Условие

Оля затушила сигарету и, цокая каблучками, удалилась в кабинет. Ольга испытывала колоссальное нервное напряжение, и в этой суматохе нарочито отдалилась от Паши. В квартире, где они жили с Романом, она навела порядок в попытках изобразить из себя заботливую жену. В этот вечер Арефьев припёрся домой чуть во хмелю и шлёпнулся на банкетку в прихожей. – Олька! Я дома... Арефьева прекрасно всё поняла по его грозному тону и противному лязгу упавших ключей. – Господи, нахера я стараюсь? Изображаю тут что-то... – риторически бросила Оля, закинув на плечо кухонное полотенце. – А чего мы такие радостные? Такие весёлые? – Не всё тебе с гулянок радостной заявляться. Есть что пожрать? – На плите. – бросила Арефьева и закрылась в спальне. Оставшись в одиночестве, Оля села на пол, обняла колени и завыла. Из состояния непролазной хтони её вынул завибрировавший телефон. – Да, Паш, – сдерживая всхлипы, протараторила она, – можешь ко мне... за мной приехать? – О чём речь? Считай, что я уже на пороге. Сейчас, в эту минуту, она поняла, что больше без него не сможет. Больше не сможет лгать себе. Такси типично-жёлтого цвета остановилось у подъезда, Паша стремительно вылетел из него, наотмашь захлопнув дверцу и зашёл в подъезд. Поднявшись на лифте на нужный этаж, Рыков аккуратно открыл входную дверь в квартиру Арефьевых и насторожился, услышав пьяные вопли, исходящие с кухни. На цыпочках он прошёл в гостиную, затем завернул в спальню и тихо переступил её порог. – Он тебя довёл, да? – вспыхнул Павел. – Я себя сама довела. Не могу без тебя больше, слышишь? – на щеках образовывались солёные разводы, которые Паша заботливо стирал. – Поехали домой. – безаппеляционно, но мягко заявил он, – Это твой чемоданчик? Олиного отъезда как и иных пертурбаций Роман не заметил. Не обратил он внимания и на записку, оставленную на столе. – Олюшка, руку давай, тут лужи. – заметил Паша, помогая любимой выйти из машины. – К чёрту! – хохотала она, – Паш, ты только не подумай сейчас, что я это для красного словца... Давай ребёнка заведём? – Стой, не двигайся, – Паша подхватил её на руки и донёс до подъезда, вызывая заливистый смех, – а на счёт ребёнка, это мы хоть сейчас, но с одним условием. – Каким? – властно спросила Ольга. – Курить бросай.