Глава 127. Предпохмельное состояние

Да-а-а… Дела-а-а… Я так думаю, мне переезжать надо. Подальше. Из Магикса. В более спокойный мирок. Выбор, правда, невелик. Только в соседние измерения. То есть в Обливион, Обсидиан, Бесконечный Океан и Легендариум. И везде, блядь, соседи беспокойные. В первых двух живут жуткие твари и нервная Феникс. Во втором — ёбанные селки и их предводительница. Про последнюю коммуналку я даже говорить не хочу. От туда, правда, психопат переезжать собирается: к нам, но нормальным от этого Легендариум не станет. Всё ещё будет филиалом дурки с душевнобольными. Поэтому пока я в ту вонючую яму даже не смотрю. Элдора вообще сказала, что Артаксерксес — паникёрша. И волнуется по пустякам: Ашерон запечатан крепко, мощной печатью и вытащить его невероятно сложно. Но он действительно почему-то активизировался. Подружки Элдоры тоже переволновались: Легендариум от его действий хорошо встряхнуло. Так что проблемы с Ашероном не ушли, лишь отъехали в долгий ящик. Куда важнее найти держателя Звезды и душу Ин-Мэй. Ощущаю себя в этой ситуации Лукасом. Тоже лбом о стену бьюсь. А в целом по психическому состоянию чувствую я себя… нормально. Да. Это слово идеально описывает мой внутренний мир сейчас. Несмотря на всю опасность вокруг, я не нервничаю. Больше не нервничаю. Наверное потому, что все эти чудесные выходные буду пить. Не просыхая. Меня два дня без бутылки никто не увидит. И компания охрененная. Четыре взрослых мужика, с которыми можно потравить байки. Если про мастера Гюнтера я уже всё знаю, то вот истории королевского кузнеца и главы тайной полиции Светлого Камня послушать интересно… Хотя чего это я чушь несу. В бане генералов нет! Поэтому будут просто житейские истории от уже проживших своё. Раз оформили нашу попойку как политический визит в целях укрепления отношений между Светлым Камнем, Домино и Омегой, обязаны сблизиться. А все знают, что капля алкоголя лучший двигатель… крепкой мужской дружбы! Лукас и Блум, кстати, пришли в себя аномально быстро. Только недавно чахли и мёрзли как розы в холодный апрель, а уже вчера Блум бодро скакала по дому и с ворчанием собирала вещи в Алфею. Так как пропустила открытие учебного года и бал. И была расстроена этим больше, чем нападением на себя. Отпустили Блум, конечно, со скандалом… С её стороны. Мол она не принцесса, чтоб её опекали, да и в Алфее защита какая-то есть. Мне бы тоже не помешало в академию сгонять, чтобы лицом посветить. Хоть Маджи и сказал, что заочное обучение, особенно у артефакторов, отличается от очного, мне всё равно периодически там бывать надо. Хотя в академии должны прекрасно понимать, почему я не явился в первый учебный день. Всё же я официально участвовал в расследовании о нападении. Пытался уловить чужую магию и след. Безрезультатно: там действовал профессионал, что подметила как светлая сторона, так и тёмная. А потом ещё и неофициально сам кабанчиком по посольскому дворцу пробежался. Крылья Беливикса — прикольная вещь, только нихера не сделали. Я лишь несколько раз смог лицезреть, как моего друга и жену крутит в агонии на сцене, и они корчатся на полу, пока их оттаскивают в стороны. Ни где Звезда, ни кто её активировал — узнать не получилось. Крылья не передавали потоки магии, чтобы я по ним, как собака-ищейка, нашёл ублюдка. И это так странно! Её просто нигде не было! Такое чувство, что на неё записали заклинание-таймер или вроде того, и скрыли где-то. Значит, у напавшего был доступ сюда… Ещё и псих какой-то из Легендариума к нам рвётся… Короче, обычная неделя в Магиксе. Совершенно ничего необычного! И завтрак с шумом у нас тоже проходил как обычно. Блум с сосредоточенным лицом мазала шоколадную пасту на батон. Я говорил, чтобы она позавтракала нормально. Миша ковырялась в омлете. А мелкая тварь под столом пыталась сожрать всю банку пасты, протягивая к ней руки, пока я не вижу. Только Флоры не хватает для идиллии, но она пока отказывается жить дома вместо общаги… Хотя наш клоповник от общаги недалеко ушёл. — Чего ты жадничаешь? — пробурчала Макия, когда я снова ударил её по рукам. — Если ты каждое утро будешь жрать по банке, Михаэль будет работать только на то, чтобы прокормить тебя! — я ткнул пальцем в сторону холодильника, где был расписан бюджет на этот месяц. — Цифры посчитай, сколько нам стоит содержать тебя! Как будто жигуль ржавый на постоянном ремонте, а не маленькая девочка! Макия надулась и обиженно залезла обратно под стол, грызть печенье. И оно для неё тоже ограничено. Иначе этот пылесос нас без еды в принципе оставит! Прожорливое бесстыдное создание с черной дырой вместо желудка! Реально противная младшая сестра. — Кстати об этом… Ты же тоже теперь работаешь! Почему тёмные маги ничего не платят? — фыркнула Блум, отхлёбывая чай. Я же замер с вилкой в руках. Опасная тема. Надо аккуратно. Но ответить мне не дал противный писк снизу: — В смысле: не платят?.. Платят! И очень хорошо! Только вы денег не вид… И Макия заткнулась, потому что я пнул её под рёбра посильнее. Нет, я ей точно рот зашью! Чтобы ни жрать, ни пиздеть не могла!.. Но уже поздно. На меня обращено два взгляда. Ой. Ой-ой! Какая тема нехорошая! Что Михаэль, что Блум как-то подозрительно и в упор на меня смотрели. Аж мурашки побежали. — Э-э-э… девочки, — я примирительно улыбнулся. — Чего мы всё о деньгах да о деньгах? Как у вас настроение?.. — Тебе платят? — медленно спросила Блум, игнорируя мой вопрос. — Где деньги? — Блум! Ну что ты как старая жена меня пилишь?.. — Я тебя сейчас реально распилю… Как ты свой бюджет! Михаэль молчала. Но безмолвно соглашалась с Блум и осуждала меня. За проекты по защите мне действительно прилично заплатили. И сейчас работку подкидывают. Но я пустил всё на нужды производства! Никаких сумочек и косметики себе не покупал! — Я купил пару энергокристаллов, ядро для реактора, материалы для артефактов, — начал перечислять я, вспоминая, куда ушла вся получка. — Новую сварочную машину… Корпус и начинку для копировальной… — А в дом ты что принёс? — Блум прищурилась, грозно поднимаясь из-за стола. — Хорошее настроение?.. *** — …вот так меня, короче, из собственного дома и выгнали, — пробурчал я, нарезая овощи для салата, а господин Маджи лишь хмыкнул, ничуть не удивившись. Ещё и сказали, что пока деньги в дом не принесу — могу не возвращаться. Им крысёныш в доме, который ныкает всё себе, не нужен. Да и не очень-то хотелось… Меня и здесь неплохо кормят! Я скосил взгляд на Маджи, который, закатив рукава, с удовольствием мариновал мясо для шашлыка. Я бы даже сказал: лучше, чем дома! У него в заморозке уже лежит говядина и свинина, а сейчас он маринует мясо птицы, и уже от одного аромата у меня слюни текут. Там ещё купаты. Стейки. Жаренные овощи! И арбузик. Такой сочный, сла-а-адкий. В беседке лежит и ждёт, пока я его разрежу. Мне вообще очень нравится участок господина Маджи! Ухоженный, с ровным газоном, большой и крепкой баней. Там даже прудик есть, где какие-то птички живут: с домиком в середине! Я иногда задумываюсь стать его уточкой: кайфовать в воде и ни о чём не париться… — Слушать надо старших, — проворчал Маджи, продолжая наминать мясо. — Я тебе много раз говорил, что жениться — опасно. Хорошую вещь браком не назовут. — Да ладно! Мы не в первый раз так ругаемся… Да и тема пустяковая… — Вообще забудь, что у тебя есть зарплата. Теперь твои деньги — общие. Её деньги — её. От этого стало как-то грустно. К сожалению, Блум нигде работать больше не может. Она слишком важное политическое лицо, ей только принцесской быть, а не еду разносить. Потому у неё договор с родителями: Блум хорошо учится и ведёт себя прилично, а взамен ей дают карманные. Причём тратит она их не на себя, чтоб я тоже мог её упрекнуть! А на дом: фигню всякую покупает. Занавески новые, коврики, какую-то мелочь, мебель. Обустраивает дом, как хочет. Кроме кухни и подвала. Это полностью мои территории. Так что упрёки меня, с одной стороны, справедливы, а с другой стороны — я бизнес делаю! Темка — огонь! Хороших артефакторов днём с огнём не сыщешь, а у меня должные умения есть. Я, блин, учиться даже пошёл. А это уже показатель!.. — Касательно твоего обучения… — вдруг произнёс Маджи, словно мысли мои прочитал. — Я все собранные документы передал в департамент образования, но… — Но?.. — мне это не понравилось. Как и хмурый взгляд, направленный на миску. — Для светлых магов — это неважно, но у нас большую роль играет опекун. Магический опекун… — и Маджи переводит взгляд на меня. — У тебя же него нет? — Не-а, я беспризорник… И на попечительстве у бабушки. Возню с документами на себя взяла Каллисто, ещё когда мы познакомились. Потому что у меня они были только на личину Фела, а вот Феликсом занялась бабуля. Потому сейчас по всем бумажкам я у неё на шее. Но насколько я знаю, магический опекун в этом плане играет другую роль: наставничество в магии. Можно сказать, что это земной аналог крёстного. — У нас свои порядки и традиции, отличные от светлых магов, поэтому тебе надо найти кого-то, иначе возникнут вопросы. Я аж помидор резать перестал. В смысле кого-то? По-моему, на роль моего магического наставника, проводника в мир взрослой магии и фактически второго отца подходит лишь один человек. — Да-а-а… — протянул я загадочно. — Вот так пробле-е-ема! — Очень серьёзная. Взять на попечительство ребёнка — колоссальная ответственность. Я приподнял бровь. Мы сейчас в недотрогу будем играть? В дурачка? По-моему, это моя роль… Нет! Я не дурачок. Повторять это три раза утром и вечером перед едой. — То есть мне нужно найти кого-то ответственного, серьёзного и магически одарённого, верно? — Да, и твоя бабушка вполне подходит. Попроси у неё. Нет, ну как играет! А все вокруг говорят, что у Маджи постное и скучное лицо без капли эмоций. Видимо, свою роль непонимающего невдуплёныша будет играть до конца. А я, как главный актёр всего Магикса, обязан подыграть. — А что это ей даст? — Такие же права как и родителям. Также опекун обязан обучить основам магии к двадцати одному, передать своё искусство… — Маджи задумчиво нахмурился. — А ещё он может следить за тобой и знать, в каком месте ты находишься. Вот от этого меня натурально передёрнуло. Я представил, как Каллисто или, не дай Дракон, мастер Гюнтер смогут найти меня в любой точке мира! Они же меня уничтожат и мозги вытрахают. — Нет! Ни Каллисто, ни уж тем более мастеру такие права я не дам! Это же конец моей свободе! Как я буду по Обливионам скакать? Домино всякие восстанавливать? И лезть в опасные места, если у меня на шее будет поводок. — Как хочешь. У тебя есть кто-то ещё на примете? — Даже не зна-а-аю… Маджи хмуро и недовольно на меня посмотрел, кажется, слегка раздражаясь от моей безучастности. — В общем, разберись с этой проблемой. И занеси документы в отдел образования. Я широко улыбнулся и закивал. В эту игру можно играть вдвоём. *** Знаменательное событие случилось в полдесятого утра. Без фанфар, всего лишь лично Лукас с людьми из мэрии вышел встретить трёх прибывших. Они их на переговоры к себе повели. Приехали черти на Омегу. Типа «дружественная» делегация после мирного договора. Да-да! Даже самая наивная фея не поверит в это. Я прям видел, как недоверчиво у Лукаса лицо вытягивается, когда трое взрослых мужиков с улыбочками отпросились на переговоры с Маджи, после того, как погрели уши в мэрии. Мол он самый адекватный и спокойный из глав, а обсуждать они хотят именно магические вопросы. Хоть бы лица серьёзные держали, а не улыбались, как будто в лотерею выиграли, клоуны. Их в партизаны не берём: за бутылку всё расскажут! И Лукас всё понял, но ничего не мог доказать. Лишь хмурился и пожимал губы, когда трое дебилов со мной под локоток свалили. А ему всего лишь надо было проверить их багаж самостоятельно. — Мастер, Вы ужраться хотите или что? — пробурчал я, подпирая голову рукой. Взгляд невольно падает на стол, где лежит шашлык, который мне пока запретили есть. — Заткнись, сосунок, — Гюнтер хмыкнул, доставая из пакетов бутылки. — Сейчас ты увидишь, как пьют настоящие мужчины. — Вы хотели сказать: нажираются как свиньи? — закатил глаза я, смотря, как пакетов становится всё больше и больше. Мастер как фокусник из одного пакета достаёт другой. И там была не еда. Чисто звон бутылок. Похоже, кто-то по пути пару винно-водочных ограбил. А я сегодня умру от отравления этиловым спиртом. — Мы нажираться не будем, — с улыбкой в приветствии кивнул мне Хаген, когда они с Ксантосом из портала вышли. Куда они отходили — я не знаю. — Культурно посидим. — А я опохмелиться хочу, — пробурчал Ксантос, с приятным пшиком открывая бутылку пива. Прелесть какая. Он, похоже, со вчерашнего дня готовил печень. Гюнтер покачал головой, открывая бутылку лёгкого вина и разливая всем. — А вы хозяина дождаться не хотите? Только я протянул руку, чтобы взять бокал, как её неожиданно перехватила другая рука: прямо справа от меня, как обычно выпивая за меня. — Я уже здесь. *** Это было примерно через пару месяцев, как в стенах храма Стихий появился неугомонный ребёнок. Гюнтер сидел у себя в спальне и мирно просматривал документы перед сном. В камине тихо потрескивали дрова, но само пламя не было единственным источником света: возле дивана стояла большая напольная лампа, под которой Гюнтер, поправляя очки, работал. Зрение в последние годы подводило. Так и до пенсии недалеко… И вдруг по входной двери раздался стук. Настойчивый, мелкий. Гюнтер скосил взгляд. Он всегда по стуку определял, кто к нему заходит. И по звуку, который разносился гораздо ниже роста других паладинов, он понял, кто к нему пришёл в столь поздний час. — И чего ты пришёл? — спросил Гюнтер, когда, встав с кряхтением с дивана, открыл дверь. Конечно же там стояло растрёпанное и заспанное маленькое чудовище, которое тёрло глаза. Пушистый и мягкий плед полностью скрывал тело, отчего торчала только голова, а сам плед волочился по полу. — Уснуть не могу, — фыркнул Феликс и, кутаясь в плед, нагло вошёл в чужую комнату, вальяжно проходя. Гюнтер даже возмутиться не успел, как тот залез на диван с ногами и закутался в плед на манер кокона. Но выгонять его, почему-то, не хотелось. Наверное потому, что Феликс действительно выглядит как лупоглазое милое дитя, которое хочется потискать… Если издалека смотреть. Да и руки тянуть не стоит. Уж больно агрессивное дитя. Вернувшись обратно на диван к документам, Гюнтер вновь погрузился в изучение смет и сопроводительных писем. Как вдруг почувствовал на плече тяжесть и скосил взгляд. Наглое создание бессовестно опёрлось на чужое плечо, почти ложась на Гюнтера. — Я тебе не подушка! Хочешь со мной поспать: иди в кровать! — Вы забрали меня из-под маминой юбки, — пробурчал Феликс сонно, — так что отрабатывайте. Хотелось возмутиться и напомнить, что ему не шесть лет, а уже тринадцать. Раньше молодые люди в этом возрасте экзамены на настоящего мужчину сдавали! А он… нежности какие-то выдаёт. Хотя Феликс с огромной вероятностью фея: на это указывают силы и сильное желание потрепать по щекам, из-за его противного характера никакие нежности не вяжутся. И Гюнтер вновь промолчал. — А что Вы читаете? — раздалось бурчание. — Отчёт от лесников. — Почитайте вслух. — Ты точно оборзел… И под тихое чтение Феликс практически сразу уснул. Тренировки сильно выматывают. И хоть борьба с мечом явно не предназначена для будущей феи, но в будущем всё равно пригодится. *** …от громкого конского ржача трёх рыл мужского пола, я откусываю шашлык прямо с шампура, недовольно его жуя и смотря в пол угрюмым взглядом. Какого хрена эта посиделка превратилась в моё персональное унижение и припоминание всех постыдных историй из детства?! Я тут самый крайний?! Ну не рассчитал немножко, словил белку от жёстких линфеевских настоек. Смеяться-то зачем?.. — Это, конечно, забавно… но тебе не кажется, что спаивать ребёнка — слегка непедагогично? — и лишь Маджи не посмеялся с рассказанной истории о моих первых попытках быть «взрослым», а сидел каким-то пришибленным. Если сначала Гюнтер вспомнил что-то милое, отчего я даже улыбался, то сейчас его рассказы о моём детстве вгоняли Маджи каждый раз в конкретный такой ахуй. То на меня стена развалин упала, где я отрабатывал приёмы. То изрезал себя и почти лысым оставил. А в другой раз не успел «заземлиться» после двухсот грамм коньяка и упал мордой в пол. Так и провалявшись до самого утра. — Непедагогично — лишать опыта и дикого желания набить шишек на себе! — тяжёлая нога задорно пнула меня под коленку, и я не стерпел: злобно ударил в ответ. — А что именно ты видел? — поинтересовался Хаген, посмеиваясь в густую бороду. — Какая разница?! — и я кидаю злобный взгляд на мастера. — А что же Вы, дядь Гю, не рассказываете, как до белой горячки нажрались и практически голым в лес побежали барабашек ловить? Наступило молчание. Я победно ухмыльнулся, но он вдруг пожал плечами и безразлично протянул: — И? Мне кажется, это у всех было. И все реально, блядь, закивали! Даже господин Маджи — идеал в моих глазах, начал рассказывать про свои случаи галлюцинаций во время запоев. Как демонов видел и изгнать их пытался. Куда я попал?.. *** — В штанишки от смеха не описайтесь. Хотя в Вашем возрасте это нормально, — пробурчал я, чуть пошатываясь, но ловко попадая по бильярдному шару и забивая свой красный. Кто бы мог подумать, что у Маджи в подвале окажется ещё и бильярд?! Но я всё равно в восторге!.. Хотя и играю сейчас просто ужасно из-за головокружения. Как бы вновь лицом о пол не заземлиться. Потому что мне на сегодня выпитого хватит. Я только недавно в себя пришёл и обнаружил, что мы с участка каким-то образом переместились в дом. — Ты, молокососка, про возраст не заикайся, а то выгоним! — хмыкнул Гюнтер, вставая напротив и на мою зависть элегантным, но мощным, размашистым движением забивая сразу два синих. Просто я слишком пьян! А эти кремени привыкли по-чёрному лопать. И играть в бильярд по градусом очень сложно: кий по руке шатается и прицелится не может. Ещё и заносит меня слегка. Кажется, это мой предел… — Феликс… — вдруг раздался голос со стороны барной стойки. — Пойдём-ка распарим тебя, а то совсем плохо. Я не успел возразить, как Ксантос ловко схватил меня под локоть, уводя от игры. Он единственный не играл, потому что трое против одного с половиной — было бы нечестно. — Забираете моего напарника? — Тёмному магу в одиночку против толпы паладинов сражаться не привыкать, — хмыкнул Хаген и, судя по звуку, ударил по шарам. И прежде, чем меня вытащили на улицу, я услышал лишь хриплый из-за кальяна смех Маджи. Ксантос же молчал, что мне не особо понравилось. Так как до этого он также, как и остальные, безостановочно пиздел, рассказывая забавные истории с работы. Несмотря на высокую и руководяющую должность, он обожает сам периодически выезжать на расследования. И после этих историй: как он людей упаковывал в космолёты и СИЗО; собирал контрафактную литературу, где паладины непотребством занимаются; разгонял шествия извращенцев, ходивших полуголыми по улицам «в честь Дракона», я понял, кто он по жизни. Гестаповец. В бане, куда мы пришли, было хорошо. Очень-очень хорошо. Она только-только нагрелась, и мы планировали после пары игр пойти париться. Но Ксантосу, зачем-то, нужно было срочно со мной поговорить. Не просто так он меня единственного позвал попариться! — Ох! Теперь я наконец-то могу говорить прямо. На Омеге сучки меня не услышат. Я аж бровь от удивления приподнял. Это о ком же уважаемый паладин так нелестно отзывается?.. Ксантос же, широко расставив ноги и уперев в колени локти, внимательно смотрел на меня. — Ты всё ныл о том, что тебя не взяли на «революцию»? Что же, мои планы гораздо выше этих детских игр. — Да ну? — хмыкнул я, не особо веря в эти слова. — Против настоящих правителей Магикса. Точнее, правительниц, хозяек Совета Магикса и самых сильных фей… — Ксантос скривился. — Клэриэль и её подружек. Я замер с ковшом в руках. А он, не замечая моей заминки, недовольно продолжал: — Эти бабы — ёбанное зло… Неёбанное, точнее. От того и зло. Лютые. Беспощадные. Они никогда и ничего своими ручками не сделают: всё на нас и Совет валят. Не-е-ет… Я не хочу! Не хочу! Только не против Клэриэль. Дайте я лучше Валтора ещё пару раз отпизжу, чем дорогу этой жуткой нимфе перейду. Или с Ашероном смахнусь. — Я когда на свою должность вступал, даже не думал, что меня так за яйца схватят. Там хватка ух! — он дёрнул рукой, а я беспомощно смотрел, как Ксантос сжимает кулак. — Железная. Верю. Там даже не хватка, а мощные челюсти с сотней острых зубов как у морских хищников. — Все, кого ты видел на нашей стороне — их собачки. Или покорные, или на цепи. Но все. — И ты хочешь выступить против них? — уточнил я недоверчиво, заливая раскалённые камни водой и вызывая пар. Ох, какой запах! Ёлочки… — Когда мы ослабим их! То, что сделали Айсис с Омегой — мирные переговоры. А мы устроим настоящую вакханалию, настоящую революцию!.. Я не хочу быть под туфелькой у мужененавистницы! — искренне возмутился он под конец, когда я забрался к нему на полку. — Я тоже… Но что предлагаешь делать? — Лишить их титулов нимф Магикса, — уверенно заявил Ксантос и так же уверенно добавил: — Только я хер знает, как сделать это. — Нимфой Магикса можно стать только при уникальном превращении, — сразу выдал я их секрет. — Уникальном, говоришь… Я без понятия, какие там у них превращения, но точно знаю, что у каждой есть Беливикс. Ага… Какая интересная информация. Как хорошо, что она мне не пригодится… Пожалуйста! У этой Клэриэль просто ужасно пронзительный взгляд. Как будто она насквозь видит. И фальшивая улыбка ощущается так искренне! — А почему именно Беливикс? — Потому что он даёт силы от веры. А теперь представь, сколько людей «верят» в нимф. — Я тебя понял, нужно… — Узнать их уникальные превращения и заставить каких-то фей получить их, — сам себе кивнул Ксантос. Ну… Я нашёл ребёнку занятие. Пусть ищет. Одно дело революция против Эраклиона. А второе — против нимф. Не-не! Звучит как опасное занятие, не предназначеное для маленьких феечек. Эти бабёнки легко историю переписывают. Не дай Дракон убьют меня, а в будущем люди будут спрашивать: «а был ли мальчик?» Я лучше вон, тёмных лордов поддразню… От воспоминаний тихий смех выходит сам по себе. — Что? — История вспомнилась. И я с хитрой улыбкой начал рассказывать историю про Лукаса. Его взбунтовавшиеся силы. И каких-то извращенцев, не знающих о личных границах. Пусть сегодня не один я опозорен буду. *** — Ты чего такой кислый? — спросил я у Лукаса, зевая и потягиваясь. Он только недавно из коматозного состояния вышел, потому, вроде как, должен счастливым ходить. А тут хмурой тучкой над документами сидит. Возможно причина во мне: я нагло сижу на его столе, качая ногами. И своей довольной рожей всю рабочую атмосферу порчу. — Обещаешь не смеяться? — пробурчал он, не поднимая взгляда. — Не-а. Если это весело — буду ржать до упаду. Лукас не ответил, а я, закатив глаза, и, изгибаясь вперёд, начал пинать его по ногам. Мне, может, любопытно стало?! — В последнее время мне немного тяжело поддерживать контроль над тенями, — сдавшись, начал он с нескрываемой неловкостью в голосе. — И я, как в детстве, слышу через них всё, что происходит в замке… — Гадости про себя услышал? Что ты деспот? Малявка? На девочку похож? — Если бы… — он нервно выдохнул, чуть отъезжая на стуле к окну. — Там на… Там на третьем этаже… — Ну? — не выдержал я его ужимок. — Блудят! И его лицо полностью покраснело, аж на шею зашло, отчего Лукас тут же прикрылся руками. Мне даже показалось, что его пальцы покраснели. — Что-что? Сексом, что ли, занимаются? Он скромно кивнул, не убирая рук от лица. А вот это уже интересно. Очень-очень интересно!.. Но меня кое-что сильно смутило. — И ты это слушаешь?.. — Ну не приду же я туда в самый разгар их!.. — он растопырил пальцы, смотря на меня с надеждой и просьбой. — Может, ты поговоришь, а? Кроме тебя мне не к кому пойти с такой… специфической просьбой. Да мне не сложно… Но зачем? Зачем рушить всё веселье и лишать людей жизненного урока? — Они сейчас там? — Угу… Я уверенно спрыгнул со стола и подошёл к окну, распахивая его. В руках появился громкоговоритель, и я ещё магией голос усилил, чтобы до каждого в замке дошло моё послание! — Что ты делаешь?.. — Уважаемые гости и работники замка! Убедительная просьба соблюдать правила пребывания на территории господина Тёмного Лорда и не предаваться разврату в стенах храма! — прокричал я, чувствуя, как от давления магии чуть дрожат стены. — Он прекрасно слышит, как вы трётесь обнажёнными телами, и крайне недоволен вашим поведением. Особенно это касается молодых, или не очень, людей на третьем этаже. Спасибо за внимание! И я довольно отхожу от окна, закрывая его. Ишь ты! Порностудию в замке лорда устроили! Лишь начальство имеет право совокуплять подчинённых: но исключительно в голову… Только почему-то возмущений не слышно? А когда я обернулся: Лукаса нигде не было… Ага! А чей это плащик из шкафа торчит? Я подошёл поближе и чуть дёрнул его, получая в ответ истеричный визг: — Я не выйду отсюда! Я помру здесь со стыда! — Зато разврата не будет!.. — Пошёл вон! И даже не поблагодарил, засранец мелкий. *** — …господин Маджи, я Вам честно говорю: он пиздит! — визжал я как потерпевший на очередную историю. Мол я монстра в деревню привёл. Не было такого! Она сама за мной увязалась! — Ну-ка! — мне по голове прилетел смачный подзатыльник веником, и я чуть с полки не грохнулся. — Пизжу я! Как же. Да там такой вой поднялся, что в ушах заложило! — Где ты мантикору нашёл-то? — Не было такого! *** Я никогда не думал, что мой наставник настолько пиздлявый. Он рассказал про меня всё: самые стыдные, ужасные, грустные моменты. Я сидел весь красный, даже не от жары парной, а от стыда. Оказывается, это чувство во мне есть. И его полным полно. Особенно, когда унижение чести и достоинства происходит перед авторитетным человеком! В ход шли все истории. Как я лицом шлёпнулся в коровью лепёшку. Как я чуть в зыбучих песках не помер. Языком к мечу прилип. Вот этот эпизод точно случайно произошёл! Мне просто стало интересно, можно ли прилипнуть к магической стали. — Ещё что вспомнил! Эта история про Феликса и его пубертат!.. Честно? Я уже не реагировал, просто смотрел вперёд, прижавшись к горячей стене, и думал, как лучше сдохнуть. Потому что жить с мыслями, что мои секреты знают — не могу. Надо написать предсмертную записку и завещание. С последним всё просто: все мои пожитки уходят к жене. Подвал со всем содержимым — Макии. Огород — Флоре. Мише — артефакты, вроде Капли и меча Бездны. А записка… «Все мы будем гореть в аду. Я за блуд, а вы, суки, за зависть!» — …к нашему лекарю шары катил, представляете! Думал, что девчонка перед ним! На смех у меня реакции не было. Я уже морально мёртв. Гюнтер опозорил меня и перед моим союзником — Ксантосом, который ржал как конь от каждой истории. И перед Хагеном, которого я первые в жизни вижу, но который уже составил обо мне ясный портрет. И перед господином Маджи, который раньше не смеялся, а теперь хихикает с каждой истории!.. Нет. Хватит! Нет мне жизни на этой земле. Пойду подохну бесславно! — Ты куда? — спросил меня Гюнтер, когда я спрыгнул с банной полки и пошёл на выход из парной. — На дереве повешусь, — безразлично ответил я. — Только не на дубу, — предупредил Маджи. — У него веточки слабые: сорвёшься. — И салат порежь. — И пива захвати! Суки. Су-ки.