9. Призраки

Ты хватаешь свои вещи так быстро, что едва не запинаешься о собственные ноги, торопясь к лифту. Леви уже впереди — его куртка небрежно наброшена на плечи, а в руке он держит чемоданчик. Ты влетаешь в лифт, и едва двери закрываются, Леви протягивает свободную руку, мягко касаясь твоей щеки и притягивая тебя к себе. Ты отвечаешь на поцелуй, обнимая его за плечи. Этот поцелуй не такой жадный и нетерпеливый, как в офисе. Он медленнее, осознаннее, словно Леви хочет замедлить темп, растянуть момент. — У тебя какая-то особая привязанность к лифтам? — поддразниваешь ты, когда кабина останавливается, и он нехотя отстраняется. Леви фыркает, отворачиваясь. — Терпеть их не могу. — Правда? Тогда что это было две недели назад? — ты выходишь из лифта вслед за ним, бросая испытующий взгляд. Леви молча открывает дверь, и вы шагаете по тротуару к его машине. — В здании Гаррисона тебе это, похоже, не мешало, — добавляешь ты, решив его немного поддеть. — А там лифты ещё хуже, чем у нас. — Они просто стадо нерях, — бурчит Леви, вытаскивая из кармана ключи. — Их уборщики бездари. Никто из них не умеет нормально работать. Ты смеёшься, пока он нажимает кнопку на брелке, и машина мигнёт фарами, сигнализируя, что разблокирована. Ты ждёшь, что он скажет ещё что-то, но Леви молчит, явно затягивая момент. Понимая, что он не собирается разрывать молчание, ты открываешь дверь пассажирского сиденья и забираешься внутрь. Леви садится за руль, вставляет ключи в замок зажигания, и двигатель оживает. — Ну и? — спрашиваешь ты, повернувшись к нему. Леви спокойно пристёгивает ремень безопасности. — И? — невозмутимо переспрашивает он. Ты закатываешь глаза и вздыхаешь. Понятно, он всё равно не собирается отвечать. — И после этого ты говоришь, что я ничтожество, — бурчишь ты, скрещивая руки и отворачиваясь к окну. Его рука резко зарывается в твои волосы, заставляя тебя вздрогнуть. Ты вскрикиваешь в знак протеста, но Леви уже крепко держит тебя, поворачивая твою голову к себе с такой силой, что у тебя перехватывает дыхание. — Я всегда знал, что в Гарнизоне полно ленивых засранцев, — прорыкивает он, сузив глаза. — Но Род был слеп, годами этого не замечал, а эти ублюдки были достаточно хитры, чтобы не вызывать подозрений. Пока, — его голос становится ниже, почти срывается на хрип. — Пока не появилась ты. Его взгляд прожигает тебя, как будто он видит тебя насквозь. — Я хотел, блять, поцеловать тебя прямо тогда, когда ты заставила его открыть глаза. Ты судорожно вдыхаешь, пытаясь переварить услышанное. — Ох. Его хватка ослабевает, пальцы всё ещё лежат у тебя на затылке, но уже не сжимают волосы. — Этого достаточно или ты собираешься продолжать жаловаться? Ты сглатываешь, стараясь не показать, насколько он выбил тебя из равновесия. — Думаю, достаточно. Леви закатывает глаза, скользя пальцами вниз, к основанию твоего черепа, прежде чем наконец отпустить тебя. — Хорошо. Пристегнись, поехали. Он отпускает ремень, а ты, немного дрожащими руками, тянешься через себя, чтобы застегнуть пряжку. Леви тем временем кладёт руку за твоё сиденье, оборачиваясь через плечо, чтобы дать задний ход. В этот момент ты даже не пытаешься скрыть, как бесстыдно пялишься на него. Верхние пуговицы его рубашки всё ещё расстёгнуты, и ты буквально умираешь от нетерпения увидеть, как он избавляется от неё полностью. Дорога кажется мучительно долгой. Твои трусы неприятно прилипают к влажной коже, а внизу живота пульсирует болезненное напряжение. Ты буквально сжимаешь руки в кулаки, чтобы не сунуть их прямо в колготки. Ждать. Держать себя в руках. Наконец Леви заезжает на парковку твоего дома. Ты почти выпрыгиваешь из машины, ощущая, как по венам разливается чистый адреналин. Леви молча идёт за тобой, пока ты вводишь код от главной двери, затем нажимаешь кнопку вызова лифта. Двери со скрипом открываются, и из кабины выходит пожилая женщина. Она улыбается вам, а ты заставляешь себя выдохнуть и выглядеть хоть немного собраннее. Вы заходите внутрь, и дверь лифта закрывается за вашей спиной. Ты поворачиваешься к нему, подняв бровь. — Ты вообще помнишь, на каком я этаже живу? Леви смотрит прямо на тебя, его голос звучит низко и нетерпеливо: — Нажми чертову кнопку, Рэд. Ты закатываешь глаза, но всё же нажимаешь кнопку восьмого этажа. Лифт плавно трогается с места, а ты оборачиваешься к Леви с игривой ухмылкой. — Кажется, кому-то не терпится, — поддразниваешь ты. — Мне? — Леви повторяет твои слова с едва заметной усмешкой. В следующий момент его ладонь мягко ложится на твоё бедро. Ты замираешь, когда его пальцы начинают скользить выше, под тканью платья, оставляя за собой огненный след. — Тогда что можно сказать о тебе? — его голос опускается до едва слышного шёпота, горячего и обволакивающего. Ты собираешься ответить, но не успеваешь — подушечки его пальцев находят чувствительную точку, и ты судорожно втягиваешь воздух. — Я… Блять… — вырывается у тебя приглушённо, когда Леви продолжает лениво водить пальцем по тонкой ткани колготок, точно зная, как свести тебя с ума. — Я так и думал, — удовлетворённо замечает он, наблюдая за твоей реакцией. — Ты спрашивала, ждал ли я этого… Но, кажется, это тебе хочется больше, чем мне. Твои ноги подкашиваются. Его прикосновения слишком лёгкие, дразнящие, недостаточные. — Ты… собираешься мучить меня всю ночь, или наконец сделаешь что-нибудь? — твой голос звучит хрипло, срывается на нетерпеливый выдох. Ты не сомневаешься: если бы он решил действовать прямо здесь, в лифте, ты бы не сопротивлялась. Ты бы согласилась без колебаний. Леви чуть сильнее прижимает палец, заставляя тебя задрожать. — Посмотрим, — бросает он тихо. Лифт издаёт короткий звуковой сигнал, двери распахиваются. Леви первым выходит наружу, его рука плавно скользит с твоего бедра, оставляя кожу пылающей. Ты глубоко вдыхаешь, приходя в себя, и, пошатываясь, направляешься к своей квартире. Он идёт за тобой, молча, но с абсолютной уверенностью. Ключ кажется тяжёлым, когда ты вставляешь его в замок. Дверь распахивается, и ты почти спотыкаешься, заходя внутрь. Как только Леви переступает порог, ты захлопываешь дверь ногой, разворачиваешься к нему и хватаешь за плечи, впиваясь в губы с той самой жадностью, что горела в тебе всю дорогу. Ты не говоришь — тебе не нужны слова. Всё, что ты хочешь сказать, ты передаёшь в этом поцелуе. Ваши губы снова сталкиваются, горячие и требовательные. Леви рывком стягивает с тебя пиджак, а ты быстро сбрасываешь его на пол, одновременно выскальзывая из туфель, громко стуча каблуками о стену. Он ухмыляется прямо в твои губы. — Да-да, конечно, я тут самый нетерпеливый, — бормочет он, голос хриплый от сдерживаемого желания. Ты чувствуешь, как жар поднимается к щекам. — Заткнись, — шепчешь ты, притягивая его ближе и целуя ещё сильнее. Его руки уверенно скользят по твоим плечам, затем спускаются ниже, обхватывая бёдра. Ты начинаешь вести его назад, направляя в сторону спальни, но в последний момент Леви резко разворачивает тебя и толкает вниз. Ты не успеваешь среагировать — подлокотник дивана упирается тебе в колени, и ты падаешь на мягкие подушки, с лёгким грохотом приземляясь на спину. Леви всё ещё стоит над тобой. Ты не раздумывая хватаешь его за воротник рубашки и дёргаешь вниз, заставляя его наклониться. Он ловит равновесие, упираясь руками по бокам от твоей головы. — Леви… — выдыхая, проводишь пальцами по его груди. Он не отвечает — его губы уже находят твою шею, и ты чувствуешь, как он жадно всасывается в твою кожу, оставляя след. Завтра тебе точно придётся одеть водолазку. Его ладонь уверенно скользит вверх по твоему бедру, поднимая платье. Красная ткань задирается, обнажая твоё тело перед ним. Леви отстраняется от твоей шеи, смещается чуть ниже, хватает колготки и резко тянет их вниз. — Они чертовски раздражают, — ворчит он, стягивая их с твоих ног быстрым, нетерпеливым движением. Ты ухмыляешься, невинно глядя на него. — Прости? Его длинные пальцы цепляются за край твоего нижнего белья, и он уверенно стягивает его, избавляясь от него так же быстро, как и от колготок. Ты борешься с желанием извиваться под его взглядом, но когда Леви обхватывает ладонями твои бёдра, фиксируя их, у тебя не остаётся выбора — ты полностью раскрыта перед ним. — Ну… — его голос холоден, взгляд неторопливо скользит вверх по твоему телу, задерживаясь на вздымающейся груди, прежде чем встретиться с твоим. — Посмотри на себя. Его большой палец лениво надавливает на клитор, заставляя тебя задохнуться от переполняющего напряжения. — Чёрт… — простонала ты, ощущая сладкую, почти мучительную волну облегчения. Ты ждала этого слишком долго. Слишком. И теперь кажется, что всё закончится непозволительно быстро. Леви двигается медленно, сначала один палец, затем два, его движения уверенные, точно выверенные. Волна удовольствия пробегает по твоему телу, выбивая из лёгких судорожный вдох. Ночи в одиночестве больше не дают тебе покоя, не после того, как ты мечтала об этом моменте неделями. — Какая же ты лгунья, Рэд, — бормочет он, подушечками пальцев проводя по чувствительной коже. — Говорила, что не ждала этого. А сама вся промокла. Ты пытаешься найти, что ответить, но в этот момент он касается именно той точки, от которой у тебя буквально подкашиваются ноги. Воздух застревает в горле. — Такая напряжённая, — его голос наполнен ленивой задумчивостью. Леви наклоняется, оставляя влажный поцелуй на твоей шее, пока его движения продолжают оставаться медленными, почти мучительно размеренными. Каждое касание просчитано, каждое движение сделано с намерением. — Леви… — выдыхаешь ты, но прежде чем сказать что-то ещё, он прикусывает твою шею, и ты не сдерживаешь приглушённый хриплый стон. К счастью, Леви не из тех, кто любит мучительно долгие игры. Его движения становятся более настойчивыми, уверенными, и он выдерживает ровный ритм, каждый раз точно задевая самое чувствительное место, заставляя тебя выдыхать сдавленные ругательства. Его губы скользят по верхней части твоей груди, оставляя горячие поцелуи, и тебе хочется сорвать с себя платье, позволив ему больший доступ. Ты чувствуешь, как напряжение внутри нарастает слишком быстро, почти смущающе. Когда он добавляет третий палец, ты судорожно вдыхаешь, ощущая, как волна жара накрывает тебя с головой. Всё внутри тебя дрожит от переполняющих ощущений. Кажется, что ты таешь под его прикосновениями. Его движения точны, каждая деталь продумана до мелочей, будто он заранее изучил твоё тело и знает, куда именно надавить, чтобы довести тебя до грани. — Рэд… — его голос раздаётся у твоей ключицы, тёплый, низкий, пробирающий до мурашек. Ты жалобно вздрагиваешь, когда он снова прижимает палец к чувствительной точке, рисуя медленные, мучительно-сладкие круги. Твоё тело двигается ему навстречу, стремясь к большему контакту. — Давай, Рэд. Ты уже чувствуешь это — жгучее, неизбежное приближение разрядки. Пальцы сжимают его спину, ногти впиваются в ткань его рубашки, а дыхание сбивается в лихорадочном темпе. — Чёрт… — выдыхаешь ты, голос срывается от переполняющего напряжения. — Леви, пожалуйста, я… я сейчас… Его губы отрываются от твоей кожи, только чтобы прошептать в самое ухо: — Ну так сделай это. Вспышка удовольствия накрывает тебя, ослепляя, ослабляя, разбивая на мелкие части. Экстаз прокатывается по телу мощной волной, вырывая из тебя дрожащий стон. Леви не останавливается сразу, его движения следуют за твоими, пока твоё дыхание не выравнивается, а тело не начинает расслабляться в его руках. Твоя голова откидывается назад, дыхание тяжёлое, а в лёгких не хватает воздуха. Ты глубоко вдыхаешь, пытаясь вернуть себе контроль, пока твои ноги расслабленно сползают по бокам от Леви. Он медленно вытаскивает пальцы, его взгляд на мгновение задерживается на собственной руке, а затем он поднимает бровь. — Полотенце? Ты моргаешь, приходя в себя. — Хорошо. Леви отступает, давая тебе возможность подняться. Твои ноги подкашиваются, и ты невольно хватаешься за спинку дивана, выругавшись про себя. Чёрт, это не должно быть так трудно. Ты направляешься на кухню, шаришься в поисках бумажных полотенец, находишь рулон и бросаешь его Леви. Он ловит его одной рукой, как будто ожидал. Пока он сосредоточенно вытирает руки, ты позволяешь себе снова прокрутить в голове прошедший момент, закрывая глаза. Ты представляла себе это столько раз, прокручивала сценарии в мыслях, но реальность оказалась ещё лучше. И всё же этого мало. Ты открываешь глаза и смотришь на Леви. Он стоит у дивана, полностью погружённый в свою привычную манию чистоты. Ты подходишь ближе, но, не останавливаясь, обходишь его и направляешься в сторону спальни. Его взгляд провожает тебя до самой двери. Ты оборачиваешься, поднимая бровь. — Я не собираюсь позволять тебе трахать меня на диване, когда у меня есть отличная кровать прямо здесь, — невозмутимо заявляешь ты. Губы Леви дёргаются в едва заметной усмешке. Он без лишних слов выбрасывает полотенце, сбрасывает ботинки и расстёгивает рубашку, направляясь к тебе. Ты ухмыляешься, пятясь в сторону комнаты, наблюдая, как его рубашка падает на пол, пока он перешагивает порог. Он останавливается прямо перед тобой, а ты прикладываешь ладонь к его груди. Под кончиками пальцев чувствуются напряжённые мышцы — худощавый, но крепкий, наполненный скрытой силой. — Если ты не снимешь это чертово платье, — его голос звучит низко, с оттенком угрозы, пока он тянется к пряжке своего ремня, — я его с тебя сорву. — Ты так сильно его ненавидишь? — поддразниваешь ты, расстёгивая молнию сбоку. Леви смотрит на тебя так, будто видит насквозь, его взгляд обжигает. — Наоборот, — бормочет он, позволяя ремню с глухим стуком упасть на пол. Жар в его взгляде заставляет твое тело пылать. Ты расстегиваешь молнию, позволяя платью мягко соскользнуть вниз, оставаясь лишь в лифчике. Где-то в другой комнате, на диване, всё ещё валяется твое нижнее белье, но тебе сейчас не до этого. Тело до боли чувствительно, ты буквально ощущаешь, как жар опускается вниз, растекаясь по бедрам. Леви забирается на кровать, и ты следуешь за ним, на ходу расстегивая лифчик и небрежно отбрасывая его в сторону. После этого постель точно придется стирать, но сейчас это последнее, о чем ты готова думать. Леви не тратит времени. Он избавляется от оставшейся одежды быстрым, отточенным движением, и ты невольно задерживаешь взгляд. Он явно тоже не собирается ждать. Как только он устраивается над тобой, его руки оказываются по обе стороны от твоей головы, крепко упираясь в матрас. Ты дрожащими пальцами обхватываешь его шею, сердце бьётся в бешеном ритме. Ты не могла быть к этому готова больше, чем сейчас. Головка его члена касается тебя, и ты судорожно вдыхаешь. — Чёрт, Рэд… — голос Леви срывается на низкое рычание. Он входит в тебя медленно, позволяя телу привыкнуть к ощущениям. Твои ногти впиваются в его спину, а ты закусываешь губу, отгоняя вспышку лёгкого дискомфорта, возникающего лишь потому, что он настолько… заполняет тебя. Первый толчок осторожный, размеренный, давая тебе привыкнуть после двух месяцев без близости. — Я в порядке… в порядке, — шепчешь ты, толкаясь бёдрами навстречу, подгоняя его двигаться. Леви резко втягивает воздух сквозь зубы. — Всё ещё такая чертовски тугая… — выдыхает он. От одного его голоса внутри тебя пронеслась вспышка жара. Он медленно отодвигается, а затем снова погружается внутрь. Его лоб опускается к твоему плечу, и тихий, едва сдержанный стон срывается с его губ. Он наслаждается этим так же, как и ты. Ты скользишь пальцами по его спине, закусывая губу, стараясь удержать стоны. Его движения выверены, ритм становится стабильным — медленные, уверенные толчки, отзывающиеся волнами удовольствия по всему телу. Звук его движений заполняет комнату, заставляя тебя податься вперёд, навстречу ему. Ты не просто лежишь, пассивно принимая его — ты хочешь быть той, кто доведёт его до края, кто заставит его потерять контроль. Чёрт, если он заводится всякий раз, когда ты берёшь инициативу… Ты обхватываешь его шею руками, приподнимаешь голову с подушки и шепчешь прямо в ухо: — Перевернись. Его движения замедляются. — Ч-что? — на мгновение он кажется растерянным. Ты застала его врасплох — впервые за всё время, что знаешь его. Ухмыляясь, ты толкаешь его в бок. Леви выскальзывает из тебя, падая на спину, а ты едва не стонешь от потери контакта. Но времени жалеть об этом нет — ты уже устраиваешься сверху, нетерпеливо возобновляя движение. Его взгляд лихорадочно мечется между твоим лицом, обнажённой грудью и местом, где вы соединяетесь. Он тяжело дышит, пока ты прижимаешь ладонь к его груди, колени прочно фиксируются по бокам от его тела. Другой рукой ты скользишь вниз, обхватывая его, и он вздыхает сквозь стиснутые зубы. — Ну и? — бросает он, пальцы тут же сжимаются на твоих бёдрах. Ты лишь ухмыляешься в ответ, ловишь нужный угол и медленно опускаешься, снова принимая его в себя. Вы оба застываете, стон срывается с ваших губ одновременно. Смена позиции делает ощущения другими — глубже, сильнее, ярче. Мир перед глазами на секунду вспыхивает звёздами. Леви держит тебя крепко, но ты не обращаешь внимания — слишком хорошо, слишком правильно. Ты чувствуешь себя наполненной, цельной, а он выглядит так, будто сгорает под тобой. На мгновение никто не двигается. Ты поправляешься, находишь удобное положение, а его руки скользят вверх, обхватывая твою грудь, ладони сжимаются, как будто проверяя, что ты действительно здесь. Ты кладёшь руки поверх его, удерживая их на месте. Единственный звук в комнате — ваше сбитое дыхание. — Чёрт… — выдыхаешь ты с хриплым смешком. К твоему удивлению, Леви тихо фыркает, сильнее сжимая ладони. — Давай, Рэд, — его голос напряжён, наполнен ожиданием. Ты двигаешься — медленный толчок бёдрами вперёд-назад, пробуя, прислушиваясь к своим ощущениям. — Д-да, вот так… вот так… — бормочет он, не сводя с тебя взгляда. Ты проводишь руками вверх по его предплечьям, зацепляясь ногтями за кожу, а затем добираешься до плеч, крепко сжимая их. Движения становятся увереннее, ритм ускоряется. Ты не просто двигаешься — ты насаживаешься на него с решимостью, намереваясь заставить его почувствовать то же, что он заставил тебя почувствовать своими пальцами. Леви выдыхает ругательства, несвязно шепчет что-то себе под нос, но ты слишком поглощена ощущениями, чтобы разбирать слова. Быть сверху требует сил, но это того стоит. Его напряжённые мышцы, перекатывающиеся под кожей, выражение лица, новые углы и точки контакта… Всё это заставляет тебя чувствовать себя по-новому — как будто впервые. Руки Леви не задерживаются на твоей груди — его ладони скользят вниз по бокам, пока не обхватывают твою талию, сжимая её крепко, почти болезненно. — Чёрт… — его голос срывается, большие пальцы впиваются в кожу над твоими бёдрами, словно он пытается удержаться. — Чёрт… ты слишком… слишком чертовски… Но слова теряются в стоне, вырывающемся из его горла — низком, глубоком, бесповоротно откровенном. Он резко подаётся бёдрами вверх в тот момент, когда ты опускаешься вниз, и этот толчок пробирает тебя до самой сути. Крик вырывается с твоих губ прежде, чем ты успеваешь его сдержать. — О, чёрт… — твой голос дрожит, а Леви вновь движется, ещё резче, сильнее, загоняя тебя вперёд в безудержной гонке к кульминации. Ты хватаешься за его плечи, пытаясь сохранить хоть какое-то равновесие, но каждый новый толчок выбивает из лёгких воздух. — Ч-чёрт… — задыхаешься ты, зажмуривая глаза, потому что ощущения накрывают тебя лавиной, и ты больше не можешь их контролировать. Ты чувствуешь это. Как волны жара собираются внутри, как очередной оргазм несётся к тебе с неотвратимой скоростью. Леви чуть меняет угол, и его следующий толчок достигает точки, о существовании которой ты даже не догадывалась. — Ле… — твой голос рвётся на слоги, мысли путаются. — Я… я могу… чёрт… — Блять… — простонал он, его голос низкий, сорванный. — Я… Рэд… Его тело напрягается, толчки становятся рваными. В следующую секунду ты чувствуешь, как он теряет контроль, как последняя вспышка наслаждения пронзает его изнутри. Голова Леви откидывается назад, губы прикушены, мышцы его живота сжаты до предела. На мгновение ты боишься, что твоя разрядка ускользнёт, но Леви делает ещё один толчок — из последних сил, точно зная, что тебе нужно. И этого хватает. Громкая, пронзающая волна блаженства разбивает тебя на осколки, выворачивая тело наизнанку. Оргазм захватывает тебя, сильный, пульсирующий, будто разгорающийся огонь, наполняющий каждую клеточку тела. Твои руки теряют силу, и ты с глухим выдохом падаешь на его грудь, совершенно обессиленная. Минуту — или, может, вечность — вы просто лежите, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Всё твоё тело кажется выжатым до последней капли энергии. Леви слабо вздыхает, его колени расслабленно опускаются на кровать. Он всё ещё внутри, вялый, обмякший, но ты знаешь, что стоит тебе пошевелиться, как последствия этой ночи разольются по его коже и твоим простыням. В конце концов, Леви ослабляет хватку на твоих бёдрах, его руки опускаются к твоим бокам. — Встаёшь? — его голос звучит чуть хрипло. — Да-да… — ты осторожно поднимаешься, позволяя его члену выйти из тебя, а затем падаешь рядом на кровать, тяжело выдыхая. Протягиваешь руку к тумбочке, цепляешь коробку салфеток дрожащими пальцами и передаёшь ему. — Вот. Леви берёт её у тебя, начинает приводить себя в порядок. Ты тоже берёшь несколько салфеток, лениво вытирая бёдра. Ты до сих пор не можешь поверить, что это только что произошло. Всё казалось таким нереальным. Даже лучше, чем первый раз. Тогда это было торопливо, почти необдуманно, продиктовано чистой похотью. А сейчас… Сейчас за этим стояли месяцы желания, сдержанных взглядов и напряжённого ожидания. Ты ловишь себя на том, что улыбаешься потолку, ухмыляясь как идиот. Но потом тебя вдруг охватывает лёгкая неловкость. Ты полностью обнажена, и теперь, когда всё закончилось, твоё тело начинает ощущать уязвимость. Леви скатывается с кровати, и ты машинально хватаешь одеяло, подтягивая его выше, чтобы прикрыть грудь. Он молча подбирает с пола боксеры и брюки, натягивая их с привычной неторопливой точностью. Ты хмуришься. Вставать прямо сейчас кажется невозможным, но… — Ты не обязан уходить, — произносишь ты, следя за его движениями. Леви замирает, натянув брюки до бёдер, и поворачивается к тебе. — Что? — его брови слегка хмурятся. Молчание затягивается, и в этот момент ты осознаёшь — вы с ним смотрите на ситуацию по-разному. — Это просто секс, — говорит он ровно, и у тебя в груди что-то болезненно сжимается. — Не более. Всё тепло и эйфория, что наполняли тебя секунду назад, испаряются без следа. Ты знала, что это было физическим, но… Разве это не значило *хоть что-то*? Все эти поцелуи в лифте, интимные моменты, которые вы разделили… Всё это было *просто секс*? Ладно. Это нормально. Если это всё, чего он хочет, тебе придётся довольствоваться этим. Ты сглатываешь, пытаясь спрятать вспыхнувшее разочарование, и киваешь. — П-правильно, — выдавливаешь ты, подтягивая одеяло ещё выше. Леви тоже кивает, затем наклоняется, чтобы взять ремень. — Ты всё равно уедешь через два месяца, — бросает он, небрежно продевая ремень через пряжку. Ты открываешь рот, чтобы возразить — сказать, что могла бы найти работу поблизости, могла бы работать удалённо, могла бы *остаться*… Но внезапно всё становится слишком очевидным. Несмотря на все твои надежды, Леви никогда не видел в тебе ничего, кроме секса. — Точно, — повторяешь ты, кивая чуть сильнее, чем нужно. — Да, в любом случае, это не имеет особого смысла. Леви ничего не отвечает, просто нагибается, подбирает рубашку с пола и натягивает её. Ты наблюдаешь, как исчезают последние видимые тебе очертания его спины, прежде чем ткань полностью скрывает их. В голове стоит странный гул, будто мысли сдавливает невидимый обруч. А потом он просто открывает дверь и уходит. Ты слушаешь его шаги, отдалённо пытаясь осознать, что только что произошло. Ты была доведена до безумного, потрясающего, совершенно изматывающего наслаждения. Ты чувствовала себя лучше, чем за долгое время. А теперь пытаешься заглушить растущее внутри разочарование. Но вдруг шаги снова приближаются, и ты мгновенно выпрямляешься, сердце почему-то замирает. Леви появляется в дверном проёме и без слов бросает что-то в твою сторону. Ты ловишь это — телефон. Его личный телефон. — Запиши свой номер, — коротко говорит он, прислоняясь к дверной раме. — Не могу же я звонить по этому поводу на рабочий. По *этому* поводу. Смысл его слов ясен. Хорошо. Ты можешь с этим смириться. Было бы глупо отказываться от отличного секса. Ты берёшь телефон, замечая, что он уже открыт на странице добавления контакта. Быстро вводишь своё имя, номер, сохраняешь, а затем небрежно бросаешь его обратно. Леви ловит одной рукой, безупречно, как всегда. — Увидимся завтра, — бросает он хрипловато и исчезает. Ты слушаешь, как удаляются его шаги. Короткая пауза — он, вероятно, надевает ботинки, пальто. Лёгкое шарканье. Затем звук открывающейся двери, и вот она снова закрывается. Потом — только тишина. Ты глубоко вдыхаешь, позволяя себе пару секунд просто смотреть в потолок. — До завтра, — шепчешь ты своей стене.