Эпилог / Убежище

"Никто не спасёт нас, кроме нас самих. Никто не может и не должен. Мы сами должны пройти этот путь." — Гаутама Будда

***

ТРИ ГОДА СПУСТЯ

***

За окном самолёта простирался северо-запад Тихоокеанского региона, покрытый густым зелёным ковром, и лишь узкая полоска затопленных болот отделяла его от бескрайнего синего океана. Вдалеке виднелся большой горный хребет, самые высокие вершины которого были покрыты снегом. Хикари Хораки никогда не была в Соединённых Штатах, но она и представить себе не могла, что всё будет так. Когда она представляла себе это, то видела огромные города, застроенные зданиями и людьми, окутанные непроницаемым слоем смога, как будто вся страна была не более чем гигантским загрязнённым мегаполисом. Но здесь всё было иначе. Здесь было красиво. «Эй!» Хикари услышала, как Тодзи пожаловался, но только когда она почувствовала холодный пластик окна у себя на лбу, она поняла, что перегнулась через него. Она толкнула его головой и улыбнулась. «Тише, ты». «Разве я не предлагал тебе место у окна?» — сказал Тодзи, пожав своими широкими плечами. «Что ты там сказала? "Нет, я не хочу чувствовать себя стеснённой". Кто теперь стеснённый?» Хикари проигнорировала его. Он предложил, а она отказалась. Это было ни к чему. Тогда она не хотела смотреть. Тодзи знал, что лучше не спорить. Он наклонился вперёд, и они оба вместе смотрели на пейзаж, соприкасаясь щеками. При этом не замечая, что её рука переместилась поверх его руки. Она привыкла к тому, что он так близко, к его шуткам и несерьёзным жалобам. Такое обычно происходит с парнями. Хикари почувствовала укол сожаления из-за того, как невероятно ей повезло. Так много людей погибло, и было время, когда она не знала, увидит ли когда-нибудь снова своих близких. Тодзи не было в Токио-3 во время атаки, и его семья уже уехала из города к тому моменту, когда он был разрушен. Но Хикари была прямо в эпицентре. Она увидела это своими глазами — почувствовала запах и вкус — а затем провела месяц под стражей вместе со своими одноклассниками, отвечая на вопросы и отрицая какую-либо причастность к NERV, «Евангелионам» и местонахождению пилотов или осведомлённость о них. Она уже никогда не будет прежней. Никто из них не будет прежним. Каждый день был полон страха и неопределённости. Её переводили из одного учреждения в другое, не разрешая видеться с друзьями или семьёй. На её вопросы никто не отвечал. Она была заключённой, за исключением, конечно, того, что у заключённых есть права. Но не у неё. Иногда у неё даже не было одежды. Она не знала, почему её отпустили. Однажды они просто вывели её, оплатили проезд на автобусе и оставили на попечении отца. Она вернулась в мир угрюмой, замкнутой и травмированной девушкой. Она демонстрировала неприязнь к незнакомцам, и даже её сёстры заметили, что после возвращения в школу в Киото она ни за что не соглашалась добровольно участвовать в чём-либо. Всё это казалось плохим сном. Её жизнь превратилась в череду событий, за которыми нужно было следить, а не проживать. Не раз она думала о самоубийстве, и не раз ей не хватало смелости, чтобы не расплакаться. Трусиха. Она была такой трусихой. Аска, Синдзи и все остальные сражались, а она ничего не делала. Она была на грани отчаяния, когда Тодзи нашёл её. Она так давно не испытывала счастья, что Хикари не знала, как реагировать. Когда он обнял её, она не выдержала и заплакала. «Всё будет хорошо, Хикари», — сказал он ей. И она поверила ему. Она всё ещё смотрела в иллюминатор, когда электронный сигнал вывел её из задумчивости. Подняв глаза, она увидела, что загорелась табличка «Пристегните ремни». Мгновение спустя в проходе появился стюард в безупречной синей униформе и объявил, что они начинают снижение для посадки в международном аэропорту Нью-Такома. Хикари неохотно вернулась на своё место и пристегнула ремень. Тодзи сделал то же самое, хотя у него возникли проблемы с пряжкой, пока Хикари ему не помогла. «Спасибо», — сказал он со смущённой улыбкой. Через несколько минут самолёт приземлился с громким рёвом реверсоров тяги и визгом шин по асфальту. Хикари на мгновение почувствовала головокружение и сделала глубокий вдох. Тодзи сжал её руку. Когда самолёт остановился на взлётно-посадочной полосе, табло с надписью «Пристегните ремни» погасло, и пассажиры начали выходить из самолёта. Хикари подошла к краю прохода и встала на ватных ногах, уперевшись рукой в спинку впереди стоящего кресла, чтобы не упасть. В это время года в штате Вашингтон жарко и влажно, поэтому на ней были белые шорты-капри и бирюзовая блузка без рукавов. Её каштановые волосы были заплетены в косички, как в школе. В кои-то веки она хотела, чтобы её узнали. Тодзи с удивительной лёгкостью шёл позади неё, несмотря на свои травмы. На нём были шорты цвета хаки, которые открывали большую часть протеза — дорогостоящего и постоянного напоминания о его недолгой работе в качестве пилота-испытателя Евы-03, — и футболка какой-то команды, названия которой она не знала. Ему потребовались месяцы реабилитации, чтобы привыкнуть к протезу, но теперь он, казалось, стал частью его самого. То, что он не пытался это скрыть, наполнило Хикари гордостью. Однако он никогда не рассказывал о еве 03. Она могла только гадать, насколько это было ужасно. «Евангелион ломает всех, кого касается», — подумала Хикари. Ева поступила так с Тодзи... и с Аской и Синдзи. Она уже не в первый раз задавалась вопросом, что она здесь делает. Прошло почти три года с тех пор, как она в последний раз видела других пилотов Евы, своих бывших одноклассников, и хотя она знала, что они живы, ей было страшно подумать, какие травмы они получили во время своих последних сражений. Как они изменились? Осталось ли что-то от её друзей? Особенно её беспокоила Аска. Она была так близка к краю, что выжить и остаться тем же человеком, которого знала Хикари, казалось почти невозможным. Тодзи заметил её нерешительность. «Ты в порядке?» — спросил он, доставая ручную кладь из отсека над их сиденьями. — Да, я просто... — Хикари покачала головой. — Ничего. Я просто веду себя глупо. «Ну, ты всех задерживаешь, если просто стоишь и думаешь о всякой ерунде», — проворчал он. «Должно быть, он тоже волновался», — подумала Хикари. Он не видел Синдзи много лет, с тех пор как его разорвало на части в Еве-03. Что бы они вообще сказали друг другу? Что бы она сказала Аске? Подавив сомнения, Хикари взяла свою сумку, перекинула её через плечо и встала в очередь на выход в передней части самолёта. Тодзи шёл позади неё, заметно прихрамывая из-за ноги, но нёс ручную кладь так, словно она ничего не весила. Хикари бросила на него сердитый взгляд: у ручной клади были колёсики, он мог бы просто докатить её до прохода. Они вышли из самолёта и поднялись по трапу в терминал. Как и в самолёте, в терминале было многолюдно, даже больше, чем ожидала Хикари. Они прошли по широкому длинному залу с пронумерованными выходами, зонами ожидания, заполненными людьми, и магазинами. По мере приближения к таможенному контролю в конце зала толпа становилась всё гуще. Очередь двигалась медленно, и, когда они подошли к стойке, агент проверил и перепроверил их паспорта, а также внимательно изучил их специальные дипломатические визы — одну из многих услуг, которыми Хикари была обязана Мисато Кацураги. Бывшая майор NERV теперь работала своего рода консультантом при американском правительстве в официальном и, следовательно, защищённом дипломатическом статусе. Похоже, она взяла на себя обязанность разобраться с некоторыми оставшимися проблемами NERV, в основном связанными с персоналом. Судя по всему, американское правительство тоже было заинтересовано в этом. Хикари не разбиралась во всех хитросплетениях внешней политики и не стремилась к этому. Она знала только, что мисс Кацураги — называть её Мисато было бы неправильно, как бы та ни настаивала — была её подругой. Это заняло почти час, но в конце концов таможенник поставил штампы в их паспортах и пропустил их. За ним последовал ещё один зал, ещё больше магазинов и ещё больше людей. Когда они дошли до конца, Хикари заметила брюнетку, которая стояла у одного из киосков беспошлинной торговли, где продавались журналы, и вглядывалась в движущуюся толпу. Она была стройной, с карими глазами и вьющимися каштановыми волосами, собранными в хвост. По японским меркам, у неё было миловидное, но ничем не примечательное лицо, и она была бы совершенно обычной, если бы не алюминиевый костыль, который она держала под мышкой. Хикари сразу её узнала. «Кейко!» Кейко повернулась, тяжело опираясь на костыль. Увидев Хикари, она расплылась в улыбке. «Мисс Хикари?» Хикари в два счёта преодолела расстояние между ними, внезапно почувствовав облегчение от вида знакомого лица, но, прежде чем обнять её, засомневалась. «Эм, всё в порядке?» Кейко выглядела озадаченной. «Что ты имеешь в виду?» Хикари посмотрела на костыль, который помогал Кейко стоять. На брюнетке были синие джинсы, но они не могли скрыть отсутствующую часть её бедра. Хикари знала, что с ней случилось, но после того инцидента она больше никогда её не видела. Как и травмы Тодзи, увечья Кейко были ярким напоминанием о том, чего ей стоило участие в NERV. «Я имею в виду, ты... в порядке?» — смущённо спросила бывшая староста класса. — Да, — Кейко слегка пошевелилась. — Моя нога уже зажила, так что мне неловко, но не больно. Я не против, если ты захочешь меня обнять. Так Хикари и сделала. До этого момента Тодзи держался на расстоянии, но, увидев, как они обнимаются, решил подойти поближе. «Эй, не так крепко. Я уже ревную». Хикари увидела его и слегка отстранилась. «Кейко, ты ведь помнишь Тодзи Судзухару?» «Я помню, как ты постоянно на него кричала», — сказала Кейко. «Она до сих пор это делает. На самом деле даже больше, чем раньше», — добавил Тодзи, рассмешив Кейко. Хикари шлёпнула его по плечу. «Ты всё такой же тупой, как и раньше. Если единственный способ вразумить тебя — это кричать, то я буду кричать, пока ты меня не послушаешь». «Маловероятно», — ответил Тодзи, поворачиваясь к Кейко. «Эй, кстати, ты как здесь оказалась? Разве рыжий дьявол не должен был нас встретить?» Кейко растерялась. Она нахмурилась. «Кто?» «Он имеет в виду Аску». Хикари снова похлопала его по плечу. — А, точно, — Кейко моргнула и оперлась на костыль. — Она снаружи спорит с парковщиком. Что-то про то, что она не хочет, чтобы он забирал её машину. Я пошла вперёд. У тебя есть багаж? Наверное, тебе нужно его забрать. Также есть договоренность о транспорте. «Транспорт?» — Тодзи выглядел озадаченным. «Разве ты не говорила, что Аска приехала на своей машине?» «Да, это её машина. В неё не поместятся даже продукты, не говоря уже о четырёх людях и чемоданах, — пояснила Кейко. — В любом случае, я провожу вас до стойки с транспортом. Мисс Фуука всё организовала, вам нужно только расписаться». Прошло ещё полчаса, прежде чем они забрали багаж и договорились о транспорте. Хикари подписывала документы, а Тодзи, как обычно, жаловался, даже после того, как узнал, что им тоже выделили водителя. «Но я умею водить», — сказал он с наигранным возмущением. «Ты знаешь, как разбиваться», — ответила Хикари. Когда они вышли из здания терминала и окунулись в стену влажного воздуха, Хикари услышала голос, который, как она думала, больше никогда не услышит. Он был высоким и резким, но таким успокаивающим, что у неё защемило сердце. Она поискала источник звука и быстро нашла молодую девушку с оранжево-рыжими волосами, которая яростно спорила с мужчиной в синей униформе у обочины. Аска стала выше, но в остальном почти не изменилась. Самым большим отличием были её волосы, которые теперь ниспадали на плечи двумя пышными косами из длинных золотисто-медных прядей и покачивались взад-вперёд, пока она яростно жестикулировала, споря с мужчиной. От румянца её гладкие щёки стали почти такими же розовыми, как обтягивающая футболка без рукавов, дополненная белыми сандалиями с ремешками и джинсовыми шортами с низкой посадкой и отворотами, которые, по мнению Хикари, слишком многое демонстрировали. «Говорю тебе, — услышала Хикари крик Аски на английском, — я его не сдвину!» «И я говорю вам, леди, что вы не можете здесь припарковаться, — ответил парковщик. — Я говорю вам это уже целый час. Мне всё равно, кто вы. Если это так важно, отдайте машину парковщику». «Я никому не позволю сесть за руль этой машины. Я знаю, что вы любите прокатиться с ветерком. И не называйте меня "леди", как будто я какая-то старуха!» Судя по тому, как она была взволнована, Аска, скорее всего, занималась этим уже довольно давно, и, зная её, можно предположить, что она будет заниматься этим до победного. По крайней мере, кое-что никогда не меняется. «О, я ошибся», — громко ответил слуга. Его собственное лицо было пунцовым. «Очевидно, что вы не леди». Пройдя такой долгий путь и прождав столько времени, Хикари вдруг поняла, что не знает, что сказать. Аска была её подругой — лучшей подругой — той, кого она считала погибшей и больше никогда не увидит. И вот она стояла здесь... Тодзи вздохнул и покачал головой. «Похоже, она всё такая же крикунья. Хотя я не понимаю ни слова из того, что она говорит». Это была его вина: в отличие от Хикари, он никогда не уделял время изучению английского в школе. Аска обернулась на звук его голоса, и её ярко-голубые глаза встретились с их взглядами. «Обезьянка?» — спросила она по-японски, нахмурившись при виде Тодзи, но затем увидела Хикари и улыбнулась. Её хмурый взгляд исчез, а напряжённая поза расслабилась. «Хикари…» Этого было достаточно. Бывшая староста класса едва успела прикрыть рот рукой, как по её щекам потекли слёзы. Тодзи схватил её за плечо и сжал его, на этот раз промолчав. А потом появилась Аска. Хикари не видела, как та отошла от спорящих и подошла к ней, пока та не оказалась в нескольких сантиметрах от неё. Хикари чувствовала себя такой глупой из-за того, что расплакалась, и почти ожидала, что подруга отругает её за это. Но, как и много раз до этого, Аска разрушила её ожидания. «Всё не так плохо, не так ли?» — Аска подняла руку и нежно вытерла слёзы с щёк Хикари. Её мягкий тон было почти невозможно понять. В представлении Хикари Аска всегда была жёсткой и острой, как стекло. Никогда не была мягкой. «Ты должна быть счастлива». — Да, — Хикари почувствовала, как дрожит её голос. — Я думала… после того, что случилось… весь город… Аска, я… «Ты тоже можешь её обнять, если хочешь», — вставила Кейко. «Она не так сильно это ненавидит, как утверждает». Хикари попыталась сдержать рыдания, крепко обняла Аску и прижалась головой к её плечу. — Я знаю, каково это, — сказала Аска через мгновение, прежде чем обнять её в ответ. — Я знаю, каково это — думать, что ты больше никогда никого не увидишь. Если бы я знала, что всё обернётся так, как в тот день… если бы я знала, я бы, наверное, сказала тебе… — Она крепче обняла Хикари. — Прости меня, Хикари. Прости, что я была такой ужасной подругой. «Т-ты не была...» — вот и всё, что смогла сказать Хикари. «Не ври. Я знаю, какой я была. Какой я стала». Наконец Аска отстранилась, и Хикари посмотрела ей в глаза. «Ты заслуживаешь лучшего, чем я. Но, думаю, сейчас это бессмысленно. Мы действительно сожгли этот мост дотла». Хикари кивнула, чувствуя себя немного растерянной, но, несмотря на нахлынувшие эмоции, она понимала, что Аска права. Их прошлое ушло, умерло и было слишком болезненным. Оно висело над ними, как тень, и, как тень, никогда их не покинет. Однако тень — это не человек. Это не реальная вещь. Это вообще ничто. И оно не сможет удержать тебя, если ты решишь двигаться вперёд. Когда она посмотрела в глаза Аске, то поняла, что её подруга решила именно так и поступить. Хикари вытерла последние слёзы. — Итак… эм… — пробормотал Тодзи где-то позади неё. Хикари повернула голову. — Давно не виделись. Аска поджала губы и прищурилась. «Полагаю, я не скучала по тебе или что-то в этом роде. В последний раз, когда я тебя видела, тебя избивала ева-01». Даже для Хикари, которая была более терпима к выпадам Аски, чем большинство других, это было уже слишком. У неё не было возможности вмешаться. У Тодзи был готов ответ. «Это жестоко, рыжая. Но, по крайней мере, мой виртуальный парень не поджарил мне мозг». «Это был не мой парень!» — выпалила Аска. Она скривила губы, обнажив зубы. «Кто тебе это сказал?» «Кацураги», — ответил Тодзи, как будто это слово всё объясняло. И в каком-то смысле так оно и было. Оказалось, что Мисато Кацураги могла держать себя в руках, когда дело касалось выпивки, но не могла одновременно держать язык за зубами и пить. Странно было то, что она не особо любила выпить, но ей хотелось отпраздновать обретение Пен-Пена в одном из оставшихся приютов для животных в зоне безопасности Хаконэ, которая раньше называлась Токио-3, поэтому они все пошли туда. Даже Кенсуке, мистер Хьюга и профессор Фуюцуки. Аска фыркнула. «Полагаю, ты её напоил. Она хуже всех». Она махнула рукой. «Ну ладно. Надеюсь, ты не рассчитываешь прокатиться на моей машине. Это зона, свободная от обезьян. Я только что её помыла. Не хочу, чтобы она провоняла». «От меня не воняет!» — выпалил Тодзи. На этот раз его возмущение было вполне искренним, и это отразилось на его покрасневшем лице. «Все обезьяны воняют. Ты можешь поехать на таксе с Кейко. Она всегда хотела завести домашнее животное». Затем Аска повернулась к Хикари. «Ты можешь поехать со мной». Опираясь на костыль, брюнетка двинулась вперёд, встав между Тодзи и Аской. «Это неправда», — сказала она Тодзи с лёгким румянцем смущения на лице. — Насчёт питомца. Они могут ехать. Мы подождём машину. Хикари переглянулась с Тодзи и пожала плечами. Они не планировали разделяться, но, похоже, у Аски были другие планы, и они оба прекрасно понимали, что спорить с ней бесполезно. Кроме того, оставшись наедине, они могли бы поговорить — вопросов было так много, что Хикари даже не знала, с чего начать. Машина была примерно такой, какую Хикари и ожидала увидеть у кого-то вроде Аски: красный немецкий спорткар с резкими, агрессивными линиями и ценой, которая, вероятно, была выше стоимости дома семьи Хикари в Японии. Аска распахнула перед ней дверь, и Хикари проскользнула внутрь, едва оторвав ягодицы от земли. Рыжеволосая быстро заняла водительское сиденье, но ключей не было. Она нажала единственную кнопку на руле, и двигатель громко ожил. Хикари почувствовала, как по её телу пробежала дрожь, и это ощущение только усилилось, когда Аска включила передачу. Они тронулись с места и покатили по дороге между аэропортом и ближайшим съездом на шоссе, по обеим сторонам которого росли огромные зелёные деревья. Однако, когда они выехали на шоссе, деревья уступили место обширным открытым пространствам, за которыми виднелись высокие горы и большой раскинувшийся город. Как ни странно, горы напомнили Хикари Японию. Аска, казалось, ждала, что Хикари заговорит, но через некоторое время сдалась и вздохнула. «Ты никогда раньше не была в США?» Хикари покачала головой. «Нет». «Вам повезло. Погода здесь обычно не такая хорошая. Но всегда безумно жарко». «Повезло мне», — сказала Хикари. «Думаю, это объясняет наличие косичек». «Идея Синдзи. Ему надоело слушать мои жалобы». Хикари казалось невероятным, что она могла позволить Синдзи или любому другому парню трогать её волосы. Видимо, кое-что всё-таки изменилось. Аска не сводила глаз с дороги, обеими руками держась за руль. В машине не было рычага переключения передач, только набор подрулевых лепестков, до которых она могла дотянуться пальцами. Дорога вокруг них была совершенно пуста. «Знаешь, я не шутила, когда говорила это раньше», — снова заговорила рыжеволосая девушка. «Прости меня». «Тебе не нужно извиняться, Аска», — сказала Хикари. «Столько всего произошло, я… я просто рада, что с вами всё в порядке». «Мы изгнанники, Хикари», — угрюмо произнесла Аска. «Мы сбежали и никогда не сможем вернуться домой. Всё, что у нас было… все, кого мы знали…» «Но ты жива. Это уже кое-что. А майор Кацураги в Японии, пытается заключить сделку, не так ли? Я уверена, что ты скоро сможешь вернуться и навестить её, а может, даже поселиться там, если захочешь. Всё наладится. Люди забывают. Даже правительства не могут вечно хранить обиду». «Она больше не майор», — заметила Аска. Затем она взглянула на Хикари, приподняв бровь. «И правда, что за сделка? Даже если бы такое было возможно, мы бы никогда не смогли им доверять. Возвращение всегда будет сопряжено с риском». Они ехали ещё минут пять, прежде чем бывшая староста класса заметила, что за ними следуют две чёрные машины. Их окна были полностью тонированы, поэтому невозможно было разглядеть, кто в них сидит. Хикари не понравилось их присутствие. — Аска... — начала она. «Телохранители», — объяснила её подруга. «Они повсюду за нами следуют. Ты же не думала, что они позволят нам делать всё, что мы захотим, верно?» — Нет, думаю, что нет, — ответила Хикари. — Но я не думаю, что здесь есть повод для беспокойства. «Ты ошибаешься». Они проехали ещё минут десять, прежде чем Аска свернула на выезде с шоссе и поехала по гораздо более узкой дороге. По обеим сторонам от них снова выросли деревья, словно высокие зловещие стражи, облачённые в плотные зелёные доспехи. Обе чёрные машины следовали за ними, но держались на расстоянии. В конце концов они свернули на ещё более отдалённый участок дороги, проехали по незаметному съезду в густой лес и направились в гору. Солнечный свет почти полностью закрывали ветви и листья, нависавшие над головой. Затем они наткнулись на ворота с тяжёлыми металлическими прутьями, преграждавшими путь. Справа Хикари увидела караульное помещение, в котором находились двое мужчин в чёрных костюмах с винтовками в руках. По обе стороны от ворот в лес уходила ограда, создавая впечатление, что вся территория огорожена. Аска остановила машину у поста охраны. К тому времени один из мужчин вышел из здания. Она опустила стекло и протянула руку. Охранник с винтовкой на плече провёл небольшим устройством по тонкому запястью Аски. Хикари услышала звуковой сигнал. Затем он заглянул в машину, увидел Хикари и снова посмотрел на устройство. «Она прошла отбор», — сказала Аска. — Действительно, — подтвердил охранник. — С. Аска Лэнгли, а также Хикари Хораки и Тодзи Судзухара. — Он нахмурился. — Почему они не в одной в машине? «Она моя подруга. Я решила привести её сама». «Это не предусмотрено протоколом», — ответил охранник, и на мгновение Хикари испугалась, что ей откажут во входе. «К чёрту протокол, Сабуро, ты же знаешь, что это я», — раздражённо бросила Аска. Её голос зазвучал тем самым плаксивым тоном, который Хикари так хорошо знала по школе. Стражник поджал губы, но было видно, что он изо всех сил старается не рассмеяться. «Да. Лучше бы я этого не знал. У меня до сих пор болит промежность после того, как Ваше Высочество пнуло меня много лет назад». «Тебе не следовало так на меня наваливаться. Теперь мы можем пройти?» — Да, хорошо. Думаю, этот покой и тишина не могут длиться вечно. — Охранник выпрямился. Он сунул руку в карман пиджака и приложил ладонь к правому уху. — Эй, на контрольно-пропускном пункте 1. Принцесса вернулась, и у неё гость. Лучше открывайте, пока она не подняла шум. Через несколько секунд ворота начали открываться. Как только это произошло и дорога освободилась, подъехали чёрные машины, а за ними — машина с остальными членами группы. За ними ехала ещё одна чёрная машина — настоящий парад транспортных средств. «Я… Думаю, нам лучше пройти дальше, — предложила Хикари. — Мы же не хотим задерживать всех». Аска промолчала, но поехала дальше, и вскоре за ней последовали остальные. Контрольно-пропускной пункт исчез, когда она свернула за угол и оказалась на жилой улице, которая ничем не отличалась от других пригородных жилых районов — если бы не тот факт, что она была полностью огорожена и охранялась вооружёнными людьми. Всё было до абсурда чистым, и даже такой помешанный на чистоте человек, как Хикари, чувствовала себя странно. Дома были идеально выкрашены в пастельные тона, крыши были покатыми, подъездные дорожки — чистыми, на почтовых ящиках были таблички с номерами, а большие газоны были подстрижены и ухожены и имели такой однородный зелёный цвет, что это не могло быть естественным. «Они как будто живут в пузыре, — подумала Хикари. — Это не реальный мир». Там было по меньшей мере три десятка домов, построенных, судя по всему, по одному проекту. Отличались они только цветом. Дома были большими, двухэтажными, с гаражом, пристроенным с левой стороны. Дворы были разделены невысокими кустами, подстриженными так же идеально, как и газоны. За домами простирался лес с высокими густыми деревьями, создававшими своего рода барьер, за которым, как знала Хикари, должен был находиться забор. Аска свернула с небольшой кольцевой развязки в конце квартала и подъехала к одному из таких домов, ничем не отличавшемуся от множества других, кроме того, что ворота гаража были открыты. Хикари также заметила вооружённого охранника, стоявшего у входной двери. Гараж был достаточно большим, чтобы вместить красный спортивный автомобиль и ещё один, более скромный, зелёный четырёхдверный седан, припаркованный рядом. Кроме этих двух машин, в гараже больше ничего не было. Аска остановила машину и включила стояночный тормоз. — Вот мы и дома, — сказала Аска. — Дом, милый дом. Когда они вышли из машины, позади неё остановись вторая машина, припарковавшись прямо у гаража. Из нее вышли Тодзи, Кейко и невысокая женщина, которую Хикари не узнала. Она тоже была в костюме, с галстуком и в солнцезащитных очках. Из ниоткуда появился второй охранник. Водитель, высокий мужчина в военной форме, помог им выгрузить багаж и занёс его в дом через гараж. «Довольно высокий уровень безопасности, тебе не кажется?» — сказал Тодзи, подходя к Хикари. Она кивнула. «К этому привыкаешь», — сказала Кейко, ковыляя дальше. «Знаешь, как японцы привередничают в таких вещах, как чаепитие, каллиграфия или буквально всё остальное?» — рискнула спросить Аска, сбрасывая косу с плеч. «Ну, американцы такие же, когда дело касается национальной безопасности. Если бы не Мисато, мы бы жили в подземном бункере. Это чудо, что нам разрешают ходить в школу». Вот это уже могло заинтересовать Хикари. «Ты ходишь в школу?» — Синдзи, — сказала Аска и указала на Кейко. — И Плакса. Кейко в ответ показала им знак «виктори» пальцами. «Я заканчиваю учёбу в следующем году. Хотя учить английский было непросто. Я едва поспеваю». «Каждого из них нужно сопровождать», — отметила Аска. «Я тоже записалась, так что иногда я буду ходить с ними — мне не нравится сидеть дома одной целый день. Но я не обязана это делать. Это вообще не школа. Когда Синдзи поступит в колледж, я перееду к нему, чтобы быть рядом, но учиться я не буду». Честно говоря, мне хватило учёбы на всю жизнь. «Иногда?» — хихикая, переспросила Кейко. «Она ведь тебя не обманывает, верно? Она ходит с Синдзи везде, куда бы он ни пошёл. Конечно, нам нужен сопровождающий, но тут ничего не поделаешь. А ты бы видела её в форме. О, у меня есть фотографии!» — Н-не смей показывать ей это! — Аска покраснела, а затем быстро задрала нос, безуспешно пытаясь придать себе высокомерный вид. — В любом случае, давай не будем терять время. Еда, наверное, уже готова. Синдзи готовит. Тодзи был в ярости. «Ты заставляешь син-куна готовить для тебя? Тебе не стыдно? Он что, ещё и стирает за тебя?» «Я его не заставляю, обезьянка», — ответила Аска, сверкнув на него глазами. «Ему нравится готовить». «Ну, может быть. Но я уверен, что ему это нравится не больше, чем стирать твои трусики». «Почему ты...» Аска была готова наброситься на него, её руки бешено размахивали, а лицо стало ещё краснее. Кейко добродушно усмехнулась, но Хикари быстро встала между враждующими подростками, прежде чем началось настоящее кровопролитие. «Ребята, ребята, давайте уже. Нам всем нужно вести себя прилично!» — резко сказала бывшая староста класса. Но даже её усилия не возымели особого эффекта. «Ребята!» «Обезьянник, держу пари, ты даже не знаешь, как выглядят женские трусики!» — рявкнула Аска, пытаясь обойти Хикари. «Конечно, знаю, ты вечно хвасталась своими во время урока физкультуры!» — парировал Тодзи, высунув язык. — Ребята! — беспомощно взмолилась Хикари. Примерно в это же время к ним подошла невысокая женщина, которая приехала на такси вместе с Тодзи и Кейко. «Все, давайте зайдём внутрь». Её тон был достаточно приятным, но, как только она заговорила, Аска тут же прекратила свою истерику и бросила на женщину обиженный взгляд. Затем она прикусила губу и опустила взгляд в пол. Хикари показалось это странным — она никогда не встречала никого, кто мог бы так легко заставить Аску замолчать. Женщина явно была какой-то важной персоной, и хотя её слова не звучали как приказ, реакция Аски говорила о том, что это мог быть и приказ. Тодзи, поняв, что ему не с кем спорить, тоже замолчал. «Да, мисс Фуука», — ответила Кейко. Именно она провела их внутрь, поднявшись с помощью костыля по трём ступенькам, ведущим из гаража в дом. Невысокая женщина закрыла за ними дверь. Гараж соединялся с небольшим коридором, ведущим в просторную гостиную. Не успев сделать и двух шагов, Хикари уже наклонилась, чтобы снять обувь. И только после этого она заметила, что поставить её некуда. «Эм…» — она растерянно огляделась по сторонам, держа в руках туфли. — «Куда мне их поставить?» Пол был деревянным и прохладным благодаря кондиционеру, несмотря на палящее солнце за окном. «Поставь их у дивана, если хочешь», — Аска указала пальцем на дорогой кожаный диван. «Здесь не принято снимать обувь». Независимо от того, было ли это частью культуры или нет, Тодзи и Кейко последовали примеру Хикари, сняли обувь и оставили её у дивана. В гостиной был высокий потолок, с северной стороны располагалась изысканная лестница, а с восточной — огромные окна. Вся мебель выглядела очень дорогой, её дополнял камин, над которым висел огромный телевизор с плоским экраном. Хикари только успела снять обувь и снова встать, как краем глаза заметила какое-то движение. Обернувшись, она увидела знакомого шатена, стоявшего в дверном проёме слева. Он был одет в синие шорты, белую рубашку и розовый фартук. Его голубые глаза были полны трогательной грусти, которая, естественно, вызывала у таких девушек, как она, желание утешить его. — А, — сказал Синдзи Икари, увидев своих друзей, — добрый день всем. «Д-добрый день...» — начала Хикари, но не успела договорить. «Да ладно тебе, чувак! Зачем так официально!» — Тодзи перепрыгнул через разделявшее их с Синдзи расстояние и обнял мальчика. «Сто лет тебя не видел! С тех пор, как ты надрал мне задницу». «Я… не…» — лицо Синдзи покраснело, но он отвёл взгляд. «Прости». «Даже не начинай, чувак. Я знаю, что ты не виноват». Тодзи ещё немного подержал его в объятиях, прежде чем отпустить. «Всё в порядке, я знаю, что тебе тогда пришлось нелегко». Хикари вошла и поклонилась. «Спасибо за ваше гостеприимство». «Это... это ничего», — сказал Синдзи. «Это место такое большое, что в нём хватит места для нас всех, так что я уверен, что тебе будет комфортно». Тодзи приподнял бровь, а затем взглянул на Аску. «Вы двое, да? Сорью, что ты делала с моим мальчиком?» Лицо Аски снова покраснело, но на этот раз она фыркнула, вместо того чтобы ввязаться в очередной спор, ничего не ответила и направилась к лестнице. Она уже была наверху, её волосы развевались, когда Синдзи жестом пригласил их пройти на кухню. «О, точно, — сказал Тодзи, — ты готовишь». — Ну, — тихо ответил Синдзи, — вроде того. Пойдём. Они вошли на кухню и увидели, что она заставлена сверкающей бытовой техникой, в том числе большим холодильником, какого Хикари ещё не видела, инфракрасной плитой, посудомоечной машиной и мраморными столешницами. Но самым большим открытием стала стройная девушка с бледной кожей. Её волосы были намного длиннее, чем помнила Хикари, и теперь ниспадали на плечи, щекоча спину. На ней было белое платье с нежно-жёлтыми вставками, доходившее почти до колен, и жёлтые балетки. Она стояла у плиты, глядя на кастрюлю с кипящим содержимым, одной рукой помешивая его ложкой, а другой держа книгу рецептов. Только когда все они вошли на кухню, Рей Аянами, кажется, заметила, что больше не одна. Она повернула голову, но не поклонилась. Её лицо оставалось бесстрастным. «Добро пожаловать», — голос Рей был таким же мягким, как всегда, а её красные глаза казались нереальными на этом бледном, красивом лице. — Аянами, добрый день, — поздоровалась Хикари. «Привет, синевласка. Давно не виделись», — поздоровался Тодзи, махнув рукой. Кейко обошла их обоих, при этом её костыль издавал равномерный щёлкающий звук. Внимание Рей мгновенно переключилось на брюнетку. «Ты устала?» — спросила она. «Нет, я в порядке», — сказала Кейко и обняла Рей. Из-за того, что у неё были заняты руки, Рей не могла ответить на объятие должным образом. Но она и не пыталась отстраниться или оттолкнуть девушку. Выражение её лица тоже изменилось, став более мягким, а губы изогнулись в улыбке. Хикари не могла припомнить, чтобы когда-нибудь видела, как Рей Аянами улыбается. Ни разу за всё время, что они вместе ходили в школу, и уж точно не тогда, когда её так крепко обнимала другая девочка — поведение, которое сочли бы скандальным, если бы оно произошло в классе. Она хотела спросить, в чём дело, но решила, что это не её дело. Вместо этого она переключила внимание на плиту. «А, так это Рей готовит?» — спросила она. — Не совсем, — вмешался Синдзи, забирая у девушки-альбиноса деревянную ложку и помешивая суп. — Я пытался её научить, и она мне очень помогала. Но… у неё ещё не всё получается. Кейко слезла с плеч Рей и растерянно посмотрела на Хикари и Тодзи. «Она готовит ещё хуже, чем Аска». «И это о чём-то говорит!» — раздался пронзительный голос, и на кухню вошла Аска. Она переоделась в розовое платье, которое было короче, чем у Рей, с оборками по подолу и на бретельках, а также с бантом на груди. Она также сняла сандалии и осталась босиком, что придавало ей довольно домашний вид. «Пойдём, я покажу тебе гостевую спальню». Не мешай поварам готовить. Мягко ступая, рыжеволосая девушка подошла к задней стене и раздвинула двойную ширму, за которой оказалась примыкающая столовая с массивным деревянным столом и восемью стульями. Хикари и Тодзи последовали за ней, но только после того, как староста класса поклонилась и извинилась перед Синдзи и другими девушками. Аска провела их через столовую в другой коридор. Слева коридор переходил в небольшое помещение, служившее прачечной. Справа, за ещё одной дверью, находилась спальня, которая была больше, чем спальня Хикари у неё дома. Из окон открывался вид на задний двор и лес за ним. В отличие от гостиной и кухни, в комнате был ковёр. Их чемоданы уже ждали их на кровати. «Эм, А-Аска…» — смущённо пробормотала Хикари. «Здесь только одна кровать». «Что? Разве ты и твой друг-обезьянка не привыкли делиться?» — поддразнила Аска. «Ты боишься, что он подкрадётся к тебе ночью?» «Я не склонен к суициду, — отметил Тодзи. — Я знаю, как держать руки при себе». Аска скрестила руки на груди и вздёрнула подбородок. «Сомневаюсь». «Всё в порядке, я просто удивилась», — сказала Хикари и начала ходить по комнате. В ней не было ничего особенного, но она была достаточно просторной, чтобы им было комфортно. Шторы были раздвинуты, что позволяло впустить много света и беспрепятственно любоваться деревьями за окном. А если присмотреться, то можно было увидеть и скрытый забор. Тогда Хикари поняла, что её первое предположение было верным. Ограждение шло по всему периметру, даже если его не было видно. Скорее всего, по периметру было несколько контрольно-пропускных пунктов, и попасть внутрь или выйти без разрешения было невозможно. «Здесь... мило», — добавила Хикари, вглядываясь в окно и надеясь, что её внезапное беспокойство не заметно. Затем она оглянулась на Аску. «Они выбрали для вас хорошее место. Вам повезло». Аска кивнула и попыталась улыбнуться, но в этом жесте не было радости, а в глазах читалось что-то другое. Хикари поняла, что её подруга действительно осознаёт реальность их положения так же, как и она сама. Даже золотая клетка остаётся клеткой. Затем Аска повернулась к Тодзи, уперев руки в бока. «Судзухара, не мог бы ты оставить нас на минутку?» — сказала рыжеволосая девушка ровным, серьёзным тоном, который ясно давал понять, что отказ невозможен. Тем не менее Тодзи на мгновение взглянул на Хикари. Бывшая староста класса кивнула. Она не удивилась, что Аска хочет поговорить с ней наедине. «Я буду на кухне. Может быть, Син-куну нужна помощь», — сказал загорелый молодой человек и вышел. Хикари подождала, пока Тодзи закроет за собой дверь, но не успела она спросить Аску, что случилось, как рыжеволосая заговорила сама. «Это неправильно, — сказала она. — К этому нельзя привыкнуть». «По крайней мере, ты знаешь, что здесь ты в безопасности», — ответила Хикари. «Думаю, могло быть и хуже». Аска заметно ссутулилась и присела на край кровати. «Когда они получили бы от нас то, что хотели, они могли бы отправить нас обратно. Думаю, нас бы расстреляли». Бывшая староста класса почувствовала, как что-то сжалось у неё в груди. — Ты этого не знаешь, — сказала Хикари. Она указала на себя и на дверь, через которую Тодзи вышел всего несколько секунд назад. — Я имею в виду, что я не была такой, и они могли это сделать. Но убийство детей — это не то, что они могут легко объяснить. «Ты никогда не была связана с NERV», — сказала Аска, качая головой. «А Судзухара… он просто тупой идиот, которому не повезло в тот единственный раз, когда он попытался пилотировать Еву. Но мы с Синдзи… я не знаю. А Рей… они захотят заполучить Рей. Они знают, кто мы. Какие мы». Хикари удивилась. Она отошла от окна и села на кровать рядом с Аской. На мгновение она задумалась, не протянуть ли ей руку, но потом вспомнила, что Аска очень чувствительна к прикосновениям. «Дети, вот кто вы такие, — сказала Хикари. — И жертвы». — Оружие, — поправила Аска. — Вот кем нас считает весь мир. — Она обвела руками комнату. — А это, всё это, с таким же успехом могло бы быть ракетной шахтой. Но мы — оружие, которым нельзя стрелять. Это значит, что мы действительно хороши только в качестве рычага давления. «Я думала, майор — то есть мисс Кацураги — работает над тем, чтобы получить для вас иммунитет и вы могли вернуться домой?» «Домой?» — Аска невесело усмехнулась. «Какой дом? Некуда возвращаться. Всё было уничтожено. Я знаю, что некоторых сотрудников NERV до сих пор не освободили. После всего этого…» «Я даже не знаю, насколько это правда. Профессор был заместителем командира, и его отпустили. Кроме того, это не значит, что не может быть никакого соглашения, — сказала Хикари. — Конечно, они оставили некоторых людей, но нас отпустили. И…» — Я видела, как они кого-то убили, — перебила Аска. Её глаза вспыхнули голубым пламенем, когда она посмотрела на Хикари. — Прямо у меня на глазах, хладнокровно. Как мы можем доверять таким людям? — Она глубоко вздохнула, а затем, казалось, обмякла. — Но оставаться здесь… под наблюдением. Под постоянным контролем. Не иметь возможности жить своей жизнью. «Но ты в безопасности. А Синдзи поедет в колледж. Такова жизнь, не так ли?» Вместо ответа Аска протянула руку и повернула запястье. «Смотри». Хикари опустила голову и заметила на запястье большое пятно с углублением. Оно напоминало след от укола, только гораздо больше. Она ничего не понимала. «Что это такое?» «Чип», — сказала Аска, и в её голосе внезапно прозвучала злость. «Они пометили нас. Куда бы мы ни пошли, за нами следят, даже когда нас не сопровождают. Когда мне в первый раз дали такой чип, я его вырезала. Они ясно дали понять, что без него нам никуда не позволят пойти. Мы были бы почти что заключёнными. Мисато злилась, но ничего не могла с этим поделать». Мне пришлось позволить им снова вживить его, если я хотела хоть какой-то свободы. У остальных тоже есть. Даже у Рей. Ей вживили четыре, но ни один не сработал. — Она усмехнулась. — Идиоты. Рей не такая, как мы. Хикари вспомнила, как у ворот сканировали запястье Аски. Она почти боялась задавать следующий вопрос. «Они ведь не... плохо с тобой обращаются, верно?» — сказала она, тщательно подбирая слова. «Нет. С нами очень хорошо обращаются. Нас не бьют и всё такое, и все наши потребности удовлетворяются. Но не обязательно бить собаку, чтобы держать её в клетке. Я не знаю, что хуже — остаться здесь или вернуться, но я не настолько глупа, чтобы думать, что хочу провести так всю оставшуюся жизнь». Хикари не знала, что сказать. «Всё не может быть так плохо, если они разрешили нам приехать», — отметила она. «И японское, и американское правительства согласились на это. И если ты вернёшься, вокруг тебя будет столько прессы, что даже правительство не посмеет причинить тебе вред. Если бы они это сделали, был бы ад. И ты американская гражданка. Полагаю, Синдзи и Кейко скоро будут. Они не смогут причинить тебе вред». «Я хочу в это верить», — сказала Аска. «Но я не могу. Если бы дело было только во мне, мне было бы всё равно. Я бы просто встретила всё, что со мной происходит, как всегда делала раньше. Но теперь дело не только во мне. Её рука дёрнулась к животу. — Если бы я была одна, всё было бы по-другому. Но я... не одна». «Синдзи переживает из-за возвращения?» — спросила Хикари. «Не так сильно, как я», — ответила Аска. «Он не видит вещи такими, какими вижу их я. Я рада, что ты здесь. Я…» Раздался стук в дверь. Аска слегка вздрогнула, но подняла голову и сказала: «Войдите». Когда дверь распахнулась, за ней оказалась Рей. «Синдзи говорит, что еда скоро будет готова, и просит тебя помочь ему помочь накрыть на стол», — сказала девушка с синими волосами. «Аска, ты не могла бы помочь?» Аска вздохнула, но в конце концов кивнула и поднялась на ноги. «Да, да. Я иду». — Подожди! — воскликнула Хикари, вставая. — Когда… Аянами, я не припомню, чтобы ты когда-нибудь называла их по именам. Вы, должно быть, очень сблизились, верно? «Здесь очень принято обращаться к людям по имени, — сказала Рей. — Но ты не ошибаешься. Мы провели много времени вместе». Хикари была рада это слышать. Чем больше людей будет рядом с Аской, тем лучше. Если они смогут держаться вместе, то, конечно, смогут помочь друг другу справиться с любыми трудностями, с которыми могут столкнуться. И она не верила, что всё так плохо, как, казалось, думала Аска. Иначе Хикари здесь бы не было. «Я тоже могу помочь?» — предложила Хикари. Рей и Аска переглянулись, их взгляды встретились и скрепились. Казалось, между ними проскочила какая-то невысказанная мысль, и они стали серьёзнее, чем обычно, что внезапно смутило веснушчатую девушку. Аска первой отвела взгляд. Что это было? — подумала Хикари. Одно дело — называть друг друга по имени, но я вижу беспокойство, когда оно есть. Рей беспокоится о ней? Она тоже боится возвращаться? И почему? Возвращение домой должно быть хорошим событием. Я думала... — Ты гостья, Хикари, — наконец сказала Аска, натянуто качая головой. — Просто расслабься. Распаковывай вещи, если хочешь. Устраивайся поудобнее. Здесь не так, как в школе. Тебе не обязательно быть волонтёром на уборке или что-то в этом роде. Она выдавила из себя улыбку. «Кроме того, я не хочу, чтобы твой дружок-обезьяна обвинил меня в том, что я плохая хозяйка из-за того, что заставила тебя работать». «Аска…» Хикари решила, что здесь происходит что-то, чего она не понимает. Возможно, со временем кто-нибудь ей всё объяснит. Учитывая, как обычно складываются дела с Аской, это, пожалуй, лучшее, на что она может надеяться. Хикари вздохнула и повернулась к чемоданам, стоявшим на кровати. Ей нужно было почувствовать себя полезной, и лучшее, что она могла сделать сейчас, — это распаковать вещи. Еда была великолепной, как и всё, что готовил Синдзи. У него действительно был талант к кулинарии. Хикари сидела рядом с Тодзи, Синдзи — слева от неё, а Рей — напротив. Кейко сидела рядом с Рей. Пока они ели, они немного поболтали. Хикари хвалила других и делала позитивные замечания, жалея, что не может так же легко очистить свой разум, как и свои слова. Но всё равно царила атмосфера угрюмой неловкости, особенно со стороны Аски, которая, казалось, была полна решимости ни с кем не встречаться взглядом. «Как будто она хочет что-то сказать, но не может», — подумала Хикари. Примечательно, что между бывшими пилотами Евы-01 и Евы-02 было очень мало открытых проявлений чувств, хотя все присутствующие уже знали, что они пара. С другой стороны, Тодзи без зазрения совести хватал Хикари за руку, игриво поглаживал её по плечу, отпускал неуместные комментарии и настаивал на том, чтобы кормить её прямо со своей вилки. Хикари тихо протестовала против некоторых его действий, смущаясь и робея, но обычно сдавалась, когда спортсмен настаивал. Хикари также заметила, как Рей и Кейко переглянулись и как покраснели щёки брюнетки, когда ей показалось, что Рей смотрит на неё слишком долго. Это должно было стать поводом для насмешек со стороны Аски, но рыжая не сказала ни слова. Её попытки улыбнуться, как она делала, когда они были наедине, тоже не убедили Хикари. «О, пока я не забыла, — сказала Хикари, — мисс Кацураги велела передать вам, что она нашла Пен-Пена. Она дала объявление в одной из газет региона Хаконэ, и его увидел кто-то из приюта». И Синдзи, и Аска улыбнулись, и на их лицах отразилось облегчение. Они, наверное, и подумать не могли, что снова услышат о своём питомце-пингвине, но мисс Мисато решила сделать всё возможное, чтобы найти его, и всегда верила, что он жив. В конце концов её усилия были вознаграждены. «Он ведь не пострадал, правда?» — спросил Синдзи через мгновение. Пен-Пен, может, и был домашним питомцем, но он всё равно был членом их семьи. Его возвращение стало маленькой, но радостной победой. И, возможно, знаком на будущее. «Нет, с ним всё в порядке», — сказала Хикари. «Разве что немного поправился. Когда я в последний раз её видела, мисс Кацураги была с ним, но она была занята, поэтому попросила Кенсуке присмотреть за ним». Услышав о другом своём лучшем друге, Синдзи помрачнел. «Как Кенсуке? Я не разговаривал с ним с тех пор, как закончился финал». На этот раз ответил Тодзи. «С ним всё в порядке. Ему удалось поступить на факультет машиностроения в Киото, несмотря на всю эту неразбериху. У него были такие хорошие оценки. Даже Михо была впечатлена». Аска фыркнула. «Эта шлюха всё ещё ошивается здесь?» — Аска! — возмущённо вскрикнула Хикари. «Да ладно, Михо никогда не была такой уж плохой», — сказала Кейко. «Тебе легко говорить», — Аска надула губы. Ей никогда не нравилась Михо Исидзава, и все присутствующие это знали. Строго говоря, они никогда не были настоящими соперницами, потому что Аска отказывалась признавать её таковой. «Честно говоря, ты была такой же скучной и неинтересной, как и она. Только… ты стала особенной, не так ли?» «Но это длилось недолго», — улыбнулась Кейко, и этот жест вдруг напомнил Хикари саму Аску. «А я облажалась!» «И чуть не погибла», — подумала Хикари. Ты не погибла, но... все видят, какую цену ты заплатила, когда ходишь. Несмотря на желание высказаться, бывшая староста класса решила, что лучше ничего не говорить. Старые трагедии, подобные тем, что пережили её друзья, остались в каком-то тёмном уголке памяти, пережиты и приняты, если не забыты. Было очевидно, что для Кейко, которая с момента их знакомства жаждала внимания рыжеволосой девушки, было приятно, что Аска назвала её особенной, несмотря на то, как быстро и трагично закончилось её пребывание в качестве пилота. И если это помогло ей обрести покой, то Хикари не в чем было упрекнуть её. Но она всё равно считала, что такой взгляд на вещи неправилен или, по крайней мере, нездоров. Конечно, пилотирование «Евангелиона» сделало их другими, но они и так были особенными просто потому, что были собой. Ни время, ни травмы не могли этого изменить. Когда еда закончилась, Рей и Кейко помогли убрать со стола и отнести посуду на кухню. Синдзи предложил произнести тост. Хикари, будучи Хикари, не могла оставить это предложение без ответа. — Подожди! — она резко встала. — Здесь нет совершеннолетних. В Соединённых Штатах совершеннолетие наступает в 21 год. Все посмотрели на неё, приподняв брови. «Да ладно тебе, Хикари, разве ты дома не пила сакэ?» — сказала Аска, и впервые на её мрачном лице появилось что-то вроде мягкого удивления. «Я немка. Ты же знаешь, что немцы славятся своим пристрастием к алкоголю, верно?» «Я никогда не замечала, чтобы ты пила», — возразила Хикари. — Она не пьёт, — заметил Синдзи. — Разве что по особым случаям. И даже тогда, — он мельком взглянул на рыжеволосую, — совсем чуть-чуть. Прежде чем Хикари успела продолжить лекцию о присущей алкоголю аморальности — как и любому другому пороку, в зависимости от ситуации, — Тодзи схватил её за запястье и незаметно усадил к себе на колени. Хикари коротко вскрикнула от удивления, но, оказавшись сидящей, не попыталась встать. Тодзи быстро обнял её за талию. «Э-эй!» — лицо Хикари начало краснеть. «Что мне делать с этой девушкой?» — размышлял Тодзи. «Это всё равно что встречаться с сержантом Сил самообороны Японии». «Я не такая!» Тодзи не обратил на неё внимания, но приобнял её другой рукой, помогая устроиться у него на коленях. Он бросил озорной взгляд на Синдзи. «Скажи мне, приятель, а рыжеволосая дьяволица такая же, когда вы двое остаётесь наедине?» «Как будто я позволю обезьяне обнимать меня», — фыркнула Аска. Однако она не смогла скрыть своего смущения. «Синдзи ведёт себя гораздо уважительнее». Тодзи ухмыльнулся. «Не знаю, кого ты пытаешься обмануть. Чем более чопорной и правильной является девушка, тем больше шума она поднимает, когда...» — Тодзи! — вскрикнула Хикари. «Я лишь хочу сказать, что притворяться бесполезно, Рыжая. Вы даже не смотрите друг на друга. Ты никого не обманешь. Все здесь знают, что ты уже не та равнодушная стерва, какой была раньше. Так покажи это. Никто здесь не осудит тебя, если ты перестанешь скрывать свои чувства». Хикари покачала головой. «Ребята, мне очень жаль». «Глупая обезьяна.» — вздохнула Аска, но затем молниеносно протянула руку, схватила Синдзи за запястье и притянула к себе на колени, собственнически обняв его. «Вот так. Доволен?» Теперь настала очередь Синдзи покраснеть. Однако, как и Хикари, оказавшись на коленях у своей второй половинки, он не предпринял попытки встать, как бы сильно ни краснел. «О, теперь ты понимаешь!» — ухмыльнулся Тодзи. Он сжал Хикари, заставив её вскрикнуть. «Эй, прекрати!» Когда Рей и Кейко вернулись, они застали остальных в таком состоянии. Рей, как и ожидалось, никак не отреагировала. Её красные глаза просто перебегали с Хикари и Тодзи на Синдзи и Аску. С Кейко дело обстояло иначе. «Э-э-э... не слишком ли вы торопитесь?» — сказала она. Затем она повернулась к Рей. «Может, мне сесть к тебе на колени?» Рей молча взяла её за запястье и подвела к ближайшему стулу. В конце концов тост был произнесён, все выпили вина, а Хикари — воды, хотя она заметила, что Аска сделала всего один глоток, прежде чем поставить бокал на стол. Всё равно было приятно. Хикари наслаждалась происходящим, хотя, конечно, не так сильно, как компанией. Через несколько часов, когда всё улеглось, Хикари переоделась в пижаму и вышла из ванной. Тодзи уже ждал её, откинув одеяло. Он был одет только в шорты, а его протез лежал на полу. Хикари позволила себе окинуть его взглядом, на этот раз не сдерживаясь, и ей понравилось то, что она увидела. «Опять пялишься, да?» — сказал Тодзи, заметив, что она разглядывает его. «Всё в порядке. Я знаю, что я красавчик». «Я не пялюсь». Хикари подошла к нему и обняла за плечи, ощущая его тёплую кожу. В то же время она почувствовала, как его руки скользнули по её пояснице, проникли под пижамные штаны и сжали мягкую плоть, которую нашли там его пальцы. «Ах… эм…» Тодзи наклонился и поцеловал её в шею. «Такие чопорные и правильные звуки, — прошептал он. — Помнишь, что я говорил рыжей раньше?» Хикари так и сделала. Она покачала головой. «Можно мы просто пообнимаемся? Я устала после поездки и всего такого». Кто-то другой мог бы настоять на своём, но только не Тодзи. «Да, конечно, староста класса». — Не называй меня так, — Хикари смутилась. «Да, ничего не поделаешь. Ты всегда будешь для меня старостой класса». Он обнял её чуть крепче. «И не думай, что я не заметил, что ты пытаешься сделать, Хикари. Я знаю, ты хочешь помочь Аске и остальным, но не заставляй себя нести их бремя в одиночку. Ты тоже через многое прошла. Ты заслуживаешь счастья, как и все остальные». Хикари нечего было на это ответить, хотя она и знала, что он прав. Она отстранилась, быстро поцеловала его в губы и забралась в постель. Тодзи выключил свет, лёг рядом с ней и снова обнял её. Хикари вздохнула, прижалась к его теплому телу и накрыла их обоих одеялом. Через несколько минут Тодзи уже спал, и его дыхание мягко касалось её уха. Хикари не спала. Она лежала, уставившись в стену. Она не знала, сколько времени провела в таком положении, но чем дольше она ждала, когда её одолеет сон, тем сильнее становилось её нетерпение. В конце концов она решила, что не может просто лежать здесь. Она осторожно высвободилась из объятий Тодзи, чтобы не разбудить его, и встала с кровати. Она прошла через столовую и направилась на кухню, думая, что, возможно, немного воды или молока помогут ей уснуть. Однако, войдя в кухню, она заметила, что снаружи горит свет. Она пошла за ним через гостиную к двери. Выглянув наружу, она увидела, что эта дверь ведёт на деревянную террасу, расположенную вдоль задней части дома. На террасе стояла Аска, облокотившись на перила. Рядом с ней, небрежно положив руку на её тонкую талию, стоял Синдзи. Голова Аски лежала у него на плече, её распущенные волосы развевались на ветру. Они оба были в ночных рубашках, стояли спиной к ней и смотрели в тёмный лес, который теперь казался непроницаемой чёрной границей, недоступной для света фонарей на палубе. Над ними в непроглядной тьме виднелись тысячи звёзд, похожих на крошечные точки. Даже с такого расстояния Хикари слышала их голоса сквозь стрекот насекомых. «...не могла. Это было неправильно», — говорила Аска таким тихим и мягким голосом, что Хикари с трудом узнавала её. «Тебе нужно будет ей рассказать», — сказал Синдзи. Его пальцы нежно скользили вверх и вниз по боку Аски, поглаживая тёплую кожу между рёбрами и бедром. «Это очень важно». Аска опустила голову. Она перенесла вес тела на плечо Синдзи. «А что насчёт Рей?» — спросил Синдзи. «Рей узнала раньше меня», — сказала ему Аска и вздохнула. «Ты же знаешь, какая она». Синдзи кивнул. «Я рад, что она здесь. Пока она рядом, ничего не случится». — Ты имеешь в виду, пока они её боятся. Хикари не понимала. Почему кто-то должен бояться Рей Аянами? Она была ещё совсем юной, наверное, даже не достигла возраста поступления в колледж. — Да, можно и так сказать, — ответил Синдзи, слегка повернув голову. — Ты уже придумала имя? «Нет, я ещё не готова. Я ещё не смирилась с этим. Возможно, я не смогу этого сделать ещё какое-то время». Имя? Хикари показалось это особенно странным. Имя для чего? У них не было ничего, что могло бы нуждаться в... о... Что-то щёлкнуло в сознании Хикари, словно зажглась пресловутая лампочка. Имя! Конечно, им нужно было придумать имя! Неудивительно, что Аска так волновалась, когда они разговаривали наедине перед ужином. Только волновалась она не за себя. Точнее, за себя, но не по очевидной причине. «С ней никогда ничего не бывает очевидным», — подумала Хикари, не в силах сдержать улыбку. «Ничего не бывает просто». Но оно того стоит. Несмотря на всё, через что ей пришлось пройти, несмотря на борьбу с собственными сомнениями и отчаянием, Хикари впервые по-настоящему обрадовалась тому, что пережила этот кошмар. На душе у неё стало легче. Внезапно она поняла, что именно поэтому она выжила. Чтобы увидеть это. Чтобы знать, что будущее всегда есть, потому что люди всегда объединяются благодаря своим эмоциям. Жизнь продолжается. Время нельзя остановить, сколько бы ты ни оглядывался назад, как бы ни было больно. Прошлое исчезло — оно было разрушено, и никто не мог его восстановить. Так и должно быть. Что бы ни случилось, Аска и Синдзи вместе строят своё будущее, потому что они достаточно сильны. Хикари поняла, что однажды сделает то же самое.

***

Конец.