит. Он не должен чувствовать. Как минимум не сейчас. Как минимум не рядом с тем, кто забрал у него самых дорогих людей на свете. Он не может показать слабину перед этим садистом. Ведь он тут же воспользуется этой слабостью, это уж точно, и не важно, реальный этот мир или нет. Диктор же, будто не замечая мрачного взгляда, продолжил своим голосом, хоть и красивым для многих людей, но ненавистным столь для злого Боба. Ну, а что ему? Он не знает про все мысли что разрывают сейчас злого Боба изнутри. Да даже если бы и знал, наверняка бы не обратил на них внимание. Он привык игнорировать эмоции клонов. Иначе он бы просто бы не мог проводить эксперименты. Том продолжал рассказывать полезные факты, теперь заводя дело о деньгах: — Как ты понял, Красный, в реальном мире нельзя просто прокрасться на склад и своровать пару банок еды, ведь это крайне аморальный и нечестный поступок — увидев красные глаза Шрама, которые со сдержанным раздражением смотрели на него, Диктор кашлянул — именно поэтому тебе стоит узнать про деньги. Деньги — это валюта, чаще всего из бумаги, однако бывают и из метала, которыми люди пользуются для получения вещей от других. Раньше, люди торговались вещами что были при них — если человек работал фермером, то он менял, то что вырастил, на мясо или другие вещи других людей. Однако со временем, это стало не удобно, ведь, к примеру, если человеку нужна была лишь корзинка зерна, а у него была целая корова, то ему приходилось жертвовать целой коровой для этого, ведь от коровы кусочек не отрежешь. Именно поэтому начали появляться валюты, как деньги. Сначала правда пользовались ракушками, камнями, листьями… но со временем деньги приняли ту форму, с которой мы знакомы сейчас. Деньги это как купон — ты даешь их человеку за вещь, чтобы тот мог позже воспользоваться ими для покупки у другого человека другую вещь, и так до бесконечности. Поэтому, чтобы что-либо получить, ты должен иметь деньги. Ты наверняка спрашиваешь себя — «как мне их получить?» — Шрам не спрашивал. Ибо он хоть немного, но знал, что деньги зарабатываются трудом, причем есть очень много направлений этого самого труда. К тому же, ему казалось, что диктор слишком много повторил это слово в своей лекции. — Для того чтобы получить деньги, надо работать. Направлений работы есть разные, на каждый вкус и цвет. Есть те самые продавцы, которые делают вещи и затем продают людям. Есть строители, которые строят дома и за это получают деньги. Есть программисты, переводчики, ученые… список бесконечен. Но у всех принцип работы один — ты делаешь что-то полезное кому-то, и этот кто-то дает тебе за это деньги. Поэтому у нас будет также — так как спасая клонов, ты будешь делать мне полезно, я тебе буду платить, чтобы ты мог быстрее втечь в реальную жизнь. Номер один что-то тихо прорычал. Еще чего. Не нужны его грязные зеленые бумажки. Он делает это не для денег. Он делает это только ради клонов. Никакой платы ему не надо, и если Диктор считает, что так он сможет хоть как-то заставить Шрама смягчится к нему, то он очень глубоко ошибается. Его не подкупишь. Особенно если ты — Диктор, убивший так много невинных, даже если и с «благородной целью» спасения мира. Слушая длинную и не интересную лекцию Диктора про деньги, они сами и не заметили, как, забрели в тихий, темный, и явно неблагополучный район города. Шрам тут же напрягся, чувствуя, как атмосфера обещает проблемы. — Хм… — дрон покрутился, осматривая местность — а вот и неблагополучные районы города. Тут часто шляются алкоголики, наркозависимые, воры и другие отбросы общества. Нам лучше отсюда поскорее идти, если не хочешь проблем… Шрам был согласен. А что? Он хоть и люто ненавидел Диктора, но он не давал ненависти приглушить логику, ведь так поступают только те, кто не умеют контролировать себя и эмоции, а это всегда приводит к не самым приятным исходам. Логика всегда должна быть превыше всего. Но не успели они свернуть обратно на главную улицу, как послышалось едкое хихиканье. — О нет… я такой смех даже сквозь дрон узнаю… — обеспокоенно пробурчал Том, вспоминая все предыдущие встречи с такими едкими, противными, и ничего хорошего не сулящие смешками. Шрам обернулся, и увидел пару молодых парней, что стояли, облокотившись об стену в тени, недобро скалясь. В руках одного из них блеснул фонарным светом серебряный нож. — Это босяки… взрослые хулиганы, так сказать. Любят проводить свои дни «охранной» своих районов от чужих, слушать ужасную музыку, входить в пьяные драки с другими как они и выжимать деньги и другие ценности у прохожих при помощи ножа… — тихо прошептал Том. Те самые «босяки», или на простом языке: «хулиганы», выпрямились и агрессивной походкой подошли ближе. Шрам сохранил каменное лицо, хотя внутри он все же напрягся. От них сильно чувствовалась если и не опасность, то хотя бы неприязнь. — А эта летающая хреновина права… так что быстро гони что есть, пока мы добрые и не изобьем вас просто за то, что вы тут шляетесь и делаете из себя «интеллигентов». — наглым и почти шипящим голосом сказал первый, походу, главарь их шайки — Да! Мы таких «высокоинтеллектуальных» не любим! Вечно делаете вид что вы лучше нас. — ну, во-первых, так и есть… — тихо прошептал Томас, надеясь, что его не услышат —, не советую. У нас ничего при себе как такого нет. Лучше идите и займитесь делом, а не отжимайте у мирных прохожих ценности, и может тогда вы не будете чувствовать, что все вокруг лучше вас… — крайне спокойным голосом, ответил Томас из динамиков дрона. Казалось, будто его эта ситуация вообще не беспокоит. «Ну, а зачем ему беспокоится? Он ведь сидит в своем безопасном кабинете далеко отсюда, а дронов у него много» — подумал Красный, который в отличие от Тома, был на месте, от того все-таки немного, но был обеспокоен. — Слышь ты, шарик цвета не натурального, заткнись, а? — один из гопников попытался ударить дрон палкой, но тот легко увернулся и взлетел вверх. — Ах, ну да, легче же всего сразу использовать силу, вместо того чтобы проявить немного когнитивных способностей мышления. Вы же в курсе что я могу на вас полицию вызвать за домогательство? — все в том же спокойным тоне продолжил ученный — Че ты сказал? Называешь нас тупыми? — возмутился один из них — Хах, ну давай, давай… да к тому моменту, как эта жирная ленивая мусора приедет, что способна лишь есть пончики и пить кофе из Старбакса, от вас мокрого места не останется… — перебил его другой — А ты, шрамированный, че молчишь, а? Язык что ли проглотил? — гопник угрожающе приблизился, однако Шрам даже бровью не повел. Он имел дела с вещами уж явно пострашнее чем они, да к тому же, наверняка не представляют реальной угрозы, а просто пытаются запугать —Испытываешь, да? Ну хорошо, раз так хочется — тот замахнулся, в желании ударить. Но не тут-то было, ведь этот хулиган совершенно не знал, что Шрам имеет навыки борьбы, которым позавидовал бы любой мастер по единоборствам. К тому же, что те самые навыки он отрабатывал на железных жестких роботах, так что для него человеческое хрупкое тело было как слону дробина. Шрам, плавно увернувшись от удара, схватил гопника за руку и одним резким движением ударил ему коленом в живот, из-за чего тот повалился на пол, покрывая всю улицу чистыми вульгарными словами, из-за чего Шрам невольно цокнул, ведь его уши не привыкли к столь таким низким ругательствам — даже Диктор во время экспериментов пользовался чистыми словами. Двое остальных хулиганов, видя, что их «брата» только что «унизили», яростно напали на Красного, будто бы не понимая, что их судьба в последующие минуты мало чем изменится от другого, уже поваленного на пол, хулигана. Но лидер, почти не меняясь в лице, и не напрягаясь, быстро повалил и их на пол, не прикладывая почти как казалось ему, усилия, да так, что они не могли встать. Убедившись, что они не грозят больше опасности, он фыркнул, отряхивая руки будто от мусора и развернувшись, спокойно пошел дальше. — Вау, не плохо, Номер один! Твои навыки и вправду восхищают. Ты преподнёс им хороший урок, но на будущее скажу — будь осторожен, когда ты дерёшься с людьми, даже в целях самообороны. Ведь если кто-то из них вызовет полицию, то наказан скорее всего будешь ты. Шрам приподнял бровь. И почему? Он может и немногое знает, но вроде бы полиция должна защищать тех, кто в опасности, а не наказывать их? — Да, знаю, очень странно, но, к сожалению, такова политика. Поэтому просто будь осторожнее и не бей так сильно… Не бить так сильно? Вообще, Красный Боб бил их с минимальной силой которая у него была, ведь понимал, что может случайно слишком сильно покалечить их, если ударит с такой же интенсивностью как и железных роботов в Bob Soc… Сильно покалечить… только сейчас лидер внезапно осознал. После того как он ударил по мягкому, считай, хрупкому телу, насколько он может быть опасен, если не рассчитает своей силы… все же, почти все его удары были разработаны для того, чтобы пробивать железных роботов, которые намного сильнее и жестче, чем то же тело… как Диктор их назвал? «Босяки»? Это… было не привычно… он привык ломать сталь, а не кости, которые намного хрупче, чем первое. На самом деле, Шрам даже удивился, что так легко и быстро их повалил… неужели даже опасные люди в обществе такие слабые? Ну… наверное слабые для него, а для остальных людей, у которых не было надобности отрабатывать удары и техники… Этот мир такой странный, и так сильно отличается от мира Красного Боба, в котором он жил — мира, полный страха, голода, холода, выживания и жестокости. А реальный мир… уже сейчас лидер может понять, что этот мир более нежен и дружелюбен. Сможет ли он, тот кто жил лишь в негативном и злом мире, привыкнуть к этому? Сквозь раздумья, они продолжили идти и вышли к пешеходному переходу. Шрам, поглощённый философскими рассуждениями, не заметил, как случайно врезался в одного из прохожих. Тот грубо гавкнул «-Смотри куда прёшь, козел!» и прибавив шаг, поспешил дальше по своим делам. Видимо очень важным, раз он так спешил… и вообще, все люди вокруг клона куда-то спешили… ведь они ни на секунду не останавливались. Такое ощущение было, будто Красный Боб попал в огромный муравейник, где днем и ночью муравьи бегали туда-сюда, трудясь не покладая рук. Но у муравьев была цель их вечной работы — им надо было прокормить королеву и колонию, чтобы обеспечить продолжение существования гнезда… А зачем люди так спешат и вечно бегают туда-сюда? Неужели есть какая-то «матка», которую они также спешат прокормить? Шрам этого не знал, но надеялся узнать поскорее. Ведь чем быстрее он узнает больше об этом мире, значит, меньше шансов что его поймают врасплох. — Грубый человек, не так ли? Тебе стоит привыкать уже сейчас. Люди в больших городах не любят, когда их задерживают, ведь время тут — деньги, а без денег люди не могут жить… Снова он о деньгах. И почему же не могут жить? Он и «Фридом» прекрасно справлялись и без этих «денег»… Но тут клона осенило — он все же клон… Может, в этом и есть главное различие между ним и людьми? Что они жить не могут без этой бумаги, а красному клону кажется, что и без нее хорошо протянет… нет. Это не так. Шрам человек, он это знает. Ведь если бы он считал себя клоном, умер бы так же, как и остальные его собратья. Ведь клоны созданы для того, чтобы мучительно умирать в экспериментах. А он не желал умирать, как и остальные члены команды Фридом. А значит он — что ни есть, самый настоящий человек, как минимум, точно не обычный клон… или хотя бы он на это надеялся. Все же, он имел почти то же самое что и люди которых видел вокруг — два глаза, две руки, две ноги, рот, нос, уши. он слышал, он видел, он чувствовал… это ведь то, что делает из тебя человека, да? Или же нет? Или же, чтобы быть человеком, нужно иметь кое-что дополнительное, то, что на данный момент не имеет Шрам? Но ведь все вокруг относятся к нему как к обычному человеку — кто грубо, кто хорошо… — Запомни — люди бывают крайне жестокими, грубыми, обманчивом, завистливыми и эгоистичными существами… — это Красный знал. Особенно учитывая то, что Диктор, который человек (ну, как минимум, это то как его видят остальные, пока Шрам и его братья видели в нем монстра) был воплощением всех этих качеств. Что ж, если люди такие, то он уж явно не человек. Ведь всю свою не очень длинную жизнь, он прожил, помогая остальным, спасая, ухаживая и воспитывая остальных клонов, чтобы однажды свергнуть тирана и прекратить жестокие эксперименты, и наконец обрести столь желанную свободу… однако, как видимо, этого всего не хватило, раз их теперь больше рядом нет… Сердце лидера вновь больно кольнуло, но он постарался не выдавать ни единой черты на лице, которая могла бы указать на его терзания, и закрыть всю боль пеленой холода. Они подошли к дороге, и Красный Боб остановился, потому что по ней ехали быстро, мчась по дороге, всевозможные машины издавая рычание и бурчание, похожее на звуки какого-то странного дикого животного. Шрам начал осматриваться, ища безопасное место, где можно было бы безопасно перейти, и увидел полоски на дороге, а рядом — толпа, смотрящая на светофор. Такие базовые термины лидер все же знал — на складах хоть и немного, но были книги, из которых КБ вычерпывал не столь важную для него на тот момент информацию, которая оказалась крайне полезной и сейчас. Он подошел к толпе и начал терпеливо ждать, пока на светофоре горела лампочка с красным человечком, стоящим на месте. — Так ты, оказывается, знаешь базовые правила дороги? что ж, хорошо, значит, мне будет меньше объяснять. — подметил Томас, оборачивая дрона в сторону другого конца дороги Шрам закатил глаза и вздохнул. Неужели Диктор воспринимает его за какого-то глупого ребен… а точно, именно так он и воспринимает клонов. Как минимум, так он себя вел во время экспериментов и стычек с командой — вечно указывал на недостатки, глупость, ребячество, уничтожая Бобов не только физически, но и морально, чтобы обеспечить то, что даже если они выживут, у них не будет душевных сил сбегать и продолжать бороться за выживание. Внезапно в толпе кто-то протолкнулся и пробежал рядом со Шрамом — он лишь успел заметить, что это был маленький ребенок лет 6-7. Он радостно побежал прямиков на дорогу, не обращая внимания на то, что знак на светофоре красный. И самое главное, что он не заметил, как на него несется со всей скорости машина. Точнее заметил, но на тот момент было поздно — мальчик выбежал в середину дороги и увидев машину, в страхе замер, пока из толпы послышался напуганный крик женщины. И в этот момент Шрам также сорвался с места. Он не контролировал себя — он просто делал. Делал то, что и делал всегда — спасал. Выработанные рефлексы действовали сами за себя — главное вытащить и спасти, а что дальше будет, и самое главное, что будет с самим лидером — это уже не так важно. Секунда, и он схватил мальчика за руку, оттаскивая со всей силой назад, тем самым машина проехала совсем рядом с ними, но зато не по мальчику. Вся толпа утихла, удивленно перешёптываясь, пока мальчик затрясся и в его глазах появились слезы. Сразу же из толпы выбежала девушка и подхватила ребенка на руки, напуганным, на грани слез причитая: —О боже! Вадик! Дурак ты! Сколько раз я говорила, не отпускать мою руку и ни в коем случае не выбегать на дорогу? Ох, что, если бы тебя сбила машина? — мальчик просто напугано уткнулся в плече матери, разревевшись, ведь для маленького ребенка, который начинает осознавать, что чуть не погиб, это крайне стрессовая ситуация. Как видимо, мать ребенка, повернулась к Шраму и нервно начала говорить: — Пусть боже вас хранит! Спасибо большое! Если бы не вы, то… ох, глупый мой мальчик… спасибо вам, спасибо… как мне вас отблагодарить? Номер один запутанно шагнул назад, отходя от женщины, и неловко поднял руки. Он был удивлен, и больше запутан этим. Она так благодарила его, а за что в принципе? Он лишь делал то, что должен был… он вообще был удивлен, что никто кроме него, не кинулся спасать мальчика. он что-то неловко промычал, и дрон подлетел к нему. — Спасибо, но ему ничего не надо… он сделал это лишь из добрых побуждений. — спасая клона от неловкости, проговорил Том — Ох, спасибо вам… всех слов в мире не хватит, чтобы показать вам, насколько я благодарна… спасибо… пускай судьба отблагодарит вас за это, если не я не могу… Свет изменился на зеленый, и девушка, продолжая благодарить Шрама, пошла вместе с толпой, которая говорила слова восхищения и поддержки в сторону Шрама. А Красный остался стоять, как и стоял, будто бы врос в землю, пока его мозг пытался обработать то, что сейчас произошло. И не то, что мальчика чуть не сбило, нет… а то, как ему балгодарны были люди, и как они говорили столько хороших слов в его сторону за то, что он просто сделал то, что считал правильным… Неужели кинуться и спасти маленького ребенка не является нормой в этом мире, так что если кто-то это делает, это вызывает восхищение и удивление? — Молодец, Первый. Только вышел в свет, а уже геройствуешь… только, пожалуйста, будь осторожнее, сам под колеса не попади… А теперь идем, пока свет снова не стал красным… — Но эти слова пролетели мимо уха Номера один, и тот остался на месте, все еще раздумывая о том что произошло —. хах… Не ожидал их благодарности, не так ли? — снова «читая» Красного Боба, будто открытую книгу, начал Том — Что ж, люди они и вправду эгоистичные, высокомерные, завистливые, лживые, грубые твари. Но они также являются честными, помогающими, добрыми, преданными, благодарными и нежными… И в этом вся прелесть человека — насколько одна сущность может вмешать в себе так много сторон… Так значит, если люди также имеют и хорошие качества, такие же как и у него самого, это значит что Шрам все-таки человек? Или все же нет? Это так странно… так много новой информации, мыслей, что даже для Шрама очень сложно все в себе поместить. Вопросы и ощущения снова нахлынули, помутняя сознание Красного. В голове крутилось множество вопросом — хорошие ли люди, или плохие? И кто он сам? И самое главное… правдиво ли это все? Что если все это — просто симуляция? Он так надеялся, что нет… потому что, хоть он пробыл тут совсем немного, ему хоть чуть-чуть, но начало нравится. Чтобы убедится еще раз, что это не симуляция, чтобы не разочароваться, Красный Боб сильно зажмурил глаза и прикрыл уши, а перед глазами начали мелькать вещи, которые Шрам успел повидать. Но вот из раздумий Шрама вывело пиликанье светофора, который предупреждал что скоро снова свет сменится на красный и обеспокоенный голос диктора, который звал его по имени. Все было на месте. Дорога светофор, машины, люди, яркие здания. Номер один нервно, но также немного спокойно вздохнул, и пихнув руки в карманы, быстро перешёл дорогу. — Знаю, все сложно понять сразу сейчас, но не беспокойся, у тебя еще ооочень много времени бытия тут, так что ты обязательно все поймешь… — снова угадав, о чем думает Боб Номер один, сказал Диктор, и Шрам невольно поежился, начиная беспокоится. Возможно, Диктор внедрил ему какой-нибудь имплант читающий мысли, пока Первый был в коме. — Что ж, думаю, на сегодня экскурсии хватит. Что насчет того, чтобы выйти из города и оттуда уже отправится на твоё первое задание по спасению клонов? Шрам пожал плечами, мол «почему бы и нет», ведь изучение мира всегда может подождать, а его главная цель — помощь своим братьям по несчастью от поглощения Робертом. Дрон повел его за собой. Через некоторое время начало становится все меньше и меньше высоких блестящих и сияющих всем красками зданий, и те сменились на маленькие трех этажные здания, а затем и вовсе на двухэтажные личные дома с двориками. чем дальше они отдалялись от города, тем небо меньше освещалось яркими светами мегаполиса, шум становился слабее, а небо темнее, то что позволяло с каждым шагом видеть больше и больше ярких звезд, блистающие в небе, будто бы пытаясь доказать друг дружке, что она самая яркая из них. Наконец, клон и дрон вышли на зеленоватую поляну, где было темно. Ни одной единственной души. Лишь клон и диктор, следящий за ним сквозь дрона. Ночной бриз слегка колыхал траву и кудрявые поседевшие волосы Первого, пока он задирал голову вверх, к небу, где ему мерцали миллиарды ярких белых огоньков, будто бы кто-то случайно рассыпал в небе драгоценные алмазы. Шрам выдавил из себя тихое «вау», ведь даже столь серьезный лидер не может остаться равнодушным к такой красоте, которую видит вживую впервые. Да, он видел звезды в симуляции. Да, видел их на картинках в книжках. Но ничто не сравнится с реальностью, ведь ни одна камера или симуляция не сможет передать ту яркость и волшебность зрелища… Ребятам бы точно понравилось… они ведь так желали увидеть настоящие звезды… — Восхитительный вид, не так ли? Я знал, что ты оценишь… — тихо сказал Том, не представляя какие мысли сейчас проносятся в голове лидера. Лидер грустно опустил голову. Он и вправду оценил вид. Но он не достоин этого. Он не имеет права наслаждаться этим видом и красотой, пока его братья не рядом с ним. Ведь он обещал, что придет ночь, и они все вместе будут стоять в таком поле, и наслаждаться бескрайним простором, где есть только они, звезды, спокойствие… и Шрам верен своим обещаниям, поэтому не собирается наслаждаться красотой и спокойствием, ведь его любимые братья лишены такой возможности, по его же вине. Диктор заметил это, и сразу понял причину данного поведения. Но решил не комментировать. То ли не хотел ранить сильнее Первого, то ли самому было не легко от этого… ведь кровь клонов все еще на его руках. Решив развеять атмосферу, Диктор заговорил: —И так, как тебе экскурсия? -Шрам открыл рот, но смог выдавить из себя лишь бобовский звук. —Ах точно… постой… — дрон подлетел близко к Шраму — Выдвини руки… Шрам недоверчиво вытянул руки, готовый в любой момент убрать их и врезать по дрону, если Диктор удумает что-то плохое. Но все что дрон сделал — это засветил луч на ладони Шрама и там появились блокнот и ручка. — Это тебе, чтобы ты мог общаться, пока я придумаю что-нибудь, что позволит тебе говорить… а теперь, я повторю вопрос… как тебе экскурсия? Шрам осторожно открыл блокнот и взял ручку, нахмурившись о чем то думая. И что ему ответить? Что он чувствует слишком большой наплыв информации? Что он чувствовал себя не в своей тарелке? Что он каждую минуту боялся, что все это пропадет, и он снова окажется в симуляции? Нет, писать этого он не будет. Все же, маленькое, но чувство такта у него было. Поэтому, медленно, но верно, он криво вычертил корявым подчерком слово «нормально». — Оу, значит я не плохо справляюсь с ролью экскурсовода… может начать подзарабатывать этим? — Том сказал это явно с шуточной интонацией. Однако Шрам, не восприняв шутку, пожал плечами, мол «как хочешь». Все же, с юмором злой Боб не был особо знаком, разве что с каламбурами перца. А слышать шуток от садиста красный вообще не ожидал и не считал смешными, ведь когда тот и шутил, то в желании насмехнуться над клоном что умирал перед его глазами. Том кашлянул, но тут же сменил тему — кхм… и так, уже довольно поздно… думаю, нам пора выдвигаться, если хотим прилететь туда пораньше, чтобы Роберт не добрался до нас. Красный поднял бровь, и в блокноте написал «а как мы туда доберемся?». На этот вопрос дрон просто подлетел очень близко к Шраму, из-за чего тот невольно дернулся назад, напрягая мышцы. — Тебе стоит поспать… иначе не сможешь нормально отправится на свое первое задание… Внезапно, дрон испустил зеленоватый газ прямо в лицо Боба. Тот тут же прикрыл рот и начал отмахиваться от него, кашляя. Но было слишком поздно — все перед глазами поплыло и начало очень сильно клонить в сон. Шрам знал! Он знал, что не стоило доверять ему! Он… Шрам упал на мягкую траву, крепко заснув. Дрон подлетел к нему и осмотрел: —… да, новый сонный газ работает что надо… — дрон испустил луч, который поднял спящее тело шрама в воздух — к сожалению, точек телепортации рядом с нашим местом назначения нету, поэтому придется лететь самим… так будет лучше. Надеюсь, что Первый сможет меня простить… — говоря сам с собой, привычка что была у Тома с очень давних времен, он нажал на комбинацию кнопок, и дрон очень быстро полетел, неся Шрама. Все это время Томас, глава компании Bob Soc и тот самый Диктор, который и устраивал все те эксперименты, сидел около большого экрана, на котором изображалось все что видел дрон. — Да… отлично… — пробормотал блондин, складывая руки напротив лица домиком — Пока что все идет по план- резкий звук открывающихся сзади механических дверей в его кабинет перебил его. Том немного нахмурился, уже зная, кто «помешал» ему —Ах, ты уже здесь… За порог заходят две ноги, обутые в сине белые кроссовки и голубые джинсы. Каждый шаг по железному полу раздается по тихому кабинету эхом. Эти ноги принадлежать маленькой девочке, что выглядит намного меньше своего настоящего возраста, так как ей не повезло с ее низким ростом, одетая в розовую толстовку. Ее кудрявые коричневые волосы, что почему-то так схожи с волосами клонов, слегка двигаются, а единственное что не дает им превратится в гнездо, является вечное болезненное расчесывание и белая заколка в форме символа компании, которая закрепила на голове одну не послушную прядь, которая вечно выбивалась из общего строя. Яркие медово-янтарные глаза тихо всматриваются в полумрак, смотря в спинку кресла хозяина комнаты. Воцарилась мертвая тишина, которую прерывали лишь тихие звуки работы монитора и других механизмов, которыми было утыкано данное помещение. Наконец, девочка приоткрыла рот, разрывая тишину будто бы стрела — Эм… крестный? Ты звал меня? — слегка не уверенно спросила девочка. —… да… подойди ближе… — девочка сделала так, и железные двери за ней захлопнулись с характерным для них звуком, пока сам Том развернулся к ней на своем кресле и осторожно подъехал. —Эмили Смит. — серьезно и холодно позвал Том девочку по имени — нам надо очень серьезно поговорить… —… я не взламывала пентагон в этот раз! Честно! — напугано, Эмма подняла руки вверх в движении «сдаюсь», беспокоясь, что мол своими талантами хакерства она случайно опять попала в передрягу. —Нет, нет, я не об этом… — успокаивающие произнес Том, и девочка облегченно выдохнула, радуясь, что не попала в очередную историю. Но при этом ее выражение лица теперь показывало любопытство и удивление. Ведь о чем может ее крестный, а также опекун на лето говорить с ней таким серьезным голосом? — Эмма… тебе уже 12 лет, и я считаю, что ты достаточно взрослая, чтобы узнать кое-какую правду. Правду о твоем отце… Глаза девочки в удивлении расширились, но тут же грустно потемнели — Н-но…-Эмма скорбно отвела взгляд--мой отец уже давно в коме, и на вряд ли очнется… Разве какие-то вскрытия тайн что-либо изменят? —… в этом то и дело, что он очнулся. Девочка, что являлась родной дочерью великого ученого, резко подняла взгляд, пока ее глаза показывали смешку всевозможных эмоций — удивления, радости и… неверия. Из рта донесся лишь удивленный тихий вздох, который в тихой комнате раздался эхом. Эмма не могла поверить, что оказывается Роберт Смит проснулся. Конец серии.