Часть 8

Я медленно просыпалась, ощущая, как все быстрее поднимается грудь Баки, на которой я лежала. Когда я уснула, то мужчина лег на диван, только не отпустил меня, а, обняв живой рукой, которая сейчас касалась обнаженной кожи на талии, расположился уже в более удобном положении. И сейчас бы я попыталась выбраться из объятий, которые, как ни странно, были приятны, но неуместны. Только дыхание Баки учащалось, его лицо, которое во мраке было практически не видно, но различимо, напрягалось. А из губ вырвался сдавленный не то стон, не то крик. Ему снился кошмар, даже на лице появлялась испарина, а это было знакомо мне. — Баки, — тихо прошептала я, стараясь не сильно его напугать. Но он никак не отреагировал на меня, лишь мотнул головой в сторону. — Баки, проснись, — ещё раз попробовала его разбудить я, аккуратно положив ладошку на его щеку. И Джеймс распахнул глаза, только резко сев и прижав меня к себе, что я даже пискнуть не успела, но испугаться такой реакции умудрилась. — Все хорошо, это всего лишь сон, — тихо прошептала я, когда его почерневшие от злости глаза уставились на меня, и я нервно сглотнула. — Прости… — так же тихо ответил он, только не ослабляя своих объятий. Лишь посмотрел на мою руку, которую я не убрала от его лица, потом закрыл глаза и прижал меня к себе. — Как давно мне не снилась Гидра. Этот серьезный мужчина, такой заботливый и решительный, сейчас казался мне напуганным мальчишкой, проснувшимся посреди ночи от кошмара. И я его понимала. Я была с Гидрой уже год, когда ему пришлось провести с ними более полувека. Эта была самая жестока и совершенно бездушная организация, что встречала я. — Я рядом, — тихо прошептала я, обняв его и все сильнее смущаясь, ощущая его частое и горячее дыхание на коже шеи. — Прости, я совсем забыл, — неохотно разжав руки, произнес Баки и отодвинулся от меня. Только вот я не ощущала никакого дискомфорта до этого момента, а как он отстранился, то стало неуютно и показалось, что еще и холодно. — Все в порядке, — сказала я, пытаясь высмотреть его небольшой рюкзак, который оказался рядом с диваном. И, достав из него бутылку воды, протянула ему. — Мне помогает попить, когда снится такое. Баки кивнул мне и забрал ее из моих рук. А вот я решила выйти наружу, посмотреть, может, прилетел Хаг и привел вожака, пока мы спали. Но на улице стояла темная ночь, небо заволокло тучами, моросил слабый дождик, а рядом никого не было, кроме сверчков, которые даже в такую погоду не умолкали, и звуков леса. Но тут было хорошо и свободно. — Пока ничего? — поинтересовался Баки, выйдя за мной. — Нет, — покачала я головой, укутавшись посильнее в плед. И хоть к холоду я относилась всегда нормально, даже в мороз чувствовала себя комфортно, сегодня это было не так. — К сожалению, мир животных устроен по-другому. И просто попросить их о помощи у Хага может и не выйти. Особенно в ночи. Но он может попробовать это сделать, а еще и понять, где находится их логово, чтобы можно было прийти к ним утром. От Стива есть какие-то новости? — Нет, — тихо сказал Баки, а я услышала в его голосе боль, ту, которую испытывала и я, говоря о своих друзьях. — Баки, мы найдем их. Наташа и Клинт сильные, они справятся, а мы поможем, — попыталась я прибодрить его, положив ладошку на его грудь. Барнс лишь улыбнулся, возможно, с моей наивности, а может, и уверенности, с которой я это произнесла. Но мне казалось, что мы справимся. Что он точно справится, ведь, насколько я была наслышана, у Мстителей бывали и похуже моменты. Да чего стоила только Гидра. И они всегда справлялись. И это не должно было стать исключением. — Что? — не выдержала я его взгляда, слишком внимательно изучающего мое лицо. И все же отошла на шаг назад. — Пойдем в дом, ты замерзла, — заулыбался он, качнув головой в сторону двери. — Может, температура? — задумалась я, хотя и не болела никогда. Но все же чувствовала озноб. А вот Баки это не понравилось, и он решил проверить это своим крайне действенным способом, прислонив ладонь к моему лбу. — Нет, нормально, — произнес он, пока я застыла на месте. То, что меня не передергивало от его прикосновений, мне нравилось. Но вот то, что при этом я ощущала — совершенно нет! Будто все внутри сжималось, только при этом это ВСЕ возмущалось, стараясь вырваться наружу. — Я все время забываю, как ты относишься к такому, — виновато проговорил Баки, убрав свою руку от меня. Я лишь кивнула, решив скрыться обратно в доме, где точно не будет видно моего раскрасневшегося лица. И пускай, что мой внутренний голос кричал, что пора становиться взрослой, а не быть краснеющим подростком. Джеймс зашел не сразу, но и не пошел ко мне, а, взяв еще один плед, снял с себя серую кофту и решил разместиться в кресле. — Я тебя чем-то обидела? — поинтересовалась я, ведь рассчитывала, что усну на его сильной груди и в объятиях, которые безумно хотелось снова ощутить. Почувствовать тепло, комфорт и защищенность. — Нет… — покачал головой мужчина, уставившись в мою сторону. — Тогда ладно, — выдохнула я, ложась одна на холодный диван. И на что я сейчас рассчитывала? Что после моих откровений Баки проникнется ко мне, снова ляжет рядом и обнимет? Слишком наивно и глупо, и обидно. Или… Я заулыбалась как дурочка, когда услышала очень тихий топот в свою сторону. Баки аккуратно лег рядом, осторожно положив на плед свою живую руку, от прикосновения которой даже через плотную ткань я ощутила панику. — Тебе же страшно, — тихо прошептал он мне на ухо, защекотав своим дыханием. — Мне с тобой рядом очень уютно… — ответила я, обернувшись к нему, чтобы убедить свой мозг в том, что рядом не Брок и бояться нечего. Но встретившись с его глазами, которые были так близко, поняла, что я тону. — Что? — улыбнувшись, спросил он, будто и не знал, что со мной происходит. И я ни капли не сомневалась, что он-то точно был не невинен. — Ничего, — ответила я, все рассматривая его лицо, которое сейчас было так близко. — Ты знаешь, что у тебя очень красивые глаза? На это Баки снова рассмеялся, но не засмущал. Мы сейчас были вдвоем в глуши, где на десятки километров не было никого. А еще и неизвестность. Да, я рассказала ему о своей беде, но что будет дальше, никто не знает. И, возможно, это был последний вечер, когда все было более-менее спокойно. Мы найдем Литвинова, освободим Наташу и Клинта, а что потом? Может, Брок захочет вывести меня из игры. Запереть точно так же, как это сделал с Вандой и Пьетро. А может, и вообще решит устранить. Я опустила взгляд на его губы, что были сейчас так близко. Заметила, как слабо дернулись их уголки, даря мне слабую улыбку. И я, закрыв свои глаза, коснулась его губ своими, боясь, что он меня сейчас оттолкнет, или же я сама почувствую омерзение. Но не произошло ни того, ни другого. Баки так осторожно, но чувственно ответил на мой поцелуй, легко прижав меня к себе правой рукой, что у меня внутри все вспыхнуло, загоревшись от новых ощущений. И в буквальном смысле этого слова: я засветилась, озарив все помещение. Поэтому мы оба оторвались друг от друга, ошарашено смотря на комнату, которая снова уходила во тьму. — Ты всегда так светишься? — смеясь, спросил Баки, посмотрев на меня. — Не знаю, — смущенно проговорила я, и как же хорошо, что сейчас снова было темно, и Барнс не видел моего красного лица, которое аж горело. — Ты удивляешь меня, Марго, — тихо прошептал Баки и снова наклонился к моим губам, погружая в нежный поцелуй, тот, с чем ничего не могло сравниться. Я дала ему зеленый свет, а мужчина, не раздумывая, решил им снова воспользоваться. Мне не хотелось думать о его чувствах, ведь я почему-то сомневалась, что они настолько взаимны. Я видела, как Баки заигрывал с девушкой, как записывал ее номер. Не знаю, чем это у них это все закончилось, но сомневаюсь, что это был единичный случай. Он был похож на человека, у которого не было проблем с противоположным полом. Я и сама попалась в его сети, поддалась чарам, которые притягивали к мужчине, затуманивали разум, оставляя в душе приятную негу. Наш поцелуй перерастал из невинного в более страстный и развязанный, Баки проникал своим языком в мой рот, а я неумело отвечала, позволив себе исследовать его крепкое и горячее тело, аккуратно проводя пальчиками по сильным мышцам. Я хотела уже не поцелуя, а большего. И когда Джеймс дотронулся до обнаженной кожи на моей спине, то я невольно вздрогнула, прикусив его губу. — Ауч… — тихо прошептал он, убрав руку. — Верни, — недовольно потребовала, засунув свою стеснительность куда подальше — завтра пострадаю. Баки растянул улыбку, оголяя свои белые зубы, но не стал целовать мои губы. Он пристально смотрел в мои глаза, а рукой осторожно подлез по футболку, касаясь кожи на моем животе. Я снова вздрогнула, только желание не покидало. И сама дотронулась до его щеки, аккуратно очертила пальцами его скулы, щеки. — Ты уверена, что хочешь этого? — тихо спросил он, наклонившись к моему лицу, но застыл в ожидании ответа. — Мне впервые за сотни лет удалось… — я затормозила себя, чуть не сказав «влюбиться». Но я видела его довольную улыбку. — Естественно, мне страшно. Я помню, как читала романы, порой представляя себе, что тоже встречу своего человека. Он обязательно будет галантным, добрым и сильным мужчиной, за которым я буду как за каменной стеной. Но сначала он будет долго ухаживать за мной, приглашать на свидания, у нас будет самый необыкновенный первый поцелуй, а после и первый секс. Мужчина будет без ума от меня так же сильно, как и я от него. А после он встанет на одно колено и сделает мне предложение, от которого я не смогу отказаться. Сейчас, когда Баки аккуратно снял с меня футболку, откинув ее сторону, а затем начал целовать мою шею, спускаясь все ниже, заставляя свет в моем теле снова разрастаться, я была счастлива, что это случилось со мной. Пускай, что у нас не было свиданий, длительных ухаживаний, да чего таить, я сама его поцеловала и даже настояла на продолжении, мы находились в старом и заброшенном здании, а наши друзья могли вот-вот погибнуть, но с учетом того, что я была не уверенна, что для меня может наступить завтрашний день, уже была благодарна судьбе, которая подарила мне ночь с таким мужчиной. Я выгнулась в спине и издала сдавленный стон, когда Баки прикоснулся к моему лону, задев чувствительную точку. Все равно это было слишком быстро, ведь после пережитого мною стресса прошло мало времени. — Все хорошо, — прошептал мне на ухо Баки и начал целовать мои щеки, губы, скулы. Аккуратно касаясь губами кожи и массируя клитор, заставляя расслабиться, делая все, чтобы мой первый раз не был столь болезненным и неприятным. И, слушая его томное дыхание, ласковые слова, я сама поддавалась его действиям, желая его всего, изнемогая от длительной, но такой приятной прелюдии. Когда Баки оказался сверху меня, то я вцепилась в его плечи. — Расслабься, милая, — тихо прошептал он, не спеша начинать. Я чувствовала головку его члена у внутреннего бедра, даже дрожь в его теле, понимала, что он сдерживает себя, только лишь бы мне не причинить боли. Баки снова поцеловал меня, ласково и неспешно, а я начала расслабляться, доверяя свое тело ему. Он входил медленно и аккуратно, совершенно не глубоко, даже не давая почувствовать его, будто дразня, но потом неожиданно полностью вошел, остановившись. А я громко воскликнула, почувствовав терпимую, но острую боль. — Все хорошо, — прошептал он, начав целовать мое тело. — Исцели себя, — попросил он. Я лишь слабо кивнула, потому что мой организм с этим справится сам. А сейчас объяснять, что на меня магия так не работает, не хотела. Баки начал медленно двигаться, и по моему выражению лица понял, что я не выполнила его просьбу. Но он все так же продолжал покрывать мое тело, лицо поцелуями, нашептывая, что я прекрасна, как я запала ему в душу. И через время его темп начинал увеличиваться. А я помимо боли начала испытывать приятные ощущения, как с очередным новым толчком во мне загорается огонь, закручиваясь внизу и распространяясь по всему телу. И как бы я ни хотела себя сдерживать, быть тише, хоть кроме нас никого не было не то что в доме, а еще за десятки километров, но не смогла. Особенно, когда по моему телу резко прошла судорога, заставляя все внутри сжиматься, а меня поглотила доныне неизвестная эйфория. Баки сам шумно застонал, увеличивая темп, и резко вышел из меня, излившись на живот, а следом упав рядом и прижав меня к себе бионикой. Мы просто лежали молча, слушая учащенное дыхание друг друга и биение сердец, которые готовы были выпрыгнуть из груди. Да и слова сейчас были лишними. Не знаю, поступила я правильно или нет, но это того точно стоило. — И все же, ты больше не засияла, — тихо посмеялся он, выводя незамысловатые узоры на моем плече. — И хорошо, потому что сожгла бы все к чертям тут, — ответила я блаженным голосом, все обнимая мужчину и улыбаясь.