Глава 9: Падший ангел

      Я просыпаюсь от собственного крика, отдующегося гулким эхом в тихой квартире. По окну вновь бьют крупные дождевые капли, а небо, судя по царящим в моей комнате сумеркам, затянулось тяжёлым сизыми тучами.       Приподнявшись на локтях, окидываю комнату взглядом. Всё здесь привычно: рабочий стол и мягкое кресло рядом, пушистый ковёр, большой шкаф из светлого дерева около стены и Пушок, лежащий на моей кровати с испуганно навостренными ушами.       Шумно вздохнув, я откидываюсь на большую подушку. Это был всего лишь глупый сон, игра перевозбуждённого вчерашним разговором мозга. Никаких кривых ветвей, тянущих свои ветви к ногам, удушающей темноты и жуткой фигуры, затягивающей в лесную чащу. Просто сон...       Я бросаю взгляд на часы. Время только около восьми утра. Я переворачиваюсь на бок и закрываю глаза, в надежде поспать ещё немного. Но из головы всё никак не уходит странный ночной кошмар, не давая провалится в спокойный сон. Пролежав так ещё некоторое время, я оставляю безуспешные попытки полноценно выспаться и поднимаюсь с кровати.       Я подхожу к окну. На улице бушует непогода: дождь, подгоняемый свирепым ветром, хлещет по тротуару, стенам домов и многочисленным окнам в них. Такое природное явление всегда завораживало меня. Я погружалась в странную меланхолию, питающую душу словно наркотик.       По противоположной стороне улицы идёт девушка. Она пытается укрыться от природного буйства под хлипким серым зонтом. Он мало помогает ей — её одежда сильно промокла в некоторых местах, а тёмные волосы, собранные в аккуратный до этого хвост, растрепались. Внутренне я насмехаюсь над девушкой, ведь она находится там — в объятьях непогоды, а я здесь — в тепле и уюте.       Интересно, Минджун также насмехался над своими жертвами?       Жуткая мысль холодит кожу. Мысленно я вновь переношусь во вчерашний вечер. Вспоминаю нежные прикосновения к телу, быстрый поцелуй, разжигающий огонь внутри. Как человек, так сердечно любящий меня, может убивать десятки, а то и сотни людей не моргнув глазом?       Все убеждения в моей голове ломались, как дешёвый конструктор, оставляя место зияющей пустоте. Я находилась меж двух зол: выбрать спокойную жизнь и забыть о всех этих странных словах про некий тайный клуб, или идти дальше, ступая по хлипкому мосту над пропастью неизвестности.       Если бы я не пошла в тот вечер в супермаркет, ничего бы не было. Эффект бабочки, повлекший за собой необратимые изменения — такая складывается ситуация.       В голове господствует хаос, который не заглушает ничего, что бы я не сделала. Ни просмотр телевизора, ни готовка завтрака, ни бесцельный телефонный разговор с подругой. Мои мысли крутятся вокруг пугающих откровений Минджуна, как бы я не пыталась их перевести в другое русло.       Я сижу у себя в комнате за столом, опустив голову на ладони. Внезапно мой взгляд цепляется за чистый лист бумаги, мирно лежащий на уголке квадратного стола. Я беру листок в руки.       В детстве я очень любила рисовать — природу, людей, животных. Родители говорили, что у меня талант, грозились отдать в художественную школу; но обучение, как выяснилось, обошлось бы очень дорого, поэтому затея быстро канула в лету. У нас в семье были довольно сильные финансовые проблемы, разрешение которых было на грани невозможного. Поэтому, достигнув возраста совершеннолетия, я сразу же пошла на работу — совмещала небольшие подработки с учёбой в институте, поступление в который было сравнимо с чудом. Шанс получить грант на обучение на государственной основе был невероятно мал, но мне повезло.       Сейчас с деньгами проблем не было. Я спокойно обеспечивала себя и родителей, оставшихся в моём родном городе. Единственное, что за время учёбы тяга к рисованию улетучилась. То времени не хватало, то не хотелось... Не помню, когда в последний раз брала в руки краски или цветные карандаши.       Повертев листок в руках, я положила его на стол перед собой и взяла из органайзера простой карандаш. Помявшись несколько секунд, я начала рисовать. Сначала несколько простых линий, затем очертания людей... И вот передо мной небольшая картина. На ней девушка с белоснежными ангельскими крыльями, у неё моё лицо.       Она сидит на камне рядом с маленьким ручейком, её лицо обращено к небу. Чуть поодаль стоит демон — мужчина, чем-то напоминающий Минджуна, а за спиной у него два раскидистых крыла. Он молчаливо наблюдает за девушкой.       Я не понимаю, как в моей голове возникло такое, а ещё не понимаю, как смогла это нарисовать. Мной будто двигала какая-то неведомая сила, спрятанная где-то в душе. Я вешаю картину на стенку с помощью скотча и вновь пристально рассматриваю её. Наши отношения с Минджуном действительно приобрели странный характер, походящий на борьбу чего-то светлого во мне и тёмного в нём.       Тьма отравляет ангелов, искушая на грех. Поддавшиеся соблазну ангелы становятся падшими, или, по-иному, изгнанниками.

***

      Минджуну снится лес, окутанный тьмой. Он стоит на небольшой поляне, окаймлённой высокими соснами с длинными корявыми ветвями. Мужчина оглядывается, в надежде запреметить хоть что-то, хотя бы маленький лучик света, но кругом лишь чернота, поглощающая в себя всё вокруг.       Но внезапно перед ним загорается ослепляюще яркая звезда, но буквально через несколько секунд тухнет. На месте свечения остаётся девушка с крыльями ангела за спиной. Минджун не может разглядеть её лицо в темноте. Незнакомка двигается, её походка невесома, как дуновение ветра. Когда ангел приблизилась, мужчина увидел лицо Хаюн. Он была одета в лёгкое платье, настолько длинное, что оно полностью покрывало её ноги. Кожа девушки белоснежна, как и крылья с подрагивающими на ветру перьями.       Хаюн проводит кончиками пальцев по скуле Минджуна, он слегка дёргается от холода прикосновения, но продолжает стоять на месте, завороженный действием. Девушка улыбается и накрывает губы мужчины своими. Этот поцелуй не похож на все прочие — он нежный, дарящий приятный вкус ванили во рту и словно фантомный — откроешь глаза и всё исчезнет.       Минджун проводит рукой по ангельскому крылу, но тут же чувствует на пальцах вязкую липковатую жидкость. Он резко отстраняется и смотрит на ладонь. От увиденного кружится голова — на пальцах кровь. Мужчина переводит испуганный взгляд на девушку. Её ещё пару минут назад чистые фарфоровые крылья окрашиваются в багровый. Кровь капает на чёрную землю, стекает по платью. У ангела больше нет девичьего лица. На его месте чёрная пустота с алыми точками вместо глаз и такого же цвета кривой улыбкой.       Мужчина не может двинуться от страха. Существо подходит к нему и укрывает крыльями, перекрывая путь к выходу. Кровь попадает на Минджуна. На лицо, тело, одежду...       — Я. Люблю. Тебя. — Отчеканивает тёмный ангел.       Минджун распахивает глаза, сев в кровати. Он у себя дома. Вся эта жуть была лишь сном и ничем более. Просто он вчера перенервничал, ведь так?       Но с этого момента в душе поселяется странная тревога. Вдруг с Хаюн что-то случилось? Или она поступила не так, как он велел? Столько вопросов и так мало ответов. Минджун берёт в руки телефон и проверяет сообщения и звонки. Пропущенных и непрочитанных нет. Значит всё в порядке, наверное...       После завтрака тревога никуда не исчезает, и в голову само собой приходит единственное решение проблемы: вновь навестить Хаюн. Но где-то в подсознании звенит мысль о том, что девушка не примет его после вчерашнего.       Остаётся надеяться на лучшее.

***

      Весь день проходит в странном забытье. Все мысли забиты важным решением, которое мне следует принять как можно скорее. Оно тяготит, отяжеляет голову и больно давит на грудь. Хочется поскорее от него избавится и забыть как страшный сон.       Погода к вечеру так и не изменилась: дождь всё также поливал и без того промокший насквозь город, заставляя людей прятаться по домам. В такое время я никак не ожидала того, что произошло далее.       Мелодичный дверной звонок вырвал меня из пучины тягучих размышлений. На несколько секунд я впала в ступор и прищурила глаза, пытаясь понять, не почудилось ли мне. Но звонок повторился, вынуждая поспешить к неожиданному гостю.       Я прильнула к дверному глазку и вновь несколько раз озадаченно моргнула. За дверью стоял Минджун, терпиливо ожидающий её открытия. Замок с щелчком повернулся, и я распахнула дверь.       Сегодня, в отличии от всех прочих неожиданных визитов в мою квартиру, Минджун был не в строгом, идеально выглаженном костюме, а в обычных джинсах глубокого чёрного цвета и толстовке, немного показываюшейся из-за ворота бежевого пальто, на котором кривыми отметинами легли следы от дождевых капель.       Я жестом пригласила мужчину пройти.       — Привет, Хаюн, — живо поздоровался он, снимая обувь.       — Привет, а... – не решительно протянула я. — Зачем пришёл?       — Захотел проведать тебя и убедиться, что всё в порядке.       — Вот как, ну что ж, проходи.       Я провела Минджуна на уже знакомую ему кухню. Он сел в кресло, расслаблено закинув ногу на ногу. На бледном лице заиграла мягкая улыбка.       — Ты же не совершала глупостей, так? — спросил Минджун фальшиво будничным тоном, за которым скрывалась дрожащая тревога.       — Нет, — я мотнула головой, подчёркивая отрицательность ответа. — И насчёт нашего разговора... — я опустилась на соседний стул и сцепила руки в замок, причём настолько сильно, что костяшки на тонких пальцах побелели.       Минджун расслаблено кивнул, показывая, что готов меня выслушать, какой бы ответ я не дала.       — Я очень долго думала над тем, что ты мне рассказал вчера. И чётко решила, что готова. Готова ко всему, чего бы там не было, — я выдержала небольшую паузу, а затем продолжила. — Я прекрасно понимаю, что смирится с твоим, кхм, занятием... Будет тяжело для меня, но я постараюсь.       Мужчина поднял на меня глаза. В них бликами отражалась благодарность, смешанная с наконец обретённым спокойствием.       — Спасибо, Хаюн. Твои слова много для меня значат. Но тем не менее, мне нужен твёрдый ответ. Ты готова жить с таким, как я?       Я уверенно кивнула головой.       Тьма отравляет ангелов...       Но неужели это так важно? Ведь совершенно чистых и безгрешных людей не существует, верно? Тем более я сама никого не убиваю, не являюсь соучастником преступления. Я просто существую как обычная девушка и встречаюсь с мужчиной, который вызывает во мне трепетные чувства. А всё остальное как-нибудь приживётся.       — Только пообещай мне одно, — я встречаюсь взглядом с карими глазами. — Ты не будешь меня никуда вмешивать. Твоя работа — твоё дело, и я не буду иметь к ней никакого отношения.       — Конечно, — Минджун поднял руки в примирительном жесте. — Я и не собирался втягивать тебя в свои дела. Это может быть опасно.       От этого слова по затылку пробежала дрожь, но я постаралась подавить её и вернуть лицу непринуждённое выражение.       — Мы будем жить как обычные люди, — продолжил мужчина. — Поверь, моя работа никак не будет тебя касаться. А если вдруг кто-то спросит, — Минджун наклонился ко мне, будто рассказывая какой-то страшный секрет, — скажи, что я работаю в крупной компании менеджером.       — Поняла, — я кивнула.       На пару минут в воздухе повисло молчание. Каждый думал о своём. Потом я резко поднялась со стула и под удивлённый взгляд Минджуна удалилась в комнату, но буквально через пару секунд вернулась, держа в руках своё сегодняшнее творение.       — Посмотри, — я протянула мужчине листок.       Он взял его в руки и, слегка склонив голову набок, принялся изучать.       — Ange déchu... — протянул Минджун. — Знаешь французский?       Я улыбнулась, положив руку на широкое мужское плечо.       — Ну вообще я лингвист, просто не говорила об этом.       — Вот как, — мужчина хмыкнул.       — А ты тоже языки знаешь? — спросила я, наклонившись к плечу Минджуна.       — Можно и так сказать. Изучал пару в университете. Но не скажу, что я эксперт. Так, поверхностно знаю.       — Но тем не менее, — пожала я плечами.       — Ты красиво рисуешь, — проговорил мужчина, кладя листок на стол. — Они похожи на нас...       — Спасибо, честно говоря, сама не понимаю, как этот рисунок возник у меня в голове. Я была погружена в раздумья по поводу твоей работы, и идея возникла сама собой.       — Но в какой-то степени картина и правда чем-то напоминает нашу ситуацию... Ты — непорочный ангел, а я демон, отравляющий тебя.       — Но ангела это не беспокоит, — шепчу я, оставляя лёгкий поцелуй на мочке мужского уха.       Минджун улыбается.       — У тебя есть планы на завтра? — спрашивает он, повернувшись ко мне.       — Вроде нет... — я отвожу глаза к потолку, вспоминая детали своей жизни.       — Тогда не против сходить в ресторан?       — Конечно нет, — я возвращаюсь на свой стул и кладу голову на сцепленные в замок кисти, заинтересованно глядя на Минджуна.       — Отлично! Я давно хотел сходить в это место. Говорят, что там очень красиво и вкусно.       — Ты меня интригуешь, — я игриво приподнимаю тонкие брови. — Во сколько встретимся?       — Я заеду за тобой примерно в шесть вечера, ладно?       Я киваю и искренне улыбаюсь. Не помню, когда последний раз была в действительно хорошем ресторане, а не в маленьких забегаловках и клубах, которые худо-бедно тянули на ёмкое слово «кафе».       Следующие пару часов мы проводим вместе, смотря какую-то романтическую комедию по телевизору. Хоть фильм оказывает не особо интересным, но мне всё равно нравится подобная обстановка. Мы просто сидим в обнимку на небольшом диванчике в кухне и иногда переговариваемся. А за окном всё шумит и шумит дождь.       Эта обстановка важнее для меня, чем тысяча слов. Сейчас я чувствую себя по-настоящему хорошо. В душе разливается приятное чувство теплоты и уютного спокойствия.       Когда стрелки часов ближаются к отметке «10», Минджун всё же покидает меня. Он задерживается в прихожей, быстро поцеловав меня на прощание и ещё раз удостоверившись, что время для завтрашнего, не побоюсь этого слова, свидания, мне подходит.       Когда Минджун скрывается в дверях лифта, который наконец-то заработал, я выхожу на свой балкон и наблюдаю за тем, как он подходит к своей машине. Открыв дверь, мужчина поднимает голову вверх и, увидев меня, машет рукой. Я делаю ответный жест и легко улыбаюсь. Дорогая машина не спеша трогается и покидает уже опустевший двор.

***

      Минджун возвращается домой счастливым. Его тревожная душа наконец на время обрела покой. Когда он снимает джинсы, из кармана выпадает аккуратно сложенный белый листок. Мужчина разворачивает его и видит уже знакомый ему рисунок Хаюн. И как она смогла так незаметно его подсунуть?       Минджун кладёт рисунок на прикроватную тумбочку, любуясь. А ведь он действительно очень точно передаёт всю реальность.       Внезапно его телефон вибрирует, извещая о новом сообщении. Он открывает мессенджер и слегка кривит губы. Пишет Император.       — Да уж, вовремя, — говорит Минджун вслух.       Ки Хун оставил голосовое сообщение следующего содержания:       Добрый вечер, Минджун. Как, я думаю, ты помнишь, завтра у нас крупное дело в клубе, о котором говорил Мун Хи. Я хотел уточнить: сможешь ли ты прийти?       Минджун быстро набирает текст:       Здравствуйте, к сожалению, я заболел. Мне очень плохо. Поэтому придти не смогу.       На телефон мгновенно приходит ответ:       Что ж, жаль. Но скорейшего тебе восстановления, мы ждём тебя.       Минджун немного медлит, но потом всё же пишет:       Хорошо, доброй ночи, господин.       Вот и нарушение строгих правил, о котором так долго думал Минджун.