Часть 4

Альбус Дамблдор, заметив, как Северус Снейп всё глубже погружается в своё горе, решил поддержать его. Он знал, что Снейп, несмотря на всё своё упорство, сломлен потерей Эмили. Чтобы удержать Северуса на работе и дать ему хоть какую-то цель, он увеличил его зарплату, аргументируя это тем, что Снейп заслуживает большего за свой тяжёлый труд. — Северус, — однажды тихо сказал Дамблдор, приглашая его в свой кабинет, — я не могу вернуть то, что ты потерял. Но ты всё ещё нужен нам. Ты нужен Хогвартсу. И я верю, что, продолжая своё дело, ты сможешь найти силы жить дальше. Снейп не ответил, лишь коротко кивнул. Его голос был тих, а глаза полны тоски. Он понимал, что Дамблдор заботится о нём, но никакие деньги или слова не могли заполнить пустоту в его сердце. Получив первую прибавку к зарплате, Северус направился в маленький ювелирный магазин в Хогсмиде. Там он заказал крохотную цепочку с кулоном, в который поместил миниатюрное фото Эмили. На этом фото она счастливо улыбалась, обнимая своего мишку. Теперь он носил эту цепочку под мантией, у самого сердца, как напоминание о своей дочери, единственном свете в его жизни. Каждое утро он аккуратно касался кулона, словно это помогало ему начать новый день. Когда дни были особенно тяжёлыми, а боль утраты накатывала волнами, он брал цепочку в руки и шептал: — Эмили, я всё ещё с тобой. Я не забуду тебя. Коллеги заметили, что Снейп стал ещё более замкнутым, чем раньше. Его суровость на уроках усилилась, но иногда, если кто-то из студентов напоминал ему о его дочери — будь то улыбкой или каким-то жестом, — он смягчался на мгновение, позволяя себе чуть более тёплый тон. Дамблдор знал, что Северус никогда не оправится полностью. Потеря Эмили оставила шрам, который не заживёт. Но цепочка с её фотографией и работа в Хогвартсе стали тем, что держало его в этом мире. Он жил с болью, но жил ради памяти о своей маленькой дочери, которая всегда будет в его сердце.