День 14. Свадьба.

Вообще-то Ингрид к свадьбе не готовится совершенно, хотя подруги до последнего пытались заставить её хотя бы посмотреть свадебные платья. Ингрид не соглашалась. Как не соглашалась озабочиваться хотя бы чем-то — они с Серёжей сразу договорились о минимуме гостей и отсутствии излишней церемониальности. — Ты что, не рада? — ужасалась Соня. — Можно подумать, свадьба у нас, а не у тебя, — ворчала Юля. Гром только пожимала плечами, не видя смысла объяснять, что у неё так и не получается воспринимать замужество как праздник, даже если жених — самый любимый и максимально подходящий ей человек. Что не может видеть свадебные платья, потому что сразу вспоминается серия убийств в питерских ЗАГСах и белоснежная ткань, залитая кровью. Что не может заставить себя надеть каблуки, потому что жутко неудобно и совсем не ощущается гармоничным. Одно дело носить их по работе, под прикрытием, а так… А уж эти дурацкие причёски… И косметика… Проблема решается накануне ночью, сама собой, когда задержавшийся вроде как на работе Разумовский торжественно вручает ей большую коробку. В коробке обнаруживаются новые кроссовки, чёрные джинсы и оверсайзная рубашка в чёрно-белую клетку. Идеально подходящее по размеру и явно обошедшееся в кучу денег, не смотря на простенький внешний вид. — Разумовский, — Ингрид тяжело вздыхает и закрывает крышку, обитую белым атласом. — Что это? — Твоё свадебное платье. У Серёжи в глазах отплясывает хоровод из чертей, а Гром понятия не имеет, что ответить, рискуя захлебнуться в накатившем со слезами приступе нежности. В итоге она просто молча кивает и утыкается лбом ему в плечо. Она не знает, как он понял. Возможно, нажаловались девчонки. А может быть он просто слишком хорошо её знает. Неважно. … А на следующий день всё проходит как по маслу. В ЗАГСе никто не умирает, а единственная заминка на церемонии — спонтанный спор из-за её желания сменить фамилию, потому что «майор Гром, это бренд, с новой фамилией тебе придётся зарабатывать авторитет заново»… Плевать. Они ещё поговорят про это после, потому что сейчас важно другое — тёплая тьма питерской летней ночи, шум города, в который они выбрались побродить вместо свадебной фотосессии и ресторана, огненное шоу на Невском возле памятника Екатерине, спонтанный свадебный танец под мелодию уличных музыкантов… Ингрид всё ещё не уверена в том, что сделала. Замужество, смена фамилии — слишком глобально, слишком сложно, слишком… Но прямо сейчас ей не хотелось об этом думать. Сейчас не было ничего кроме них двоих и Петербурга. Всё остальное она вполне успеет осмыслить после.