Часть 6

Ему всегда казалось, что он не будет скучать по дому. Оказалось, что он ошибался. Не то чтобы он прям скучал, но было очень приятно гулять по родному поместью, наслаждаться красотой своего сада и ощущать себя на своей территории. Четыри года назад его приняли на курсы по укреплению и расширению территории их городка. Жителей стало слишком много, магия скапливалась, создавая магические выплески, и сам Теодор хотел освоить новые умения. После принятия предложения ему пришлось переехать без возможности вернуться на четыри года. Его приезд был долгожданным. Вся округа собралась у поместья, чтобы встретить Теодора, увидеть его после столь долгого отсутствия. Из-за этого пришлось организовать открытый пир, на который был приглашен каждый желающий. Радовало ли это Теодора? Нет. Однако таков был указ главы, и противиться этому было невозможно. Теодор шагнул в коридор, поправляя манжеты своего костюма, и с раздражением замечал, как всё вокруг превращается в театральное зрелище. Он взглянул на окрестности поместья, представляя, как здесь будет шумно и многолюдно. Спускаясь по лестнице, он кивнул дамам, которые были старше его лет на трое. Те начали противно хихикать. Отвратительно. С каждым шагом толпа становилась всё гуще. Здесь обменивались приветствиями, раздавались рукопожатия, выжидательные улыбки, и поднимались голосовые сплетни. Кто-то делился последними новостями, кто-то издевается или шутит. Казалось, что все вокруг были готовы лишь к одному — к шоу. Глубоко вздохнув, он пробрался через толпу, избегая ненужных разговоров, и, наконец, подошел к своему месту. Вот-вот начнется пир.

***

Пир начался. Глава, стояла на возвышении, подняли бокал и начали произносить свою речь. Все вокруг слушали его с уважением, поднимая кубки в знак почтения. Зал был полон, и атмосфера наполнилась музыкой, танцами и традиционными обрядами, которые сопровождали этот вечер. Теодор, присев на свое место, взял кубок с вином и слегка пригубил его, оглядывая зал. Людей было настолько много, что даже знакомые лица терялись в толпе Почувствовал резкий укол в груди, как острое напоминание о прошлом. Стараясь отогнать не очень хорошие мысли, Теодор поднялся со своего места, бросив быстрый взгляд в сторону Малфоя, и направился к занавесам, отделяющим одну часть зала от другой. Там, в уединении, он достал кулон, спрятанный под мантию. Металл был горячим, почти обжигающим, из-за чего сердце сжалось от воспоминаний. Гермиона. Как же тяжело дались эти года без неё. Всё, что они пережили, всё, что связывало их — теперь это казалось таким далёким. Он не сказал ей ни слова о своей поездке, и с каждым днём, проведённым в разлуке, он чувствовал, как она всё меньше верит в него. Это терзало его. Он знал, какие шаги она делает в магии, как растёт и развивается. Он знает, чем она занимается и с кем общается.. но, несмотря на всё это, он также знал, что она всё ещё носит его кулон. Он крепко сжал его в руке, ощущая тепло металла, как последнее напоминание о том, что связывало их. "Скоро", — прошептал он себе, — "скоро всё будет иначе". Когда пир закончится, он пойдёт к ней. Он не мог позволить себе больше откладывать этот момент. Он знал, что их встреча будет сложной, что ей будет трудно простить его молчание и отсутствие, но он был готов. Он не мог больше жить в разрыве с ней. В его сердце, несмотря на все сомнения, оставалась одна неизменная мысль: он скоро увидит её. И это, несмотря на всё, что было между ними, было тем, что придавало смысл его существованию. Убедившись, что кулон остыл, Тео осторожно спрятал его под мантию, поправил волосы и вернулся в зал. Начиналась вторая часть мероприятия — музыка становилась тише, а люди начинали рассеиваться по столам. Шум успокаивался, и Теодор снова оказался поглощён атмосферой праздника. Если бы он подержал кулон в руках хотя бы ещё немного, он бы заметил надпись, которая появилась на его поверхности. Тонкие буквы, как бы выведенные невидимым светом, стали видны на внутренней стороне кулона: "periculum". Опасность. Она была в опасности.

***

Как только дверь захлопнулась, Гермиона почувствовала, как её руки сжимаются верёвками. Тугие петли плотно обвили запястья, заставляя кожу жечь от напряжения. Сбоку раздались испуганные слова: «О, мамочки!» Гермиона обернулась и увидела, как сотни глаз устремлены на их группу. Весь зал молчал, как будто все замерли в ожидании чего-то прекрасного. Верёвки стали ещё туже, девушки пытаясь придвинуться друг к другу, почувствовали, как их связывают всё сильнее. Время замедлилось, и каждое нове движение давалось с трудом. Гермиона с тревогой заметила, как из темноты зала появляются новые фигуры, а с ними — угроза, нависающая над ними. Не прошло и минуты, как один из мужчин, стоявших рядом, схватил Гермиону за запястье и грубо оттащил её от подруг. В ответ на её попытку вырваться, он ещё сильнее сжал её руку, заставив её застонать от боли. — Отпустите её, придурок! — крикнула Джинни, её голос был полон ярости и отчаяния. Но она не заметила, что за её спиной стояла ещё одна фигура. Теперь все трое оказались в центре зала, окружённые взглядом множества людей. Гермиона почувствовала, что это были не просто люди. Кто-то шептал, кто-то хихикал в углу, кто-то, напротив, просто пристально смотрел. Тела некоторых присутствующих были странно неестественными, а поведение — натянутым и зловещим. Среди них были те, кто, как она знала, не принадлежал к миру людей. Гермиона почувствовала, как за её спиной раздался низкий, угрожающий рык. Оборотень. Он был близко, и его дыхание было слышно, как глухой рычание, готовое к атаке. Гермиона интуитивно напряглась, но верёвки сжимались так сильно, что она не могла даже попытаться двинуться. Перед ней стояла группа вампиров. Их бледные лица почти не выражали эмоций, но глаза горели, и они следили за каждым её движением. Гермиона почувствовала их взгляд, пронизывающий её, как будто они видели её насквозь. Это были не просто маги, это были существа, которых она видела только в старинных книгах, и теперь они были так близко, что их присутствие заставляло кровь застывать в жилах. Сбоку, как бы ненароком, стояла ещё одна группа — дамы с идеально ухоженными волосами и невероятно красивыми лицами. Вейлы. Легенды о них всегда пугали её, и теперь, когда она видела их вживую, её кожу охватил холод. Каждая их улыбка была угрозой, и их молчание было более страшным, чем любой крик. Каждая из них была искусна в манипуляциях, и их чарующие голоса могли свести с ума любого. Гермиона почувствовала, как её сердце начинает колотиться. Она перебирала в голове все возможные варианты спасения, но понимала, что с каждой секундой её шанс на выживание уменьшался. Эти существа не испытывали жалости. Всё, что они хотели — это шоу, это игра с человеческими судьбами. — В этот прекрасный вечер мы, от нашего рода, хотим преподнести вам подарок, — раздался холодный голос мужчины, стоявшего за спиной Джинни. Он шагнул вперёд, — Нам кажется, что каждому из нас будет приятно увидеть господина Нотта в деле. — Он сделал паузу, его глаза сверкнули, когда он взглянул на Гермиону, а затем продолжил: — А если господин откажет... — его голос стал насмешливым, — то вы просто насладитесь этим прекрасным созданием. С этими словами он приблизился к Гермионе и наклонился к её шее. Его дыхание было горячим и настойчивым, когда он вдохнул её запах, как если бы она была его добычей. Его руки сжимались вокруг её запястий, и она почувствовала, как теряет способность дышать. Это не был просто человек, перед ней стояло существо, которое наслаждалось её страхом. Толпа зашумела, зааплодировала, и одобрительные возгласы стали громче. Все присутствующие наслаждались её страхом. Ища спасение, Гермиона подняла глаза перед собой и увидела его. Теодор Нотт. Он сидел за столом прямо перед ней, его глаза устремлены на неё. Они обменялись взглядами, и в этот момент Гермиона почувствовала, как кулон на её шее начал пульсировать. Это было не очень хорошо. — Господин, готовы ли вы принять наш подарок? — произнёс один из мужчин, стоящий сзади Полумны,. Гермиона следила за каждым движением Теодора, не веря своим глазам. Это был он. Она не ошибалась. Он действительно был здесь. Оставил без объяснений. Он её бросил. Девушка почувствовала, как ярость постепенно наполняет её грудь. Теодор, казалось, не заметил её гнева. Он просто продолжал смотреть на неё, не отрывая взгляда ни на секунду. — Мне кажется, ты понравилась нашему господину, — раздался насмешливый голос сзади, и Гермиона почувствовала, как раздражение накатывает на неё с новой силой. Она взглянула на Джинни. Та была бледнее стены, её глаза блестели от страха. Парни, стоявшие рядом с ними, держались с закрытыми глазами, как если бы не хотели видеть происходящее. Полумна пыталась сдержать слёзы, её лицо было искажено от ужаса. — Отпустите нас, — прошептала Гермиона, надеясь, что мужчина услышит её. Тот лишь засмеялся, сильнее сжав талию девушки своей рукой — И что мне за это будет, ангелок? — произнёс он с язвительной улыбкой. В этот момент раздался звук, и Гермиона подняла голову увидев движение — кто-то бросился к ним. Один из мужчин толкнул её в бок, и в этот момент начался переполох. Крики и беготня заполнили зал. Гермиона, ощущая, как её душит паника, пыталась вырваться из рук мужчины. Её сердце бешено колотилось. Толпа рванула в разные стороны, а всё вокруг превращалось в хаос. Ударив мужчину в живот, Гермиона вырвалась из его хватки. Всё вокруг было как в тумане — заклинания летели со всех сторон, раздавались крики, рушились стены, а люстры качались с потолка. Гермиона оглянулась, пытаясь найти подруг, но в этой толпе их было не видно. Зато она не потеряла из виду парней-вампиров, которые стояли рядом. Их лица были полны жестокого наслаждения, и она чувствовала, как её гнев растёт с каждой секундой. Произнося заклинания одно за другим, Гермиона выплёскивала свой гнев на Теодора, на тех, кто привёл её сюда, и, не меньше, на себя. Она не заметила, как её удачные удары и магия стали сыпаться без остановки, её силы не ослабевали, а, наоборот, лишь разгорались. С каждым шагом она приближалась к выходу, но ощущала, как внутреннее напряжение нарастает. Её взгляд наконец зацепился за Джинни. Той явно нужна была помошь. Гермиона даже не успела ничего сделать, как почувствовала удар в бок. Тело чуть поддалось, теряя равновесие. Всё вокруг начинало вращаться, и она почувствовала, как теряет контроль. Люди вокруг трансгрессировали, крича. Запах крови становился всё сильнее. Гермиона видела, как к ней стремительно приближается оборотень — который вот-вот преобразится. Кулон на её шее начал пылать огнём, а этот пожар проникал в её тело, заставив её нервничать ещё сильнее. Но прежде чем она успела что-то предпринять, перед ней возникла чёрная фигура, которая одним движением отбросила оборотня в сторону. — Ангел мой... — раздался голос, знакомый, низкий и уверенный. Гермиона почувствовала, как чьи-то руки прикоснулись к её лбу и ладоням. Это было нежно, успокаивающе, как будто всё вокруг только что замерло. — Всё будет хорошо. Всё уже кончилось, ангелок мой, — продолжил он, его слова звучали как обещание. Это были последние слова, которые она услышала, прежде чем мир потускнел, а тело начало терять силы.

***

Последней каплей стали слова: «Ангелок мой» этого проклятого оборотня. Тео невольно сжал кулаки и взглянул влево, кивнув головой Малфою. Тот вышел из толпы, собираясь подойти к девушке. Ситуация быстро изменилась: Лестрейндж, Яксли, Роули и толпа, которая начала насылать атаки. Видимость в зале ухудшилась: плотная толпа, дым и магия, пронизывающая воздух. Он потерял из виду Гермиону. В это время заклинания, как дождь, обрушивались в его сторону, заставляя действовать быстро и беспощадно. Увидев рыжую девушку, он отбросил атакующих в её радиусе. Прямо перед ним, в конце зала, мелькнула кудрявая макушка. Гермиона. Тео почувствовал, как сердце пропустило удар. Она была сбоку от происходящего, и это заставило Тео почувствовать облегчение, хотя и временное. Он быстро отклонил несколько атакующих заклинаний, отправив их в сторону. Его внимание было сосредоточено на девушке. Пытаясь пробраться вперёд, что было крайне трудно, так как толпа действовала в противоположном направлении. Подмечая, как активно действовала Гермиона, отбиваясь от врагов; её заклинания летели с молниеносной скоростью и точностью. Тео восхищался её силой и грацией — она была прекрасна, как и зла. С каждым её движением становилось понятно, что она не просто защищалась — она была на высоте. Гермиона была почти у выхода, но её глаза метались по сторонам, она явно не забывала своих друзей. Теодор решительно пробил дорогу через группу впереди и перешёл на бег. В момент, когда он был на шаг от неё, мгновенная невнимательность стоила всего: одно из заклинаний, летящих в его сторону, не достигло цели и поразило Гермиону. Разумеется, для него не было ни секунды сомнений. Его магия мгновенно преобразовалась в стремление защитить её. Он блокировал несколько атакующих заклинаний, которые летели с разных сторон, а потом, шагая вперёд, оказался перед Гермионой. В его руках уже была палочка, и он использовал её с мощью, что позволяла отбить яростное нападение оборотня, который уже готовился нанести смертельный удар. Откидывая оборотня от неё и прижая к стене, стискивая его горло руками. - Ну же, Сивый, что ты хотел ей сказать или, может, показать? - тот начал хрипеть и хвататься за руки парня. Чуть расслабив хватку, мужчина сразу начал кашлять. - Я задал вопрос, Фенрир, не красиво оставлять меня без ответа. Тот замотал головой. - Да, мой повелитель. Тео прикусил к щеку, чтобы не задушить его прямо сейчас. - Повелитель, прошу, отпустите меня, мы всегда можем стереть ей память... -Тео повернул голову в сторону Гермионы, которая начала терять сознание. - Никто, слышишь, никто не смеет даже думать о таком, не то что делать. Она неприкосновенна, и передай это всем там, наверху. Последнее, что увидел мужчина, - это зеленую вспышку перед собой.

***

Это пробуждение было гораздо приятнее. Повернув голову вбок, Гермиона почувствовала щекой холодную подушку. Она была укрыта тёплым пледом, а сверху — одеялом, который, казалось, был пропитан запахом трав и специй. В комнате пахло таблетками, а если быть точнее — зельями. Вдохнув чуть глубже, Гермиона уловила запах мяты, который на мгновение расслабил её. Сбоку от неё скрипнула дверь, и вслед за этим раздались шаги по комнате. Почувствовав, как кровать прогибается под весом входящего, Гермиона ещё сильнее прижалась к постели, стараясь не подать вида, что уже проснулась. — Я знаю, что ты не спишь, Гермиона, — произнес знакомый голос. Она почувствовала ладонь на своём лбу, холодную, как лед, но такую знакомую и успокаивающую. Звуки открытия флакона, а затем его прикосновение к губам — Гермиона приоткрыла рот, принимая зелье. Сразу же по её телу пробежала волна тепла, и боль отступила. — Сейчас полегчает, ангелок, — произнес знакомый голос. Он был одновременно родным и успокаивающим, но в то же время невыносимо настораживающим. Гермиона вздрогнула, почувствовав, как быстро её мысли начали путаться. Она лежала в тишине, пытаясь собрать себя в кучку. Вдох за вдохом, напряжение начало постепенно уходить. Минуты тянулись, силы возвращались. Гермиона решила, что пришло время взглянуть на того, кто так долго не был рядом. Повернувшись на бок, открыла глаза и увидела… лишь стену, украшенную картиной в золочёной раме. Картина изображала ночной пейзаж, полотно было ярким, живым. — Это авторская работа моего дяди, — раздался голос, как будто в ответ на её молчаливый вопрос. Гермиона с трудом перевела взгляд с картины на фигуру, которая стояла рядом. Тот же взгляд, те же глаза, что она помнила. Ни капельки не изменившаяся, хотя прошло столько лет. Никаких сомнений — это был он. Теодор Нотт. Он здесь, прямо перед ней, живой и целый. Слишком долго она убеждала себя, что это невозможно. Парень аккуратно подошёл к краю кровати, медленно опускаясь на уровень глаз девушки. Он нежно взял её ладонь в свои, взглянув в глаза с такой искренностью, что Гермиона не могла сдержать слёзы. Но в то же время её душу охватывал холод, как будто она была не готова к тому, чтобы снова поверить в него. — Ангел, я... — его голос звучал так мягко, что девушка почти не узнала его. Тео осторожно наклонился к ней, но она не позволила ему продолжить, сжала губы, подавляя тот сдавленный, болезненный крик, который уже почти сорвался. — Я думала, что выдумала тебя, — проговорила она, вглядываясь в его лицо, как в зеркала. — Я думала, что тебя не существовало. Я думала, что ты меня кинул. Чувствуя, как глаза наполняются слезами, Гермиона закрыла их, пытаясь сдержать комок в горле. Она могла чувствовать, как тяжело ей дышать, как трудно выдохнуть, когда внутри неё всё сжимается, отказываясь верить в происходящее. Но его руки, его прикосновения, его голос — они были реальны. Тео, не отрывая взгляда, наклонился ближе, касаясь её щеки ладонью, будто бы стараясь стереть все сомнения с её лица. Гермиона едва сдерживалась, чтобы не оттолкнуть его, не побежать в угол и не закричать. — Я знаю, ангел, знаю… Я безумно виноват перед тобой. Мне пришлось покинуть город. У меня не было даже минуты, чтобы написать тебе. Но теперь я здесь, и всё… — Гермиона не дала ему продолжить. Присев на край кровати, она взглянула в его глаза. Всё было так, как раньше, но в то же время — всё было новым и одновременно странным. Он сидел перед ней, казалось, не изменившись за всё это время. Обхватив его спину руками, прижимаясь к его груди, уткнувшись лицом в шею. Всё, как раньше. Он не изменился ни капли — ни запах, ни внешний вид, ни его тепло. Тео аккуратно начал перебирать её волосы, а она лишь закрыла глаза, погружаясь в его прикосновения. Его шепот был едва слышен, но каждое слово было полно искренности и раскаяния. — Прости меня, прости… Я так виноват перед тобой. — Он повторил это, как молитву, снова и снова. Голос был полон сожаления, а руки тряслись, когда он продолжал осторожно перебирать её волосы, словно пытаясь найти способ искупить свою вину. Она прижалась к нему ещё крепче, чувствуя, как её слёзы начинают медленно стекать по его шее. — Я простила тебя, как только увидела. Услышав эти слова, он наклонился и поцеловал её в макушку, а затем крепче обнял, будто бы боялся, что она исчезнет, как и все те моменты, когда он был так далеко от неё. Парень долго молчал, словно не зная, что сказать. Только держал её в своих объятиях, позволяя её слёзам впитываться в его одежду, в его кожу, в его сердце.

***

Наконец сумев совладать с эмоциями, Гермиона отпустила Тео, чтобы он мог пойти за новой партией лекарства. Пока его не было, она начала осматривать комнату. Это явно была комната Теодора. Над кроватью висел герб Ноттов — старинный, с изысканным орнаментом. Сбоку на стене была портрет, где Тео выглядел лет на десять младше, чем сейчас, с улыбкой на лице, полным юношеской невозмутимости. На тумбочке стоял торшер, а рядом с ним — флаконы с лекарствами. Напротив стояло большое зеркало и шкаф с темными деревянными дверцами. Всё было просто, но с каким-то особым вкусом и вниманием к деталям. Уютное, не перегруженное, но очевидно — очень личное. Гермиона повернула голову и взглянула на входящего Тео. Он снова протянул ей воду и таблетку, и, как будто это было самым естественным делом на свете, она без раздумий выпила. — Расскажи мне, как вы сюда попали? — спросил он, присаживаясь на кровать рядом с ней и обнимая её. Гермиона немного помолчала, собираясь с мыслями, и начала свой рассказ. О том бале, на котором появилось предложение пойти в лес. О не завершившемся пути и сильном желании спать. Про комнату и побег от людей в помещении. Закончилось всё попаданием в зал. — Это были "Чары забытья". Вы и так довольно долго продержались. Значит, твои уроки не проходят зря, — возвращаясь к теме леса, парень с улыбкой посмотрел на неё. Гермиона слегка усмехнулась, но её выражение лица мгновенно изменилось, когда осознание пришло к ней. — О, Мерлин! — Она приложила ладони к губам, глядя на Тео. — Что с Джинни и Полумной? — Не переживай, ангел. С ними всё в порядке. Они ещё даже не проснулись. — парень сделал паузу, наблюдая за её реакцией. — Они явно слишком переутомились. Гермиона глубоко выдохнула, слегка мотая головой, как будто пытаясь избавиться от ненужных мыслей. — Кошмар какой-то… — пробормотала она, на мгновение закрыв глаза..

***

Как бы Гермиона не хотела остаться подальше с Тео, им всё равно нужно было возвращаться домой. Посмотрев на Полумну и Джинни, а также на парней. Гермиона глубоко выдохнула. Всё хорошо. Всё закончилось хорошо. Идя с Теодором немного сзади группы, Гермиона почувствовала его ладонь на своей. Подняв голову, она посмотрела на него и улыбнулась, переплетая пальцы с его. И снова ни один из них не заметил светения кулона.