Эпилог

Погребальные костры всё ещё горели. Чёрный дым клубился, поднимаясь к небу, унося с собой тела, но оставляя после себя память. Память, которую не сотрёшь ни ветром, ни временем. Дым будто стелился по долине, как след от прошедшей битвы, — знак, что земля помнит кровь и не отпустит её так просто. Но работа на этом не была закончена. Воины у костров знали: их долг не кончался с последним плачем рогов и шелестом пепла. Ещё предстояло собрать оружие павших, опознать тех, кого возможно, и упорядочить то, что оставила битва после себя. Каждый шаг отдавался тяжёлым гулом — в ногах, в сердцах, в памяти. Эодред видела, как люди тянулись к углям, осторожно вынимали из пепла металлические обломки, оружие, кольчуги, сохранившиеся от огня. Не для того, чтобы вернуть, — для того, чтобы снова пустить в дело. Война не ждала. Ни скорби, ни времени. Она стояла в стороне, всматриваясь в лица. Те, кто остался жив, двигались словно во сне. Усталость лишала их слов, но не силы — сила теперь рождалась не в мышцах, а в обязанности. Им нужно было идти дальше. И идти придётся далеко. Где-то позади, на опушке, слышался звон молотов — кузнецы уже чинили сбитые латы, скрепляли мечи. Коней приводили в порядок, седла латали. Даже дым костров не мог заслонить этот тихий, упорный гул труда: войско собиралось продолжить путь. Эодред провела ладонью по лицу, смывая пот и прилипшую пыль. Она ощущала вкус дыма на губах и знала: впереди ждёт дорога, длиннее, чем её собственные страхи. Они все шли навстречу следующей битве, как идут навстречу рассвету — не оттого, что хотят, а оттого, что выбора нет. Она бросила взгляд на восток — туда, где за горами скрывался Эдорас. Дом. Столица. Обязанность. И впервые за долгое время Эодред почувствовала, что её собственный путь тоже ещё не пройден.